– Защитники долго не протянут, – сказал Полибибл.

Вся троица двигалась по изрытой, неровной зоне Средиземья. Шеренга из множества разрушенных обелисков уходила обглоданными пеньками в темноту по обе стороны. Некоторые башни до сих пор неуверенно вращались. Ближайшая к ним конструкция то и дело норовила упасть на бок, поскрипывая и исторгая фонтаны искрящихся брызг.

Броня эпитома без особого энтузиазма предприняла попытки приспособиться к его телу, однако она была рассчитана на членов древнего племени и не желала адаптироваться к необычному хозяину. Поначалу Полибибл шел неровными, подрыгивающими скачками, затем скафандр как бы в полнейшем раздражении принял управление на себя и задал темп ходьбы самостоятельно. Полибибл наконец сдался, сел на корточки подле темно-красного валуна и сквозь запотевший лицевой щиток уставился на спутников с выражением, убедительно смахивающим на растерянность.

– Я же сам их проектировал… Вроде должен знать, как ими управляют. Вот незадача…

– Чего еще вы не знаете? – спросил Гентун, ничуть не намереваясь задерживаться – или проявлять участливость в адрес бывшего Эйдолона.

– О, много чего, не извольте беспокоиться, – проворчал Полибибл и сосредоточенно взялся разминать шарниры и стыки доспехов, нажимая, потягивая, что-то бормоча себе под нос – пока, наконец, не попросил о помощи.

– Подтолкните вот здесь, да… и этот сегмент, его надо вытянуть… вот досюда.

Встав по обе стороны, Джебрасси и Гентун принялись тянуть эпитома за руки и ноги, и пихали его до тех пор, пока скафандр не осветился зеленым в точках сочленений, после чего вздохнул и кое-как обволок худенькое тельце.

– Ну, по крайней мере, теперь можно ходить, – вскакивая, заявил Полибибл и бодро затряс конечностями. – Что ж, хватит рассиживаться, пора уносить ноги – здесь, знаете ли, опасно.

– Сколько еще? – спросил Джебрасси.

– В смысле? Сколько осталось до Хаоса – или до неизбежной и страсть какой жуткой кончины Кальпы?

– Вот это… последнее, – ответил юноша и гулко сглотнул.

– А, этому уже пора бы случиться, – непринужденно ответил Полибибл. – Тифону не удалось заложить фундамент собственных правил. Он существует лишь как подлая тень, каталог вещей, сворованных у старого космоса. Если он проглотит последний кусочек нашего мира, то вполне может – чпок! – сгинуть. И все обнулится, станет недействительным. Стало быть, если мы потерпим неудачу… короче, у меня нет слов, на что способна эта недействительность.

Они передвигались более поспешным шагом, покрывая милю за милей, следуя примеру Полибибла, который направился прямиком сквозь плотно сбитые руины Некрополя. Джебрасси с трудом понимал, куда ступают его ноги – грунт вроде бы сам выпячивался, с готовностью подставляя себя ступням. Вскоре они заприметили огромный полиморфный купол с безумными архитектурными особенностями. По мнению Джебрасси, он напоминал ворох мостов, поставленных на попа, закрученных юлой, сбитых наземь, размозженных, сметенных в кучу и, наконец, стянутых длинными, мшистыми лентами.

– Натараджа тоже так выглядит? – с опаской поинтересовался он.

– Неизвестно. Конкретно вот эта конструкция находилась здесь еще до разрушения Башни, ее притащило сюда из какой-то далекой галактики, если я правильно припоминаю… Таких вещей здесь много. – Эпитом неопределенно повертел пальцами. – Возможно, их специально понаставили, чтобы приманивать любопытствующих пилигримов. Тифон, он ведь… – Здесь Полибибл умолк и воззрился на свои дрожащие руки. – Ого! Это тело проявляет признаки отвращения. Как занятно. Я-то полагал, что не подвержен подобным эмоциям.

Через какое-то время он вывел их на очередную, покрытую темной коркой дорогу, огибавшую руины.

– Разумеется, оказавшись без генераторов, Эйдолоны прекратят свое существование в Кальпе – так же как и вне ее, – хотя древнее племя и большинство Ремонтников вполне смогут выжить.

Гентун немедленно сделал отсюда ряд выводов.

– Как насчет других пилигримов?

– Знать не дано, – потряс Полибибл головой.

Джебрасси словно что-то укололо – где-то он слышал эту фразу…

Они прошли еще множество и множество миль – по крайней мере, Джебрасси так казалось. Гентун поинтересовался, знает ли Полибибл, где они находятся.

– На внешней границе Некрополя, – ответил тот. – Все уплотнилось, съежилось – втягивается само в себя. Мы двигаемся быстрее, чем я предполагал. И вскоре… – Тут Полибибл приблизился к юноше. – Итак, к чему мы вскоре придем, ну-ка?

– Вы прямо как наши наставники, – пробурчал Джебрасси. – Все время задаете проверочные вопросы.

– Придем к зданиям, – ответил за него Гентун. – Если верить последним подсчетам, их десять, и стоят они ровно по курсу наиболее интенсивного сигнала маяка.

– А за ними?

– Долина Мертвых Богов. А дальше – простор для воображения.

– Не расхолаживаетесь, оттого что я с вами, – предостерег Полибибл. – Бдительность, друзья мои! Многие великие люди потерялись в этих краях, пусть и владели большим запасом древних навыков и целеустремленности. Множество путепроходцев… как, впрочем, и других подвижников – Ремонтники, пилигримы… Ах, несть числа принесенным в жертву, пока мы выжидали…

– Я знаю, что вы отправили в прошлое разные вещи, – сказал Джебрасси. – Сейчас они возвращаются.

– Вернее сказать, проявляются, как бы выплывают из глубин океана.

– Мне неизвестно, что такое «океан», – юноша поморщился, словно от боли. – Скалы вверх ногами… горы и лед в небе. Вот куда уходят сновидцы. Это и есть… океан?

– Нет, – негромко ответил Полибибл, хотя в голосе и прозвучали нотки сомнения. – Просто миры сваливаются друг на друга. Отчаянная авантюра, а уж сколько раз мы ввергались в сию великолепную трясину безысходности… одним лишь Эйдолонам ведомо.

Юноша скрипнул зубами и прибавил шаг.