– Почему ты отставала сегодня, сестренка? – спросил Тоби, принимаясь за свой завтрак. Одри пожала плечами:

– Я пропустила тренировку в середине недели.

Они, как обычно, отправились на пробежку и остановились в своей любимой закусочной позавтракать – яйца, бекон и блинчики. Ее брат также добавил тост с джемом и маслом.

Как и всегда, половину своих блинчиков она не съела.

– Мне кажется, это твое новое расписание работы тебя убьет, – усмехнулся Тоби и подмигнул. Выглядел он при этом самодовольным всезнайкой. – А то, что ты каждый вечер ходишь на свидания, не помогает?

Если бы он только знал…

– Вчера я была дома до того, как ты вернулся, – запротестовала Одри.

– Ну да, я ведь не домосед, как ты! Ты сидишь дома с тех пор, как задница Чад разорвал помолвку.

Одри состроила гримасу. К счастью, при упоминании о Чаде боль все реже и реже напоминала о себе. Предательство Чада потрясло Одри сильнее, чем она была готова признаться самой себе, а уж тем более обсуждать это с другими. Тем более не со своим братом. Он и так довольно настрадался, зная, что из-за него жизнь Одри изменилась.

Тоби выпил апельсиновый сок и поставил пустой бокал на стол.

– Жалко, что твой график работы изменился именно тогда, когда ты встретила своего героя, – заявил Тоби.

– Героя? – Винченцо, конечно, потрясающий, но можно ли было назвать его героем?

– Ну да, – пожал плечами Тоби. – Он, должно быть, оратор, раз сумел убедить тебя пойти с ним не только на одно, а на целых три свидания.

Одри рассмеялась:

– Ты совершенно прав.

Прошлая неделя превратилась для Одри в размытое пятно. По требованию Винченцо она работала с семи до трех часов, а оставшееся время проводила с Франкой и Анджело. Некоторые вечера она проводила с Винченцо, иногда в компании детей, иногда нет.

Одри не чувствовала вины перед Тоби, говоря ему, что идет на свидания. Винченцо проявил себя настоящим джентльменом, обращаясь с ней как с женщиной, с которой хотел проводить время, а не как со своей сотрудницей. В общем, Одри была занята под завязку, а бессонные ночи отнюдь не способствовали ее отдыху, но девушка ничего не могла поделать.

Они целовались еще несколько раз, и в каждом случае поцелуи были как откровение, заставляя ее мечтать о том времени, когда они сблизятся настолько, чтобы заняться любовью.

– Ладно, продолжай встречаться, тебе это только пойдет на пользу, – милостиво сказал Тоби.

– Как скажешь, – произнесла Одри, а сама еще раз подумала: «Если бы ты только знал!»

Она объяснила Тоби смену своего рабочего графика. Но посвящать его в детали плана Винченцо Одри не собиралась, и дело было не только в подписанных ею бумагах. Если она станет женой Винченцо и матерью его детей, то ее брат никогда не узнает, что именно скрывалось за ее поступком.

– Итак, когда я с ним познакомлюсь? – спросил Тоби, когда они закончили завтрак.

Может быть, никогда. Но Одри не могла этого сказать.

– Мы еще не дошли до такой стадии…

Она опять не солгала, но в этот раз это была полуправда.

Тоби, казалось, совсем не был впечатлен ее ответом.

– На какой стадии вы должны быть, чтобы твой брат познакомился с этим парнем и решил, заслуживает ли он тебя?

– Я люблю тебя, Тоби, больше всего на свете, но мне двадцать семь лет. И я вправе сама решать, с кем мне встречаться.

Ее брат фыркнул:

– Может быть, я еще и подросток, но я встречался с парнями чаще, чем ты.

– Ах ты, мой герой, – ласково произнесла Одри.

Тоби сжал руки, демонстрируя внушительные бицепсы.

– Да, я такой, – без ложной скромности заявил он. – Да, кстати, ты будешь сегодня на игре?

– Конечно. – Она ни за что ее не пропустит! Даже ради Винченцо и детей. – Это ведь твоя последняя игра.

– Может, и нет. Я ведь смогу играть в колледже, если поступлю туда, конечно.

– Я даже не знала, что у них есть футбольная команда.

– Конечно, есть. «Инженер». Название подходит, правда?

– Да, – признала Одри и посерьезнела. – Но я не уверена… Что, если учеба будет отнимать у тебя все время?

– Что касается колледжа, Одри…

– Нет, Тоби. – Одри подняла руку. – Даже не смей об этом думать! Ты получил частичную стипендию. Ты должен верить – все остальное как-нибудь образуется.

– Тяжело в это поверить, – заметил Тоби. – Я могу устроиться на работу. Вот только не знаю, хватит ли денег…

– Я не хочу, чтобы ты работал.

– У нас нет другого выбора.

– Кто знает?

– Я подал заявление на получение стипендии из независимых фондов, но шансов получить ее ничтожно мало, ты понимаешь?

Одри кивнула, не в силах произнести ни слова, так как в ее горле встал комок.

– Я говорила тебе, как сильно тобой горжусь?

– Миллион раз, – кивнул Тоби. – Ладно, ты приведешь его на игру?

Одри постаралась совладать со своим ужасом, представив Винченцо Томази на футбольном матче.

– Это не входит в мои планы, – честно призналась она.

– Да, конечно, было бы лучше, если бы последняя игра была домашней, но что поделаешь?

– Будет полно людей, которые тебя поддержат. Все-таки игра состоится недалеко от города. – Всего в сорока пяти минутах езды от города.

– Может, тогда тебе все-таки стоит позвонить своему парню и пригласить его?

Одри решила, что Винченцо уже в особняке с детьми, и не стала ему звонить. Впрочем, она не стала бы звонить ему в любом случае. Нет, не может она пригласить его на игру своего брата, не в таких они еще отношениях.

Она пробиралась к местам фанатов, когда вдруг услышала пронзительный голос:

– Одри!

Не в состоянии поверить своим ушам, она повернулась.

– Франка? – произнесла Одри и недоверчиво покачала головой – ей наверняка показалось.

Она даже закрыла глаза на несколько секунд, но, когда открыла их, видение не исчезло.

Франка, стоявшая в розовой парке и ботинках, держала за руку Винченцо. Она выглядела как миниатюрный снежный зайчик. Одри не могла не улыбнуться девочке.

На личике Франки отразилось такое же самодовольство, как и на лице ее дяди.

– Что вы здесь делаете? Где Анджело?

– Мы пришли, чтобы посмотреть с тобой игру, – хищно улыбнулся Винченцо. Он выглядел потрясающе в черных джинсах и кашемировом свитере, поверх которого была надета кожаная куртка на овечьем меху. Шапки и перчаток на нем не было.

– Анджи и Перси дома, – сказала Франка. – Он слишком маленький, чтобы выходить в такой холод. – Маленькая девочка была явно счастлива – ее причислили к клану взрослых, она может смотреть футбол!

– Надо же, я вас не ожидала, – честно призналась Одри.

Она была не просто удивлена, а ошарашена. После того как Одри не приняла приглашения Винченцо провести уик-энд в его особняке, она была уверена – они не увидятся до понедельника.

– Мы решили сделать тебе сюрприз, – со счастливой улыбкой заявила Франка. – Ты рада?

– Да, очень, – улыбнулась Одри.

Маленькая девочка довольно кивнула:

– Вот и хорошо.

– Можем, сядем? – предложил Винченцо. – А то места быстро занимаются.

Одри кивнула и взяла Франку за руку. Одну руку Винченцо положил на плечи Одри и повел их к не занятым в центре трибуны местам.

Его телохранители встали рядом с сиденьями и в проходе. На мужчинах впервые не было их традиционных черных костюмов, и почти никто не обращал на них внимания. Другая история была с Винченцо. На него смотрели, его провожали взглядами, но Винченцо, казалось, не замечал внимания, которое ему уделяют. Вполне возможно, он просто привык к такой реакции со стороны обычных людей. Родители других игроков изъявили желание с ним познакомиться. Винченцо не возражал.

– Винченцо Томази, – представился он окружившим их людям. – Это моя дочь Франка.

Услышав его слова, маленькая девочка буквально просияла.

– Вы друг Одри? – спросила одна женщина.

– Да, – просто ответил Винченцо.

– Это первая игра Тоби, на которую вы пришли? – спросил один из отцов.

– Да, – лаконично ответил Винченцо, не вдаваясь в детали.

– Вы, должно быть, парень, с которым встречается Одри, – сказал Брайан, лучший друг Тоби, не играющий в футбол.

– А ты, надо думать, один из лучших друзей Тоби? – никак не прокомментировав это заявление, спросил Винченцо.

– Мы с Тоби лучшие друзья начиная со средних классов.

– Ты тоже хочешь поступить в технологический институт? – заинтересованно спросил Винченцо.

– Я бы хотел, – вздохнул парень. – Но не хочу, чтобы из-за меня родители влезали в долги, поэтому, скорее всего, поступлю в Массачусетский университет в Бостоне, – продолжил он. – Но мы будем достаточно близко, чтобы встречаться в уик-энды.

В качестве запасного плана Тоби также рассматривал этот университет. Это было хорошее учебное заведение, но Тоби и Брайан хотели иного.

Одри нравился Брайан. Он был хорошим другом Тоби, даже зная о сексуальном пристрастии того. Разговоры прекратились, когда началась игра. Замечания Винченцо выдавали в нем человека, разбирающегося в американском футболе.

– Оказывается, ты такой страстный фанат, – заметила Одри. – Я думала, сицилийцы поддерживают европейский футбол.

– Европейский футбол никогда не был моей игрой. Я больше предпочитаю американский футбол, он взывает к чему-то примитивному во мне. Эта борьба, эта страсть – мне нравится это!

– Это всего лишь игра, Энцо.

– Твой брат хорошо играет, он быстр и техничен.

– Да.

– Он не хочет выступать за университет?

– Может быть…

– Но он не хочет получить спортивную стипендию?

– Нет. – Одри не хотела, чтобы образование ее брата зависело от его спортивных данных. – Игра в футбол и так отнимает у него много сил. Сейчас времени у Тоби достаточно, но что случится, когда он поступит в технологический?

– Это он боится или ты? – проницательно спросил Винченцо.

– Я не хочу, чтобы он тренировался, когда это время понадобится на учебу.

– Ты оберегаешь своего брата.

– Кто-то должен этим заниматься, – пожала плечами Одри.

Винченцо ничего не сказал, снова сосредоточившись на игре.

Когда наступило время перерыва, Одри предложила выпить чего-нибудь теплого. Винченцо отправил одного из своих охранников за горячим шоколадом.

Когда игра возобновилась, Франка залезла на колени к Одри. Спустя некоторое время девочка уже спала.

Взгляд, который Винченцо кинул на девочку, был странный, почти нежный.

– Мне ее взять? – спросил он.

– Нет, не надо. Не могу поверить – она уснула при таком шуме!

– Да уж, на такое, наверное, способны только дети.

– Помню своего Дэнни в таком возрасте. Он мог спать даже во время землетрясения, – сказала женщина, сидящая рядом.

– Да уж, – сказал ее муж и повернулся к ним: – Мы жили в Калифорнии. Там случилось землетрясение. Я нес его к двери после толчков, а он продолжал спать.

Все рассмеялись, а сердце Одри сжалось. Она также хотела рассказывать различные истории из жизни своих детей…

А еще Одри хотелось сделать чудо для Тоби и для двух маленьких невинных существ. И это желание становилось все сильнее, как только она узнавала этих детей получше.

Теперь она знала, как Анджело любит плескаться в ванночке. Знала, как важно было для Франки, чтобы ее рисунки вывешивались на стене в детской комнате. Девочка была в восторге, когда увидела свой рисунок на дисплее телефона Одри. Понадобилось меньше недели, и вот эти дети уже завоевали прочное место в сердце Одри.

Она знала: чем чаще она будет с ними видеться, тем сильнее будет к ним привязываться.

Чем бы это ни закончилось, Одри знала: в конце концов ее сердце будет разбито.