— Что значит «вы не можете связаться с ними»?

Валериан говорил тихо и тщательно следил за голосом. Отец научил его этому. Бывают моменты, когда больше всего на свете хочется закричать на кого-то, а затем вцепиться ему в горло. «Сопротивляйся этому порыву, сынок», — советовал ему когда-то Арктур. — «Если ты будешь кричать на людей, все, что они услышат — твой громкий голос. А если ты сдавишь кому-то горло, то ему окажется непросто говорить с тобой». Сказав это, Артур рассмеялся и глотнул портвейна.

Так что теперь, когда Валериан больше всего на свете хотел закричать на Виттье, а затем вцепиться ему в горло, — или, возможно, сделать и то, и другое одновременно, — он подавил это желание, заставив себя говорить и вести себя спокойно. Тем не менее, по тому как краска схлынула с лица Виттье, Валериан понял, что ярость в его взгляде не осталась незамеченной. Нужно будет поработать над этим.

— Только то, что я сказал, сэр. Судя по нашим картам, корабль оставался на одном месте в течение нескольких часов, а на запросы никто не отвечает.

Валериан глубоко вздохнул. На его виске пульсировала венка, и он прижал к ней наманикюренную руку. Он вдохнул любимые запахи: кожи и полированного дерева, пряный аромат трубочного табака. Это успокоило его — но ненадолго.

— Понимаю, — теперь голос звучал спокойно, и Валериан убрал руку. — Ну, похоже, что-то произошло. Обнаружены признаки нападения?

С облегчением заметив, что Престолонаследние успокаивается, Виттье повернулся обратно к экрану. Его длинные тонкие пальцы быстро бегали по клавиатуре по мере того, как изображения на экране сменяли друг друга.

— Никак нет, сэр. На прилегающей территории нет ни обломков, ни следов вражеских кораблей. Если бы напали протоссы, мы бы заметили остаточную энергию. Если бы это были зерги… Что ж, сэр, вы не хуже меня знаете, что мы бы видели лишь разбросанные обломки и ничего больше.

Он знал, что его помощник был прав. «Серый тигр» не подвергался атаке.

По крайней мере, не извне.

— Покажите еще раз досье на членов команды Ремси, — сказал он. Виттье мудро решил не напоминать Валериану, что он просит этого вот уже пятый раз, и просто подчинился приказу. Валериан, стиснув зубы, просматривал своими серыми глазами информацию. Но на этот раз, читая краткие отчеты, он думал о том, кто из команды Джейка мог бы организовать побег.

Однако компания археологов представляла собой собрание умов блестящих, но не преступных. Никто из них не должен был быть способен на побег или даже на диверсию, достаточную для того, чтобы оставить крейсер безжизненно дрейфуюшим в космосе. Что же тогда случилось?

Валериан получил ответ двадцать семь часов спустя.

Гектор Сантьяго — адмирал флота, закаленный в сражениях солдат — выглядел потрясенным.

— Сэр, мы провели стыковку с «Серым тигром» и взяли его под свой контроль, — сказал Сантьяго. — К сожалению, вынужден сообщить, что все, кто были на борту, погибли.

— Что? — Валериан не справился. На этот раз он закричал.

— Все, кто были на борту, погибли, — повторил Сантьяго. — В данный момент мы проводим расследование. Похоже, что один из морпехов открыл огонь по своим. Его имя Маркус Райт.

— Как это возможно? Ресоциализация этих людей проводится исключительно тщательно. Он физически не должен быть способен поднять оружие на кого-либо из них — по крайней мере, без приказа.

— Сэр, мне это известно, — ответил Сантьяго. — Тем не менее, предварительные данные говорят о том, что все произошло именно так.

Хорошо. Итак, каким-то образом эффект ресоциализации неожиданно спал. Но даже в этом случае…

— Один морпех не в состоянии убить всех людей на борту.

— С помощью оружия, конечно же, нет. Угроза была бы нейтрализована гораздо раньше. Так что мы обнаружили лишь девять застреленных человек. Остальные погибли, когда Райт повредил системы жизнеобеспечения корабля. Также он уничтожил коммуникационные системы, так что они не могли послать сигнал бедствия.

По завершении рассказа Чарльз Виттье выглядел словно испуганный кролик, и даже Валериан чувствовал себя немного не по себе. Его совершенно не волновали морпехи, команда корабля или кто-либо из археологов — за исключением одного. Потерять Джейка Ремси… Судя по тому, что рассказала ему Розмари, Джейк получил уникальный опыт. Мысленная связь с протоссом. Что он мог бы открыть им…

Чудесные открытия.

Валериан вздохнул, выдав тем самым гораздо большее разочарование, чем ему хотелось бы. Оставим в стороне уникальный опыт Джейка, но ведь теперь придется собирать еще одну команду, чтобы добраться до корабля протоссов. И он так никогда и не узнает, что сделал Джейк, чтобы попасть в этот чертов зал. Почему, ну почему он потерял Джейка?

— Сэр, — сказал Сантьяго, прерывая яростные размышления Валериана. — Мы, хм… Я не знаю, хотите ли вы это увидеть или нет, но у нас есть предварительно записанное сообщение от самого Райта.

— Конечно же, я хочу увидеть его! — резко бросил Валериан. — Немедленно передавайте.

Сантьяго сомневался.

— Сэр, вам знакомы те преступления, из-за которых конкретно этот человек был подвергнут ресоциализации?

— Нет. Разве это имеет значение?

— Ну… Это несколько…

— Воспроизведите сообщение, адмирал, — скомандовал Валериан ледяным голосом.

Сантьяго наклонил голову.

— Есть, сэр, — ответил он. Он подался вперед, а затем вместо его загорелого лица на экране появился усмехающийся человек, залитый кровью. Виттье отступил назад, и даже глаза Валериана слегка расширились.

— Ну, привет всем, кто получит это, — резким голосом произнес Маркус Райт. Он свирепо скалился. Кровь была везде на его форме и, что странно, вокруг рта, хотя он не выглядел раненым.

— Позвольте мне сэкономить вам немного времени. Если вы смотрите это, то, уверяю вас, медики уже не понадобятся. Мы все будем мертвы. Я вышиб мозги из девятерых моих товарищей, а остальные теперь пытаются добраться до меня и пристрелить, как бешеную собаку. Я разнес к чертям системы жизнеобеспечения корабля, а также системы внешних коммуникаций. Все закончится часа через три. И за все это вам стоит поблагодарить своего чудесного Джейка Ремси.

Он усмехнулся, и Валериан понял, что словно загипнотизированный, смотрит на кровь вокруг рта этого человека. Затем его ошеломило значение того, что сказал Райт. Ремси? Что общего у удивительно мягкого археолога с этим разъяренным безумцем?

Райт подвинулся ближе к камере.

— Он обратил это, — радостно прошептал морпех, словно бы услышал вопрос, который Валериан не произнес вслух. — Обратил ресоциализацию. Заставил меня вспомнить, кто я такой и кем я был. Заставить вспомнить удовольствие от того, что я делал. И заставить вспомнить, как чертовки больно было мне, когда вы, ребята, игрались с моим мозгом, чтобы сделать меня послушным.

Виттье с трудом дышал. Валериан был одновременно шокирован, испуган, восхищен и разбит. Это сделал Ремси? Тогда изменения его мозга должны быть гораздо более глубокими, чем предполагалось. А теперь Джейк был мертв, заморожен насмерть ледяным холодом космоса вместе с другими членами его команды и экипажем «Серого тигра».

«Будь ты проклят, Райт», — свирепо подумал Валериан, а затем холодно улыбнулся про себя. Если есть Бог, как некоторые всё ещё верили, тогда определённо, с учетом того, что Райт, по-видимому, совершал в прошлом, ублюдочный здоровяк был и правда проклят.

Эта мысль не слишком успокоила его.

— Так что теперь я отомщу вам, — продолжил Райт. — Другие мальчики и девочки среди морпехов не понимают того, что понимаю я. Они еще не поняли, что лучше умереть, оставаясь самим собой, чем существовать, когда все, что делало тебя самим собой, глубоко зарыто и отлакировано фальшивыми шоколадными воспоминаниями. Это не жизнь. Им лучше умереть. А остальные ничего не значат для меня. Вам нужны эти люди, эти археологи? Тогда я ничего не хочу больше, чем сделать так, чтобы вы никогда не получили их. К тому моменту, как вы доберетесь сюда, они окостенеют от холода.

Райт подался к камере.

— Увидимся в аду.

Он откинулся назад, приставил винтовку Гаусса к подбородку и спустил курок.

Виттье всхлипнул и отвёл взгляд. Глаз Валериана дернулся. Мгновением позже кровавая сцена сменилась предельно серьёзным лицом Сантьяго.

— Что же, — спокойно сказал Валериан, — по крайней мере, теперь мы знаем, что произошло. Передайте своему экипажу, что меня не заботит никто из погибших, но я хочу, чтобы тело профессора Джейкоба Ремси было обнаружено и помещено в стасис как можно быстрее. Нам нужно провести вскрытие.

«И узнать, не оставил ли он после своей смерти каких-либо подсказок», — подумал Валериан с глубоким сожалением. «Может быть, мы сможем узнать что-то по изменениям его мозга. Однако все это гораздо меньше того, что мы могли бы узнать, будь он жив. Эх, Джейк. Мы с тобой были близки духом. Если бы я только мог выслушать за стаканом портвейна твой рассказ о том, что ты обнаружил. Я бы хотел, чтобы это было именно так».

Сантьяго кивнул. Он быстро пробежал глазами сводку, которую держал в руках. Его черные брови слегка поднялись, а по лицу пробежало несчетное число эмоций.

— Сэр, — начал он, — мне только что сообщили, что двое из команды археологов пропали.

— Что? — переспросил Валериан. — Что вы сказали?

— Жертвами стрельбы стали лишь морпехи. Археологи оставались в своих камерах, где и погибли. Но…

— Подождите, какие… камеры? Что они делали в камерах? По крайней мере один из них был серьезно ранен и должен был находиться в медицинском отсеке!

— Сэр, — предположил Виттье, — морпехи не славятся хорошими манерами и воспитанием. Возможно, они решили поместить их в камеры, чтобы предотвратить панику. Глупое решение, но вполне возможное.

— Полагаю, это возможно, — сказал Валериан, нахмурившись. — Теперь мы никогда уже не узнаем наверняка. Продолжайте, Сантьяго.

— Как я говорил, две камеры были открыты. Также у нас есть запись запуска спасательной капсулы, случившегося еще до того, как Маркус повредил что-либо в системах.

Сердце Валериана сжалось от надежды. Может ли так быть… Он подался вперед, положив руки на стол, словно Сантьяго физически присутствовал здесь.

— Адмирал Сантьяго, — спокойно сказал он, улыбаясь той самой улыбкой, которая всегда очаровывала окружающих… Той улыбкой, которая стала оружием в арсенале его отца. — Если вы подтвердите, что один из пропавших заключенных — Джейк Ремси, вы доставите мне огромное удовольствие.

Сантьяго, определенно, не знал, как отреагирует Валериан, но теперь его лицо просияло.

— Тогда, сэр, у меня для вас хорошие новости. Одна из двух открытых камер принадлежала Ремси.

Он был жив! Все, что нужно сделать — проследить за спасательной капсулой. Волна эйфории охватила Валериана, и он был вынужден сдержать ее. С неожиданным любопытством он спросил Сантьяго:

— Вы сказали, что были открыты две клетки. Кто находился во второй?

Сантьяго взглянул на сводку.

— Дал, Эр-Эм.

Ага, этого стоило ожидать. Розмари была борцом. Помимо фарфоровой кожи, черных шелковистых волос и тонкого, маленького тела она обладала поистине стальными нервами. В некотором смысле он был рад, что девушка выжила — ему нравилось это отважное маленькое создание. Но она была очень сообразительной женщиной, и скорее всего, сейчас относилась к нему с огромным подозрением. Кто знает, что сказал этот монстр, придя в ярость? После заключения в камеру, возможно, без объяснений, Эр-Эм могла подумать, что Валериан предал ее. Если она хотела вырвать Джейка из его рук и сохранить ему жизнь, то можно было бы поставить немалые деньги на то, что своенравного профессора, чей мозг оказался невероятно изменен, будет весьма сложно найти.

— Понял, — коротко сказал он, а затем вздохнул и выпрямился. — Я хочу поспорить с вами, адмирал. Я ставлю на то, что вы не сможете проследить их.

Сантьяго улыбнулся — как подумал Валериан, слегка самодовольно. Несомненно, в его распоряжении были самые совершенные технологии. «Ты не знаешь мою маленькую Розмари».

Даже несмотря на то, что на данный момент добыча ускользнула от охотников, Валериан с удовольствием наблюдал за тем, как улыбка исчезала с лица Сантьяго. Мужчина еще раз взглянул на сводку, которую держал в руках, и засмеялся.

— Ну, сэр, я не принимаю пари, — сказал Сантьяго. В его поведении сквозила нервозность. — Системы приведены в совершенный беспорядок. Кто бы ни сделал это, он знал что делает.

— Она, — поправил Валериан. — Розмари Дал умна и опасна. Я был бы гораздо более счастлив, если бы наш маленький профессор забрался в спасательную капсулу в одиночестве. Но раз лидирует Дал, то его, несомненно, будет сложно найти. И, я полагаю, прошло уже слишком много времени, чтобы мы сумели засечь остаточную энергию?

Сантьяго кивнул. Он, определенно, выглядел поникшим.

— Верно, сэр. Я использую своих лучших людей для этого. Преступники ограничены в еде и жизнеобеспечении на спасательной капсуле. Вскоре они будут вынуждены приземлиться. Мы выявим все возможные планеты, где они…

— Нет, адмирал, — мягко прервал его Валериан. — Ваши лучшие люди недостаточно хороши. Я отправлю своих лучших людей. А вы тем временем уничтожите «Серый тигр» и сотрете все записи об этом задании. Приказ ясен?

Сантьяго сжал зубы, но вежливо отдал честь:

— Кристально ясен, сэр.

— Превосходно. Рад слышать это. Спасибо вам, адмирал.

Улыбаясь, Валериан кивнул Виттье, который нажал кнопку. Лицо Сантьяго сменилось эмблемой Доминиона.

Валериан вздохнул. Плохие новости заключались в том, что Ремси сбежал в сопровождении Дал. Хорошие новости — он все еще жив. Рыбка может быть достаточно верткой, но в конце концов и она попадет в сеть Валериана.