Где вы,

            бодрые задиры?

Крыть бы розгой!

                            Взять в слезу бы!

До чего же

                 наш сатирик

измельчал

                  и обеззубел!

Для подхода

                     для такого

мало,

         што ли,

                     жизнь дрянна?

Для такого

                 Салтыкова —

Салтыкова-Щедрина?

Заголовком

                  жирно-алым

мозжечок

               прикрывши

                                 тощий,

ходят

          тихо

                  по журналам

дореформенные тещи.

Саранчой

                улыбки выев,

ходят

          нэпманам на страх

анекдоты гробовые —

гроб

       о фининспекторах.

Или,

       злобой измусоля

сотню

          строк

                   в бумажный крах,

пишут

           про свои мозоли

от зажатья в цензорах.

Дескать,

              в самом лучшем стиле,

будто

          розы на заре,

лепестки

               пораспустили б

мы без этих цензорей.

А поди

           сними рогатки —

этаких

           писцов стада

пару

        анекдотов гадких

ткнут —

             и снова пустота.

Цензоров

               обвыли воем.

Я ж

      другою

                  мыслью ранен:

жалко бедных,

                       каково им

от прочтенья

                     столькой дряни?

Обличитель,

                     меньше крему,

очень

          темы

                   хороши.

О хорошенькую тему

зуб

      не жалко искрошить.

Дураков

             больших

                            обдумав,

взяли б

             в лапы

                        лупы вы.

Мало, што ли,

                       помпадуров?

Мало —

             градов Глуповых?

Припаси

              на зубе

                          яд,

в километр

                  жало вызмей

против всех,

                    кто зря

                               сидят

на труде,

               на коммунизме!

Чтоб не скрылись,

                              хвост упрятав,

крупных

             вылови налимов —

кулаков

            и бюрократов,

дураков

             и подхалимов.

Измельчал

                  и обеззубел,

обэстетился сатирик.

Крыть бы в розги,

                             взять в слезу бы!

Где вы,

            бодрые задиры?