Боль почти пропала, давая о себе знать лишь неприятными тянущими ощущениями в левой ноге и отслаивающейся засохшей кровавой коркой на глубоких порезах по всему телу.

   И вместе с тем, теперь каждый на арене, а таковой пока был один, максимум двое, знали, где Олег находится. Не заметить такой взрыв мог только слепой. Даже находясь на другом краю арены, подобная вспышка, поднявшаяся над верхушками деревьев еще на несколько метров, была бы заметна без особого труда, и это не учитывая грохот, который наверняка прошелся по земле. Олег не чувствовал этого только из-за того, что летел в воздухе, подброшенный ударной волной.

   Поднявшись на ноги, атлет, пошатываясь, побрел в намеченную ранее сторону.

   Наверняка, Руслан решит, что его противник не будет сам идти прямо на него, а попытается спрятаться или затаиться где-нибудь. На это Олег и рассчитывал. Его мысли сейчас сменялись очень быстро из-за концентрированного коктейля гормонов в организме, заставляющего его сознание работать в более активном режиме.

   Из-за этого он немного иначе оценивал ситуацию и принимал такие решения, которые в любой другой ситуации показались бы неверными. Но сейчас такого понятия просто не существовало.

   Общий вес снаряжения, который Олег тащил на себе, постоянно увеличивался, но мужчина будто не замечал этого.

   Преодолев метров триста сквозь плотный колючий кустарник, он позволил себе немного передохнуть и прийти в себя, постоянно оглядываясь на место взрыва. Ожидал ли он увидеть выжившего зверя, несущегося за ним, или же хотел запомнить произошедшие в самых мелких деталях, вряд ли он сам мог себе ответить, снова и снова продолжая бросать взгляды себе за спину.

   Несколько глотков воды привели его в чувства.

   Вернулась способность нормально воспринимать звук, пропало мельтешение серого пепла перед глазами, выровнялось дыхание. И вместе с этим пришло осознание того, как он был близок к смерти.

   Возможно, стоило просто убежать, как можно дальше, или вовсе не трогать этот проклятый патронташ, сейчас будто удавкой обвившей его шею. Но все было так, как уже случилось и оставалось только порадоваться новому трофею и тому, что задумка и использованием ловушки в свою пользу все-таки сработала.

   Вспомнив о ловушке, Олег потер подбородок. Подобного в предыдущих сезонах не было, что возвращало его мыслями к словам Китти, как будто нарочно обмолвившейся о том, что сегодня все будет иначе.

   Покрутив головой, он насчитал четыре красных огонька, ставших совсем тусклыми в начинающемся утре.

   Состязание не вступило еще в самую активную фазу, а событий произошло уже немало. Олег отстраненно подумал, что зрители сейчас должны неистовствовать перед своими экранами от увиденного: такое происходило далеко не каждый сезон. Многие атлеты гибли именно в ловушках, украшающих арену, не доводя дела до сражений между собой, но сейчас были все предпосылки для того, чтобы через несколько часов, когда людей в замкнутом мирке арены станет больше, начнется настоящая бойня.

   Олег уже не мог вспомнить, сколько ловушек оставил за спиной нетронутыми, но прекрасно понимал, что их намного больше впереди и именно они представляют собой самую большую опасность.

   Боязнь атлета с револьвером вызывала у Олега только усмешку. Кто бы им не оказался, ему проиграть он точно не имеет права.

   Окончив привал, мужчина сделал несколько глубоких вдохов, задерживая воздух в легких, чтобы убедиться в полной работоспособности своего дыхательного аппарата. В горле появилась неприятная резь, но кроме этого ощущения не было никаких намеков на проблемы в груди.

   Бросив последний взгляд на виднеющееся вдали пепелище с еще играющими по его краям языками пламени, Олег зашагал дальше.

   Через несколько шагов желудок сдался и его снова вывернуло.

   Отплевываясь от едкой желчи, атлет согнулся над землей. На поясе побрякивали костяной нож и змеелов, которому Олег так и не мог придумать никакого применения, но упорно тащил с собой.

   Над головой ночные тучи окончательно рассеялись, превратившись в клочья белесой молочной пелены. Туман тоже отступал, но очень медленно, продолжая ползти по земле, будто стремясь завладеть ее целиком, полностью укутав собой, как погребальным саваном. Влажность в воздухе казалась запредельной, но это ощущение рождалось только из-за скопившейся за ночь влаги, быстро испаряющейся под набирающими силу солнечными лучами. Сам диск все еще оставался над горизонтом за высокими стенами, но свет, отражающийся от купола неба, проникал и на арену. Олег не мог быть уверен на все сто процентов, но что-то ему подсказывало, что большие фонари на батареях уже погасли, исчерпав ресурс своей работы на одном заряде, а остальное электрическое освещение просто отключено.

   Бутылка с водой опустела уже на половину, заставляя Олега с сожалением кривить губы.

   Он выбрался из леса на узкую тропинку, поросшую по обеим сторонам плющом, сейчас сухими темными побегами тянущимся по земле. Где-то совсем далеко послушался волчий вой, быстро оборвавшийся. Выдохнув облачко пара, холод еще продолжал править, атлет покачал головой, раздумывая над тем, как можно было бы избежать схватки с животными и не хромать теперь на одну ногу.

   Подчиняясь своим мыслям, мужчина посмотрел вверх и замер.

   Просто так лазить по деревьям казалось глупой затеей: без листвы на ветках нельзя было спрятаться, превращаясь в отличную мишень. Но сейчас прямо над ним находилось что-то похожее на небольшой шалаш. Он был неплохо замаскирован и его выдавали лишь толстые ветки, переплетенные между собой, которые служили полом или лежаком.

   Недоверчиво подойдя к толстому дубовому стволу и постучав по нему кулаком, Олег посмотрел по сторонам. Подниматься наверх придется достаточно долго и ему не хотелось, чтобы в момент, когда он будет совершенно беззащитным, кто-то напал на него.

   Быстро обойдя все ближайшие не просматривающиеся кусты и убедившись, что в них никого нет, Атлет подпрыгнул, хватаясь руками за самую низкую ветку.

   Поднимаясь все выше и выше, подтягиваясь и приближаясь к цели, Олег подумал, что сам лезет в петлю и вместо очередного тайника, его ждет новая ловушка. Здесь даже придумывать ничего не нужно: немного подпиленная верхняя ветка легко сломается, когда человек повиснет на ней, уже готовый преодолеть последнее препятствие на своем пути. Именно поэтому перед тем, как сделать новое движение, мужчина сильно дергал за толстые сучья и обломанные отростки, чтобы убедиться в их прочности.

   Шалаш был очень высоко. Глядя вниз можно было легко испытать головокружение, даже не имея страха высоты. Перспектива полететь к земле, переломав все кости о множество веток, пугала куда сильнее, чем теоретическая высота.

   Перевалившись через край лежака, Олег тяжело дышал, потирая зудящие от напряжения ладони, на которых появилось несколько новых ссадин.

   Но все усилия были не напрасны.

   Вдоль продолжавшего тянуться вверх древесного ствола, частично завернутая в камуфляжный брезент, стояла снайперская винтовка. Модифицированный барретт: удлиненный ствол, облегченные сборные компоненты, оптический прицел для ведения точной стрельбы более, чем на полтора километра. Автоматическая система и переработанный магазин, были способны подавлять любого противника быстрым непрекращающимся огнем крупного калибра.

   Глядя на это великолепие, Олег понял, что это никакой не шалаш на дереве, а самое настоящее логово снайпера.

   Но долго радоваться у него не получилось. Осмотрев винтовку, он с сожалением обнаружил, что в ней есть всего один патрон уже загнанный в ствол. Такого типа боеприпасов в его перевязи на груди не нашлось, а значит только один выстрел.

   И все же, была и другая польза от этого места.

   Стянув с плеч мешок с припасами и двустволкой, Олег улегся на живот, направив ствол винтовки на открывающийся перед ним вид арены, и принялся за изучение местности теперь уже с высоты.

   Вдалеке, чуть в стороне от выбранного атлетом направления движения, высились основные постройки: большой, средний и малый дворцы, хлебный дом и кавалерийские корпуса, в одном из которых Олег уже побывал. Прицел позволял увидеть, что многие из них были сильно разрушены, обвалены и едва ли демонстрировали хотя бы тень былого величия. Он вспоминал все эти названия, прочитанные им когда-то на карте-путеводителе, и сейчас понимал, что прошлое оказалось полезно не только болью и странной радостью воспоминаний.

   Снова он разглядел насыпь, разделяющую некогда единое озеро на два отдельных пруда, сделанную, несомненно, специально, но с неизвестной целью. Разрушенный огромный фонтан своей причудливой формой напоминал гигантского осьминога или кальмара выброшенного на берег и оставленного там умирать.

   Ведя перекрестие прицела от объекта к объекту, Олег опустил ствол и посмотрел на густой лес вокруг. Сквозь оптические линзы все казалось слишком большим на таком маленьком расстоянии, позволяя разглядеть самые мельчайшие детали. Несколько упитанных крыс вальяжно устроились среди переплетения корней, высматривая кого-то своими глазками-бусинками. Перья на вороньем крыле были больше похожи на масляную живопись с потрясающей детализацией, чем на реальный мир.

   Сделав несколько поправок, Олег продолжал искать цель.

   Вдох. Выдох. Никакой дрожи в сжимающих винтовку руках. Приклад упирается в плечо, а длинный ствол тянется вперед, как продолжение тела человека.

   Олег понимал, что укрытие из этого лежака так себе. Без плотной зеленой листвы практически все было, как на ладони. Если он смог его найти, значит и остальным это под силу. Тем более, что сейчас, он был не в состоянии контролировать световые блики, играющие на стекле прицела, которые наверняка заметны, если знать, куда смотреть.

   Прикрыв линзу пальцами, Олег приподнялся на локтях и посмотрел вниз своими глазами.

   Проглотив горсть брусники, он прищурился, высматривая опасность у себя под носом, но там все было, как и раньше: мирно трепетали на ветру ветки кустарников, приподнимались над землей листья, перекатываясь с места на место, а тени удлинялись, приобретая все более яркие очертания.

   Быстро моргнув несколько раз подряд, Олег снова приблизил глаз к окуляру.

   Высмотреть скрывающегося атлета оказалось непросто в первую очередь из-за того, что не было уверенности в правильности направления взгляда. Олег мог ошибиться, решив, что его противник будет охотиться за ним, а не станет прятаться или заниматься какими-то совершенно иными делами, вроде поиска припасов и полезных вещей. Оба этих варианта были равнозначны, но все равно вели к одному исходу: они должны столкнуться, иного исхода на арене просто не существует.

   Перевернувшись на спину, Олег посмотрел на все еще такое далекое небо. Плывущие по нему облака пытались собраться в какую-то нелепую картину, но у них плохо получалось: из-за малой концентрации влаги высоко над землей они быстро рассеивались и не успевали соединиться во что-то имеющее смысл.

   Мужчина улыбнулся уголками губ, вспомнив, как когда-то давно, они с Марго любили лежать в поле среди разнотравия и, указывая пальцами в голубую лазурь, делиться мыслями и фантазиями о том, на что похоже то или иное облако. Эта забава могла захватить их на долгие часы, будто вырывая из реального мира и позволяя заглянуть за его грань, открывая свои секреты и тайны.

   Сейчас бы не помешало узнать несколько секретов этой арены, но какие-то еще были полностью скрыты во тьме, другие же приоткрывали свои лики, оставалось только дотянуться до них.

   Покачав головой, он снова занял удобное положение для стрельбы и подумал, что для решения любой задачи ему важно выполнять только одно условие: как можно дольше оставаться в живых. Страха умереть не было. Вместо него внутри все сильнее проявлялась жажда победы в состязании, каким бы жестоким и кровавым они ни было. Игра, придуманная, чтобы влиять на сознание миллионов жителей Новой России, должна была быть насквозь пропитана ненавистью и болью ее участников.

   Человеческая фигура на миг возникла в перекрестии и тут же исчезла за одним из деревьев в небольшой рощице.

   Олег снял винтовку с предохранителя, продолжая вести цель.

   Быстрое и достаточно хаотичное передвижение объекта мешало точно прицелиться, но спешить было ни к чему.

   Человек остановился перед выходом на открытый пятачок пространства и осторожно выглянул из-за высокой трухлявой коряги.

   Грязное, заляпанное кровью и чем-то сине-черным лицо самого молодого атлета не спутать было ни с чьим другим. Андрей сжимал в руках револьвер с длинным дулом, скребя указательным пальцем по курку. Его правое плечо было разодрано, а клочья черного костюма свисали вдоль руки тонкими лентами. За собой по земле он волок кулек на веревке, в котором угадывались очертания нескольких предметов, но каких именно нельзя было узнать, не заглянув внутрь.

   Еще один шаг, подумал Олег.

   Он был немного удивлен, что из игры выбыл один из близнецов, но это только подтверждало его мнение, что все участники состязания не те, кем кажутся на первый взгляд. И даже самый слабый враг может оказаться на деле львом, способным разорвать любого при любых условиях.

   Еще один шаг.

   Атлет будто чего-то ждал, то выглядывая из своего укрытия, то снова скрываясь за краем старого дерева. Это не продлится вечно.

   Олег размял шею, прижав подбородок сначала к одному плечу, потом к другому и вновь припал глазом к прицелу, уже порядком устав от однообразия этого занятия.

   Настоящими снайперами могли быть только единицы из тех, кто шел служить. Особый склад характера, пониженный эмоциональный коэффициент, слишком тяжелая физическая подготовка, которая давалась далеко не всем, и, конечно же, сумасшедшая выдержка, присущая даже не всем хищникам, добывающим себе пропитание именно долгой и затягивающейся на часы охотой.