Обвинения Касмы звучали в голове Тэбби грозным эхом в течение всего перелета. После того как вспыльчивая брюнетка покинула церемонию, гостям были поданы легкие закуски. А Тэбби так и не выпала возможность задать пару вопросов Эшу. Она хотела поднять эту тему в самолете, но прямо за ними сидела Мелинда. В ее присутствии Тэбби не могла говорить откровенно.

Что, если Эш женился на ней, руководствуясь куда более вескими причинами, чем те, что он озвучил? Это возможно, учитывая, что несколько месяцев назад он отказывался от любой ответственности за Эмбер, а теперь вдруг передумал. Почему, черт возьми, она вновь оказалась такой наивной? Тэбби чувствовала себя обманутой. Но что это за странный пункт завещания?

– Ты на удивление молчалива, – заметил Эш, когда лимузин вез их по тосканской провинции.

Перед вылетом из Лондона Тэбби сменила свадебный наряд на фиолетовое платье. Платье, которое выбрал Эш. Ткань и длинные рукава мало подходили к теплому итальянскому климату. Несмотря на работающий кондиционер, Тэбби было жарко. Ее кожа покраснела, подчеркнув заметные тени под глазами и при этом очертив полноту ее розовых губ.

– Я наслаждаюсь видами, – нашла отговорку Тэбби. От злости на него она прикусила нижнюю губу. – Можно узнать, куда мы едем?

– Мой дом находится в горах. Как большинство моей недвижимости, раньше он принадлежал моей матери. В прошлом году я сделал в нем ремонт.

Злость уступила место любопытству.

– Твоя мама умерла, когда ты был еще совсем молод, правда? – спросила она и увидела, как напряглось его лицо. Выразительные глаза блеснули.

– Да. – По лицу, обычно не выражающему эмоций, пробежала тень.

– Я тоже рано лишилась родителей, – призналась Тэбби, пытаясь заполнить повисшую тишину. – Я воспитывалась в интернате. Там мы познакомились с Джеком и Соней, мамой Эмбер.

– Ты не говорила про интернат, – сказал Эш. Теперь ему было понятно, откуда у нее эти дворовые повадки.

– Это были не лучшие годы в моей жизни, – объяснила Тэбби. – Зато там я нашла лучших друзей.

Эш сжал губы в угрюмом молчании. Она понимала, что ему нисколько не интересна ни ее биография, ни она сама. Но, увы, внешность Ашерона Димитракоса все же не давала ее гормонам успокоиться.

Заехав на самую вершину горы, машина остановилась у каменного здания цвета орхидеи. Тэбби пришлось вновь закусить губу, чтобы не выразить своего изумления. Ведь то, что он называл своей виллой, на деле оказалось настоящим дворцом. Перед фасадом, разбрасывая капли в круглый бассейн, всеми цветами радуги играл фонтан. Здесь же стояли огромные вазоны с посаженными в них цветами. Добавить к этому красоту раннего заката, и получится истинная картина роскоши и одновременно умиротворения. Выходя из машины, Тэбби уловила легкое движение в кустах. А уже через секунду на авансцену горделиво выступил белый павлин, демонстрируя всему миру яркие переливающиеся перья. Он словно позировал перед гостями – на одной ноге, с гордо поднятой вверх головой. Несмотря на одиночество, павлин буквально источал величие.

От вида холла захватывало дух. Блестящий мрамор на полу под арками, разделяющими холл на несколько частей. Тэбби первый раз видела, чтобы в декоре внутреннего убранства использовалось столько оттенков белого. Не очень практично для семьи с ребенком. Хотя, во-первых, они не останутся здесь надолго; а во-вторых, Эмбер была еще слишком мала, чтобы ей были опасны все эти стеклянные столы с острыми углами и скульптуры на пьедесталах.

– Впечатляюще, – дала свою скромную оценку Тэбби.

– Мне нужно сделать несколько звонков, – извинился Эш и ступил на лестницу из кованого железа и мрамора.

Высокий широкоплечий мужчина в прекрасно сшитом легком костюме из дорогой ткани, играющей в свете проникающего в окна света.

– Я хотела поговорить…

Эш слышал эту фразу от многих женщин. И разговор всегда сводился к драматическим сценам, требованиям большего внимания и дорогим подаркам.

– Не сейчас. Позже.

– Нет, сейчас! – требовала Тэбби. Голубые глаза засияли злобой.

– О чем ты хочешь поговорить? – спросил Эш, остановившись.

Тэбби прошла из холла в комнату, уставленную дорогой старинной мебелью. Она остановилась, расправила плечи, гордо подняла подбородок:

– Это правда, что по завещанию твоего отца ты бы потерял половину своей компании, если бы не женился до конца года?

Эш напрягся:

– Кто тебе это сказал? Касма?

– То есть это правда. – Пламя ярости разгоралось у Тэбби в груди.

– Завещание отца не имеет к тебе отношения.

Но Тэбби была не в том настроении, чтобы купиться на общие фразы. Она шагнула от него назад, ее глаза потемнели от обиды.

– Я, как дура, поверила, что ты делаешь это ради Эмбер!

– Разве это не так? – спросил Эш тоном, который вряд ли мог успокоить ее расстроенные чувства.

– Я была полностью честна с тобой, а вы со своим адвокатом меня надули!

– Чем же? Я сделал все, что обещал. Женился на тебе, помогаю с процедурой удочерения, обеспечиваю вам обеим будущее. Любая женщина убить готова, чтобы получить хотя бы половину этого.

Тэбби сжала руки в кулаки. Ей хотелось дать пощечину этому дерзкому пижону, считающему остальных людьми второго сорта.

– Жаль, я не приемлю насилия, – процедила она сквозь зубы. – Иначе ударила бы тебя по лицу, ты это заслуживаешь.

Его широкий, чувственный рот скривился в ухмылке.

– Продолжать разговор не имеет смысла, – сказал Эш. – Завещание моего отца относится к категории конфиденциальной информации.

– Я имела право знать, что мне не за что тебя благодарить, – продолжала Тэбби. – Потакать твоим просьбам и прихотям, чтобы узнать, что эта свадьба одинаково выгодна и тебе! Ты использовал мое неведение, чтобы получить надо мной власть.

– Все это относится только к моему бизнесу, а он тебя не касается, – декларировал Эш.

– Это бред! То, что мы в одинаковых условиях, сильно меняет правила игры.

– Нет никакой игры! – бросил Эш. – Я на тебе женился, и теперь ты пытаешься извлечь выгоду из своего нового статуса.

Голубые глаза округлились.

– Выгоду? Тем, что пытаюсь отстоять свою позицию?

Эш сделал шаг вперед, обхватил ее и поднял вверх, даже не дав ей опомниться.

– В этом деле у тебя нет и не может быть своей позиции! – отчеканил он.

Тэбби уже не могла контролировать себя. Это был перебор.

– Если ты сейчас же не поставишь меня на пол, я ударю тебя ногой, – злобно выпалила она.

Вместо ответа, он еще сильнее сжал руки вокруг нее:

– Ни ногой, ни рукой ты меня не ударишь.

– Кто это сказал? – прошипела Тэбби сквозь сжатые зубы.

– Твой муж, – отрезал Эш, словно столь весомый аргумент только что пришел ему в голову.

Глаза Тэбби блеснули яростью.

– Ты мне не муж! – закричала она.

Эш усилил хватку:

– И кто же я тебе?

– Никто! – Тэбби тщетно пыталась высвободиться. – Поставь… меня… на пол!

Эш не хотел этого. Он не знал, как и почему это произошло, но в следующий момент он действительно слегка опустил ее вниз. Но не на пол. Он опустил ее ровно на то расстояние, чтобы ее губы оказались прямо напротив его. И он буквально впился в них своими губами – настолько сильно было его желание снова почувствовать их вкус.

– Нет! Нет! – пыталась возразить Тэбби, но ее голос был едва слышен под натиском его горячего, обжигающего поцелуя.

Никто еще не целовал Тэбби так, как он сейчас. Страстно, как голодный зверь, давший волю своим животным инстинктам. Он требовал, он получал, он словно вложил в этот поцелуй всю накопившуюся в нем сексуальную агрессию. Это было невероятно возбуждающе.

Эш поднял ее выше, схватив за ягодицы. Ее руки давно были свободны, но вместо того, чтобы пытаться высвободиться, Тэбби одной рукой обхватила его плечо, а второй впилась в его волосы. Он сделал несколько шагов вперед и положил ее на что-то мягкое. Какие бы мысли ни проносились сейчас в голове Тэбби, она знала, что больше всего на свете ей хочется чувствовать на себе его мускулистое тело. В каждой клетке кожи она ощущала электрический разряд, когда он касался ее чувствительной груди. Она лежала перед ним бездыханная, утопая в новом приливе эротических эмоций. Желание было настолько сильным, что Тэбби уже не отдавала отчета в своих действиях. Словно ничто и никогда не было ей так нужно, как эта дрожь от прикосновений его горячего рта и крепких рук. Спазмы возбуждения сотрясали ее изнутри подобно буре. Но громкий внезапный грохот вернул ее на землю. Это был звук разбившейся фарфоровой посуды, и сразу за ним – быстрые удаляющиеся шаги.

– Господи, что это было?! – воскликнула Тэбби, оторвавшись от Эша.

Теперь она видела, что лежит на кушетке прямо под ним. «Под ним», – отразилось эхом в голове. Неуклюжими движениями Тэбби постаралась высвободиться и слезть с кушетки. Но Эш взял ее руки в свои и тихо предложил:

– Пойдем в постель.

«Для него это так просто», – пронеслось у нее в голове. На этот раз она злилась на себя, что не смогла противостоять его натиску. Она сжалась в углу кушетки, поправляя упавшие на лицо светлые локоны. Руки ее дрожали, лицо было испуганным.

– Нет, не пойдем. Так мы все только испортим.

Она не повторит этой ошибки. Ни за что на свете она не встанет в один ряд этих легкодоступных женщин Ашерона Димитракоса. Но благодаря случившемуся Тэбби вдруг поняла, почему до сих пор оставалась девственницей. Просто никто из мужчин не мог разрушить ее защиту. Секс – это слово нисколько не возбуждало ее. Она понимала, что по-настоящему чувственная женщина не станет заниматься сексом только ради удовольствия. «Но почему нет?» – мелькнула мысль. Когда перед тобой сидит загорелый, статный мужчина, имя которому Ашерон Димитракос, сложно не поступиться своими принципами.

– Ты хочешь меня, – сказал он. – А я хочу тебя.

Тэбби старалась дышать нормально, но получалось не очень. Она крепко сжала ноги и положила руки на колени.

– Ты меня возбуждаешь, – продолжал Эш, – хочешь ты этого или нет.

Тэбби отвернулась:

– Покажи мне, где моя комната.

Эш хитро улыбнулся. Тогда Тэбби решительно встала с кушетки и направилась в зал.

– Кроме меня, показать некому! – крикнул он, вставая вслед за ней. – Мы спугнули весь персонал.

– Представляю, что они видели.

– Ничего особенного. Что такого в том, что муж овладевает женой везде, где хочет? Не забывай, у нас медовый месяц.

– Но ты мне не муж!

Эш закатил глаза:

– Я альфа-самец, при рождении запрограммированный пользоваться любым преимуществом. – Он открыл двойную дверь в конце коридора. За ней находился маленький зал с двумя дверями. – Там моя комната. – Он указал на одну из дверей. – А там твоя.

Тэбби подняла на него удивленный взгляд:

– Нам обязательно жить настолько близко?

– Я не лунатик и во сне не хожу, – отшутился Эш. – Зато если вдруг решишь нанести мне визит, милости прошу.

– Это вряд ли. – С этими словами Тэбби вошла в свою комнату.

Комната была большой и светлой, но больше всего ее поразил огромный шкаф. Она потянула за дверцу, та отъехала в сторону. Тэбби нахмурилась – шкаф буквально ломился от женской одежды.

– Твоя бывшая, видимо, забыла забрать свои вещи.

– Это твои, – пояснил Эш. – Я заказал их для тебя.

Голубые глаза сверкнули злобой.

– Я не кукла, чтобы меня одевать!

– В том-то и дело, что мне было бы приятнее тебя раздеть. – Эш натянул свою дерзкую улыбку.

Покраснев с ног до головы, Тэбби сжала губы.

– Видишь, ты и сама огнем горишь.

С этими словами Эш направился к двери, ведущей в его комнату. Тэбби хотела было закрыться на ключ, но остановилась. Она поймала себя на мысли, что в этом попросту нет смысла. Он вряд ли будет брать силой то, что она не могла ему предложить. К тому же, имея такой опыт с женщинами, Эш наверняка найдет более деликатный способ добиться ее расположения.

* * *

Эш разделся и встал под холодный душ. Он был взведен до предела и теперь пытался вспомнить, когда ему последний раз отказывали. Поскольку таких случаев попросту не было, отказ Тэбби только сильнее заводил его. Стоя под душем, Эш представлял, как извивается под ним ее хрупкое обнаженное тело. Как он целует ее везде, где только хочет. «Возможно, от нее стоит держаться подальше», – думал он. Действительно, если она так дорожит своей девственностью, нужно ли ему это? Для него секс – лишь утоление голода. Естественная человеческая потребность.

* * *

Тэбби рылась в гардеробе. Все эти вещи он приобрел для нее, даже не поставив ее в известность. Она достала длинное хлопковое платье – достаточно модное, а главное, прикрывающее те части тела, на которые может покуситься мужчина. Если она не будет его провоцировать, то он не станет провоцировать ее. Она зажала язык между зубами. Там, на кушетке, она сама едва не стянула с него всю одежду. И теперь ей было страшно, что этот неконтролируемый прилив страсти вновь охватит ее. Но нет, этого больше не повторится. Уж кто-кто, а она сможет справиться с собой. Пусть он богат, пусть невероятно хорош собой, но она давно научилась слушать внутренний голос и не совершать ошибок.

С этой мыслью Тэбби переоделась, привела себя в порядок и вышла из комнаты в поисках детской.