В своем поместье Алмар появился через три часа. Он вышел из портала в саду и в сопровождении Грозной сразу прошел на женскую половину. Хотя это поместье и находилось на территории одного из королевств людей, оно полностью соответствовало представлениям принца о традиционном сан-танийском доме.

Чтобы попасть внутрь, нужно было пройти через ворота в двухметровой каменой стене, охраняемые айтами из касты воинов, пересечь круглую площадь, в центре которой находился фонтан, и подняться по девяти мраморным ступеням. Большой белоснежный каменный дом под синей крышей прятался среди великолепного старого парка. Вдоль передней стены тянулась галерея, поддерживаемая девятью колоннами.

Центральная парадная часть дома служила для приема гостей и поражала людей своей лаконичной роскошью. Ничего из того, что так любят местные богачи, никаких гобеленов, статуй, ваз, охотничьих трофеев и оружия. Только мрамор, цветное стекло и натуральный шелк. Из украшений - портреты основателей рода и несколько ваз с живыми цветами. И мебель - легкая, изящная, выдержанная в тех же бледно-зеленых тонах, что и стены.

Правая сторона дома традиционно была отдана мужчинам. Там находилась оружейная, лаборатория, библиотека, кабинет и спальня Алмара и несколько гостевых комнат. Из женщин в эту часть дома вход был разрешен лишь постельницам, в обязанности которых входило согревать мужчинам постель со всеми вытекающими из этого последствиями. Благородные дамы принимали гостей на своей половине, куда был запрещен вход лишь мужчинам низших сословий. Именно туда Алмар и свернул, поднялся на второй этаж, прошел по длинному светлому коридору, миновал комнату для рукоделия, апартаменты Алии и остановился у входа в гостиную. Из-за двери раздавались голоса, сай поднял руку, чтобы толкнуть дверь, но услышал свое имя и прислушался.

- Алия, - Витальяна как всегда не сдерживала свои эмоции, - Кассия права, тебе нужно завести любовника. Саи, что охраняют ворота, такие душки! И они совершенно не против провести ночь на нашей половине, - она захихикала.

Значит, Кассия подталкивает его женщину к измене. Ну, что же, если Алия согласится, то он, пожалуй, возражать не будет. Правда, прослыть рогоносцем не очень приятно, но как-нибудь переживет.

- Дуры вы обе, - томный голос Ронды мягким перышком пробежал по телу, вызывая приятные воспоминания.

- И чего это мы дуры? - в голосе Витальяны звучала злость.

- Променять принца на солдафона. Общалась я с ними, ничего выдающегося. Так себе, средний уровень.

- А ты уже и сравнительный анализ провела? - ироничный голос Кассии раздался со стороны окна.

- Сравнивать их все равно, что сравнивать слепого котенка с матерым кошарой, но чтобы в этом убедиться, мне пришлось пригласить в гости некоторых господ, - Алмар усмехнулся и твердо решил сегодня же ночью навестить пышногрудую красавицу.

- То, что через твою спальню прошли все саи, ни для кого не секрет, - язвительно сообщила Витальяна.

- Да, я нравлюсь мужчинам, в отличие от тебя, - в голосе Ронды слышалось лишь веселье. - Но ты неправа, я еще не испытала на прочность сая Берта, который что-то давно не заглядывал к нашей подружке Кассии. Наверное, нашел себе чистокровную сатию.

- Ну и сука ты, Ронда! - со злостью крикнула Кассия, и Алмар услышал шум падающего стула, а затем женский визг.

Принц толкнул дверь и расхохотался, стоя в проеме. Грозная протиснулась между ним и косяком и с любопытством уставилась на два катающихся по полу женских тела. Кассия, вцепившись в волосы Ронды, пыталась увернуться от кулаков соперницы. Витальяна, забравшись на диван с ногами, с азартом следила за представлением, а у окна стояла Алия и беспомощно хлопала глазами. Волчица озадаченно оглянулась на смеющегося хозяина. Картинка, которая пришла к магу от животного, выражала полное недоумение. Добычи рядом не было, и она не понимала, из-за чего сцепились эти самки, но потом Грозная сообразила, что, наверное, двуногие дерутся из-за хозяина. Он ведь очень сильный самец, и иметь от такого детеныша должна самая сильная самка стаи. Только отчего тогда две другие не участвуют в битве? Волчица вопросительно оглянулась на хозяина. Тот, прекратив смеяться, потрепал зверя по загривку.

- Да просто они озабоченные дуры, - пояснил он и гаркнул так, что стены задрожали. - Прекратить!

Кассия моментально вскочила на ноги, одергивая на себе голубое шелковое платье, пышный воротник которого превратился в лохмотья. На скуле дамы алела длинная царапина. Ронда же подниматься не спешила. Она дождалась, пока сай протянет ей руку, и только тогда легко встала на ноги.

- Ах, сай Алмар, вы как всегда вовремя, - проворковала Ронда с придыханием, прижимаясь к мужчине грудью. - Я покину вас, мне нужно привести себя в порядок, но затем ... я в вашем полном распоряжении.

- Ронда, погоди немного, - не выпуская руки женщины, попросил Алмар. - Алия, что здесь произошло? - строго спросил он, поворачиваясь к фаворитке.

- Дамы не сошлись в оценке некоторых достоинств представителей вашей расы, - ехидно ответила Алия. - Здравствуйте, ваше высочество.

Алмар намек понял.

- Прости, дорогая, мою неучтивость, - он наконец-то отпустил руку Ронды и, подойдя к женщине, поцеловал ее в щеку. - У меня для тебя сюрприз. Нас пригласили ко двору Тэтвуда Первого.

- Сай Алмар, вы оставите меня скучать в этой глуши? - Ронда отреагировала на это заявление первая.

- Так как Алия является для айтов моей наложницей, - заметив, как женщина недовольно поджала губы, Алмар поспешил исправиться, - а для людей официальной фавориткой, ей положена свита, в которую кроме служанок должны входить две благородные дамы. Я бы желал видеть Ронду и Витальяну, а тебе, Кассия, следует немедленно покинуть мой дом. И не стоит ждать сая Берта, - маг не удержался и мстительно добавил, - он превратился в камень при попытке моего убийства.

Витальяна радостно взвизгнула, Ронда с притворным сочувствием смотрела на неверяще хлопающую глазами Кассию, Алия хранила высокомерное молчание, вновь натянув на лицо маску холодной невозмутимости. Алмар с удовольствием увидел, как лицо баронессы Кассии Джой покрывается красными пятнами, а сама женщина молча открывает рот. Следовало бы прибить интриганку, но лень. Поэтому Алмар свистнул Грозной и, довольный тем, как сложились обстоятельства, покинул женскую половину, на прощание шепнув Ронде, что придет к ней, когда стемнеет.

Летта

Летта лежала в маленькой белой палате со стеклянной стеной. Сквозь стекло был виден длинный коридор, выкрашенный в персиковый цвет, пост медсестры, сейчас пустующий, и такие же прозрачные стены в палатах напротив. Играла тихая музыка, вроде, Моцарт. Интересно, который сейчас час? Странно, но ничего не болит. Наверное, врачи сжалились и разрешили уколоть "трамал". Ничего не помню. Нужно встать, принять душ, успокоить маму.

По коридору шел худощавый мужчина в белом костюме-тройке. Лица его девушка рассмотреть не могла, только отметила про себя, что двигается он, словно крадется, и еще Летта подумала, что мужчина с длинной черной косой, диссонирующей с белоснежным нарядом, совершенно неуместен в этом здании, пропитанном болью и безнадежностью. На носу у незнакомца красовались солнцезащитные очки, и девушка удивилась, зачем он их надел в помещении. Мужчина поравнялся с ее палатой, замер, медленно снял очки и едва уловимым движением переместился к прозрачной стене, положив на нее ладони и приблизив лицо так к стеклу, что оно моментально запотело от его дыхания. У Летты замерло сердце, а затем с громким топотом попыталось сбежать из груди. На лицо незнакомца была надета белая улыбающаяся пластмассовая маска. Холодная, неподвижная, мертвая. Глаза мужчины, без белков, абсолютно черные с золотыми искрами в том месте, где у обычных людей бывают зрачки, не моргая, следили за девушкой с прижатых к стеклу ладоней. Летта хотела закричать, позвать на помощь, но страх парализовал горло, липкой холодной сетью сковал тело. Она с ужасом смотрела, как страшное существо просачивается сквозь стекло и медленно плывет в ее сторону. Вот он подошел совсем близко, склонился над лежащей девушкой. "Не надо бояться. Всего один поцелуй ", - голос оказался очень приятным, но отчего-то стало еще страшнее. Мужчина склонился над Леттой и прижался холодными пластиковыми губами к ее губам. Девушка попыталась его оттолкнуть, но он навалился сверху, оказавшись на удивление тяжелым. Летта задыхалась, тогда она в панике нащупала веревку, удерживающую маску на лице, и рванула ее, вцепившись другой рукой в белую личину. Мужчина резко отшатнулся, маска осталась в руке девушки и .... она проснулась.

Летта распахнула глаза и обнаружила, что лежит на большой кровати в круглой комнате со сводчатым потолком и узкими арочными окнами. Это был сон, просто сон. Сердце все еще бешено колотилось в груди, словно она пробежала несколько километров в гору. Приснится же такая ерунда. Летта прикрыла глаза, и вдруг ощутила горе и грусть. А потом пришло сожаление и чувство вины, захотелось плакать. Она почувствовала тревогу за своего ребенка. Стоп! Какого ребенка? У нее нет детей. Летта вновь открыла глаза и осторожно повернула голову. В кресле спала Рина, свернувшись калачиком. По ее щекам текли слезы. Это ее эмоции ощущала Летта. Рядом на полу, опершись спиной о кровать, сидел колдун, и от него тянуло горечью и чувством вины. С ума сойти. Вот и первый результат объединения. Она стала эмпатом.

- Доброе утро, Икс.

Мужчина повернулся, и Летту обдало такой искренней радостью и облегчением, что она даже смутилась от неожиданности. Альбинос улыбнулся, но тотчас напустил на себя сердитый вид.

- Госпожа моя, наверное, забыла, что теперь она графиня, которая отвечает за множество жизней? Как ты могла так опрометчиво поступить и, не дождавшись, пока я просчитаю варианты, броситься в объятия белой девы? А если бы все, что она тебе говорила, оказалось ложью? Если бы она поглотила тебя, а не ты ее? Разве можно быть такой безрассудно доверчивой? Как ты, вообще, смогла дожить до своих лет?

Он еще что-то говорил, а Летта просто лежала на кровати и с улыбкой смотрела на мужчину. Она ведь прекрасно чувствовала его радость, облегчение, любопытство и заботу. А то, что колдун ругается, - мелочи. Просто он испугался, ведь еще никогда в жизни у него не было того, о ком он мог бы заботиться. А еще Летта уловила в эмоциях своего управляющего маленький намек на зарождающуюся еще не любовь, но симпатию. Интересно, кто смог растопить сердце грозного колдуна? Девушка про себя хихикнула и скосилась на распекающего ее мужчину, представив, как Икс поет серенады под балконом своей возлюбленной. Вот лезет же в голову всякая ерунда.

Летта прислушалась к себе, благоразумно давая мужчине высказаться. Странные это были ощущения, словно она стала огромным облаком, впитавшим в себя множество маленьких капель. Со всех сторон хлынули чужие эмоции, и это было необычно, но интересно. Рина даже во сне боялась, что в случае смерти юной графини ее выгонят из замка, а еще она очень переживала о своем нерожденном ребенке, причем ее переживания были связаны с внешностью малыша. Странно, ведь для матери ее ребенок всегда самый красивый. Летта решила, что обязательно нужно поговорить со знахаркой.

В своем кабинете Арам сожалел об утерянном богатстве, а еще дальше металась запертая в собственных эмоциях, словно в клетке, старая графиня Барбара. Где-то внизу под полом ощущалась дикая ненависть, а в той стороне, где находилась казарма, Летта почувствовала направленные на нее переживания. Марик вновь переживал их встречу и жаждал следующей, несмотря на то, что ему было стыдно за свое поведение и обидно за понесенное наказание.

Летта попыталась раздвинуть границы своей чувствительности и с удивлением поняла, что отрывается от тела и мчится вверх, не видя преград, свободно проходя сквозь каменную кладку. Она сравнила себя с пробкой от шампанского, так стремителен был ее полет. Наконец он закончился, и девушка смогла оглядеться. Она оказалась в матовой дымке, солнц не было, зато был зеленый свет, струящийся со всех сторон. Над головой величественно проплыл огромный красный дракон с синеволосым всадником на спине. Ни дракон, ни всадник не обратили на девушку никакого внимания. Летта проводила их взглядом и, захлопнув рот, посмотрела вниз. Внизу расстилались ее владения. С высоты замок казался не больше коробки для обуви и весь мерцал маленькими яркими точками. Люди - пришло откуда-то знание.

Через лес по старому заброшенному тракту ехала телега, на которой светились две точки, одна из них была намного ярче всех виденных Леттой до этого. Девушке вдруг очень захотелось рассмотреть, кто же там едет, и стоило ей об этом подумать, как картинка начала увеличиваться, и, спустя мгновение, сердце Летты радостно подпрыгнуло. В карете, закопавшись в сено, спал Дик. Живой! И даже почти здоровый. Летта закричала, замахала рукой, но сама не услышала своего голоса. Тогда она попыталась переместиться поближе, но поняла, что не может этого сделать. Она была привязана к своему физическому телу, которое сейчас неподвижно лежало на кровати.

Летта невесомо парила над замком и видела всех его жителей в виде маленьких огоньков, ощущала их надежды, обиды, усталость, переживания, радости и горести. Кто-то светился едва-едва, а кто-то горел ярким светом, например, кузнец почти не отличался от горячего пламени, возле которого находился. Интересно, отчего зависит цвет и интенсивность огонька? От эмоций, силы духа, магических возможностей - пришло знание. Летта нашла глазами мистера Икса и даже прижмурилась от неожиданности. Мужчина пылал, словно маленькое солнышко, однако, по его огню пробегали черные волны. А вот Рина отсюда виделась как тлеющие угли, но зато ее ребенок переливался цветами газового пламени: голубым, а по краям желтым. Как интересно!

А что это они там делают? Летта посмотрела вниз и сквозь каменный свод увидела свое тело, безвольно лежащее на кровати. Из носа текла кровь, а Икс и травница суетились вокруг. Колдун махал над Леттой своим жезлом, а Рина пыталась напоить графиню каким-то отваром. И чего переживают, ведь с нею ничего не случилось. Полетает немножко и вернется. Летте стало интересно, о чем говорят эти двое, и она спустилась ниже. Страха не было совершенно, была легкость, эйфория и жгучее любопытство.