— Мне кажется, твой план безумен, — заявил Эш.

Согласие Эша было очень важной частью.

— Преследование — это классика, — сказала ему Кэми. — Мой план изящен в своей простоте. А теперь пошли со мной.

Она жестом призвала Эша следовать за ней через школьные ворота. Она пошла по тропинке вдоль стены, по-видимому направляясь к Ауримеру, а потом жестом указала ему пригнуться.

Эш присел на корточки в обледенелой траве и бросил на Кэми еще один сбитый с толку, умоляющий взгляд. Кэми в ответ ободряюще улыбнулась и двинулась обратно на корточках вдоль стены, чтобы никто не видел их голов, высовывающихся из-за стены, когда они вернулись обратно в школу. Но перед тем как им осталось только завернуть за угол, Кэми остановилась. С её места ей были видны ворота и выходящих из них людей.

Эш подался вперед и его колено, одетое в джинсы, уперлось в её.

— Да что мы делаем-то?

— Тише, — шикнула на него Кэми. — Первое правило засады — не болтать в засаде! И у тебя уже неприятности, ибо ты не помнишь второго правила засады — ты должен был захватить пончики!

Эш погрузился в беспокойное безмолвие, которое он хранил, пока они следили за Эмбер Грин и её парнем, Россом Филипсом, свернувшими налево, выйдя из ворот, вместо того, чтобы идти в Разочарованный дол и разойтись по домам. Кэми вжалась в стену и взмолилась, чтобы они её не заметили, жестом указывая Эшу сделать то же самое.

Как только Эмбер с Россом ушли, Эш сказал:

— А что, если бы они хотели...эээ, ну ты поняла. Ну уединиться. — Его и без того от мороза порозовевшее лицо стало еще розовее. Он был таким красивым и таким смущенным, что невозможно было ему не улыбнуться.

— Ну тогда бы нам пришлось улепетывать со всех ног, — заверила его Кэми. — Обычно так это и происходит. Приходится прятаться в тени — и это зачастую самая дурацкая часть расследования.

— И сколько же расследований ты на самом деле завершила? — с сомнением в голосе спросил Эш.

Кэми решила не удостаивать его ответом. Она обогнула Эша и последовала за Эмбер и Россом, которые вскоре свернули прочь от стены, города и Ауримера. Их путь определенно шел к западу от города, где в основном находились заросшие сорняком поля. Они походили больше на торфяные болота, которые исполосовали тропинки из грязи, ведущие в никуда. Одна из таких тропинок привела в аббатство Монксхуд, в дом, где жили и убивали родители Роба.

Эмбер с Россом были темными фигурками на узкой улочке на фоне жемчужных ветвей, снежных шапок, укрывших подлесок, и сугробов вдоль тропинки, скрывающих ступеньки, и ворот. Очевидно, прошедшие в это утро здесь, телеги и машины внесли коррективы в зимний ландшафт, оставив темные борозды на белой поверхности. Эмбер и Росс каждый шли по такой борозде. Постепенно их силуэты стали размытыми, а потом внезапно исчезли, словно они смешались с пейзажем, растворились, как кубики сахара в стакане с горячим молоком.

Эш чертыхнулся и виновато поглядел на Кэми, сжимавшую в руке карандаш, и потом еще что-то пробормотал себе под нос.

И вот снова силуэт Эмбер появился в поле зрения, поначалу нечеткий, но потом все яснее и яснее. Кэми могла разглядеть снежинки, падающих на неё, которые были подобно сияющими частичками кружева в лисьем огне её волос.

— Вперед, — сказал Кэми. — Срежем. — Она углубилась в лес, продираясь через кусты ежевики, цепляющуюся за её джинсы. Она перелезла через приступок, наполовину скрытый в кустарнике, схватившись за ствол дерева, укрытый снегом, чтобы не упасть, и её белые шерстяные перчатки тут же вымокли.

Поля, укутанные белым одеялом с бахромой из темных деревьев по краям, простирались в длину и ширину насколько хватало глаз. Небо низко нависло над землей плотным слоем бледно-серых облаков, которые казались тусклым отражением снега. Если они срежут через три поля, это значит, что они доберутся до нужного поворота раньше этой парочкой. Она столкнулась с пространством нехоженого снега, совершенно чистой белой страницей.

Кэми пустилась бежать.

* * *

Аббатство Монксхуд стоявшие на вершине заснеженного склона, темный гребень на белой волне. Подножье склона было окольцовано огнем.

В последний раз, когда Кэми видела Монксхуд, дом был необитаем, а ров пустовал. Теперь же разница была лишь в том, что двери больше не были заколочены, и они увидели, как волосы Эмбер, служившие им маяком, исчезли в темноте дверного проема.

Монксхуд казалось, будто сидел в засаде на вершине невысокого холма. У этого здания не было башен и больших окон Ауримера. Оно был выстроено для младшей линии семьи, как предполагала Кэми, где-то в Викторианскую эпоху. Здание имело квадратную форму и довольно солидный вид, а еще оно казалось пугающим и в то же время смиренным, словно плачущий прихвостень, которого ты всегда считал так себе.

Кэми готова биться об заклад, что Роб ждет не дождется, когда же он сможет вернуться в Ауример.

Когда они прошли ров, Эш становился все более и более нервозным. Кэми знала, что меньше всего на свете ему хотелось встретиться со своим отцом. Она протянула руку и сунула свою ладонь в его. Эш благодарно сжал её руку.

— Мы просто обойдем и заглянем в окна. Посмотрим, что сможем увидеть: узнаем есть ли тут чародеи, про которых нам еще пока ничего неизвестно, — пообещала Кэми. — А потом уйдем.

Эш сжал её руку и ничего не ответил, но Кэми посчитала это за согласие и зашагала к намеченной цели. Подошвы заскользили по льду, унося её прочь от огня в направление дома.

Кэми двигалась к окну, которое в прошлый раз разбил Джаред, когда они были здесь. Она не ожидала увидеть, что окно было все еще разбитым. Комната за окном с торчащими осколками стекла оказалась пуста.

— Интересно, заморочился ли Роб с заклинанием, чтобы защитить свой дом от такой неволшебной маленькой меня, — сказала Кэми. — Наверняка нет.

Когда Эш даже не шелохнулся, чтобы подсобить ей, она поставила ногу на покрытый мхом подоконник и с рыком, от приложенного усилия, взобралась на него. Её ладони соскользнули, и она упала внутрь.

— Кэми, — прошептал Эш с другой стороны оконной рамы. — Кэми, ты не можешь...

— Я только взгляну одним глазком, — прошептала в ответ Кэми.

Сейчас в комнате была расставлена мебель: письменный стол, кресло и лампа. Кэми взяла ручку со стола и положила её к себе в карман, потому что сейчас она была клептоманом во имя свершения великой справедливости. Дверь из комнаты была слегка приоткрыта и через это маленькое пространство Кэми увидела движение и услышала голоса. Она повернулась и встретилась с выпученными от ужаса глазами Эша, таращившихся на неё через разбитое окно.

Кэми махнула ему рукой, чтобы он пригнулся. Затем она нырнула за стол, свернулась калачиком под ним так, что оказалась щекой прижатой к полу. Она ждала и прислушивалась. Её щека от пола стала холодной.

— Это настоящий позор, что у ваших детей нет никаких магических задатков, но, я знаю, что могу рассчитывать на вас и Элисон, что вы поддержите меня и подготовите остальных, — прозвучал самодовольный и спокойный голос Роба.

Кэми задумалась, почему это имя ей кажется знакомым, за мгновение до того, как поняла причину. Лью и Элисон Прескотт. Роб обращался к отцу Холли.

— О чем речь, — хрипло сказал Хью Прескотт. — Эта ведьма на холме, прогнала моего брата куда подальше, а потом нас же в этом и обвинила. А мы всего-то и хотим, что получить причитающееся нам.

— И вам все воздастся, — сказал Роб. — А Лиллиан будет расплачиваться за свои ошибки. Все в этом городе получат именно то, что заслуживают. А нам известно, что численность чародеев на её стороне, просто смехотворна. Но мы конечно же хотим остаться в памяти каждого. Мне нужна жертва, и я хочу, чтобы каждая душа в Разочарованном доле предложила свою. Мы же хотим раздавить людей Лиллиан на глазах у всего города, поэтому молодая поросль нуждается в тщательной подготовке. Проследите.

Возможно, они обменялись кивками или улыбками. Кэми слышала, как один из них ушел, тяжелой поступью и постукивание чей-то обуви об пол.

— Могу я высказаться? — пробормотал женский голос. Кэми немедленно узнала этот голос. Это была мать Джареда — Розалинда.

Кэми видела, как её коричневые сапоги пересекли пол, впиваясь каблуками в старый пол, подходя все ближе и ближе к столу. Розалинда обогнула стол и Кэми замерла. На мгновение Розалинда остановилась, а потом принялась ходить взад-вперед, то к Робу, то от него.

— Ты вновь разговаривал с Клэр Глэсс, — сказала Розалинда и её голос прозвучал острее. — Зачем? Она же нам не помощница.

— Это так, — ответил ей Роб. — Она не такая как мы. Ты же не думаешь, что она что-то значит для меня.

Последовал звук поцелуя. Кэми скривилась: ей хотелось, чтобы родители просто занимались своими злодейскими планами и не обсуждали любовные перипетии.

— Просто Клэр Глэсс ведет себя именно так, как должен себя вести весь город, вот и все, — сказал Роб. — Ты же знаешь, нам нужно, чтобы они все подчинились нам. И ты знаешь почему. Их так много (тех же чародеев), попрятавшихся по своим домам, будто запуганные животные в своих норах. Всем им нужно выбрать сторону. И всем им нужно выбрать нашу сторону.

— Знаю, знаю. — Она глубоко вздохнула. — Скажи остальных...скажи Рут и Хью, в особенности им, не ходить за нашей семьей. Я не хочу, чтобы Лиллиан или мальчики пострадали.

— Как и я, — сказал Роб. — Я приложу все усилия, чтобы уберечь их. И я знаю, что ты будешь делать все возможное, чтобы порадовать меня в ответ.

— Клянусь, — сказала ему Розалинда. — Я теперь иди.

Кэми наблюдала, как сапоги Розалинды пересекли комнату, последовав за ним, но на пороге они замерли. И перед уходом она очень тихо произнесла:

— Тебе лучше уйти.

* * *

Вот, что я называю успешной миссией, — сказала Кэми, сидя в полной безопасности в библиотеке Ауримера.

— Тетя Розалинда нас застукала. Мне думается, что спалиться на месте — несет противоположный смысл слова «успех».

— Только теперь мы знаем, что она хочет защитить нас, — сказала Кэми. — Знание того, что враг готов проявить лояльность — это полезная информация.

Эш пожал плечами. Кэми прислонилась к одному из застекленных книжных шкафов. Эш стоял возле кабинетного рояля в углу, предпочтя уставиться на клавиши, чем на Кэми. Кэми гадала, что это значило для него, услышать своего отца и тети Розалинды сегодня.

Его золотая голова поднялась. Она удивилась, увидев на его лице слабую улыбку.

— Ага, — сказала Кэми, губы которой расплылись в улыбке, что приободрить его. — Значит, тебе все-таки немного понравилось играть в шпионов.

— Типа того, — сказал Эш. — Но не непосредственно в момент слежки. А когда спустя какое-то время, оглядываешься назад. Как считаешь, все будут поражены? — Он начал наигрывать какой-то мотивчик, слегка нажимая на клавиши.

Кэми отстукивала ритм по деревянной поверхности книжного шкафа.

— Как им не поразиться? — спросила она.

Эш закрыл фортепьяно крышкой с завитушками, пересек комнату, и протянул ей руку. Кэми посмотрела на свои, отстукивающие ритм, пальцы, как будто они предали ее и поняла, что она стояла в том самом месте, когда Джаред заявил, что не хочет иметь с ней ничего общего.

— Вообще-то, я не танцую, — возразила Кэми, ни с того ни с сего, почувствовав стеснение. — Ну в смысле, я танцевала. Правда люди твердят мне...что зря.

— Что они понимают? — спросил Эш, все еще протягивая руку. Спустя мгновение нерешительности, Кэми все-таки вложила свою ладонь в его, и Эш потянул её прочь от шкафа в свои объятья.

Эш танцевал так же, как играл на пианино. Он двигался по полу элегантно кругами, огибая диваны и кресла с непринужденным изяществом. Кэми только и оставалось, что следовать за ним. Она решила, что он специально учился такого рода вещам, будучи принцем в замке. Будучи сказочным принцем, он мог завальсировать любую девушку по комнате. Он весь такой золотой, и комната вся такая в каменных арках — идеальный момент и неважно, кем бы оказалась та самая девушка.

Эш крутанул Кэми и прижал её к своей груди. Когда он сильно наклонил её, то она на мгновение почувствовала легкую панику, потому что не могла выпрямиться сама и упала бы, не поддерживай он её. Но она заглянула к нему в глаза, кроткие и искрящиеся смехом, и улыбнулась ему в ответ.

Эш склонился и поцеловал её. Этот поцелуй показался Кэми сродни летнему солнечному лучику.

Спустя мгновение со скрипом открылась дверь.

— Прошу прощения, — сказал Джаред. — Тетя Лиллиан ищет Эша.

Они все застыли чуть подольше на мгновение, чем следовало бы. Кэми с Эшем не разомкнули рук, а Джаред стоял на изготовке, будто ожидая удара.

— Класс, — наконец, сказала Кэми. Это слово сорвалось с её губ дождевой каплей, упавшей в лужу, поглощенная тишиной. Она вытянула свои руки из ладоней Эша и сделала шаг в сторону Джареда; он отступил назад, не поднимая глаз.  — Мы много чего выяснили, о чем надо рассказать Лиллиан.

— Она в гостиной, — сказал Джаред, разворачиваясь и идя обратно, и они оба последовали за ним. Когда они дошли до нужной им комнаты, Джаред открыл для них дверь.

Когда Кэми жестом предложила Эшу пройти вперед неё, он коснулся её руки. Она повернулась к нему, и он одарил её обеспокоенным взглядом, словно думал, что сделал что-то не так, но не был уверен наверняка что именно. Кэми ободряюще ему улыбнулась, а потом перевела взгляд на Джареда, чтобы мельком увидеть его лицо, перед тем, как он вновь уставился в пол.

— Эй, — сказала тихонько Кэми. — Все в порядке? — Она почувствовала себя глупо. Это не походило на Джареда, когда он остро реагировал, будучи расстроенным: он просто был тих и не встречался с нею глазами, слегка отстранен. Он чувствовал себя неловко за то, что ворвался к ним, но не был несчастен.