С помощью Чарли и Майка Гарри сделал на рифе бетонный фундамент. Осталось установить в гнезда опоры вышки.

— О’кей, парни, нужно подождать, пока бетон застынет. Завтра можем ставить опоры.

Было чуть позже одиннадцати, и солнце пекло вовсю. Негры сели в лодку, а Гарри бросился в воду и поплыл. Теплая вода приятно ласкала тело, смывая пот.

На пляже было только шесть или пять загорающих, и он решил пойти в бар и выпить холодной кока-колы. Едва Гарри уселся на высокий табурет, Джо налил ему бокал кока-колы.

— Я смотрю, вы сегодня прилично поработали, мистер Гарри, — сказал он. — Ужасная жара, не так ли?

Гарри выпил кока-колу и вновь пододвинул бокал к Джо.

— Да уж. Налей еще порцию, Джо. Соло не вернулся?

— Нет, — полный бокал кока-колы появился возле руки Гарри. — Мистер Гарри…

Гарри поднял бокал, вопросительно глядя на высокого, крепко скроенного бармена.

— В чем дело, Джо?

Джо застенчиво улыбнулся. Он оглядел пустующий бар, глянул в окно, затем перевел взгляд на Гарри.

— Я тоже был серебряным призером по прыжкам в длину на олимпийских играх, мистер Гарри.

Гарри с удивлением смотрел на Джо.

— В самом деле? Поздравляю, Джо!

— Так что мы чем-то похожи.

— Перестань называть меня мистер. Разумеется, у нас много общего.

Джо покачал головой.

— Нет, не много, но олимпиада — это кое-что значит.

— Еще бы, — он пытливо смотрел на мускулистого негра. — Ты мне хочешь что-то сказать?

— Знаете… — Джо вновь глянул в окно, затем наклонился вперед и, понизив голос, сказал: — Вам лучше уехать отсюда. Здесь опасно находиться.

Гарри, видя встревоженные глаза негра, понял, что тот не шутит.

— Что ты имеешь в виду?

— Это дружеское предупреждение. Собирайтесь и уезжайте. У вас нет здесь друзей, кроме меня и Рэнди. Нет друзей… Я чувствую, у вас будут крупные неприятности.

— Послушай, Джо, если ты что-то знаешь, скажи мне, — с чуть заметным нетерпением сказал Гарри.

— Мистер Соло — мой босс. Он мне платит деньги. — Джо помолчал, затем добавил: — Еще никто не сбивал его с ног, и мистер Соло очень опасный человек. Это все, мистер Гарри. Уезжайте… и не доверяйте никому, кроме меня и Рэнди. — Джо отошел к дальнему концу стойки и занялся приготовлением закусок, чтобы отразить скорый наплыв посетителей.

Гарри некоторое время молча сидел, затем, видя, что Джо больше ничего не скажет ему, пожал плечами и, допив напиток, вышел из бара. Едва он подошел к своему домику, как из своего вышел Рэнди. По его виду Гарри догадался, что произошло что-то из ряда вон выходящее. Рэнди махнул ему рукой, и он зашел в домик товарища.

— Закрой дверь, — хрипло сказал тот. — Посмотри на это!

Жестом, полным отчаяния, он указал на газету, лежащую на столе.

Гарри прикрыл дверь и, подойдя к столу, наклонился над газетой. На первой полосе красовалась большая фотография Бадди Риккарда. Текст под ней гласил: «Найден труп. Кто видел этого человека?»

Гарри вздрогнул. Придвинув стул, он сел и внимательно прочитал заметку. В ней говорилось, что полиция в результате расследования обнаружила труп на Хет-терлинг Коув, где обычно по воскресным дням проводятся пикники. Тело было зарыто в песчаной дюне. Скорее всего, человек умер от сердечной недостаточности, но существуют неопровержимые доказательства, что перед смертью он был подвергнут пытке.

Заметка заканчивалась следующим образом:

«Как установлено, мертвый мужчина являлся бывшим преступником Балди Риккардом. Если кто-либо видел этого человека между десятым и одиннадцатым мая, просьба сообщить в полицейское управление города по телефону 00099».

Гарри глянул на притихшего, испуганного Рэнди. Некоторое время они молчали, потом Гарри вытащил сигареты и предложил товарищу.

Тот отказался.

— Неужели нас найдут, Гарри?

— При известном невезении, вполне возможно. Но вначале им нужно найти машину.

— Но ведь нас многие видели в этой машине.

— Это уж точно. — Он задумался. — Как они могли найти тело? — как бы про себя сказал Гарри, поднимаясь. — Успокойся, Рэнди. Сейчас мы ничего не можем сделать. Веди себя тихо и спокойно работай.

— Я лучше смоюсь отсюда, — нервно сказал Рэнди. Паника ясно читалась в его глазах. — Поеду в Лос-Анджелес. Там у меня кузина.

— И ты думаешь, это поможет? — насмешливо спросил Гарри. — Если полиция начнет искать конкретно нас, то обнаружит где угодно. Подумай немного. Ну, кто-то скажет, что видел в «мустанге» двух мужчин. Высокого парня с рюкзаком и низенького черноволосого с гитарой… Теперь вспомни… сколько высоких, крепко скроенных мужчин с рюкзаком за плечами и маленьких парней с длинными волосами и гитарой мы видели на пути сюда на магистрали? Дюжины? Сотни? Так что если полицейские и начнут задавать нам вопросы, нужно от всего отказываться. Мы доехали сюда на попутных машинах. Мы ничего не знаем о «мустанге» и понятия не имеем, кто такой Бадди Риккард. Они ничего не смогут нам инкриминировать, если только один из нас не расколется. — Гарри искоса глянул на Рэнди. — Я за себя отвечаю, так что остаешься ты.

Рэнди облизал пересохшие губы.

— Действительно, в случае с тобой все прекрасно. Ты чистый, а ведь я еще и дезертир.

— Ну и что? Если это откроется и тебя забреют в армию, оттуда всегда можно удрать… ничего страшного. Но вот если тебя засадят в тюрьму по обвинению в убийстве… это уже совсем другое дело. Согласен?

Рэнди подумал немного и неуверенно кивнул.

— Да… Здесь ты прав.

— Пойдем! Нечего ждать конца света, нужно работать. — Гарри взял газету со стола и, скомкав, бросил в корзину для мусора. После этого они вышли из домика, направившись в сторону бара. Рэнди молча шел вслед за Гарри. Вдруг Гарри схватил его за руку и потащил в тень кустов. На стоянку перед рестораном въехал белый «мерседес».

За рулем сидел коренастый, мощного телосложения мужчина. Его смуглое полное лицо украшали маленькие усики. Глаза были черными и узенькими, и таким же узким был рот. На нем была панама, надвинутая на глаза, чтобы защитить их от солнца, и бутылочного цвета легкий костюм. Миссис Карлос, чье лицо было наполовину прикрыто противосолнечными очками, сидела на месте пассажира.

Мужчина остановил машину, вышел из нее, обошел кругом и открыл дверцу, давая женщине возможность выйти. Она была в белом легком платье и сандалиях. Шофер подал ей пляжную сумку, снял панаму и поклонился. После этого он вновь скользнул за руль и тут же уехал. Миссис Карлос, не снимая темных очков, медленно направилась к пляжу.

— Кто этот толстяк? — поинтересовался Гарри.

— Фернандо, ее водитель.

— Ты когда-нибудь видел его за рулем зелено-белого «шевроле»?

Рэнди с удивлением глянул на Гарри.

— Это его собственная машина. Он ездит на ней по своим делам. А почему ты спрашиваешь?

Гарри вспомнил машину, которая неотступно следовала за ним из аэропорта, когда он забрал чемодан Бадди. Теперь он был уверен, что за ним следовал Фернандо.

— Ты что-нибудь знаешь об этом человеке? Это очень важно.

— Немного. На Карлоса он работает уже порядка двух лет. Приятель Соло. Когда у него выпадает свободный вечер, он заходит сюда перекинуться в карты. Но зачем это тебе?

— Пока я и сам не знаю… Ладно, Рэнди, все в порядке… — Развернувшись, он направился на пляж.

Он прошел рядом с Ниной, которая сидела под пляжным зонтом и проверяла вчерашние счета. Она подняла голову, улыбаясь ему, но Гарри даже не глянул в ее направлении. Краем глаза он заметил, что на веранде ресторана стоит Мануэль и внимательно следит за ним. Он нарочно прошел вблизи миссис Карлос, которая, увидев его, окликнула:

— Привет, Гарри!

Гарри подошел ближе к ней. Она лежала на матрасе в тени зонтика и смотрела на него сквозь темные очки.

— Что это вы там делаете? — она махнула рукой в сторону рифа. — Для чего этот фундамент?

— Этот? Мы собираемся сделать вышку для прыжков в воду. Соло согласился с моим проектом. — Гарри буквально чувствовал, как ее глаза осматривают его. Он, в свою очередь, тоже внимательно разглядывал лежащую женщину, представляя, как она выходит из «мустанга» в очках и белом шарфе, закрывающем волосы. И вновь Гарри никак не мог понять, зачем женщине, имеющей столько денег и занимающей такое высокое положение в обществе, заниматься типами, подобными Бадди Риккарду. Она что-то сказала, но он, занятый своими мыслями, не расслышал.

— Извините, миссис Карлос… Что вы сказали?

— Я слышала, вы хороший прыгун. Соло сказал, что у вас серебряная медаль.

— Было такое.

Она замолчала, вновь изучающе глядя на него.

— Когда вы закончите строительство?

— Через пару недель.

— А как долго вы останетесь здесь, Гарри?

— Пару месяцев. Меня ждет работа в Нью-Йорке.

— Какого рода работа?

— Просто работа, миссис Карлос.

Она улыбнулась.

— Не хочешь говорить?

Гарри ничего не ответил. Он смотрел на троих подростков, играющих на песке с надувным мячом.

— Я спрашиваю, потому что хочу попросить вас остаться здесь, Гарри.

Он перевел взгляд на нее.

— Как это, миссис Карлос?

Ее улыбка стала почти дружелюбной.

— Я хотела бы вас нанять на работу. Как насчет того, чтобы стать моим личным водителем?

— Но у вас уже имеется водитель, миссис Карлос.

— Его не будет… Я уволю его. Это будет легкая работа. Вам нужно будет присматривать за двумя автомобилями… возить меня на пляж и забирать обратно, выезжать со мной по вечерам, когда мой муж занят. Будете жить в двухкомнатной квартире и получать сто пятьдесят долларов в неделю. Как вам нравится такая перспектива?

— Мне надо отработать два месяца здесь, миссис Карлос. Я не хочу подводить Соло.

— А кто говорит, чтобы вы немедленно переходили ко мне? — тихо сказала она. — Я спрашиваю, как вам нравится мое предложение. Я могу уволить Фернандо в любой момент. Так вы согласны?

— Звучит заманчиво, миссис Карлос. Могу я подумать над этим?

И снова он почувствовал, как глаза, скрытые под темными очками, внимательно изучают его.

— Приходите завтра ко мне во второй половине дня. Может быть, это поможет вам решиться, — она улыбнулась. — Мой муж будет в Майами, так что никто нам не помешает. Вы знаете, где мы живем?

— Да, я знаю. Но, извините, я занят завтра. Может быть, в следующее воскресенье?

Он увидел, как мускулы на ее шее напряглись, а губы сжались.

— Я сказала, завтра после полудня, Гарри.

— Но я же сказал, что не могу отлучиться.

Ее пальцы сжались в кулачки.

— Вы что, не понимаете, о чем я вам говорю? — тихо сказала она. — Я хочу, чтобы вы пришли ко мне завтра после полудня. Вам будет хорошо уплачено… триста долларов! И не говорите мне, что другие женщины не платили вам раньше!

Гарри некоторое время смотрел на нее, потом посмотрел на море.

— Кажется, один из мальчишек заплыл слишком далеко. Как бы чего не случилось, — сказал он. — Извините, миссис Карлос.

Он быстрым шагом направился к морю.

Когда Лепски наконец-то появился в кабинете Террела, там царила зловещая тишина.

Террел сидел за столом. Справа сидел сержант Бейглер. Около окна с мрачным выражением на лице устроился Хесс.

Все трое молча наблюдали за Лепски. Тот осторожно прикрыл дверь и, подойдя к столу Террела, остановился. После продолжительной паузы Террел недовольно пробурчал:

— Какого черта ты наломал там столько дров, Том?

— Некоторые разногласия с лейтенантом Ласси, вот и все.

— У меня рапорт о твоих проделках. Даже если половина из того, что в нем содержится, правда, тебе может здорово не поздоровиться.

Лепски уже приготовился к такому развитию событий и разработал план защиты. Хотя он и немного вспотел, но без колебания встретил взгляд Террела.

— Шеф, понимаю, что поступил несколько опрометчиво, забравшись на чужую территорию, но когда Ласси заявил, что мы самое худшее отделение полиции на побережье, я не мог этого просто так оставить. Так что я не стал рассказывать о причинах, которые привели меня туда, а это разозлило его еще больше. Вот почему он написал рапорт.

Увидев, как побагровели лица Террела, Бейглера и Хесса, он с облегчением перевел дух, понимая, что сделал беспроигрышный ход.

— Самые худшие копы на побережье? — рявкнул Бейглер. — Именно так он и сказал?

— В самую точку! — подтвердил Лепски. Его лицо так и светилось благородным негодованием.

— Вот мерзавец! — поддал жару Хесс. — И он называет себя детективом! Ха! Ему бы только в туалете работать!

— Спокойно, — прервал подчиненных Террел. — У каждого свое мнение. Если лейтенант Ласси считает, что мы худшие копы на побережье, это еще не значит, что он прав. — Он с подозрением посмотрел на Лепски. — Но что заставило его так сказать?

Лепски в душе возликовал. Хорошо все-таки играть на амбициях полицейских. Теперь все зависело от того, как он подаст результаты своего расследования.

— Вы поручили мне разыскать Мэй Лангли. Скорее всего, она могла быть в Веро Бич, где Бадди и провернул свое дельце. Там у меня имелся свой человек. Если бы я решил действовать законным путем, пришлось бы обратиться за помощью к Ласси, а это заняло бы уйму времени, да и все заслуги он приписал бы себе, уж это я знаю доподлинно. Вот почему я воспользовался своим осведомителем. Мне повезло. Мэй действительно находилась в гостинице. Я решил, что не повредит, если я предварительно переговорю с ней. А уж потом доложу вам. Но в момент разговора в комнату ворвался какой-то гангстер и застрелил ее. — На лице Лепски появилось печальное выражение. — Не повезло, но такие вещи случаются.

Террел покосился на Бейглера. Тот криво улыбался.

— Замечательно! — сказал сержант. — Так наш детектив едва не сыграл в ящик!

— Хорошо, Том, — сказал Террел. — Продолжай. Как это случилось?

Лепски облегченно перевел дыхание. Сейчас он был уверен, что рапорт Ласси никак не повлияет на его карьеру. Он подробно рассказал трем мужчинам о ходе своего разговора с Голди Уайт. В ходе рассказа Тома Бейглер делал для себя кое-какие заметки. Когда Лепски закончил, Террел сказал:

— Хорошая работа, Том, хоть и закончилась так плохо. Если ты вновь появишься на территории, которая контролируется полицией Майами, без соответствующего разрешения, то все кончится печально для тебя. Помни об этом. А на этот раз я не дам хода рапорту Ласси.

— Спасибо, шеф, — чувствуя, что атмосфера в кабинете стала почти дружеской, Лепски сказал: — Неужели в нашем управлении нет кофе?

Бейглер оживился.

— Где Чарли? — он поднял трубку телефона внутренней связи. — Чарли! Пошли кого-нибудь из твоих бездельников за кофе. Кто там у тебя есть? — Он некоторое время послушал, затем положил трубку. — Кофе сейчас будет.

Лепски пододвинул стул и уселся.

— Шеф, еще одна вещь, — сказал он. — Мне кажется, я знаю парня, который подверг пыткам Балди.

— Черт возьми! — воскликнул Хесс. — Так почему ты не сказал об этом раньше?

— Спокойнее, Фред, — остановил его Террел. — Пусть Том продолжает. Так ты только подозреваешь?

— Именно. — Лепски глянул на Хесса, который вновь отступил к окну, и продолжал: — Соло Доменико нанял спасателя на пару месяцев. Я случайно встретился с Соло и этим парнем в супермаркете. Никогда не помешает лишний раз поинтересоваться делами Соло. Так вот, я поинтересовался, кто с ним. Это оказался отставной сержант по фамилии Гарри Митчелл. Он только что вернулся из Вьетнама и находится в отпуске, а потом отправится в Нью-Йорк. Пару дней назад я был в аэропорту, пытаясь найти там следы пребывания Балди, и встретился с Митчеллом, который держал в руках белый пластиковый чемодан с красной полосой по периметру.

Патрульный полицейский внес четыре картонные упаковки кофе и поставил на стол Террела.

— Так что насчет чемодана? — нетерпеливо спросил Хесс, покосившись на кофе.

Лепски не торопился продолжать. Теперь он был уверен, что целиком завладел их вниманием.

— Когда я разговаривал с Мэй Лангли, — продолжал он, игнорируя замечание Хесса, — перед тем, как гангстер убил ее, она сказала, что Балди сдал свой чемодан в автоматическую камеру хранения в аэропорту Парадиз-Сити. — Он сделал эффектную паузу и добавил: — Это был белый пластиковый чемодан с красной полосой по периметру!

Он откинулся на спинку стула, отхлебнул кофе, в то время как взгляд его перемещался с Террела на Бейглера и обратно.

— Ты попал в точку, Том… Продолжай, — поторопил его Террел.

Разочарованный, что его слова не произвели должного впечатления, он сказал:

— Я спросил Митчелла, его ли этот чемодан. Он ответил, что да. Он оставил его в аэропорту, но в настоящее время устроился на работу, вот и забрал свои вещи. Я проверил его бумаги, и когда увидел, что это ветеран Вьетнамской войны, сержант-десантник, я позволил ему уйти с чемоданом.

— И даже не заглянул в чемодан? — воскликнул Хесс.

— Но, Фред, ты же знаешь, Том не имел никакого права делать это, — остановил подчиненного Террел, прежде чем Том возмутился. — Но белый пластиковый чемодан довольно редкая штука, не так ли, Джо?

— Да. Я думаю, Том что-то нащупал. Соло встречался с Балди. Балди владел белым пластиковым чемоданом с красной полосой и оставил его в аэропорту. Митчелл, который работает на Соло, забрал его из камеры хранения. Ха!.. Что-то в этом есть!

Лепски наклонился вперед, едва не опрокинувшись вместе со стулом.

— Я знаю это! Послушайте, шеф, я сейчас отправлюсь к Соло и возьму Митчелла в оборот. Думаю, он расколется!

Террел вновь раскурил погасшую трубку, подумал немного и отрицательно покачал головой.

— Нет… Вначале нужно кое-что сделать. — Он повернулся к Хессу: — Пошли телекс в Вашингтон. Нужно побольше узнать о Митчелле.

Хесс ткнул толстым пальцем в направлении Лепски.

— Ты читал его мобилизационное свидетельство… где он проходил службу?

Лепски наморщил лоб. Он недавно держал в руках документы Митчелла и на память пока не жаловался. После минутного размышления, он сказал:

— Гарри Митчелл. Старший сержант. Третий парашютный полк, первая рота.

Хесс с уважением смотрел на него.

— Однажды… лет через десять, Том… из тебя получится неплохой детектив.

Лицо Лепски побагровело, но Террел оборвал Хесса:

— Хватит, Фред! Отправь запрос в Вашингтон.

Когда Хесс вышел, Террел сказал:

— Ты все сделал правильно, Том. Но пока что мы знаем слишком мало. Может быть, что-то проясним, когда попытаемся узнать об этих двух матросах: Гансе Ларсене и Джеки Смите. Если придется проводить расследование не на нашей территории, предупреди меня.

— Да, шеф, — Лепски пошел к дверям, затем остановился. — Вы действительно считаете, что я все делал правильно?

— Ты же слышал, что сказал шеф, — буркнул Бейглер. — Проваливай!

Лепски вышел из кабинета, чуть не сбив с ног Макса Якоби, который торопился к капитану, и сел за свой стол в комнате детективов.

Террел вопросительно глянул на Макса, едва тот показался в дверях.

— Как успехи, Макс?

— Только что позвонил Ретник, шеф. Он патрулирует шоссе номер один. Он сказал, что видел двоих парней, которые ехали в «мустанге», похожем по описанию на «мустанг» Балди. Он сказал, что «мустанг» вез на прицепе дачу на колесах.

Террел и Бейглер обменялись взглядами.

— Дача на колесах?

— Так он сказал.

— Скажи ему, чтобы он быстрее приехал сюда.

— Да, сэр.

Когда Якоби вернулся за свой стол, Террел сказал Бейглеру:

— Что ты думаешь по этому поводу, Джо?

— Дело сдвинулось с мертвой точки. Мы нашли Балди, нашли «мустанг». Теперь нужно найти трейлер. Так вот в чем было перевезено тело Балди в дюны. Я распоряжусь, чтобы начали поиски трейлера.

— Да, распорядись, — Террел бегло просмотрел записки Бейглера. — Чем-то здесь дурно пахнет. По-моему, пришло время подключить к этому делу ЦРУ.

— Так вы думаете, что здесь замешаны люди Кастро?

Террел набил табаком трубку и вновь раскурил ее.

— Не исключено. Итак, что у нас имеется. Мы знаем, что Балди симпатизировал коммунистам и восхищался Кастро. Двадцать четвертого марта он прибывает в Веро Бич и нанимает катер, плюс команду из двух человек у Джека Томаса. Он хотел попасть в Гавану, если верить тому, что сказала Голди Уайт Тому Лепски. Это выглядит так, словно Балди занимался контрабандой в пользу Кастро. По данным его любовницы, катер был перехвачен неизвестными и пошел ко дну. Спустя два месяца Балди вновь объявился в наших краях и пытался нанять катер у Доменико. Это ему не удалось, тогда он хотел одолжить денег у О’Брайена. Тоже безуспешно. Тогда он вместе с любовницей уезжает в Веро Бич. Оставив ее на попечение До-До Хаммер-стейн, он возвращается сюда, оставляет багаж в камере хранения аэропорта, вновь возвращается в Веро Бич, арендует «мустанг» в гараже Хертца на фамилию Джо Блаш. Затем он внезапно исчезает, и по городу ползут слухи, что кто-то его пристукнул. Двумя днями позже мы находим «мустанг», а с его помощью и могилу Балди. Спасатель, нанятый Соло Доменико, наталкивается на Лепски в аэропорту с чемоданом Балди. — Террел затянулся и нахмурился. — Конечно, мы добились определенного прогресса, но до сих пор не знаем, что за дело провернул Балди и кто убил его. Но, что очевидно, так это то, что Балди работал в пользу Кубы. А это автоматически попадает под сферу интересов ЦРУ. Они раскрутят это дело быстрее и гораздо более эффективно, чем мы.

— Вы что-то говорили о паре дней, шеф, — заметил Бейглер. — Следовательно, у нас еще чуть больше дня.

Террел пожал плечами.

— Да… о’кей, Джо. Возвращайся к себе. Мне надо подумать.

Получасом позже детектив третьего класса Ред Ретник, высокий рыжеволосый молодой человек, вошел в комнату детективов.

Увидев его, Бейглер махнул рукой в сторону кабинета Террела, а сам, распорядившись, чтобы Чарли Таннер принес еще кофе, тоже зашел в кабинет шефа.

Ретник сделал обстоятельное заявление, и Бейглер тщательно записал его рапорт.

— В четверг ночью двое мужчин в «мустанге» и с трейлером на прицепе остановились возле круглосуточного кафе Джексона, чтобы выпить кофе, — сказал Ретник. — Водитель грузовика, который находился там в это время и которого я случайно встретил, дал обстоятельное описание этих парней.

— Момент, Ред, — остановил рассказ патрульного Террел. — Джо, позови Лепски.

Бейглер заглянул в комнату детективов и увидел Лепски, печатающего рапорт. Когда Лепски вошел в кабинет Террела, капитан велел Ретнику продолжать.

— Старший из парней, примерно тридцати лет, высокий, блондин, голубые глаза и сломанный нос. Он был одет в брюки и рубашку цвета хаки.

— Это Гарри Митчелл! — не выдержал Лепски. — В этом нет никаких сомнений!

— Продолжайте, Ред, — приказал Террел.

— Другой был значительно моложе: худой, длинные волосы, узкое лицо.

— Кто бы это мог быть? — Террел вопросительно глянул на Лепски.

Лепски покачал головой.

— Нет, — затем он нахмурился, щелкнул пальцами, его глаза оживились. — Минутку! Очень похож на бармена Соло. Он работает у него каждый сезон. Рэнди… как его… Роач? Очень похож. А не наведаться ли мне в ресторан этим вечером, шеф? Соло приглашал мою жену и меня поужинать как-нибудь. Не помешает осмотреться там.

Террел немного подумал, затем кивнул.

— Хорошо, но понимаешь, Том, ты пока что не имеешь права ничего предпринимать. — Он взглянул на Бейглера. — Из Вашингтона пока нет никаких вестей?

Тот отрицательно покачал головой.

— Ответ придет не раньше чем через несколько часов.

— Что ж, нам остается только ждать. А пока сосредоточим все усилия на поисках трейлера.

У Лепски вновь была размолвка с женой, но в этом не было ничего экстраординарного. Они были женаты уже три года и, насколько Лепски мог вспомнить, ссорились по два раза за день. А раз так, прикинул Лепски, они ссорились примерно 2190 раз, и, как с горечью мог констатировать Лепски, он оказался прав только в 180 случаях.

Он вернулся домой раньше обычного, примерно в шесть часов вечера. Раньше обычного, так как обычно он возвращался около девяти вечера. Он обнаружил свою жену Кэрол на кухне, где она готовила ужин.

Кэрол Лепски было двадцать шесть лет. Это была высокая привлекательная блондинка, которая считала, что все мужчины должны находиться под каблуком женщин. Перед замужеством она работала в «Экспресс Америкэн Компани», занимаясь устройством путешествий для богатых мира сего. Эта работа сделала ее немного самонадеянной и властолюбивой. Хотя Кэрол и была достаточно умна и подготовлена к современной жизни, но в области приготовления пищи ей было далеко до совершенства. Но она бралась за это со своей обычной самоуверенностью. И кухня в этот момент превращалась в нечто невообразимое. Там, где можно было обойтись одной сковородкой, ей не хватало трех, молоко всегда убегало, она вечно роняла что-нибудь на пол и, не почистив, бросала в кастрюлю. Но характера ей было не занимать. Однажды решив, что любимое блюдо Лепски — гуляш, она готовила его каждый день, и так могло продолжаться до конца их совместной жизни.

Когда Лепски появился, жена старалась стереть со стола масло, которое пролилось там небольшой лужицей. На улице стояла жара, на кухне было еще жарче, и Кэрол была зла на весь мир.

Но когда Лепски объявил, что вечером они идут в ресторан, а следовательно, нужда в ужине отпадает, она очень обрадовалась и выбросила так и не приготовленную пищу в мусорное ведро.

— Почему ты не сказал об этом утром? — требовательно спросила она, отбрасывая назад волосы, которые падали на глаза. — Зачем мне было тогда готовить гуляш на ужин?

Лепски неуверенно потоптался на месте.

— Никакого гуляша. Мы идем в ресторан, и, ради Бога, не будем ссориться попусту.

Это были роковые слова, и Лепски моментально понял свою ошибку. Кэрол вздрогнула от негодования и ринулась в бой.

— Ага, так это именно я начинаю ссоры? — язвительно сказала она.

Пытаясь разрядить на глазах накалявшуюся атмосферу, Лепски фальшиво улыбнулся.

— Я же ничего не сказал. Какие ссоры? Послушай, дорогая…

— Ты сказал: «Не будем затевать ссору!»

Лепски сделал удивленные глаза.

— Я так сказал? Забудем. Это просто шутка. Сегодня вечером…

— Что-то шутки твои дурно попахивают.

Лепски причесал пальцами волосы. Обреченно глянув направо, затем налево, он пробормотал:

— О’кей… не шутка. Забудь, дорогая. Мы идем в ресторан Доменико, один из трех лучших ресторанов города. Замечательная еда… море… пляж… тихая музыка… интимный полумрак… Чего еще желать?

Она с подозрением смотрела на мужа.

— С чего бы это? — недоверчиво спросила она. — Что-то здесь не так. Не начало ли это твоего падения?

Лепски расстегнул воротник рубашки и обреченно вздохнул.

— Нас пригласили, — безнадежно сказал он. — Хозяин этого чертова ресторана нравится мне. Он сказал, чтобы я пригласил мою черт… мою жену… что в этом плохого? И все за счет заведения.

— Это в самом деле так, Лепски?

Лепски был встревожен. Он чувствовал биение пульса в висках.

— Забудь все, дорогая. Мы действительно приглашены… Почему бы нам и не сходить?

Некоторое время Кэрол изучала мужа.

— Этот человек пригласил нас?

Лепски безнадежно кивнул.

— Чувствую, он натворил что-то.

Лепски прошелся по кухне, что-то раздраженно ворча под нос.

— Да ничего он не сделал, — сказал он наконец. — Просто хорошо ко мне относится, вот и все.

— Из-за чего?

— Почем я знаю? Пригласил и все тут! Почему ты везде видишь криминал?

— Я не хочу понапрасну подставлять тебя, Лепски, — рассудительно сказала Кэрол. — Я уверена, что это преступник, и он хочет что-то от тебя.

— Прекрасно… о’кей… Он преступник и что-то хочет. Нет проблем! Но ведь мы можем бесплатно поужинать! — Лепски взмахнул рукой, его пальцы случайно дотронулись до раскаленной сковородки, и он вскрикнул, дуя на обожженные пальцы. Красочные эпитеты, отпущенные в адрес сковородки, заставили Кэрол закрыть уши.

— Лепски! Как тебе не стыдно!

Лепски вновь подул на обожженные пальцы.

— Так ты готова? — спросил он. — В доме найдется хоть одна чистая рубашка?

Глаза Кэрол расширились от негодования.

— Интересно, сколько рубашек ты наденешь сегодня вечером?

Лепски в отчаянии закрыл глаза.

— Черт возьми, я спрашиваю, есть ли у нас хотя бы одна чистая рубашка, чтобы я мог надеть ее сегодня вечером.

— Конечно, есть. Посмотри сам. Или ты хочешь, чтобы я принесла рубашку сама?

Этот риторический вопрос обычно выводил его из себя. А Кэрол неизменно говорила эти слова, и ссора вспыхивала с новой силой.

— Но ведь ты знаешь, где она лежит. Ты что, будешь стоять у плиты весь день?

Часом позже Лепски сидел в маленькой гостиной, тщетно пытаясь сдержать нетерпение, зажав между пальцев сигарету и чувствуя, как поднимается кровяное давление.

Хотя он и был женат три года, но до сих пор не мог понять замысловатый ритуал выхода жены в люди. Первым делом жена выкладывала все вещи на кровать, потом долго перебирала их, давая характеристику своим платьям, а заодно и отпуская соответствующие замечания в адрес Лепски, который все еще инспектор, а давно мог быть сержантом и зарабатывать гораздо больше денег, и она смогла бы купить себе приличную одежду, а не носить эти тряпки.

Лепски так привык ко всему этому, что даже не прислушивался к словам жены. И все же он начал беспокоиться, что они придут слишком поздно.

Наконец Кэрол осенила гениальная мысль, и она решила надеть черное платье, в котором выглядела потрясающе. Но так как Лепски решит, что она сошла с ума, раз идет в пляжный ресторан в черном платье, то она согласна на то, чтобы надеть белое с красным.

Платье нравилось Лепски, но если бы он сам предложил надеть его, это вызвало бы новый виток ссоры.

В конце концов Лепски улизнул из гостиной и, налив себе бокал виски с содовой, терпеливо ждал, пока жена закончит свою экипировку.

Только чуть позже 19.15 она появилась на террасе, и Лепски придирчиво осмотрел жену. Она выглядела столь потрясающе, что он невольно вскочил, а женщины это сразу отмечают.

— Не будь таким животным, Лепски, — резко сказала она. — Если ты осмелишься тронуть меня…

Лепски и сам понимал, что сейчас не время для супружеских ласк, и только улыбнулся.

— Миссис Лепски, вы надолго запомните тот час, когда мы вернемся домой.

Кэрол хихикнула, но все же не выдержала и поинтересовалась:

— Как я выгляжу?

— Изумительно! Восхитительно! Потрясающе!

Но едва они двинулись к машине, Кэрол остановилась.

— Минутку.

Лепски замер, стараясь сдержать раздражение.

— Что еще? Порвался чулок? Сползла бретелька? Забыла сумочку? Нет носового платка? Что еще?

— Не будь таким занудой! Неужели ты намереваешься идти со мной в ресторан в таком виде?

— А что такое? Чистая рубашка, брюки наглажены, туфли блестят. Да когда я в таком виде, любая девушка в городе будет рада пройтись со мной.

— Если ты воображаешь, что я пойду с тобой, когда у тебя револьвер, то ты ошибаешься. Любой может увидеть, как он выпирает из-под пиджака. Ты что, хочешь повесить на меня табличку «жена копа»?

Лепски обескураженно развел руками.

— Но разве ты не жена копа? — спросил он хрипло.

— Нет необходимости афишировать этот прискорбный факт моей биографии. Лепски, оставь револьвер!

Лепски нервно взялся за галстук, зашипел от боли в обожженных пальцах и только усилием воли сдержался, чтобы не начать рвать на себе волосы.

— Но, дорогая, это же нелепо! Мне положено носить с собой оружие! Притворись, что не замечаешь его. Поехали!

— Я не пойду с тобой в ресторан, если при тебе будет оружие!

По тону, каким были сказаны эти слова, он понял, что препирательства бесполезны. Новая ссора могла продлиться несколько часов и так и закончиться ничем. А у него к этому времени разыгрался аппетит, так что он без лишних слов расстегнул кобуру и бросил оружие на диван.

— К чему волноваться? — спокойно сказала Кэрол. — Ты ведь будешь со мной.

Лепски рявкнул, уже не владея собой:

— Так мы идем или нет?

— Я уже давно готова. Это ты никак не соберешься.

Со вздутыми жилами на шее, донельзя раздраженный, Лепски поплелся вслед за женой.

В субботние вечера ресторан Доменико всегда был переполнен. И эта суббота не была исключением. Зал был полон, и Соло попросил Гарри помочь в баре. Нина тоже разносила заказы.

Мануэль, как дирижер, лавировал по залу, рассаживая посетителей, принимая заказы, отдавая распоряжения официантам. Подойдя ко входу, наверное, в пятнадцатый раз, он остановился. Неприятным сюрпризом для него явилось то, что он увидел Тома Лепски с женой.

— Мистер Лепски! — он натянуто улыбнулся, обнажив зубы. — Как я рад вас видеть!

— Соло пригласил нас… и вот мы здесь, — сказал Лепски, немного обескураженный переполненным залом.

— Разумеется, — Мануэль всегда держал в резерве три столика. — Проходите сюда… — он провел их к столику в углу и, сделав знак официанту, вернулся обратно в фойе. Когда народ немного схлынул, он проскользнул на кухню, чтобы предупредить Соло о визите полицейского. Работая в поте лица, Соло недовольно нахмурился, но лишь махнул рукой.

— Пускай заказывает самое лучшее… за счет заведения.

Выходя из кухни, Мануэль столкнулся с Гарри, разносящим напитки.

— Столик номер четыре, в углу, — сказал ему Мануэль. — Возьми заказ на спиртное… все за счет заведения.

Уже издали Гарри увидел, кого ему предстоит обслужить.

— Хэлло, Митчелл, — улыбнулся Лепски стандартной улыбкой копа. — Помнишь меня?

— Разумеется. Вы — Лепски, извините, мистер Лепски, — ответил Гарри, чувствуя, как застыло его лицо.

— Верно. Все еще работаешь здесь?

Гарри перевел взгляд на женщину, сидящую за столиком Лепски.

— Что вы хотите выпить, мадам?

Кэрол почувствовала, как кровь сильнее побежала по жилам. Этот сильный, высокий блондин показался ей таким сексуальным. Ей никогда не встречались столь превлекательные мужчины.

— Коктейль «Коллинз», пожалуйста, — сказала она, даря Гарри улыбку, какую никогда до этого не дарила Лепски.

— Двойную порцию шотландского виски, — заказал Лепски.

— Том, не кажется ли тебе, что это лишнее, — попробовала урезонить мужа Кэрол, уверенная в своей правоте. — Ведь ты уже выпил дома. — Она перевела взгляд на Гарри. — Принесите мужу одинарную порцию виски с содовой.

Поклонившись, Гарри отошел.

— Но, дорогая, я и сам знаю, что могу себе позволить, — недовольно пробурчал Лепски. — Почему ты…

— Я не хочу, чтобы ты напивался, пусть даже и за чужой счет, — отрезала Кэрол.

Тому осталось лишь зашипеть, подобно рассерженной змее.

— Если ты предпочитаешь слабоалкогольные напитки, это еще не значит, что другие разделяют твою точку зрения.

Пока они ссорились, Гарри предупредил Рэнди, кто пришел в ресторан. От испуга Рэнди едва не выронил шейкер, в котором смешивал коктейли.

— Что ему здесь понадобилось? — прошептал он, едва дыша.

— Пришел поесть за чужой счет и, возможно, осмотреться, что здесь делается. Сделай мне коктейль «Том Коллинз», двойной джин и двойное виски.

Рэнди быстро приготовил заказанные напитки.

— Он видел тебя с чемоданом Бадди, — лишний раз напомнил Рэнди, ставя напитки на поднос. — Не думаешь же ты…

— Успокойся. Он ничего не сможет доказать. Нет свидетелей этого. — Гарри взял поднос. — Выпей чего-нибудь сам и успокой нервы.

Когда он подошел к столику Лепски, Мануэль как раз брал их заказ. Гарри расставил напитки. Увидев, что ему принесли, Лепски заметно оживился. Мануэль тоже был на высоте.

— Соло хотел бы, чтобы вы отведали его фирменные блюда, мистер Лепски. — Он поклонился Кэрол, улыбаясь. — Жареная утка с зеленым перцем, а для начала устрицы и креветки.

Кэрол была в восторге.

— Вы лучше знаете меню, так что сами решайте, что нам подавать, — сказала она.

Мануэль глянул на Лепски.

— Вам то же самое?

— Принесите лучше бифштекс.

Кэрол была неприятно поражена.

— Фи, Том, что за дурной вкус! Неужели ты не можешь есть что-нибудь другое? Бифштекс! Ведь утка…

— Принесите бифштекс, — упрямо повторил Лепски. — Неужели человек не может заказать то, что ему нравится?

— Как скажешь, — сдалась Кэрол.

Через час и двадцать минут, насытившись, Лепски почувствовал угрызения совести. Сейчас они ожидали кофе, и он решил, что наступил самый подходящий момент разузнать что-нибудь. Но он знал, какой разразится грандиозный скандал, если Кэрол узнает, что он находится здесь по служебным делам.

— Милая, мне нужно сходить сделать пи-пи! — заявил он, поднимаясь.

— Лепски! Как можно быть таким невоспитанным! — воскликнула Кэрол. — Неужели нельзя сказать, что тебе надо в туалет?

Кэрол демонстративно отвернулась.

Лепски непонимающе смотрел на нее.

— Но я же просто сказал, куда иду. Подожди меня. Если чего-нибудь захочешь, спроси официанта.

И прежде чем Кэрол сообразила, что это несколько больше, чем просто визит в туалет, он быстро прошел через зал и зашел в коридор, ведущий на кухню.

Увидев его маневр, Мануэль нажал кнопку звонка, предупреждая Соло. Соло как раз был занят изготовлением четырех фирменных блюд и только ругнулся под нос.

Однако Лепски, не заходя на кухню, вышел из ресторана и двинулся в обход здания. Через окно он видел Соло, склонившегося над плитой. Он услышал, как на стоянку въехала машина, и глянул в том направлении. Это был большой белый «мерседес», моментально приковавший внимание Лепски. Из машины вышла женщина. Это была миссис Карлос, жена одного из богатейших жителей Парадиз-Сити. Но Том не обратил на нее никакого внимания, во все глаза рассматривая коренастого мужчину, услужливо открывшего дверцу перед мадам Карлос. Подозрение мгновенно вспыхнуло в голове у Лепски, так как этот человек был очень похож на того гангстера, который убил Мэй Лангли. Он автоматически сунул руку под пиджак, но тут же вспомнил, кто Кэрол запретила ему брать оружие. Лепски моментально прошиб пот. Мужчина, прислонившийся к дверце «мерседеса», был убийцей. У Лепски было два варианта действий: позвонить в управление и попросить помощи, но тогда пришлось бы объяснять, почему это у него нет револьвера, или же попытаться захватить бандита самостоятельно, надеясь на то, что тот не рискнет применить оружие. Он понимал, что если и на сей раз попадет впросак, то о повышении нечего и думать. Единственная разумная альтернатива заключалась в том, чтобы вернуться к Кэрол и спокойно провести остаток вечера в ее обществе. Но Лепски был полицейским до мозга костей и прослужил в полиции годы и годы, пройдя путь от патрульного полицейского до детектива второго класса. Выйдя из тени, он медленно направился к «мерседесу».

Коренастый вздрогнул от неожиданности. Его правая рука нерешительно коснулась пуговиц пиджака, и по этому жесту Лепски понял, что тот вооружен. Лепски мысленно прикрыл лицо незнакомца носовым платком и убедился, что это и есть убийца.

— Полиция, — твердо сказал он. — Кто вы такой?

В свете фонаря Лепски заметил, как сузились и заблестели глаза незнакомца.

— Ничего не понимаю, — сказал мужчина. — Я шофер миссис Карлос.

— Как ваше имя? — Лепски сделал шаг вперед, стараясь подойти как можно ближе к незнакомцу, на тот случай, если бы тот попытался выхватить оружие. Но противник тоже был не промах и отступил в сторону.

— В чем дело? — повторил он. — Я Фернандо Кортец. Я работаю у миссис Карлос.

— О’кей, Кортец, — сказал Лепски, чувствуя, как сильнее забилось сердце. — Подними руки! Быстрее!

Этим блефом можно было провести мальчишку, но не такого стреляного воробья, каковым являлся Кортец. Тот даже и ухом не повел, не спуская глаз с Лепски.

— Ничего не понимаю. Я шофер миссис Карлос.

— Это я уже слышал. Мне нужен твой пистолет.

Кортец заколебался.

— Я ношу оружие для защиты миссис Карлос.

— Мне нужно на него взглянуть. — Лепски требовательно протянул руку, с удовлетворением отмечая, что она не дрожит, хотя сам он покрылся холодным потом.

Кортец нерешительно отступил еще на шаг.

— О’кей, коп, ты сам хотел этого!

Пистолет прыгнул ему в руку, и Лепски моментально узнал оружие, чей черный ствол был направлен ему в грудь. Это был «вальтер» калибра 7.65. Именно из такого пистолета была убита Мэй Лангли.

Он сделал движение, чтобы выхватить оружие из руки, как вдруг яркий свет как бы вспыхнул у него в голове и все погрузилось во мрак.