Глаза человеческого мужчины из клана Донегал расширились, маска волнения слетела с его лица от удивления.

Сабрина вспомнила, что женщины этого клана не носят мужские килты. Может быть, ей стоило переодеться перед тем как прийти в зал, но ей нужно было быть здесь, чтобы сдержать свое обещание Коннору.

Барр посмотрел на нее.

- Этого парня ты остановила от того, чтобы запустить стрелу в моего заместителя?

- Он не хотел этого делать.

Барр остановился, заметно удивленный защитой.

- Не хотел?

- Ты знаешь, какой сволочью был этот волк, - она только недавно познакомилась с ним и не упустила черноту его души. Барр же жил с ним в этом клане больше месяца. – Он угрожал отцу юноши.

Человеческий мужчина встрепенулся и горестно простонал, а мать Коннора начала рыдать. Однако ни кто из них не стал просить у Барра пощадить сына и оставить ему жизнь.

Сабрина была уверена, что это от того, что они слишком долго жили под управлением Роланда. Они не знали вожаков, которые были милосердными, а не такими же жестокими и эгоистичными.

Отец вышел вперед, опускаясь на колено перед Барром.

- Согласно с законом стаи, я предлагаю наказать меня вместо моего сына.

Барр хмуро посмотрел на него.

- Ты осознаешь, что он виновен в измене против своего клана и лэрда.

Старик кивнул, вес обстоятельств сына лег тяжелым грузом на его плечи.

- Ты готов умереть ради своего сына?

- Нет! – закричал Коннор, пытаясь разорвать узы, удерживающие его на скамье, на которой он сидел.

Рыдания его матери утихли, однако ее всю трясло.

Сабрина положила свою ладошку на руку Барра.

- Выслушаешь ли самого юношу?

Он пристально смотрел на нее.

- Ты схватила его с луком, что ты еще можешь добавить, чтобы повлиять на мое решение?

О, огромное самомнение мужчин.

- Да, он думал сделать это, когда я нашла его. Однако скажу, как легко и быстро он опустил свой лук. Как крикт, могу подтвердить - он говорил правду о том, что не намеревался убивать Ирка, а его заставили стрелять в него, потому что угрожали его отцу.

Казалось, Барр не шелохнулся.

- Угрозы Роланда не имели веса. Он был отмечен смертью.

- Коннор не верил, что твой заместитель победит Роланда. Никто из нас не верил, - решительно произнесла мать юноши, с усилием контролируя свои слезы.

Барр ничего не сказал, выражение его лица ничего не говорило о том, что он действительно думал. Он настолько умело маскировал свой запах, что даже Сабрина не могла ничего понять о его чувствах.

Сабрина вышла вперед и встала перед человеческим мужчиной.

- Я дала слово, что не позволю ничему случится с этим юношей.

- Кому ты дала слово? – Требовательно прорычал Барр.

- Коннору, конечно.

- Лэрд, Коннор не питал любовь к Роланду, но он хороший сын, - произнесла Верика.

- Он не хотел убивать Ирка, - добавил Киркина.

- Он всегда хранил наш секрет, - добавил и другие крикты, которые последовали за ними в зал.

- Если Роланд заслуживал смерти за свои якобы грехи, то этот человечишка, - один из стариков брезгливо выплюнул последнее слово, - должен умереть за свои.

Барр повернулся к нему с далеко неспокойным выражением лица: оно преобразилось от ярости. Возможно, она должна была испугаться его, но Сабрина нашла его очень привлекательным.

Этот мужчина достаточно силен, чем подходил ей. Она не знала ни одного воина, к которому чувствовала бы что-нибудь похожее.

- Твое мнение не имеет значения для меня, старик, в этом или ином другом вопросе, - был в словах Барра некий подтекст, словно другой мужчина должен точно знать о чем говорил лэрд.

Седовласый крикт насмешливо посмотрел на Сабрину, словно она сказала какую-то глупость.

От рычания Барра по ее спине и рукам пробежали мурашки, которые ей нужно было скрыть.

Барр сердито рыкнул:

- Думаешь, я спущу, что этим утром ты не выразил желание принять мое руководство.

Непокорный мужчина вздрогнул, хотя всем были заметны его злость и явным страхом.

- Ты можешь поклясться мне в верности или покинуть клан, - по виду Барра было видно, что он бы предпочел последнее.

Ярость искрилась вокруг старого крикта, но он склонил голову, едва обнажая свое горло.

Барр был недоволен, но быстро кивнул.

- Перенесешь свои вещи в дом родственников. Твои покои в крепости потребуются для моего нового сенешаля.

- Кого?

Но Барр проигнорировал его, выгоняя старика без каких-либо объяснений, когда повернулся обратно к ней и мужчине, стоящего на коленях перед ней.

- Отойди от Эйда. Взгляд, которым он рассматривает твои ноги, неподобающ.

Она не рассмеялась, но смех едва не вырвался наружу.

- Ты явный собственник.

- Да.

- Ты попытаешься убить человека?

- Попытаюсь?

Сабрина просто смотрела на него. Или он думал, что она не сможет спасти парня, то он вскоре об этом узнает.

Барр покачал головой.

- Будь любезна, уважай меня.

- Я уважаю тебя.

- Докажи.

Она скрестила руки и бросила на него взгляд, который говорил ему, чтобы она не пожалело об этом, когда пошла в его сторону.

- Уверен, что ты готов принять наказание за своего сына?

Мужчина кивнул, его решительность не поколебнулась, хотя его страх повис в воздухе некой кислинкой.

Несколько долгих секунд, в течение которых длилось молчание, Барр обдумывал как поступить с мужчиной. Он поднял глаза и встретился с взглядами Коннора. У юного воина по щекам текли тихие слезы.

- В попытке спасти жизнь своего отца, ты можешь отдать свою.

- Нет. Пожалуйста. Делайте, что посчитаете необходимым со мной, но позвольте моему отцу жить.

- Сын любит тебя больше, чем собственную жизнь, а своими поступками ты доказываешь, что не просто так он пошел на такую жертву.

Эйд не ответил, страх за сына стоял сплошной стеной вокруг него.

- Никто из вас не лишится сегодня жизни. Моя суженая умоляет о милосердии и я его дам.

Она никогда не умоляла, но не собиралась спорить с этим и рискнуть изменить решение Барра. Барр же бегло взглянул на нее, за торжественным выражением лица таилось веселье над тем, как он смог подразнить ее своим комментарием.

Тогда он уделил свое внимание Эйду.

- Ты займешь положение моего сенешаля. Доказав верность своей семье во время моего руководства клана, ты переедешь в крепость и используешь свои навыки (мастерство), чтобы улучшить производительность наших владений.

- Вы хотите, чтобы я стал вашим сенешалем? – Эйд выглядел так, словно любой порыв воздуха опрокинет его на спину; настолько он был так потрясен.

- Да. Я жил в этом клане больше месяца, достаточно, чтобы разглядеть, что ты то, кто послужит клану лучше в этой должности. Следующий за моим заместителем, у тебя будет самый высокий уровень ответственности в этих владениях.

- Даже после … - голос Эйда сошел на нет, но метнул взгляд на изумленного сына.

- Да. Грешно будет вспоминать прошлое.

Сабрина не сказала, что это было совсем недавно и забыть об этом будет нелегко.

- Благодарю вас, лэрд.

Барр наклонил голову.

- Ты поклянешься мне в верности?

- Да! – Мужчина упал на колени и ударившись своим лбом о пол, но потом разомкнулся и ударил себя в левую грудь тяжелым кулаком.

Барр улыбнулся, лицо его немного посерело, когда его взгляд упал на Коннора.

- Надеюсь, что начиная с этого дня, ты тренироваться с другими воинами.

- Но я умею только охотиться.

- Ты сомневаешься в моем благоразумии?

Киркин развязывал Коннора, когда тот стал яростно качать головой.

- В будущем доверяй лэрду свою защиту, так как ты являешься членом его семьи, частью моего клана.

Глаза Коннора подозрительно заблестели еще раз, но облегчение и радость, окутавшие его, говорили, что его слезы не от печали.

Мать крепко обняла его и только после вышла вперед, встав рядом с мужем, который уже поднялся на ноги.

- Я буду служить вам, как вы того пожелаете.

- Роланд не одобрил, что ты взяла в супруги человека.

- Нет, не одобрил.

- глупец.

Ее глаза расширились, но она кротко кивнула.

- Помоги мне изменить этот клан, чтобы однажды все смогли с гордостью сказать, что они одна семья.

- Помогу.

Сабрина вернулась в комнату Верики, чтобы переодеться в свой женский килт, состоящий из складок до пола. Без сомнения, он был теплее, но она не привыкла, чтобы килт ограничивал ее движения.

- Роланд жил здесь, в крепости? – спросила Верику Сабрина.

Она понимала, что будет затруднительно искать камень, но надеялась, что ее поиски увенчаются успехом искать.

Верика не ответила, словно не слышала слов Сабрины. Это не обидело и не удивило ее. После ухода из зала девушка была погружена в свои мысли.

Верика сложила килт в сундук и закрыла крышку, оставив оружие на кровати. Меч сиял от заботы целительницы, а кинжал лежал аккуратно в ножнах. У Сабрины тянулись руки поднять их и прицепить их к своему пледу, но они были не ее. Долгое время, до самой смерти, они принадлежали воину Вер-птиц и были частью наследства Верики, даже если она не желала признавать это. Кровь воина бежала в ее венах, также как и кровь целителя.

Вот что еще их объединяло.

Хотя жизнь пустила их по разным дорогам, глубоко внутри они были очень похожи.

Тем не менее, жизнь Сабрины была стезей воина и чувствовала себя обнаженной без оружия. Она не собиралась уходить надолго без него, но и не ожидала, что ее подстрелят в небе.

Ее меч и два смертоносно острых кинжала были спрятаны высоко на дереве в лесу. Сабрина думала, что легко достанет их, если понадобится, но с раненой рукой она сможет только через несколько дней взлететь, как ворон.

- Хммм? – пробормотала Верика, словно только сейчас поняла, что Сабрина что-то спросила.

- Роланд. Он жил здесь? – Сабрина предполагала, что он жил в собственном коттедже. Однако когда Барр разговаривал с тем неприятным стариком, требуя покинуть крепость, она поняла, что предположение может быть неверным.

- Что? - остановилась Верика, словно прокручивала в голове вопрос. – Да. Его комната была у входа из зала, такая же, как и у дедушки Муина. Мне нужно будет убраться в ней и отдать вещи Роланда его сестре.

- Она сегодня была на бою?

- Нет. Она крикт, не умеющий превращаться. Сводная сестра, от человеческой женщины, - Верика нахмурила брови, в чертах лица появилось отвращения. – Их отец не признал ее, хотя сходство было неоспоримым. Его криктская жена не была ему истинной супругой, и поэтому он, не стесняясь, сеял свое семя, где ему хотелось.

- Мерзавец, - у Вер-птиц мужчину, пойманного в прелюбодеянии, изгоняли, в лучшем случае. Совет Трех придерживались древних законов определенных обстоятельств и даже за ее жизнь исполняли несколько раз.

- Да.

По крайней мере ясно, что своими ужасными поступками Роланд пошел в отца.

- Яблока от яблони недалеко упало.

- Ты права. Его отец ненавидел тех, кто умел обращаться в воронов, - вздрогнула Верика, так если упоминание о давно почившем мужчине до сих пор имели силы расстраивать ее.

Сабрина не стоила труда понять ее реакцию. Она никогда не забудет запах того волка, который убил ее родителей. Иногда он приходил к ней во снах, и она просыпалась, в поту, вся дрожа. В те минуты она была рада, что никто не делил с ней спальню, чтобы увидеть ее такой слабой.

Она думала, что пахла так ранее, но запах был таким слабым, что теперь поняла, что будораживающее обстоятельство затуманивало ее разум.

- Существует другие в твоем клане, кто презирает нашу расу.

- Да, но остальные нет. Тем не менее, неправильно предполагать, что кто-нибудь из знакомых мужчин или женщин не захочет убить тебя, когда узнают, что ты ворон.

- Как я и предполагала, - даже если она отказалась от роли защитника своего клана, все равно не могла жить в клане Донегал без риска для жизни. Она не могла остаться с Барром. Сабрина старалась, чтобы голос не выдал ее волнение, когда высказала предложение: - Я помогу тебе убраться в комнате Роланда, если хочешь.

- Тебе не нужно делать этого, - оглянулась Верика, немного потерянная, хотя было видно, что ее снова занимают какие-то мысли, но уже отличные от предыдущих. - Мы договорились с матерью Коннора, ведь теперь она экономка крепости, потому что ее муж стал сенешалем.

- Однако, наверное, так будет неправильно. Даже если она была родственницей старому волку. Он причинил много горя ее семье.

Для Верики и Киркина он был не только тем, кого они боялись, но девушка все же кивнула.

- Верно.

- Так позволь мне помочь, - это была идеальная возможность для Сабрины поискать Глах Гилах Гра. Она не была уверена, что Роланд украл священный талисман Воронов, но он больше походил на преступника. Старик был бы рад увидеть Воронов, как вымершей расой.

Верика спросила:

- Если ты уверена?

- Мне все равно нечего делать, пока моя рука не зажила.

- Кроме как обучать женщин этого клана самозащите, - произнес Барр со стороны дверного проема.

Девушки подпрыгнули. Сабрина удивилась, что она не почувствовала его приближение. Нехороший проблеск в его серых глазах говорил, что он намеренно скрывал свое приближение.

Сабрина сдержала улыбку. Безусловно, этот мужчина был сущим наказанием, однако любой представитель из Вер-птиц мог с гордостью назвать его своим суженым. Ей жаль, что они смогут быть рядом, пока она не нашла Клах Гилах Гра и не вылечилась достаточно, чтобы взлететь вновь.

- Ты слышал об этом? – спросила она, надеясь, что он не попытается запретить ей.

- Бриджит была более разговорчива, хотя не она должна была сказать.

И что это должно означать? Он – Волк и не мог обладать даром чтения мыслей, который так редко проявлялся у Вер-птиц. Тем не менее, он волк и мог читать эмоции и определял правду. Бриджит была человеком; она не могла спрятать от крикта правду за произнесенной ложью.