Домашней хозяйке

                              товарищу Борщиной

сегодня

             испорчено

                              все настроение.

А как настроению быть не испорченным?

На кухне

              от копоти

                             в метр наслоения!

Семнадцать чудовищ

                                   из сажи усов

оскалили

               множество

                                огненных зубьев.

Семнадцать

                    паршивейших примусов

чадят и коптят,

                        как семнадцать Везувиев.

Товарищ Борщина

                              даже орала,

фартуком

                пот

                      отирая с физии —

«Без лифта

                   на 5-й этаж

                                     пешкодралом

тащи

         18 кило провизии!»

И ссоры,

              и сор,

                        и сплетни с грязищей,

посуда с едой

                       в тараканах и в копоти.

Кастрюлю

                 едва

                         под столом разыщешь.

Из щей

            прусаки

                         шевелят усища —

хоть вылейте,

                       хоть с тараканами лопайте!

Весь день

                горшки

                            на примусе двигай.

Заняться нельзя

                           ни газетой,

                                             ни книгой.

Лицо молодое

                       товарища Борщиной

от этих дел

                   преждевременно сморщено.

Товарищ хозяйка,

                            в несчастье твое

обязаны

              мы

                    ввязаться.

Что делать тебе?

                             Купить заем,

заем индустриализации.

Займем

             и выстроим фабрики пищи,

чтобы в дешевых

                            столовых Нарпита,

рассевшись,

                    без грязи и без жарищи,

поев,

        сказали рабочие тыщи:

«Приятно поедено,

                              чисто попи́то».