- Да вы гляньте в трубу, право. - Сказал Вик. - Это интересно.

Фок Аркенау послушно приложил окуляр к глазу, отыскал цель, навёл резкость. Целую минуту молча вглядывался, прежде чем с сомнением произнести:

- Хм... это что, ведь... ох ты ж...

- Ага. - С довольным видом кивнул Двухбородый. - Самый натуральный, настоящий и неподдельный корабль-призрак. Когда в столицу шёл, его как раз только затормозили. Думал, когда обратно идти буду, уже уберут, ан нет - до сих пор висит, так что можете полюбоваться.

Полюбоваться было на что - хотя "призрак" болтался где-то у самой границы помеченной на картах космической трассы, на изрядном расстоянии от "Родрика", качественная оптика капитанской трубы позволяла разглядеть некоторые подробности. Корабль висел в пустоте, задрав корму - видимо, координатор гравитации на нём давно разладился, а то и вовсе не работал. Можно было различить высокие надстройки на носу и корме, длинный бушприт, две мачты и неестественный интервал между ними, оставшийся, надо полагать, от третьей, потерянной. Вокруг суетились или просто висели маленькие кораблики - патрульные шлюпы орбитальной охраны, реакторные буксиры и ещё какие-то, не опознанные Реймондом. Сравнивая их размеры с "призраком", можно было примерно определить его класс - шестидесяти-семидесятипушечный парусный линкор.

- О таком событии должны были написать в газетах. - Заметил бывший (теперь в этом уже не было никаких сомнений) адмиральский адъютант, продолжая рассматривать мёртвый корабль и его свиту. - Хотя я мог пропустить, запросто...

- Когда я проходил мимо него в прошлый раз, то разглядел получше. - Ответил капитан. - Корабль военный и очень старый - лет ему сто - сто пятьдесят. Явные следы боя - пробоины от плазмы в корпусе, да и мачта, как мне кажется, не сама упала. В таких случаях Адмиралтейство предпочитает не спешить. Выяснят что за корабль, что нёс на борту, при каких обстоятельствах пропал - и потом выделят прессе столько информации, сколько сочтут нужным.

Двухбородый Вик помолчал пару секунд, затем вновь обратился к Реймонду: - И ещё кое-что. Посмотрите-ка на это. - Он ткнул пальцем куда-то за корму. - Видите яркую точку позади нас? Трёхмачтовый купец. Ищите слабый огонёк на два пальца правее. На два моих пальца. - Уточнение было нелишним, ибо в два пальца капитана умещались три реймондовых.

Лейтенант послушно перевёл взгляд, вновь повозился с настройкой резкости и с лёгким удивлением спросил:

- Одномачтовое судёнышко? Это, по-моему, малый люггер. Вы о нём? Что в нём такого?

Не дождавшись ответа, фок Аркенау опустил трубу и повернулся к капитану. Нахмурился:

- Что-то не так?

- Да нет, просто хотел посмотреть на вашу реакцию. - Покачал головой Вик. - Извините. Первый раз его видите, верно?

- Скорее всего. - Реймонд внутренне напрягся. Странный разговор, начатый капитаном, разбудил его свежеприобретённую паранойю, успевшую задремать за неполные две недели спокойного путешествия. - С уверенностью не скажу, за время учёбы и службы видел десятки люггеров... Но этот если и видел раньше, то не запомнил.

- Он идёт за нами почти от самой столицы. - Теперь пришла очередь хмурить брови капитану. - Упал на хвост на границе столичной системы, с тех пор позади и болтается. Я думал, может, вы его опознаете...

- Вы уверены, что нас действительно преследуют? - Реймонд почувствовал, как под сердцем начала образовываться льдинка страха и нерешительности, грозя снова сковать волю - словно в первые дни после ареста.

- Если честно - нет. - Капитан отошёл вправо, к самому фальшборту, и опёрся локтями о панель внутренней связи. На старом фрегате там должны бы были щетиниться медные трубки-голосоотводы, ведущие в трюм, кубрик, машинное отделение и каюты офицеров в надстройке, однако судовладелец не поскупился на модернизацию. Теперь широкую деревянную тумбу украшали новенькие телефоны с чёрными трубками и блестящими ручками. - Мало ли как маршруты совпадают, особенно на регулярных трассах... Однако у меня чутьё на такие вещи. И потом, смотрите сами. - Капитан уставился на ползущую по небу едва заметную звёздочку предполагаемого преследователя. - Они не просто идут за нами - они сохраняют дистанцию. Не отстают и не обгоняют, хотя могли бы. Кроме того, я долго следил за ними через трубу. И могу с уверенностью сказать, что на корабле военная команда. Манера работать с оснасткой, совершать манёвры - всё очень узнаваемо. Во что одеты матросы с такой дистанции не разобрать, однако не в мундиры явно. Наконец, люггер не несёт военного флага... В общем, всё странно и подозрительно. - Вик мрачно усмехнулся. - И всё это мне не нравится.

- А уж мне-то... - Протянул Реймонд, складывая трубу. - Это не могут быть люди адмирала Каррисо? Ну, приглядеть за нами со стороны, например...

Судовладелец скривился, словно у него внезапно заболел зуб:

- Нет. Не могут. Не переоценивайте возможности Эльды, она и так выжала все свои ресурсы досуха... Включая такие, за использование которых можно поста лишиться... - Капитан пожевал губу и продолжил: - Пока есть угроза, что наш маршрут прослеживается, неважно кем, идти к конечной точке путешествия нельзя.

Вик так и не рассказал Реймонду, куда же в итоге должен его доставить, а сам наследник Аркенау не спрашивал. Раз капитан молчит - значит, есть тому причины. Хотя по всему выходило, что "Родрик" стремится на север, к пограничью и линии фронта. Туда, откуда Реймонд не так уж и давно вернулся...

- И что вы планируете? - Спросил лейтенант.

- Сначала проверить - действительно ли это погоня. Затем - по обстоятельствам. - Капитан снял трубку с одного из телефонов, крутанул ручку раз, другой, третий... На том конце наконец ответили и Двухбородый командным голосом распорядился: - Бланкетт, давай на мостик. С картами. Жду.

Джоном Бланкеттом звали старшего помощника Вика, мужчину среднего роста и средней комплекции, примечательного разве что застарелым шрамом на челюсти. Это явно был не порез от бритья - скорее рана старпома напоминала след от прошедшего вскользь удара саблей. Удар, видимо, повредил мышцы челюсти, отчего речь Бланкетта стала достаточно невнятной, особенно когда он говорил быстро. Впрочем, этот недостаток, для флотского офицера весьма существенный, искупался массой положительных качеств - первый помощник ухитрялся совмещать должности заместителя капитана, навигатора, оператора радиостанции и второго рулевого. В своей универсальности, впрочем, он был не одинок. Двухбородый Вик, к примеру, вполне успешно сам себе заменял боцмана. Хозяин "Родрика" изрядно экономил на офицерах... Те же, кто был, отличались удивительной преданностью и исполнительностью.

Реймонд не успел придумать, о чём бы ещё спросить капитана, а старпом уже поднялся на мостик и приветствовал их:

- Товарищ капитан... Господин лейтенант...

Реймонд кивнул в ответ, сдерживая неуместную ухмылку. Даже далёкие от космоплавания люди знали, что странноватое обращение "товарищ", которое использовали между собой офицеры и многие матросы "Родрика", распространено среди пиратов. Это на военном флоте "леди и джентльмены", "господа" и "госпожи", а в пиратской вольнице номинально все равны, и капитану подчиняются не из-за его звания, а только из уважения к его личным качествам и навыкам. Так что подозрения, возникшие у наследника Аркенау ещё во время последней беседы с адмиралом, получили подтверждение в первый же день на борту.

- Раскладывай карты. - Сказал Вик старпому, указывая на квадратный стол в центре мостика. - Будем прокладывать новый курс.

Бланкетт, не выказав и капли удивления, прошагал к столу, извлёк из тубуса, который нёс под мышкой, карту, разостлал её и зафиксировал специальными зажимами по углам столешницы. До покупки интерактивной карты-экрана, вроде той, что была на погибшей "Лунной дорожке", модернизация бывшего фрегата не дошла. Оно и понятно - даже в имперском флоте такие ставили главным образом на флагманы.

- Значит, слушай, что я собираюсь делать... - Капитан встал рядом с первым помощником и жестом подозвал Реймонда. - Лейтенант, и вы подойдите. Пусть у вас не возникнет вопросов.

Фок Аркенау выполнил просьбу судовладельца и вместе с ним склонился над картой. Та отображала дальний сегмент пересекаемой ими солнечной системы, который включал в себя три крайние планеты и пространство до внешнего кольца астероидов. "Родрик" сейчас приближался к орбите второй планеты "от конца" - опоясанного кольцами газового гиганта.

- Вот наш текущий маршрут. - Капитан прочертил пальцем по карте вдоль красной ниточки, тянущейся к точке гиперпрыжка у границ гравитационного колодца. - Идём кратчайшим путём к наиболее удобному месту выхода из системы. Собственно, до сих пор мы и шли самыми удобными трассами. Десятки кораблей могут идти с нами одним курсом.

Реймонд кивнул. С самой столицы "Родрик" старательно держался в общем потоке космического транспорта, не выделяясь из массы боевых и гражданских, государственных и частных кораблей, стремящихся с разными целями на беспокойный фронтир.

- Следовательно, - продолжал Вик, - чтобы убедиться, что никто не идёт за нами намеренно, мы должны сменить курс на менее удобный. И лучше всего не просто неудобный, но ещё и не дающий преимуществ, каким просто так никто не пойдёт. - Капитан, склонил голову набок, словно попугай, и потеребил кончик бороды. Левой её половины. - Если мы сейчас отклонимся к востоку от основной трассы достаточно сильно, то пройдём в опасной близости от Денеба-VIII. - Он постучал ногтем по изображению газового гиганта. - Придётся продираться через его гравитацию, плюс - кольца из астероидов и пыли окажутся совсем рядом. Прямой опасности в таком маршруте нет, но времени потеряем изрядно. Если наш подозрительный одномачтовый друг последует за нами, то с ним всё станет ясно.

Судовладелец усмехнулся и поднял взгляд на Бланкетта:

- Я хочу, чтобы ты рассчитал курс таким образом, чтоб мы прошли впритирку к краю астероидного кольца планеты. На тот случай, если подозрения подтвердятся...

- Будем уходить через астероиды? - Понимающе кивнул первый помощник. - Не впервой, конечно, н-но... В порту метеостанция обещала солнечный шторм. Если будем идти прежним маршрутом - успеем покинуть систему прежде, чем он нас настигнет. Но если задержимся - попадём под бурю. Возможно - как раз возле планеты.

- По мне - так даже лучше. - Усмешка капитана стала ещё шире. - При таком прогнозе за нами уж точно никто не сунется, если только его не гонит долг... Но я хочу, чтобы ты всё рассчитал. Бери доктора и Брохкзена, садитесь на аппаратуру и займитесь измерениями. Послушайте радиобакен, может, станция уже передала свежие метеоданные. И я прикажу пустить четверть энергии с парусов на накопители.

Реймонд и Бланкетт синхронно кивнули, соглашаясь. Во время энергетической бури, когда мощность солнечного ветра начинает скакать совершенно непредсказуемо, порой достигая фантастических величин, идти лучше всего на аккумуляторах. Если продолжать двигаться под парусами, позволяя энергии идти от них напрямую к двигателям - велик риск повредить всю энергосистему корабля. Да и обычный ураганный ветер внутри "воздушного купола", вызванный попытками защитного поля рассеять бушующее вокруг пуще обычного опасное излучение, вполне в состоянии изорвать драгоценную материю парусов. Решение Вика подтверждало, что он действительно намерен встретить шторм - умный капитан не станет лишний раз заряжать большие аккумуляторы, ведь от использования они со временем подсаживаются, а стоить могут как половина остального корабля...

Вик тем временем выпрямился, жестом отпустил старпома и, более ни слова не сказав Реймонду, направился к пульту связи - давать инструкции машинному отделению. Фок Аркенау тоже отошёл от стола и отыскал взглядом едва заметную звёздочку странного люггера. Задумчиво почесал нос. Ближайшее будущее вновь грозило сюрпризами, но зародившийся было страх исчез - теперь лейтенанта кололо ледяными иголочками нетерпение. Определённость - вот в чём он нуждался сейчас сильнее всего. Собственная безопасность, к удивлению наследника Аркенау, потеряла первое место в списке его приоритетов. А быть может, никогда и не занимала...

* * *

За совещанием на мостике последовала тягостная пауза. Бланкетт вместе с Брокхзеном, помощником корабельного инженера, притащил из надстройки безопасный солнцескоп, рефрактор с фильтрами и ещё кое-какое метеорологическое оборудование, не способное работать в помещении. Вскоре явился корабельный врач, доктор Блаузи, и занялся необходимыми измерениями. Этот маленький, едва полтора метра ростом, хрупкий на вид серокожий инородец с большой, круглой, абсолютно лысой головой и огромными, в две трети лица, совершенно чёрными глазами, обладатель на удивление глубокого для его комплекции, басовитого голоса и роскошных седых усов (если б не они, можно было бы подумать, что сородичи доктора вовсе лишены волосяного покрова), также, как и остальные офицеры "Родрика", совмещал несколько должностей. Помимо врачевания хворей и травм экипажа в его обязанности входила работа с различным тонким научным снаряжением.

В течение десяти минут все, кроме Реймонда, оказались при делах - капитан вновь склонился над картой, прикидывая детали нового курса, старпом, немного поработав с ним, ушёл в радиорубку, в надежде поймать свежую сводку от погодной станции. Доктор, ассистируемый Брокхзеном, увлечённо возился с приборами, и это было особенно печально, так как последнюю неделю именно судовой врач не давал наследнику Аркенау сойти с ума от скуки. Реймонд всегда тяжело переносил полное безделье - такова была фамильная черта фок Аркенау. Дни, проведённые в квартире адмирала, он вынес сравнительно легко, будучи раздавлен и дезориентирован недавними событиями. Однако сейчас лейтенант понемногу оправлялся, и рутинные неприятности снова стали заботить его. Несколько книг, нашедшихся у капитана, молодой человек прочёл в первые три дня, и теперь перечитывал их уже по третьему кругу. Никаких занятий на борту для него не нашлось - команда "Родрика-космоходца" в помощи со стороны не нуждалась. Спасением стали долгие беседы с доктором, который также имел массу свободного времени. Щуплый большеголовый инородец, смешно выглядящий в деловом городском костюме (чёрные сюртук и брюки, белая рубашка с жёстким стоячим воротником - такой же наряд сейчас носил и Реймонд), оказался необыкновенно начитан и эрудирован для врача частного торгового судна. К тому же некоторые оговорки позволяли предположить, что Блаузи учился в столице, а диплом любого столичного учебного заведения позволял медику без труда устроиться на куда более прибыльную и почётную должность. Была тут какая-то тайна...