В люльке я лежал лет пять,

В шесть я бегать стал и драться,

В десять я умел стрелять,

А без малого в пятнадцать

Мне пришлось любовь узнать.

Многих женщин наших гор

Видел я, их слышал речи.

Почему ж с тех давних пор,

Утро на дворе иль вечер,

Твой передо мною взор?

Ива, ива, сладкий мед,

Как всегда в разгаре лета,

По сучкам ее течет.

Ты стройна, как ива эта,

Ветер эту иву гнет.

Ветер иву гнет в саду,

Треплет ветви завитые,

Ива с ветром не в ладу,

У тебя соседи злые —

Стерегут, мне на беду.

В гривы ленты вплетены,

Из ремней сплету я плетку.

Наши лошади сильны, —

Лезь быстрей, и я в пролетку

Сяду с левой стороны.

Мы с тобой, моя краса,

Бросим этот край суровый,

Чтоб увидеть чудеса:

Край медовый, край здоровый,

Где сосновые леса.

Ворон — смерть, орел — мечта.

Птица то, и это птица.

Ту скрывает высота,

Эта над плечом кружится,

И кружится неспроста.

В руки мне орла не взять,

Да и ворону степному

Прочь пути не указать,

И достанется другому

Красота твоя и стать.

Для меня ты, Актамак,

И удача и несчастье,

Ты и солнце, ты и мрак,

Ты и вёдро и ненастье,

Ты и уксус и каймак.

В небесах луна ясна.

В небесах белы дороги.

В нашем крае ты луна, —

Жаль: не только мне, а многим

Красота твоя видна.

Ты луна моих ночей,

Сон мой сладкий и проклятый,

Пелена моих очей,

И чем дальше от меня ты,

Тем люблю я горячей.