В час, когда от Казбека опять

Поднимаются ветры обильные,

Выползают в ущелье играть

Звери хищные, самые сильные.

Но потом появляется лев,

Чтоб свои оглядеть просторы,

И зверье, перед ним присмирев,

Торопливо пятится в норы.

Говоря: «Там мой дом между скал,

За вершинами синими»,—

Черный сокол всех птиц распугал

И парит над вершинами.

«Я, мол, царь-государь за семью

Океанами и морями», —

Белый царь говорит и свою

Длань с мечом заносит над нами.

Говорят, будто рыба одна

Без воды народилася.

«Мне бы воду, — мечтает она, —

Я бы всласть порезвилася».

Горе есть и у птицы орла,

У орла однокрылого.

Птица думает: «Мне бы крыла,

Выше всех бы парила я».

В небе синем звезда не горит,

Не блестит и не светится.

«Мне б сиянье, — она говорит, —

Я была б ярче месяца».

Что поделать, всем прочим сродни

Мои други всегдашние.

Даже будь и сильнее они,

Вряд ли были б бесстрашнее.

Жизнь дается нам всем не навек.

Пусть лишь храбрым она улыбается,

А у тех, кто замыслит побег,

Пусть от тела душа отделяется.

Да не будет, друзья, суждена

Нам могила бесславная,

После смерти навечно она,

Как при жизни жена своенравная.