Барр успокоился, когда его суженая не проявила ни капли сомнения, ведя его и Лаиса к секретной комнате Вер-птиц в глубине лабиринта пещер над святыми источниками.

Звук песни достиг слуха его волка раньше, чем шаги его любимой сбились в понимании, что они не одни. Но она не остановилась.

Сабрина ускорила шаги, намереваясь добраться до пещеры раньше, чем завершится ритуал. И вбежала в огромную пещеру, освещенную несколькими факелами с каменного помоста в центре и двух бассейнов, подпитываемых подземным источником с другой стороны.

Пожилая женщины, поразительно похожая на Сабрину, была одета в накидку из перьев ворона и говорила на древне-криктском языке с мальчишкой на пороге зрелости. Должно быть это Аня-Гра, бабушка Сабрины и та, кто предсказала помощь Волков в борьбе за выживание Вер-птицам.

Два человека необъятной комплекции вышли вперед, преграждая им путь оружием. Сабрина проигнорировала их, промчавшись между ними и их тянущимися рукам, чтобы скрутить ее. Присоединившись к ней, Барр увидел, что должен вытащить собственный меч, но был не готов сделать это.

Скрестил руки и одарил каждого из воинов взглядом, ясно говорящего им, что не боится и не собирается создавать проблемы.

Закончив с ними, Барр проследил, как Сабрина подбежала к все еще поющей жрице и практически всучила Клах Гилах Гра ей в руки. Странное голубое свечение вспыхнуло вокруг них, когда они обе держали руки на камне.

Затем Сабрина сделала шаг назад и согнула голову в знак уважения.

- Сабрина – Гра Гилах, принцесса ворон, верни руки на Клах Гилах Гра.

Он почувствовал по их ментальной связи, как смущена суженая.

Смелей, родная. Сделай то, что требует жрица.

Она моя бабушка.

Тем более стоит подчиниться, его волк смеялся, как и он сам, хотя аккуратно, чтобы она не почувствовала смех через их связь.

Ты высокомерен.

А ты действительно принцесса; так делай сейчас то, что должна.

На этот раз Сабрина не отрицала этого. Вернула руки на уже накаленный до бела кристалл. Вновь голубое свечение стало исходить от священного камня.

- Тэрен-Гра Гилах, положи руки на кристалл.

Юноша – должно быть брат Сабрины, ради которого она стольким пожертвовала – сделал то, что ему приказали, демонстрируя лишь незначительное колебание, когда кончики его пальцев коснулись ладони сестры.

Вспыхнуло красное сияние, и пещера с источниками наполнилась необычным гудением, воздух заискрился от криктской силы, которую Барр никогда раньше не встречал.

Юноша замерцал, красное сияние увеличилось вокруг него, и после на его месте стоял ни парень, ни ворон. Он издал резкий звук, похожий на карканье, откинув голову назад, крылья раскрылись, и потом сияние осветило его фигуру вновь. И на место исчезнувшего ворона появился кто-то более древний. По пещере разнеслись крики, но Барр был слишком поражен, чтобы также отреагировать.

Дракон с настолько темно-красной чешуей, что казалось почти черной, откинул голову и после того, как победно заревел, выпустил струю огня в потолок.

Все в пещере упали навзничь со смесью трепета и страха, это ощутимо в их запахе, даже если так не вели. Но не Сабрина. Его воинственная принцесса протянула руку, чтобы прикоснуться к магическому существу.

Дракон опустил голову и ткнулся носом в ладонь Сабрины, от чего она громко рассмеялась.

- Мой брат, ты король, который приведет нашу расу к спасению.

- С союзниками, Волками, которые научились уважать все живое и жить среди людей как защитники, - от раздавшегося голоса пожилой женщины сердце Барра забилось сильней в его теле. – Таран-Гра Гилах поведет Вер-птиц в новый день для нашей расы.

Так же быстро, как он принял форму ворона, а затем дракона, юноша снова предстал в человеческом облике. Он опустился на колени и поклонился, вознося благодарности Создателю всего сущего на древне-криктском. Затем зашел в бассейн на правой платформе, полностью погрузившись и затем выпрыгнув с победным криком.

Церемония его совершеннолетия подошла к концу.

- Среди нас есть один сбившейся, - напевно произнесла жрица тем самым, пульсирующим от силы голосом. – Орел, чья душа несет в себе вину и боль от веры в неверное, что разрывает его сердце.

Лаис с паникой посмотрел на Барра.

- Не бойся. Это хорошее место и она заботится обо всех Вер-птицах, - он знал, что говорит правду, несмотря на то, что никогда не видел Аню-Гра и даже не знал о ее существовании до этой поездки.

Лаис кивнул и повернулся, делая шаг вперед, как загипнотизированный.

Стражники, отпрянувшие назад, как и все, при превращении Тарана в дракона, сейчас вышли вперед, предупреждая Лаиса при приближении к жрице. И стали двигаться по бокам, словно им было приказано, хотя Барр не слышал, чтобы произнесли хоть слово.

- Положи руки на Клах Гилах Гра, юный Лаис.

- Откуда вы знаете мое имя? – спросил тот голосом, пропитанным трепетом и благоговейным страхом.

Пожилая женщина улыбнулась, сочувствие светилось в глазах того же цвета, что и у внучки, и наполнены мудростью древних, которой Барр был восхищен.

- Создатель знает все, а я выполняю его волю.

И не сказав ничего более Лаису, приказала обоим внукам положить руки на кристалл.

- Вороны исцелять сердце, что так долго ненавидело их.

У Лаиса вырвался всхлип, но он сделал все, как ему сказали.

Поначалу сияние вокруг них было едва ли не черное, но после стало светлеть, пока не приобрело светло-желтый цвет. Цвет солнца.

- У меня горят руки, - произнес Лаис в беспокойстве вперемешку с надеждой.

- Суженый моей внучки, подойди сюда, - повелительно потребовала Аня-Гра.

Барр даже не подумал ослушаться. Он подошел на расстояние меньше фута от камня.

- Орел, положи руки к ранам, нанесенные тобой.

Лаис повернулся и сделал в точности то, что ему сказали: положил ладони на самые ужасные глубокие раны от его когтей, оставленных на груди Барра днем раньше. Покалывающее тепло исцеляло каждую рану, пока в напоминание о них не осталось лишь жар на руках Лаиса.

Барр опустил голову и не удивился, что не нашел ни одного шрама от исцеленных ран на груди. С первой встречи с Сабриной, стал принимать ту легенду за правду, и сила криктов заключалась не только в повышенной силе и ощущениях, подаренных от звериной природы.

Лаису было труднее принять это.

- Я … но я думал…

- Мощь пещеры сильнее, чем где-либо за все мои годы духовного лидерства Вер-птиц. Здесь происходят чудеса, - Аня-Гра взмахнула рукой и вода из бассейна с правого помост взмыла вверх, омыв их обоих.

Лаис отошел назад, с надеждой смотря на Барра.

- Я чувствую, как с меня смыли мою вину.

- Прими дар.

Лаис кивнул и повернулся к жрице:

- Благодарю, мать нашей расы.

Аня-Гра улыбнулась:

- Хоть ты и орел, с инстинктами воевать, в тебе живет целитель, и ты обязан доверять и использовать свой дар.

- Буду.

Позволяя волку засиять в глазах, Барр взглянул на свою суженую и протянул ей руку. Она приняла ее без колебания. Чудеса происходят.

- Я люблю тебя, - произнесла девушка на древнем языке их расы.

Он притянул ее в свои объятия, в которых все другие исчезли, словно их здесь и не было.

- Я люблю тебя всем, кем я являюсь.

- Волком и мужчиной.

- Волком и мужчиной.

Она улыбнулась, ее красота так ярко засветилась от единения их души.

- Я люблю всего тебя, - громко произнесла Сабрина, чтобы каждый крикт в пещере услышал.

Удивление почти под стать тому, что он услышал, когда Тэрен принял облик дракона. Но Барра сейчас это не тревожило. После разберется со всеми сомнениями и предрассудками ее клана. Сейчас же ему было важно, что она освободила себя и приняла их связь сердцем и разумом.

Их губы соединились, и воздух затрещал, как после грозового шторма. Барр не знал, сколько они целовались, закрепляя клятвы любви, но когда оторвались друг от друга, то оказались в кругу людей, которые тихо пели древние песни свадебных благословений.

Без сомнения, Аня-Гра сделала это. После он ее поблагодарит.

Барр никогда не испытывал такого чувства умиротворения, как при произнесении всех клятв полностью и получив ее в ответ. Жрица проговорила последнее благословение для истинной связи… словно громкий удар сотряс землю, где они стояли.

Она выпроводила других из пещеры, оставляя его провести ночь с Сабриной истинным способом криктов. Когда они вместе достигли оргазма, голубое свечение засиял вокруг них вновь и Барр ощутил, как его окутывает теплый ветерок.

- Я буду любить тебя до конца жизни, - вымолвил особое обещание ей в губы.

Ее глаза засверкали горячей радостью.

- Я боялась, что ты никогда не ответишь на мою любовь.

- А я боялся, что ты не примешь моего волка.

- Я люблю его и тебя.

- Я твой идеальный суженый, даже если и Волк.

Сабрина пристально посмотрела на своего мужа. Им все еще нужно пожениться по человеческим обычаям, но клятвы произнесены и никогда не будут нарушены.

Не меньше ее заинтересовало заявление супруга.

- Ты можешь слышать мои мысли.

За его улыбка ничего не крылось, кроме искренней и неизменной любви в его груди к его воинственной жене.

- Могу?

- Не дразни.

- Иногда ты отправляла мысли, которые я знал, что ты не хотела отправлять.

- Это невозможно.

- Ты настолько доверяешь мне, что не держишь постоянный плотный контроль. Это давало мне надежду, когда ты вздрагивала от моего волка с отвращением.

- Но…

- Ты моя.

Она и не собиралась отрицать.

- Да, как и то, что ты мой.

- Да, твой муж, который слышит твои мысли, - в его поддразнивающем тоне Сабрина не могла сказать, имел ли он что-нибудь под этими словами или нет.

- Это невозможно.

- И это от девушки, чей брат превращается в дракона?

Поначалу девушка была неуверенна, что тот действительно превращается в древнего защитника Вер-птиц.

- Я могу создавать образ дракона, но не превращаться в него.

- Ты моя сильная, воинственная принцесса. Тебе не нужно быть драконом, чтобы быть сильной.

Ее грела гордость, которую расслышала в голосе Барра. Ее сила радовала его, когда она знала многих мужчин, Волков и простых людей, в кланах не радовались бы этому.

- Мой брат будет королем.

- Потому что ты уступила ему.

- Я никогда не хотела быть королевой. Считала, что принесу больше пользы, защищая клан как воин.

- Да. Ты не покинула бы земли, будучи королевой, и мы не встретились.

- А мой супруг не привел волков, предсказанных помочь сражаться с теми, кто желает уничтожить нас, - возможно высокомерие ее мужа было оправдано. Она слегка улыбнулась.

- В конце концов, ты поняла.

- Было трудно поверить в это.

- Разумом – да, но твое сердце поверило мне с самого начала.

- Думаю, ты прав.

- Знаю.

- Самонадеянный.

Его смех эхом отразился эхом по пещере и в ее сердце, которое слишком долго было лишено радости. Она не только нашла своего священного суженого, но и новый жизненный путь, не связанный с долгом и смертью.

Настоящее чудо.