Анжело, улыбаясь, смотрел на Люсию, которая сидела напротив него в частном самолете. Он решил уехать с Сицилии на какое-то время. Своего рода побег, как сказала Люсия. На острове Анжело чувствовал себя как в ловушке.

Он вспоминал, как Джио Корретти равнодушно отвернулся от него. Возможно, Джио отнесся бы к Анжело иначе, если бы тому удалось завладеть еще одной частью империи Корретти.

Накануне вечером, после того как Анжело отвез Люсию домой, он назначил несколько деловых встреч. Анжело мог подождать, пока «Корретти дизайн» станет принадлежать ему, но другие компании империи уже шли ему прямо в руки.

– Ты хмуришься, – тихо заметила Люсия.

Она так и не поняла, как важно для него не только сравнять счеты с Корретти, но одержать над ними верх.

– Извини, я задумался. – Он наклонился, чтобы поцеловать Люсию, и в одно мгновение забыл о всех своих планах мести. Ему так хотелось заключить ее в свои объятия, согреть своей теплотой.

Они больше не занимались любовью после той незабываемой, бурной ночи на вилле. Анжело надеялся, что сегодня они смогут это повторить.

– Ты мне так и не сказал, куда мы летим. Я надеюсь, что не очень далеко.

– Мы уже почти на месте, – улыбнулся Анжело, посмотрев в иллюминатор.

Двадцать минут спустя они приземлились. Когда они спустились с трапа, Люсия повернулась к Анжело и с сияющими от счастья глазами прокричала:

– Париж!

– Ты всегда говорила, что хотела побывать здесь. – Анжело привлек Люсию к себе. – Думаю, тебе здесь понравится.

– Я тоже, – ответила она и поцеловала его.

Приехать в Париж было чудесной идеей.

Здесь, вдали от Сицилии и неприятных воспоминаний, они могут снова полюбить друг друга.

Наконец Люсия оказалась в Париже. Это был лучший подарок за всю ее жизнь. Они ехали по городу в лимузине. Люсия не отрывала взгляда от мелькавших за окном видов города. Они проехали мимо площади Согласия, Триумфальной арки, Лувра и Эйфелевой башни. Люсия видела все это на открытках, но вживую было намного лучше.

– Я так хочу все посмотреть!

– Обязательно посмотришь, но сначала нам нужно заехать в гостиницу и поесть.

Они остановились в отеле «Жорж», в президентском номере. После того как коридорный исчез, Люсия медленно прошла по номеру. Она убиралась в таких номерах, но никогда прежде не жила в них.

– Тебе нравится? – спросил Анжело.

– Ты еще спрашиваешь? Это самое прекрасное место, в котором я когда-либо была. Даже лучше, чем пентхаус в «Корретти».

Анжело усмехнулся:

– Я хочу превратить свой отель в самый шикарный отель во всей Европе.

– Думаю, тебе это удастся без труда.

Вдали от Сицилии она почувствовала, как стала меньше противиться богатству Анжело. Здесь он был другим человеком, и она тоже была другой. Наконец они могли быть теми, кем хотят, могли любить друг друга.

Она подошла к Анжело и взяла его за руки:

– Спасибо за то, что привез меня сюда.

– Спасибо за то, что согласилась поехать. Я рад.

– Давай посмотрим город.

– У меня есть идея получше.

Ее сердце бешено забилось. У Люсии возникли те же самые мысли, что и у Анжело. Если выбирать между Эйфелевой башней и незабываемым временем, проведенным с Анжело, она бы голосовала за второе. Мысль о том, чтобы заняться с ним любовью, приводила ее в восторг и одновременно пугала.

– Ладно, я не прощу себя, если ты не увидишь Эйфелеву башню.

Они спустились на лифте.

– Все так, как ты себе представляла? – спросил он.

– Гораздо лучше.

– Здорово, когда что-то оправдывает твои ожидания, – сухо заметил он.

– А что насчет твоих ожиданий, они тоже оправдались? – Люсия не была уверена, о чем именно она хотела его спросить. – Успех, власть, месть. Все это оправдало себя?

– У богатства и власти есть свои преимущества.

– Они смогли заполнить пустоту в твоей душе?

– О чем ты?

– Когда умер твой отец, ты пришел ко мне и сказал кое-что, помнишь?

– Зачем ты вспомнила об этом? Я думал, мы прилетели в Париж, чтобы оставить прошлое позади, хотя бы на какое-то время.

– Разве плохо, что я хочу побольше узнать о тебе?

– Дело не в этом. Сложно объяснить. Мы воспринимаем одни и те же вещи по-разному.

Люсия решила оставить эту тему, ведь они оба не хотели ее обсуждать.

Весь день они осматривали город: Монмартр, Латинский квартал, Центр Помпиду, Лувр.

Они гуляли по Елисейским Полям, и Анжело настоял на том, чтобы купить Люсии платье на вечер.

– Еще нам нужно найти тебе туфли, – пробормотал Анжело. Люсия рассмеялась, понимая, что тогда он заметил ее старые туфли. – Как насчет этих? – Он остановился у бутика, в витрине которого красовались туфли на шпильке, украшенные стразами.

– Они выглядят нелепо.

– Да, но они же тебе нравятся.

Люсия должна была признать его правоту. У нее никогда не было ничего подобного, а эти экстравагантные туфли казались ей лучшими на земле.

– Я чувствую себя как Золушка, – сказала Люсия, примерив туфли.

– Ты и есть моя Золушка.

Сердце Люсии бешено забилось. Она прохаживалась по магазину, чувствуя себя невероятно сексуальной.

– Мы их купим, – сказал Анжело консультанту. Потом прижал Люсию к себе и прошептал ей на ухо: – У меня есть одна фантазия… Я хочу увидеть тебя обнаженной, и на тебе будут только эти туфли.

Люсия покраснела:

– Звучит заманчиво.

К тому времени, как они вернулись в отель, Люсия была уставшей и счастливой. Войдя в номер, она заметила, что двери, ведущие на веранду, распахнуты. Там был накрыт стол, горели свечи.

– Анжело, когда ты успел?

– Я бы хотел сказать, что все это было хорошо спланировано, но на самом деле мне пришлось сделать всего один телефонный звонок.

Люсия была тронута его заботой.

– Мне кажется, что я собрала всю парижскую грязь, – произнесла она, указывая на свою футболку и капри.

– Тогда прими душ. Или вместе примем…

У Люсии перехватило дыхание при воспоминании о том, как они занимались любовью на вилле Анжело.

– Мы сделаем это позже, – засмеялся Анжело. – Иди мойся, а потом мы поужинаем.

Принимая душ, Люсия думала, что, возможно, Анжело хотел оттянуть время. Она жаждала заниматься с ним любовью, мечтала об этом и все же боялась. Боялась, что теперь, когда они пытаются строить настоящие отношения, секс может все испортить. А вдруг она разочарует Анжело и он уйдет?

Люсии нужно было прекратить думать об этом, прекратить представлять себе самое плохое, что может случиться.

Она надела черное платье и туфли на шпильке. Посмотревшись в зеркало, Люсия не узнала себя.

Волосы свободно спадали на плечи, глаза горели страстью и предвкушением. Платье подчеркивало изгибы ее тела, а ноги выглядели длиннее.

Сделав глубокий вдох, Люсия пошла на веранду. Анжело уже был там. Он тоже принял душ и переоделся в серые брюки и белую рубашку. Когда он повернулся к ней, глаза его заблестели. Люсия на мгновение замерла.

– Ты такая красивая, – тихо сказал Анжело и подошел к ней.

Он взял ее за руки и подвел к столу.

Люсия не помнила, о чем они говорили в тот вечер, но атмосфера была расслабленной. Она чувствовала себя счастливой и знала, что Анжело тоже счастлив.

Вечер опускался на город, на горизонте все еще виднелись лучи заходящего солнца. Анжело взял ее за руку, указывая на Эйфелеву башню:

– Смотри.

Сотни мигающих лампочек загорелись на башне, превращая ее в алмаз в самом центре города. Люсия с удивлением и восхищением разглядывала сверкающую на фоне темного неба башню:

– Это прекрасно.

– Я рад, что наслаждаюсь этим видом вместе с тобой.

Люсия повернулась к Анжело, он томно смотрел на нее.

– Займись со мной любовью, Анжело, – прошептала она.

Он улыбнулся и повел ее в роскошную спальню:

– Ты дрожишь.

– Я волнуюсь.

– Почему?

– Потому что сейчас все по-другому. Мы не должны торопиться, как в прошлый раз.

– Тогда в душе мне так не показалось.

– Я знаю, но я думала, что это было всего на одну ночь.

– Нет, это не на одну ночь. Это только начало, Люсия. – Анжело мягко поцеловал ее в губы.

Он медленно снял с нее платье, и она осталась в одном нижнем белье и туфлях.

– Моя фантазия начинает претворяться в жизнь, – улыбнулся Анжело.

Затем он снял с нее нижнее белье. Она была обнаженной, на ногах остались только туфли.

Люсии было хорошо. Она чувствовала себя сексуальной и желанной. Она стала расстегивать рубашку Анжело:

– Теперь настала очередь моей фантазии.

– Какой?

– Ты должен раздеться.

Рубашка упала с его плеч. Затем Люсия расстегнула ремень на его брюках и сняла их. За ними последовали боксеры.

Анжело уложил Люсию на кровать, крепко обхватив ее руками. В его объятиях она поняла, как сильно ей не хватало его тепла и близости. Она больше никогда не хотела с ним расставаться.

Связь между ними становилась крепче с каждым прикосновением, с каждым поцелуем. Люсия изгибалась, когда Анжело касался ее. Она знала каждую частичку тела Анжело, но хотела узнать еще больше. Она жаждала полного единения.

– Анжело…

– Я здесь, любовь моя.

Их тела соединились, ее ногти впились в его спину.

– Я… – выдохнула она, – я люблю тебя.

– Я тоже люблю тебя, – ответил Анжело.

На мгновение мир перестал существовать для них обоих.

Его слова эхом отдавались в ее голове, когда она лежала в его объятиях. Неужели он это сказал?

– Ты думаешь о том, всерьез ли я сказал это.

– Ты не шутил?

– Нет. Все это так ново для меня, я никого никогда не любил, никогда не позволял себе никого любить. Но без тебя я не могу жить.

Они снова занялись любовью, но на этот раз еще медленнее. Затем принимали душ, где любили друг друга в третий раз.

– Я завтра буду совершенно без сил, – улыбнувшись, сказала Люсия.

– Тогда мы можем провести весь день в постели.

– У тебя завтра нет никаких дел?

– Я могу оторваться от дел еще на день или два, – ответил он. – Но это не последний раз. Мы сможем сбежать еще раз в другое место.

Люсия уставилась на Анжело, желая поверить его словам.

– Что такое? Ты хмуришься, – заметил он.

– Я не хочу никуда сбегать. От чего мы бежим, Анжело?

Он вздохнул и перевернулся на спину:

– Я не это имел в виду. Мы будем ездить отдыхать в другие страны. Я хочу показать тебе мир, – произнес он, надеясь, что Люсия не станет продолжать эту тему, а просто порадуется тому, что у них есть.

– Но это не настоящая жизнь.

– Это может стать реальностью.

– Что будет, когда мы вернемся на Сицилию?

– Решим. Тебе больше не нужно работать горничной, если ты сама этого не хочешь.

Она знала, каких усилий ему стоило сдержать и не потребовать, чтобы она ушла с работы.

– Я больше ничего не умею делать.

– Я думал об этом. Тебе же нравится помогать таким женщинам, как Мария, да? Помогать им писать и читать?

– Да…

– Почему бы тогда не открыть благотворительную организацию, где людям, которые рано ушли из школы, будут помогать учиться писать и читать? Ты могла бы сама обучать их. Я мог бы финансировать это дело.

– Ты сделаешь это для меня?

– Конечно. И для этих людей. Я бы хотел открыть свою школу. Я знаю, каково это – страдать от недостатка образования.

Люсия нежно его поцеловала:

– Какой ты хороший.

Он обнял ее, и они молча лежали какое-то время. Мысли бегали в ее голове.

– А что будет с тобой? Каким человеком ты станешь? Только ты можешь это решить, – сказала она немного погодя.

– Я тот, кто я есть, Люсия.

– Я понимаю, и я люблю тебя. Но ты сам говорил, что возвращение на Сицилию изменило тебя. Я знаю настоящего тебя и не хочу видеть, как ты притворяешься чужаком. В тебе столько доброты…

Анжело уставился в потолок. Люсия задержала дыхание. Он должен понять ее. Ему нужно отказаться от ужасной мысли отомстить Корретти.

– Ты права, – наконец сказал он. – Я больше не хочу быть тем мальчиком с разбитыми мечтами. Вернувшись на Сицилию, я почувствовал себя попрошайкой на пиру Корретти. – Он повернулся к Люсии, и глаза его пылали от злости. – Вот почему я так веду себя, Люсия. Тебе это кажется хладнокровной местью, но все совершенно не так. Я хочу доказать им, что я не такой, как прежде. Я человек, который заслуживает уважения.

– Но, Анжело, я влюбилась в того самого мальчика. – На мгновение ей показалось, что он понял ее.

– А ты любишь того мужчину, который получился из этого мальчика?

Люсия сглотнула. Боль сковала ее. Еще недавно они занимались любовью, а теперь спорили.

– Я люблю тебя, но месть, о которой ты так мечтаешь, отдаляет нас друг от друга. Ты этого не видишь, но это правда. Как думаешь, почему ты страдаешь мигренью?

Анжело упорно молчал.

– А знаешь, почему? – продолжала она. – Почему ты не находишь покоя, постоянно злишься, хотя обладаешь властью и богатством? Почему чувствуешь себя опустошенным?

Он смотрел на нее, и Люсия подумала, что он не сможет ответить на этот вопрос. Он мог просто отвернуться. Нелепая цель уничтожала его самого.

– Ну и почему? – наконец спросил он.

– Потому что мести тебе недостаточно. Богатство не имеет значения. Не важно, сколько компаний семьи Корретти ты сотрешь в порошок, все это не заполнит пустоту внутри тебя. Ты будешь чувствовать себя так же, как и в день похорон твоего отца.

– Не надо об этом, Люсия.

– Я должна, Анжело. Наша любовь не переживет этого хладнокровного разрушения. Анжело, ты должен отпустить это.

– Это бизнес.

– Нет, за этим стоит гораздо большее. Возможно, ты уверил Джио Корретти, но не лги мне. Ты так ведешь себя, потому что остаешься тем обиженным мальчиком, которого не признал родной отец. И ты злишься из-за этого.

– Конечно, я злюсь! – Анжело встал с кровати и потянулся за брюками. – Ты думаешь, я хочу чувствовать себя так всю жизнь? Чувствовать на себе насмешливые и презирающие взгляды Корретти?

– И разрушив их жизнь, ты что-то изменишь?

– Да.

– Нет, Анжело. Возможно, ты заставишь их уважать тебя, но это не то, что тебе нужно.

– И что же мне нужно, по-твоему? – спросил Анжело.

– Ты хочешь, чтобы они полюбили тебя.

Анжело отступил, будто Люсия дала ему пощечину.

– Но они тебя не полюбят, – продолжала она. – Нельзя заставить человека полюбить тебя. Но я люблю тебя всем сердцем, это чувство сможет заполнить пустоту внутри тебя. Моей любви будет достаточно.

Анжело не ответил. На его лице не отражалось ни единой эмоции. Люсия ждала ответа.

– Не заставляй меня делать выбор, – прохрипел он.

– А что, если я попробую?

– Я сказал, не заставляй меня!

– Потому что ты выберешь месть.

Анжело надел брюки и потянулся за рубашкой.

– Люсия, ты единственная, кто хочет все разрушить. Все же было так хорошо.

– Все было замечательно, – прошептала она.

– Тогда давай оставим это. Зачем ты требуешь от меня невозможного?

– Потому что я люблю тебя. – Слезы душили ее. – Это настоящая любовь. Ты принимаешь человека полностью, ты не можешь любить какую-то его часть. Но я не смогу…

– Не сможешь любить меня, если я не отступлюсь? Звучит как условие. Будто ты хочешь манипулировать мной. Я пытался поступить так же, когда предложил тебе стать моей любовницей. Я хотел поместить тебя в золотую клетку, хотел управлять тобой. А теперь ты пытаешься управлять мной.

– Неправда, я пытаюсь освободить тебя из клетки, в которую ты сам себя посадил.

– Хватит! С меня достаточно этой глупой болтовни. Боже, тебе всегда всего мало.

– Это несправедливо. Я у тебя ничего не просила. Ни бриллиантов, ни одежды, ни денег на путешествие в Париж. Я просто хотела быть с тобой. С настоящим Анжело.

– Я такой, каким ты меня сейчас видишь, – сухо произнес Анжело и вышел.