Россу снилось, что он препирается из-за медеплавильного завода с сэром Джоном Тревонансом и другими акционерами. Сон не был непривычным или из ряда вон выходящим. Половину дневных часов Росс проводил, ограждая "Карнморскую медную компанию" как от внутренних раздоров, так и от внешних нападок. Противники откинули забрала, и нельзя было предугадать, кто одержит вверх.

В этой борьбе все методы были дозволены. На "Объединенные шахты" оказывали давление, и Ричарда Тонкина вытеснили из управления. У сэра Джона Тревонанса затянулась судебная тяжба в Суонси по его угольным баржам.

Россу снилась встреча в доме Тревонанса, которая должна была состояться через несколько дней, и во сне все спорили одновременно. Он без конца стучал по столу и пытался привлечь внимание собеседников. Но никто не слушал, и чем больше он стучал, тем больше они говорили, пока внезапно не воцарилась тишина, а Росс не обнаружил, что лежит в безмолвной комнате и слышит стук в парадную дверь.

Уже рассвело, и в полузашторенные окна светило солнце. Гимлетты вскоре поднимутся. Росс потянулся к часам, но как всегда позабыл их завести. Рядом на подушке темным облаком раскинулись волосы Демельзы, и едва слышно раздавалось её мерное дыхание. Она всегда крепко спала, а если её будил плач Джулии, то вставала и, вернувшись, за пять минут засыпала.

Внизу раздались поспешные шаги, и стук прекратился. Росс встал с постели, а Демельза села, как всегда бодрая, словно и вовсе не ложилась спать.

- В чем дело?

- Не знаю, дорогая.

Затем раздался стук в дверь спальни, и Росс её открыл. Отчего-то в подобных случаях он по-прежнему ожидал обнаружить за дверью Джуда.

- Если позволите, сэр, - произнес Гимлетт, - там вас мальчик хочет повидать. Чарли Барагванат, сын садовника из Мингуза. Он ужасно расстроен.

- Я сейчас спущусь.

Демельза тихонько вздохнула под одеялом. Она решила, что известия касаются Верити. Весь вчерашний день, прекрасный вчерашний день, добрую часть которого они провели на пляже под солнцем, окуная ноги в нагретую солнцем воду, у нее из головы не выходила Верити. Это был день побега Верити, который Демельза планировала и замышляла более года. Теперь она гадала, как все прошло, и ждала.

Из-под края простыней выглядывали только её глаза, и они наблюдали за тем, как Росс оделся и спустился вниз. Ей хотелось, чтобы их оставили в покое. Она лишь желала остаться наедине с Россом и Джулией. Но число посетителей увеличивалось, особенно, как их насмешливо называл Росс, её воздыхателей. Сэр Хью Бодруган несколько раз заглянул на чай.

Росс вернулся. Демельза мгновенно смекнула, что случилась беда.

- В чем дело?

- Со слов парня ничего не разобрать. Должно быть, произошло что-то на шахте.

Она села в постели.

- Несчастный случай?

- Нет. Лучше ложись спать. Еще только начало шестого.

Он вновь спустился, присоединившись к щуплому мальчонке, чьи зубы выбивали дробь, словно от холода. Росс дал ему хлебнуть бренди, и они направились через яблоневый сад к холму.

- Ты первым туда зашел? - спросил Росс.

- Да, сэр... я... я всегда заглядывал к ним по пути. Не то чтобы они всегда находились дома, когда я заглядывал так рано, но я всегда ходил этим путем. Я думал, что их нет дома. А потом я увидел... увидел её...

Он закрыл лицо руками.

- По правде говоря, сэр, я едва в обморок не хлопнулся. Чуть тут же рассудок не потерял.

Приблизившись к коттеджу, они заметили стоящих снаружи трех мужчин. Пола Дэниэла, Заки Мартина и Ника Вайгаса.

- Всё так, как рассказал мальчик? - спросил Росс.

Заки кивнул.

- Есть кто-нибудь внутри?

- Нет, сэр.

- Знает кто-нибудь, где Марк?

- Нет, сэр.

- Вы послали за доктором Энисом?

- Только что, сэр.

- Ага, мы послали за ним, это уж точно, - горько промолвил Пол Дэниэл.

Росс взглянул на него.

- Пойдешь со мной, Заки, - сказал он.

Они вместе подошли к распахнутой двери, Росс пригнул голову и вошел внутрь.

Карен лежала на полу, прикрытая одеялом. Солнечный свет из окна заливал его золотистым потоком.

- Мальчик сказал...

- Да... Мы её перенесли. Нам показалось неправильным оставлять бедняжку так.

Росс опустился на колено и поднял одеяло. На Карен был алый платок, что Марк год назад выиграл в состязании борцов. Росс опустил одеяло, поднялся и вытер руки.

- Заки, где был Марк, когда это случилось? - произнес Росс вполголоса, чтобы никто не подслушал.

- Ему следовало находиться в шахте, капитан Росс, и сейчас он бы уже поднялся. Но сегодня в его смене произошел несчастный случай. Мэттью вернулся домой еще в первом часу. С тех пор Марка Дэниэла никто не видел.

- Ты не знаешь, где он может быть?

- Понятия не имею.

- Ты послал за приходским констеблем?

- За кем? За стариной Вейджем? А следовало?

- Нет, этим будет заниматься Дженкинс. Это ведь приход Мингуза.

Поперек комнаты пролегла тень - вошел Дуайт Энис. На его бледном лице выделялись только лихорадочно блестевшие глаза.

- Я... - он взглянул на Росса, затем на тело на полу. - Я пришел...

- Чертовски неприятное дело, Дуайт, - дружеские отношения заставили Росса повернуться от молодого человека к Полу Дэниэлу, вошедшему вслед за доктором. - Давай оставим доктора Эниса, пока он проводит осмотр.

Пол, казалось, готов был поспорить, но Росс пользовался слишком большим авторитетом, чтобы просто отмахнуться от него, и все вышли на солнце. Росс оглянулся и увидел, как Дуайт наклонился, чтобы откинуть ткань. Его рука дрожала, а выглядел он так, будто может рухнуть в обморок прямо на это тело.

И весь день ни слова о Марке Дэниэле. Почерневший и израненный, он ушел с шахты в полночь, а в предрассветные часы утра понедельника заклеймил неверность и обман. Затем его поглотил теплый день.

Насколько все знали. Как тихое дуновение ветра среди травы, шепоток об измене Карен распространился по деревням всей округи, и никто не сомневался, что именно это и привело к её смерти. И любопытно, что никто, казалось, не сомневался в справедливости совершившегося. Библейское наказание. С того времени, как она пришла сюда, Карен выставляла себя напоказ перед другими мужчинами. И другой мужчина, и все знали, кто именно попал в её сети. Любая, у кого есть глаза, знала, что Марку Дэниэлу так запросто рога не наставишь.

Карен понимала, на что идет, и решила рискнуть, противопоставив свой изворотливый ум его медлительной силе. Какое-то время ей это сходило с рук, а затем она совершила ошибку, и всё закончилось. Может, и не по закону, зато по справедливости. И "Тот мужчина", мог только благодарить звезды, что тоже не лежит на полу со сломанной шеей. Он еще мог там оказаться, если не будет осторожен. На его бы месте они бы вскочили на коня и отъехали бы миль на двадцать, и держались бы подальше, пока Марк Дэниэл на свободе. При всей своей учености "Он" был почти сосунком, и Дэниэл мог сломать его как прутик.

"Его" сильно не осуждали, хотя могли бы.

За те несколько месяцев, что он здесь прожил, его полюбили и зауважали, а Карен - нет. Они могли бы осудить его как разрушителя семейного очага, но вместо этого решили, что это соблазнительница Карен сбила его с пути истинного. Многие жены видели, как Карен смотрит на их мужей. И это не вина доктора, говорили они. Но всё же оказаться на его месте никто бы не хотел. Ему пришлось прийти и обследовать тело, и поговаривали, что когда он вышел, пот лил с него градом.

В шесть вечера Росс отправился повидать Дуайта.

Поначалу Боун не хотел его впускать: доктор наказал "ни под каким предлогом его не беспокоить". Но Росс его отпихнул.

Дуайт сидел за столом с кипой бумаг перед собой и выражением безнадежного отчаяния на лице. С утра он не переоделся и не побрился. Он взглянул на Росса и встал.

- Что-то важное?

- Никаких новостей. Вот что важно, Дуайт. На твоём месте я бы не оставался здесь до ночи. Поезжай, проведи пару дней у Паско.

- С чего это? - глупо спросил он.

- Потому что Марк Дэниэл - опасный человек. Неужели ты думаешь, что если он решит прийти за тобой, то Боун или пара замков его остановят?

Дуайт закрыл лицо руками.

- Так значит, правда всем известна.

- Достаточно, чтобы уехать. В сельской местности невозможно ничего сделать тайком. А сейчас...

- Мне никогда не забыть её лица! - воскликнул он. - За два часа до того я его целовал!

Росс подошел и налил ему стакан бренди.

- Выпей. Тебе повезло остаться в живых, и мы должны сделать так, чтобы так было и дальше.

- Не вижу в этом смысла.

Росс сдержался.

- Слушай, парень, - сказал он мягче, - ты должен взять себя в руки. Дело сделано, и сделанного не воротишь. Прежде всего, я хочу предотвратить еще большее зло. Я здесь не для того, чтобы судить тебя.

- Я знаю, - сказал молодой человек, - я знаю, Росс. Только я сам себя сужу.

- И, несомненно, слишком сурово. Любому понятно, что в этой трагедии виновата девчонка. Я не знаю, насколько ты к ней привязался.

- Я не знаю, - Дуайт сломался, - Росс, я не знаю. Когда я увидел, что она там лежит, я... я подумал, что любил её.

Росс налил себе выпить. Когда он повернулся, Дуайт уже немного пришел в себя.

- Лучшее, что можно сделать, так это на какое-то время уехать. На неделю или около того. Судьи выдадут ордер на арест Марка, и констебли выйдут на охоту. Это всё, что мы можем сейчас сделать, и этого может оказаться достаточно. Но если Марк решит сбежать, то, уверен, этого будет мало, потому что, хотя каждый житель по закону и обязан помогать в его поимке, я не думаю, что кто-либо из них этому поспособствует.

- Они примут его сторону, и будут правы.

- Но они не против тебя, Дуайт. Тем не менее, за пару дней могут быть предприняты и иные меры, и через неделю Марка здесь не будет, а ты сможешь спокойно вернуться.

Дуайт поднялся, задев свой полупустой стакан.

- Нет, Росс! За кого ты меня принимаешь! Прятаться в надежном месте, пока его разыскивают, а потом прокрасться обратно! Я лучше встречусь с ним сразу и приму последствия, - Энис начал ходить взад-вперед по комнате, затем остановился. - Посмотри на это с моей точки зрения. Я во всех отношениях обманул этих людей. Я пришел к ним как незнакомец и врач. Я не встретился ни с чем хуже подозрительности и намного чаще встречался с большим, чем просто доброта. Мне насильно отдавали с таким трудом сбереженные яйца в благодарность за воображаемую пользу. Маленькие жесты доброй воли, даже от людей, которые были пациентами Чоука. Уверенность и доверие. А в благодарность я разрушил жизнь одного из них. Если я теперь уеду, то навсегда стану обманщиком и неудачником.

Росс промолчал.

- Но другой путь, более трудный - понять это и принять свою судьбу. Подумай, Росс, в Марасанвосе произошел еще один случай гнойной ангины. В Грамблере есть женщина с ребенком, который чуть не умер из-за неправильного обращения повитухи. А еще четыре случая шахтерской чахотки,с улучшением в результате лечения. Здесь есть люди, которые мне доверились. Да, я предал их, но еще большим предательством станет бросить их, предоставив доморощенным методам лечения Томаса Чоука.

- А я и не говорил, что ты должен так поступить.

- Иное невозможно, - Дуайт покачал головой.

- Тогда проведи пару дней у нас. Комната найдется. Возьми слугу.

- Нет. Благодарю за любезность. С завтрашнего утра я буду вести себя как обычно.

Росс угрюмо на него посмотрел.

- Тогда твоя смерть будет на твоей совести.

Дуайт поднес руку к глазам.

- На ней уже смерть Карен.

Из сторожки Росс прямиком поехал к Дэниэлам. Они, ничего не делая, сидели в полумраке коттеджа и выглядели как скорбящие на похоронах. Присутствовали почти все взрослые, за исключением Бет, жены Пола, которая вызвалась разделить ночное бдение у Карен в коттедже за холмом. Бет, презираемой Карен при жизни, была невыносима мысль, что тело последней будет лежать в одиночестве всю ночь.

Старик Дэниэл посасывал глиняную трубку и говорил, говорил, говорил. Никто, похоже, его не слушал, но старика это явно не волновало. Он пытался словами выдавить из себя горе и тревогу.

- Я хорошо помню, когда я был на Верхнем озере в шестьдесят девятом, произошел похожий случай. На Верхнем озере в шестьдесят девятом, или это был семидесятый? Мужчина сбежал с женой лавочника. Я хорошо это помню. Но в том не было его вины....

Все уважительно поприветствовали Росса, бабуля Дэниэл со слезами на глазах соскочила с шаткой табуретки и предложила ему сесть. Росс всегда был очень вежлив с бабулей Дэниэл, и та старалась отвечать взаимностью. Он поблагодарил и отказался, заявив, что хотел бы поговорить с Полом наедине.

- Но в том не было его вины. Сбежал с женщиной лавочника, а тот взял лопату и пошел следом за ними. Просто с лопатой. Ни с чем иным, как с лопатой.

Пол выпрямился и безмолвно последовал за Россом наружу. Затем он закрыл дверь и слегка настороженно к ней прислонился. Неподалеку, возле дверей своих коттеджей, беседовали соседи, но разговор они не могли слышать.

- О Марке нет вестей?

- Нет, сэр.

- Ты не знаешь, где он может быть?

- Нет, сэр.

- Полагаю, Дженкинс уже тебя допросил?

- Да, сэр. И остальных жителей Меллина. Но мы ничего не знаем.

- Как и не признаешься, если и знаешь, да?

- Пожалуй, что так, - Пол потупил взгляд.

- Это не мелкое воровство, Пол, а совсем другое преступление. Если бы Марка поймали на краже чего-либо из лавки, его могли бы приговорить к каторге, но если он спрячется на время, то могут и позабыть о нем. Но с убийством всё не так.

- А откуда нам знать, что он это совершил?

- А если нет, то с чего ему сбегать?

Пол пожал своими широкими плечами и, прищурившись, посмотрел на заходящее солнце.

- Может, мне следует рассказать, что скорее всего произойдет, Пол. Судьи выдали ордер и разослали констеблей. Старый кузнец Дженкинс из Марасанвоса сделает всё возможное, да и Вейдж из Сола тоже поможет. Я не думаю, что они преуспеют.

- Скорее всего нет.

- Тогда судьи организуют поиски. Облава - ужасная штука. Её следует избежать.

Пол ничего не ответил.

- Я знаю Марка еще с детства, Пол, и меня сильно огорчит, если его будут травить собаками, а потом повесят.

- Он будет болтаться на виселице, если сдастся, - заявил Пол.

- Ты знаешь, где он?

- Я ничего не знаю, но у меня есть некоторые догадки.

- Конечно, - Росс выпытал, что хотел. - Теперь слушай, Пол. Ты ведь знаешь бухту Нампары? Конечно, знаешь. Там две пещеры. В одной из них лодка.

- Да? - Пол бросил на него резкий взгляд.

- Маленькая лодка. Я ей пользуюсь для рыбной ловли у побережья. Весла я держу на отмели в задней части пещеры. Уключины у меня дома, так что никто не сможет воспользоваться лодкой без моего разрешения.

- Да? - Пол облизал губы.

- Да. Также дома есть съемная мачта и паруса, превращающие лодку в куттер. Это мореходное суденышко, я знаю из своего опыта. Не подходит для плаваний в океане, когда крутые волны, но летом решительный человек может преодолеть и намного худшие условия. В Англию Марку путь теперь заказан. Но к северу лежит Ирландия, а к югу - Франция, где сейчас волнения. У него есть знакомства в Бретани, и он плавал туда раньше.

- Разве? - Пол вспотел.

- Именно.

- А что с парусами и уключинами?

- Они могут обнаружиться в пещере после наступления темноты. И немного еды, чтобы не умереть с голода. Всё это просто мысли вслух.

- Благодарю за эти мысли. Кстати, если... - Пол потерся лбом о предплечье.

- Я ставлю только одно условие, - сказал Росс, ткнув ему в грудь длинным указательным пальцем. - Этот секрет останется между нами двумя или тремя. Быть соучастником убийства - вещь не очень приятная. И я не хочу, чтобы к этому был причастен Вайгас, поскольку Ник имеет обыкновение выбалтывать то, что может нанести другим ущерб. Есть некоторые люди при власти, чей аппетит улучшился бы, если бы я засунул свою голову в петлю. А я не собираюсь этого делать, ни ради тебя, ни ради твоего брата, ни ради всех разбитых сердец Меллина. Поэтому проделай всё осторожно. Заки Мартин поможет, если потребуется кто-то помимо твоей семьи.

- Нет, я все буду держать при себе, сэр. Нет необходимости вмешивать кого-либо еще. Это доконает папашу, если он увидит Марка болтающимся в петле, а может, и бабулю тоже, мы не думаем, что она такое переживет. Весь этот позор. Если такое случится...

- Ты знаешь, где он сейчас?

- Я знаю, где могу оставить записку - мы привыкли так играть еще детьми. Но думаю, только завтра вечером, раньше ничего не выйдет. Сначала я должен назначить встречу, а потом убедить его, что будет лучше для всех, если он уплывет. Говорят, его всё это сильно подкосило.

- Значит, с ним кто-то виделся?

- Да, - Пол окинул Росса быстрым взглядом.

- Я не думаю, что он откажется уехать, если ты упомянешь его отца. Но поторопись. Нужно успеть сделать это не позднее, чем завтра.

- Хорошо. Я так и сделаю. Если получится сегодня, я дам знать. И спасибо вам, сэр. Они не знают, как смогут вас отблагодарить, но отблагодарят. По чести отблагодарят.

Росс, повернувшись, побрел домой. Пол же вернулся в коттедж, где папаша Дэниэл продолжал что-то рассказывать своим дребезжащим, старческим голосом, словно и не прерывался. Старик всё говорил и говорил без умолку, лишь бы не наступалo молчание.