Одним быстрым движением Розмари схватила винтовку и выскочила из укрытия. Джейк бросился за небольшой коробкой гранат, а затем последовал за девушкой. Он успел как раз вовремя: в тот момент, как он выбрался из укрытия, что-то огромное и змееподобное нанесло сокрушающий удар. Теперь хвост похожего на кобру гидралиска, приподнявшего свою чудовищную голову, был отведен назад и готов к новому удару.

Без раздумий Джейк замахнулся и бросил гранату. Бросок оказался удачным. Граната попала в раскрытую пасть создания. Мгновением спустя Джейка окатило дождем маленьких кусков сочащейся вонючей жидкостью плоти.

Джейк услышал, как Розмари громко выругалась, а затем открыла быстрый огонь. Он обернулся и увидел, как она расстреливает двух зерглингов. Те кричали, молотили конечностями, но не останавливались в своем движении до тех пор, пока не оказались совершенно и полностью мертвы. Разобравшись с этими двумя, Розмари оглянулась в поисках следующей волны зергов. Джейк слышал щелканье — пока что отдаленное, но приближающееся.

Их было слишком много.

Он посмотрел на Розмари, и его глаза расширились от ужаса, скорби и чувства вины. На мгновение их взгляды встретились, затем она усмехнулась и повернулась на звук приближающейся судьбы.

Джейк коснулся Замары, интересуясь, не может ли она с ловкостью фокусника достать еще одного кролика из своей протосской шляпы, но та молчала.

Замара?

Звуки смерти приближались, но Замара не говорила с ним. На мгновение он подумал, что она уже сказала свое последнее слово, или что-то вроде этого, как вдруг…

Теперь знакомые щелкающие, жужжащие, яростные звуки насекомопободных существ все еще были слышны, но к этому шуму добавился еще один звук, который Джейк не слышал раньше и не мог описать. Пытаясь найти что-то схожее, сделать неизвестное известным, а значит, менее пугающим, Джейк каким-то нелепым образом вернулся в мыслях в детство. Когда он был ребенком, он любил летние фестивали на своей родной планете, Тарсонисе. Часто праздники заканчивались фейерверками. Мама Джейка всегда морщилась и закрывала уши, но Джейк, его младшая сестра Кирстен и отец любили пронзительный звук ракет, который предшествовал оглушающему взрыву, похожий на звук разрывающейся гранаты, которую только что бросила Розмари. Эти странные звуки напомнили ему о тех фейерверках.

Теперь этот странный резкий звук дополняли визг и вопли умирающих зергов. Джейк бросил на Розмари озадаченный взгляд. Она стояла рядом с ним, держа винтовку наготове. Каждая часть ее маленького, идеально сложенного тела была напряжена и неподвижна — за исключением груди, которая поднималась и опускалась в такт ее дыханию, и вены, которая пульсировала на шее.

Неожиданно наступила тишина.

Джейк не мог вымолвить ни слова.

Секунды тикали одна за другой.

Неожиданно появилась Замара, словно она вернулась домой в его разум после небольшой прогулки. И она пришла не одна.

Более десятка голосов неожиданно заговорили в его голове. Они перекрывали друг друга, отзывались эхом, и их чувства одновременно ласкали и атаковали его. Джейк закричал, падая на колени и роняя на землю гранаты, сжимая голову от неожиданной раскалывающей боли. Замара тут же возвела преграду между ним и…

— Протоссы, — выдохнул Джейк. — Здесь еще остались протоссы!

Розмари опустила винтовку. На ее прекрасном лице одновременно отразились чувства гнева и облегчения.

— Почему Замара ничего не сказала?

Миновав пик, ужасная боль отступила. Джейк осторожно сел и посмотрел на кучу мертвых зергов. Его желудок выворачивало, и на этот раз он не смог остановиться. Джейк стал на четвереньки, и его вырвало. Содержимое желудка смешалось с вонючей черно-красной кровью и плотью мертвых зергов. Джейк сел, вытер рот рукой и уставился в любопытные глаза нескольких протоссов, вышедших из тени больших деревьев.

— Прекрасно. И вот так я впервые в жизни встретил живых протоссов — покрытый кровью зергов и выворачивающий наружу свой желудок.

Он почувствовал, что Замару внутри него охватило веселье.

— То, как я оказалась в твоем теле, им гораздо интереснее функций вышеупомянутого тела.

Джейк совсем не был уверен, что это его утешило.

— Эй, Замара, скажи им, чтобы не лезли в мою голову. Скажи, что люди находят это весьма оскорбительным, — сказала Эр-Эм.

— Повторюсь, у них есть более важные вещи, о которых стоит беспокоиться. Например, необходимость покинуть это место до того, как придут новые зерги. Они хотят помочь нам. Мы должны торопиться.

На этот раз Джейк почувствовал, что Замара раздражена.

— Они хотят помочь нам, — сказал Джейк Розмар. — Но здесь еще немало зергов.

И даже в этот момент отчаянной необходимости и крайней спешки Джейк ощутил тень любопытства, когда четырехпалые руки коснулись его, помогая встать на ноги. Он смотрел, как высокие стройные тела двигались в той манере, которая была ему прекрасно знакома после того, как он «побывал» Темлаа. Одна из протоссов встретилась с ним взглядом, и по языку ее тела Джейк понял, что она была заинтригована — ей было так же любопытно и приятно, как и ему самому. У расы, которая не обладала голосом, телепатия, похоже, была далеко не единственным способом общения.

Эр-Эм нырнула в глубину теперь уже разрушенного укрытия и достала рюкзаки. Она швырнула один из них ближайшему протоссу и перебросила через плечо другой.

— Надеюсь, у этих протоссов есть способ вытащить нас с этой планеты.

— У них его нет.

— Я не буду говорить ей это сейчас.

— Мудрое решение.

Тридцать секунд спустя Джейк, Замара, Розмари и их спасители, а теперь и лучшие друзья, поспешили навстречу безопасности.

Джейк подумал, что, если бы не зловещая обстановка их встречи и текущая ситуация, он был бы счастлив как никогда прежде. Наконец-то встретить протоссов! Из-за его связи с Замарой и воспоминаний, которыми она поделилась с ним и продолжала делиться, он чувствовал с ними родство. И в то же время это было болезненным напоминанием того, насколько они отличались от него, насколько они были… чужими.

Он чувствовал их присутствие своим сознанием, и впервые с момента объединения с Замарой Джейк захотел ощутить чужие мысли. Но такая вещь должна была произойти постепенно. Боль, которую он испытал, когда все они попытались заговорить с ним без вмешательства Замары, была невыносимой. Это было даже хуже, чем попытка прочесть мысли наркоманов, которых они с Розмари встретили в Раю.

Таким образом, Замара стала переводчиком. Даже общение со скоростью мысли начинало казаться Джейку тягостным, и он понял, что начинает привыкать к подобного рода общению.

— Возможно, я создам не такого уж и плохого Хранителя… А возможно, и нет.

Недостаток энтузиазма больно ударил его, но он задвинул это чувство подальше.

Сначала Джейк подумал, что протоссы появились здесь просто чудом, по какой-то счастливой случайности. Через некоторое время, впрочем, он заметил, что среди темно-зеленых зарослей поблескивает что-то золотисто-металлическое и понял, что у них есть корабль. Замара в его голове легко рассмеялась.

— Джейкоб, мы далеко не невинные создания. Нас заметили задолго до того, как я оказалась достаточно близко, чтобы вступить в телепатический контакт. Но нам повезло, что они прибыли вовремя.

Розмари с одобрением посмотрела на корабль.

— Мне бы тоже не хотелось искупать его в кислоте, — сказала она, понимая причину, по которой протоссы приземлились здесь, а не вблизи от их укрытия. Это была прекрасная конструкция, даже несмотря на то, что Джейк знал — это лишь простой атмосферный корабль. Похоже, ничто не могло быть слишком простым или всего лишь функциональным, чтобы не быть прекрасным. Он задумался, и уже не в первый раз, как удается инженерам-кхалаи создавать такие легкие линии изгибов.

Беззвучно открылась дверь, и выдвинулся наклонный пандус. Джейк немедленно вошел внутрь. Розмари секунду колебалась, затем последовала его примеру. После того как двое терран взошли на борт, за ними поспешно последовали протоссы.

— Эй, — сказала Розмари, показывая на кучу покрывал, оружие и другие предметы, — это же наше барахло!

— Протоссы видели, что наш корабль подвергся атаке, — объяснила Замара. — К тому моменту, как они добрались до него, мы уже ушли. Они забрали все, что смогли…

— …а затем отправились на наши поиски, — сказал Джейк, передавая слова Замары.

— Я вижу. Надеюсь, они захватили и набор инструментов — тогда я могла бы попробовать починить СВИН.

— Я тоже надеюсь на это. Но давай уже выберемся отсюда прежде, чем вокруг начнут рыскать зерги.

Внутри было восемь отдельных кресел и изогнутая скамья для пилотов. Джейк и Розмари расположились в креслах, и Джейк нашел свое достаточно удобным, разве что немного великоватым для небольшого человеческого тела. Двое протоссов подошли к передней скамье, а остальные заняли места, мгновенно превратившись в саму неподвижность. Джейк знал, что их умы были так же спокойны, как и тела. Он задумался, было ли это глубокое, истинное спокойствие следствием вышколенности тамплиеров.

— Большинство из тех, кого ты видишь здесь, кхалаи, а не тамплиеры. Единственное «обучение», которое они прошли, это текущая ситуация на Айуре, — ответила ему Замара. — Задумайся о том, что ты уже знаешь о нас, Джейк. Дисциплина, позволяющая нам сохранять спокойствие тела и разума, а затем мгновенно переключаться на молниеносные движения и мысли, спасала нам жизни в течение многих эпох.

В поэтичном контрасте с неподвижностью остальных, двое протоссов-пилотов обменялись взглядами и жестами, тем не менее, скрывая свои мысли от Джейка. Розмари пристально следила, как их длинные четырехпалые руки быстро двигались над консолью. Они ничего не касались — похоже, достаточно было лишь движения.

— Интересно, могут ли терраны научиться пилотировать такие штуки, — тихо сказала Эр-Эм. — Чудесный кораблик.

Джейк слегка поморщился. Среди всех этих чудесных открытий и, признал он, совершенного ужаса, Розмари думала лишь о себе и о том, какую пользу для себя она может извлечь. Но он укорил себя за этот мимолетный упрекк. Он знал Розмари самым глубоким образом — на несколько мгновений он стал ей. Он знал, почему она была такой, что сформировало ее. Словно старое оружие, которое так любил Валериан, она была закалена огнем переживаний. Гнев исчез, и он мог чувствовать лишь жалость, что она упускает самое главное из того, что происходило вокруг нее.

Золотистый корабль не был оборудован окнами, за исключением единственного круглого иллюминатора напротив пилотов. Через него Джейк смотрел, как корабль поднялся в воздух — так, что он едва почувствовал это. Корабль быстро двигался сначала над густым зеленым куполом дождевого леса, а затем над почерневшей, выжженной мертвой землей, направляясь к такому же почерневшему, выжженному и мертвому силуэту города. По мере путешествия Замара рассказала Джейку, что происходило здесь за эти короткие четыре года. Хранитель уважала желание Эр-Эм держать свои мысли при себе, и остальные протоссы согласились с этим, так что Джейку пришлось пересказывать все Эр-Эм старым способом — при помощи устной речи.

— Когда зерги наводнили Айур четыре года назад, — сказал Джейк Розмари, — здесь был совершенный хаос. Сотни тысяч протоссов были убиты в попытках добраться до врат искривления. Зерги были повсюду. Ты видишь, что они сделали с планетой.

— Да, и именно поэтому, когда Замара сказала, что здесь не осталось протоссов, я поверила ей. Без обид, но я решила, что у тех, кто не сумел сбежать отсюда, шансов не осталось.

Розмари показала на отвратительный пейзаж, над которым они летели.

Он слегка улыбнулся — ей, Замаре, протоссам, которые спасли их шкуры.

— Ты недооцениваешь их. Они преодолевают любые трудности. Даже те, кто не был обучен этому.

Девушка нахмурилась.

— Не понимаю, чему ты так радуешься, Джейк. Это замечательный маленький корабль — но если где-то здесь неподалеку не припрятан большой замечательный корабль, мы застряли на этой зараженной зергами скале.

— Мы живы. У нас есть друзья. С нами все будет в порядке. В любом случае, не все успели пройти сквозь врата искривления до того, как протоссы отключили их.

Розмари быстро взглянула на него.

— За каким чертом они решили отключить их?

— Потому что через них зерги могли попасть в единственное оставшееся у протоссов убежище. И если бы туда попало достаточно зергов, то протоссам пришел бы конец. Всем. Не просто их миру, и не только тем, кому не посчастливилось остаться здесь.

Джейк показал на протоссов, которые сидели вокруг них, неподвижные словно статуи.

— Они понимают это. И любой — любой из них — с радостью погиб бы ради защиты своей расы.

Эти слова были настолько истинны, насколько это вообще возможно, но Джейк знал, как недостаточно их для того, чтобы описать любовь протоссов к родному миру и своему народу. По сравнению с этим чувством любой патриотизм терранов выглядел жалким и банальным.

Некстати вернулась головная боль.

— Замара, это перевод мыслей в речь и обратно становится утомительным. Если я смогу убедить Розмари, что мы можем общаться лишь одним способом, сможем ли мы позволить протоссам говорить с нами?

Она засомневалась.

— Ну же, я вовсе не так плох.

— Хорошо.

Обрадовавшись, Джейк переключил внимание на Розмари.

— Было бы проще и правильнее узнать это напрямую от них. Протоссы общаются телепатически, у них даже нет ртов. Они знают, что делают, и они… хорошие. Они не будут пытаться читать твои мысли. Ты позволишь им поговорить с тобой?

Девушка смотрела прямо перед собой, на приближающийся разрушенный город искореженного металла, расплавленного стекла и почерневших кристаллов. Ее губы в форме лука Купидона слегка сжались.

— Джейк, это… странно.

В ее голосе не было нарочитой уверенности или высокомерия. Она говорила с ним спокойно и честно. Он был удивлен, но знал, что не стоит отмечать это.

— Мне это не нравится. Ты понимаешь. Тебе поначалу это понравилось не больше.

— Ты права. Впрочем, я привык к этому. Это очень эффективный способ общения.

Она все еще не смотрела на него. Он позволил ей обдумать это в тишине.

— Хорошо, — в конце концов, согласилась она.

Джейк почувствовал таинственную силу в своей голове, разливающуюся поверх его мыслей словно тёплый мёд.

— Спасибо. Теперь у нас будет лучшая возможность понять друг друга.

Он увидел, как Розмари рядом с ним дернулась, словно что-то кольнуло ее. Она слегка нахмурилась, совершенно беззащитно и естественно, а затем на ее лице вновь появилась привычная маска. Джейк подумал, что это был стыд. Он повернулся и увидел, что один из протоссов, одетый в звенящую золотистую броню, смотрит прямо на него. Джейк улыбнулся. Протосс наклонил голову.

— Меня зовут Ладраникс. Я руковожу одной из выживших групп. Есть и другая, но о ней мы поговорим позже. Прежде всего, я хотел бы рассказать о том, что случилось в эти мрачные дни. Ужас, страх… Все это было неожиданно. А затем, когда врата искривления отключили, бежать стало некуда. Мы остались здесь — мы и зерги на руинах некогда прекрасного мира.

Словно старая выцветшая фотография, перед глазами Джейка появилась картина того, каким был Айур раньше. Прекрасные здания, возвышающиеся в небо, изящные корабли, перевозящие жителей от одного чудесного города к другому. Изумительные городские пейзажи казались воздушными, пронизанными светом и органично сочетались с природой и естественными водоемами. Вторжение в природу происходило лишь на грани необходимого. Сердце Джейка сжалось. Затем это видение исчезло, словно Ладраникс сожалел о том, что оно так сильно тронула Джейка, и задернул занавес.

— Я слышал о том, что могут сотворить зерги… Черт, я только что сам видел это. Как получилось, что вы вообще выжили и сейчас говорите с нами? — спросил Джейк.

— Врата искривления отключили, чтобы через них не проникли многочисленные стаи зергов. Многие бесстрашные протоссы добровольно остались, чтобы защищать врата. С ними был и один человек из твоего народа, Джейкоб Джефферсон Ремси.

Джейк ошеломленно взглянул на Розмари. Она тоже выглядела удивленной.

— Его имя Джеймс Рейнор.

И вновь перед глазами Джейка предстало изображение, на этот раз — человека, с гладко выбритой головой, уже начинавшей покрываться «ежиком» волос, с короткой бородой и усами. Его глаза, некогда смеющиеся, теперь отражали тяжесть всего, что удалось повидать этому человку. Он стоял с протоссами плечом к плечу, определенно как желанный и принятый друг, глубоко озабоченный их судьбой.

— Благодаря Рейнору мы опознали в вашем корабле терранское судно — возможно, тех кто станет друзьями. Именно поэтому, когда наши наблюдатели засекли его, мы пришли вам на помощь.

— Ну что ж, — сказала Розмари, слегка усмехнувшись, — если я когда-нибудь встречу этого вашего друга Рейнора, я пожму ему руку и поблагодарю за то, что он стал таким хорошим послом.

Джейк разделял это чувство.

— Мы полагали, что всем нам подписан смертный приговор, — продолжил Ладраникс. — Мы были готовы пасть под нашествием зергов и умереть с гордостью. И, не поймите меня неправильно, так и произошло со многими и многими из нас. Зергами прекрасно управляли, и они несли лишь смерть. Но Вершитель Тассадар спас свой народ, уничтожив Сверхразум, что контролировал зергов. Ценой своей жизни он сумел совершить это. Зерги все еще жаждали крови — но более в этой цели их никто не направлял. Они обрушились друг на друга с той же яростью, с какой истребляли нас. Это позволило нам выиграть немного времени.

Джейк вспомнил их нападение и не смог побороть дрожь отвращения, когда картины возникли перед его глазами.

— Но… Они определенно выглядели достаточно целенаправленными, когда увидели нас.

Ладраникс кивнул.

— Да. Что-то изменилось через некоторое время после того, как врата были закрыты. Несмотря на то, что зерги атаковали уже не так интенсивно и целенаправленно, как тогда, когда их контролировал Сверхразум, они более не вели себя бессмысленно. Что-то где-то изменилось. Определенно, они все еще опасны. И все еще обладают разумом.

Джейк увидел картину хищника, играющего со своей добычей. Кошка с мышкой, подумал он, и передал это изображение.

Ладраникс ответил ему подтверждением.

— Да. Когда-то основной их задачей было истребление протоссов — всех до единого. Теперь они просто бродят здесь. Они лишь инструменты — все еще функциональные, но уже заброшенные. В течение прошедших лет мы сумели убить множество зергов на нашей территории, и, насколько можем судить, замена не прибыла. Это дает нам надежду. Однако зерги все еще нападают, когда видят нас. И мы знали, что они отправятся прямиком к вашему кораблю, чтобы определить, представляете ли вы какую-либо угрозу.

— Думаете, они будут преследовать нас?

Джейк вдруг почувствовал озноб, несмотря на удушающую жару этого места.

— Вряд ли. Ваш корабль разрушен, и они вновь столкнулись с вами по чистой случайности. Мы полагаем, что вы станете частью нашей группы, и будете представлять для них не большую и не меньшую угрозу, чем мы сами. Оружие, которое мы достали из вашего корабля, нам крайне пригодится.

Теперь они прокладывали путь сквозь обломки того, что когда-то было величественными шпилями и башнями. Перед мысленным взглядом Джейка пробегали, накладываясь на то, что он действительно видел, картины того, каким все это было раньше. Маленький золотистый корабль, корабль-светлячок, виртуозно двигался между руинами, пока не достиг почерневшей прогалины. Похоже, когда-то сюда упала бомба, но сейчас эта территория была, по крайней мере, расчищена. На севере Джейк заметил какие-то обломки. Он не смог распознать в них что-то знакомое, но, тем не менее, руины чем-то заинтересовали его. Корабль легко приземлился, и в тот самый миг, когда он коснулся земли, протоссы встали одним движением — столь совершенным, будто поставленном хореографом. Дверь открылась, и выдвинулся изящный наклонный пандус. Его изысканность резко контрастировала с открывшимся руинным пейзажем.

— Пожалуйста, идите первыми. Вас уже ожидают.

Джейк и Розмари кивнули. Розмари спустилась первой — легкой отточенной походкой, высоко подняв голову. Джейк последовал за ней.

Ему в голому тут же пришло сравнение с лагерем беженцев: десятки, может быть, сотня, протоссов, все как один, повернулись, чтобы рассмотреть его. Огромные сияющие глаза осматривали Джейка с ног до головы, проникая своим взглядом едва ли не в самую душу. Но прежде всего, его ударила тишина. Ни детского плача, ни всхлипываний или смеха, ни шепота или разговоров — ничего из того, что сопровождало бы такую же большую группу людей, собравшихся вместе. Но, все же, протоссы не были людьми. Джейк знал, что если бы Замара не обеспечивала преграду, в его разум хлынули бы мысли, превосходящие любые человеческие звуки в каждой детали — в богатстве, глубине, сложности и взаимной связи.

Покинутые поневоле, они постарались соорудить как можно более комфортные убежища — странный сплав того, что они смогли взять у природы и того, что оставалось в городе. Сверкающие металлические опоры поддерживали крыши из переплетенных листьев. Еще одно маленькое атмосферное судно стояло на деревянных мостках. Даже в суровой необходимости была красота. Двери были сделаны из разноцветных папоротников, и в итоге оказались не только функциональны, но и прекрасны. Что-то было украшено рисунками, что-то — резьбой.

Внимание быстро переключилось с новичков на то, что они принесли с собой. Протоссы, спасшие Джейка, Замару и Эр-Эм, разложили на неровной черной поверхности то, что забрали с, теперь уже покойного, торгового корабля. Остальные с надеждой устремились вперед. Их изящные четырехпалые руки разбирали оружие, постельные принадлежности, инструменты, содержимое драгоценной аптечки.

— Они все забирают! — выпалила Розмари и шагнула вперед.

— Они спасли наши жизни, — напомнил ей Джейк. — Оружие в их руках только поможет нам. А медицинские принадлежности могут понадобиться другим больше, чем нам.

В его голове снова пульсировала боль.

— Ну, не все — они не могут использовать оральные медикаменты.

— Джейк, послушай, поверь мне, я счастлива, что мы сейчас не находимся в желудках у зергов. Но у нас не археологическая экспедиция. Мы должны найти способ выбраться с этой планеты.

Эр-Эм не смотрела на протоссов. Она смотрела на развалины, которые когда-то были процветающим городом. Она искала что угодно, что могло быть дать ей надежду выбраться отсюда.

— Она права, — мысленно передал Замаре Джейк.

— Возможно, способ есть. Но сначала я должна поговорить с остальными.

— Замара работает над этим, — сказал Джейк.

— Хорошо.

Розмари выглядела раздраженной, и он полагал, что понимает, почему. Она всегда умела действовать в знакомой ей обстановке, но сейчас их окружали лишь инопланетяне, которых они впервые увидели несколько минут назад. Техника, в которой она так хорошо разбиралась и которой отлично умела пользоваться, превратилась в лужу ядовитой слизи буквально в нескольких сантиметрах от нее. Они полагались лишь на милосердие вышеупомянутых инопланетян и находились на странной планете. И она видела, как ее любимое оружие тщательно изучается и делится между другими.

— Все хорошо, Розмари, — мягко сказал Джейк, непривычно ощущая себя в роли ее защитника. — Я знаю, что ты беспокоишься и чувствуешь себя здесь чужой. Но все могло бы быть гораздо хуже.

Девушка посмотрела на него холодными синими глазами.

— Снова читаешь мои мысли, профессор? Я думала, мы обсудили это.

Когда-то эти слова могли бы больно ударить. Но сейчас он сопереживал ей.

— Нет. Я читаю по твоему лицу.

Розмари слегка смутилась, затем на лице появилось раздражение, а потом она отвернулась.

— Мы понимаем, что людям нужно питаться растительной и животной пищей, — сказал Ладраникс. — Мы обходимся без этого, так что на данный момент нам нечего предложить вам. Но у нас есть чистая вода для стерилизации инструментов, и скоро мы сможем обеспечить вас всем, что требуется. Замара чувствовала… разделила с тобой еду, Джейкоб. Мы сделаем все возможное, чтобы сымитировать такую пищу.

— Мы взяли с собой сухие пайки, — передал Джейк Ладраниксу, глядя в его сияющие голубые глаза. — Нам бы не хотелось доставлять вам больше неудобств, чем мы уже доставили.

Командир протоссов полуприкрыл глаза и запрокинул голову в жесте, который, как Джейк знал, означает смех. Он знал это еще до того, как его окутала теплая радость Ладраникса, заставляя уголки его собственных губ приподняться в человеческой версии улыбки.

— Вы принесли нам оружие и медикаменты. Несколько фруктов с деревьев и мясо животных — ничто по сравнению с этим. Ты, Розмари Дал и Замара — желанные гости здесь, Джейкоб Джефферсон Ремси. Более чем желанные.

И Джейка охватило странное, но вполне реальное ощущение того, что, в некотором смысле, он вернулся домой.