В элегии должно быть тридцать — сорок строк,

Не более, чтоб ты читателя не мог,

Увлекшись болтовней, топить в словесном море,

Поэтому держи язык свой на запоре.

Читатель знающий воспрезирает вмиг.

Ты с первой же строки вводи нас прямо в дело

И в мысли точен будь, а если подоспело

Сравненье редкое иль образ, ну, тогда

Украсить ими стих — невелика беда.

Но строчки две — и все! Сюжет веди построже, —

Пусть не торопится, но и не медлит тоже.

Будь прост, и зазвучит, отточенно-легка,

Как острый афоризм, последняя строка…

Вон из книг моих, Гревен!

Ты подался в Кальвинисты,

Ты отныне мной презрен

(А точнее — в Атеисты),

И чернит твое вранье

Имя доброе мое,

То, которое когда-то

Славил ты витиевато, —

Я отступникам не брат!

Да и ты, кто невпопад

Назван был Христианином,

Но уставам чужд старинным,

Прекрати свой злобный лай,

Мне напастей не желай,

Не беснуйся ты впустую,

Церковь не хули святую,

Не порочь изо всех сил

Тех, кто так тебя любил.

О безмозглые поэты,

Бросьте гнусные наветы,

Иль мой кухонный мужик

Вам ответит напрямик,

Без учтивости и лести,

Да и в том вам много чести!