На любого, кто мог одеть скафандр и выйти наружу, Галактика, наблюдаемая из Пустых Регионов, оказывала огромное, подавляющее впечатление.
Такой случай представился Джону — он должен был произвести проверку одной из бойниц, где был установлен мощный лазер. Во время испытаний луч ударил в край брони. При проверке оказалось, что повреждений нет.
Джон смотрел на звезды.
Прямо перед ним протянулся длинный кривой рукав Галактики, который был занят Империей Вильмут. На продолжении этого рукава спирали, вместе со своими звездными соседями, вращалась Солнечная система. Сейчас этот участок Галактики закрылся носом звездолета. Самые яркие звезды находились вдоль наружного края рукава. Яркий шарообразный центр звездного скопления являлся как раз Империей Вильмут. В центре этого скопления были сосредоточены вооруженные силы Вильмута для охраны добывающих и перерабатывающих производств. Если бы Бизх ударил именно сюда…
Силы этой империи хотя и менее сильные, располагались на внутренней стороне рукава спирали в нескольких сотнях световых лет от региона Гохд. В результате эти два государства граничили друг с другом (конечно в категориях расстояния в один гиперпрыжок). Дронгалия, где когда-то намеревался закончить свою жизнь Джон, находилась как раз на рубеже двух этих империй. Именно там, на «границе» оседало большинство людей, после окончания работы на Гохд. Джон почти инстинктивно понимал такое решение, люди избегали той части спирали, в которой мертвая Земля кружила вокруг Солнца. А кроме того, от Вильмута их прикрывала Империя Гохд. Доаль и его товарищи были исключением, они старались обосноваться как можно ближе к Земле. А это влекло за собой опасную близость с Вильмутом. Может быть они подсознательно ждали смерти?
Джон наклонил голову и долго-долго вглядывался в глубины космоса, пустота которого была разбавлена всего лишь несколькими звездами. Между этими звездами прорисовывались какие-то невыразительные овальные формы. Другие галактики! Существует ли там жизнь?
Этого никто не узнает. Маловероятно, что и через десять миллионов лет кто-то узнает об этом.
Джон выключил радио, отрезая себя от шума человеческих голосов. В абсолютной тишине, нарушаемой лишь биением его сердца и шумом дыхательного аппарата, смотрел он в незнаемое. Потом опустил глаза и посмотрел в центр Галактики.
Он находился вблизи сосредоточения Пустых Регионов, между рукавами спирали и видел дрожащий блеск скопления звезд, похожий на густой туман. Может быть действительно это был туман! Этого никто не знал. Существа, живущие на краях рукавов спирали могли проникать в глубину центра всего лишь на двадцать тысяч световых лет. Излучение и электронный «глаз» были настолько интенсивными, что пробивали любые виды защиты и уничтожали все живое на борту кораблей.
Джон краем глаза уловил какое-то движение и резко обернулся. Это были его товарищи, вышедшие из корабля вместе с ним для обследования обшивки. Он включил радио.
— Ну, что там?
— В порядке, командор. Двигаемся дальше?
— Нет, Колтер. Возвращаемся.
Джон и Барт сидели над контурной картой империи Бизх. Командор тыкал карандашом в район очертаний кружка.
— Вот здесь! Можно ударить здесь, пополнить запасы продуктов и снаряжения и уйти в район Пустых Регионов. Можно будет атаковать две или три базы, на какое-то время парализовать их деятельность, уничтожить сооружения, космодромы и звездолеты.
Ланге хмуро буркнул:
— И самих Бизх тоже.
Джон долго смотрел на него. Потом сухо рассмеялся.
— И это говоришь ты, Барт, который вытащил меня с Дронгалии и свел с Омниархом.
— Я не говорю, — раздраженно махнул рукой Ланге, что мы должны отступать! Но никто не должен любить убивать, не так ли? А мы не могли бы подстеречь их корабли в момент выхода из гиперпространства?
— Нужно думать реально. Бизх и Вильмут так или иначе столкнутся, начнется тотальная война. На этом закончится наша работа. И тогда мы в открытую поговорим с Омниархом.
— Может быть ты и прав, — вздохнул Ланге. — Но нельзя забывать, что нас теперь меньше двухсот человек… Ну, что же. Какие это должны быть атаки? Налет с применением всех видов оружия?
— Нет. Мы тогда можем потерять много снарядов малого калибра, необходимых при обороне. Мы не подойдем так близко, чтобы применять лучеметы. Войдем в гиперпространство на «Луне» с восемью Разведчиками на расстоянии в одну десятую светового года от цели (Вез До Ган как-то говорил, что Бизх не имеют патрулей на таком удалении от баз) и вынырнем плотной группой в десяти милях от их главной базы. После залпа тяжелых снарядов запрограммированных на противоракетный маневр, стреляем кучей легких торпед и пробиваем их защиту. Затем прыжок в гиперсферу и… прощай!
Ланге был удивлен — этот план особенно ничем не отличался от предыдущих.
— По крайней мере, — сказал он, — большинство обитателей базы успеет укрыться, раз мы не сразу ударим из лазеров.
Джон думал о том же. Чрезмерная чувствительность иногда вредила и считалась достоинствами генералов. А он именно играл роль последнего генерала-человека.
Барт спросил:
— А что будем делать с «Бертой» и остальными разведчиками?
Джон удивленно поднял брови:
— «Берта»?
— Мы же долиты будем как-то назвать этот колосс!
Браузен пожал плечами.
— Это будет наша спасательная группа. Если не слупится ничего непредвиденного, ты останешься с остальными малыми кораблями. Ты применишь наш супердетектор массы и будешь вести наблюдение, чтобы рядом с нами не оказался внезапно неприятельский флот. Если ты его зафиксируешь, то иди сразу же в атаку. Уничтожь его. По крайней мере, ударь всеми стволами, которыми располагаешь! Но это только в крайнем случае.
— Если говорить честно, то это мне страшно не правится. — Ланге нахмурился. — То, что ты мне предлагаешь, похоже на отсидку на краю дороги.
— Барт! В бою надо всегда иметь кого-то, на кого можно положиться. Если бы мы всегда так действовали, нас, людей, наверняка было бы гораздо больше сейчас.
— Может быть.
Джон следил за показаниями хронометра, отмерявшего время до того момента, когда «Луна» выйдет из гиперпространства. Пять секунд. Он глубоко вздохнул и расслабился.
Выход!
Экраны мигнули и на них появилось изображение. На шаре масс-детектора проявились светлые точки. Он удостоверился, что все его корабли появились одновременно, и его пальцы забегали по клавиатуре пульта. Ожили датчики и указатели. Из интеркома раздался голос:
— Здесь Шестой. Отказ в рулевом управлении.
Это было очень плохо. Один из кораблей в центре группы стал заметно уходить в сторону.
— Возвращайтесь! — крикнул Джон. — Займите позицию позади нас и пилотируйте на ручном управлении.
— Вас понял! — Джон распознал спокойный голос Джима Камерона.
На экране появились новые блестки — это был первый залп снарядов типа «планета — пространство». Джон усмехнулся. По виду этого залпа можно было понять, что местный артиллерийский офицер тщательно проинструктирован и построил оборону так, чтобы, отражать именно такое нападение. Что ж, это будет стоить обороне Бизх очень дорого.
Он взглянул на экраны, расположенные над головой — цифры сливались в мигающую ленту, обозначая программы производящих маневры кораблей. Он почти не слышал звуков выстрелов очередных торпед с «Луны», но цифры говорили, что орудия работают без остановки.
Тщательно отрегулированный гравипривод позволял совершать головоломные маневры, мгновенные остановки и крутые виражи. Он посмотрел на экран внешнего обзора, чтобы удостовериться, что предпринимает в данной ситуации Камерон. Он повторял их маневры безупречно четко.
Их маленький флот сделал молниеносный скачок назад, как заяц убегающий от собаки. И хорошо, что вовремя, потому что лавина снарядов с планеты заполнила пространство в том месте, где они только что были.
Корабли дрожали и прыгали в бессмысленном танце, чтобы сделать точное прицеливание мощных потоков энергии, поднимающейся с планеты. Корабельные лазеры выплевывали огонь, пытаясь подавить оборону противника. Если некоторые промахивались, то разрушения, которые они причиняли, были достаточно сильными, чтобы заставить командующего обороной завыть от злости. Насколько, конечно, Бизх умели выть.
Заревела сирена. Джон посмотрел на масс-детектор и глубоко вздохнул. Это была вражеская эскадра, вынырнувшая из подпространства почти на поле боя. Может быть это и не было большой угрозой, так как люди были уже почти готовые уйти в гиперсферу, но…
— Камерон! — Сближайся с нами!
— Иду, Джон! — голос Камерона не выдавал волнения.
Во время маневра Камерон держался в стороне от группы, так как ручное управление не позволяло делать резкие повороты. И сейчас, на расстоянии тысяч миль он был отличной целью.
Сирены завыли еще раз и Джон, глядя на масс-детектор удостоверился, что появился одиночный звездолет по параметрам похожий на «Берту». Ланге появился вовремя! Почти, так как должны были пройти томительные секунды пока «Берта» присоединится к их группе.
Джон двинул корабль вперед, выполняя противоракетный маневр, его пальцы летали по клавишам пульта управления. Вражеская эскадра ринулась на перехват. Экраны мигали и темнели из-за чрезмерной нагрузки, вызванной разрывами вражеских снарядов, торпед и лазерных лучей. Это был жестокий бой!
Медленно шли секунды. Джон нажимал клавиши, стараясь избежать гибельных ударов и пока что это ему удавалось. К счастью, за исключением Камерона, все компьютеры эскадры работали синхронно и обеспечивали одновременное выполнение маневров.
Первые тяжелые торпеды, выпущенные «Бертой» настигли вражескую эскадру, и Джон тут же получил большую свободу маневра.
…Внезапно в динамиках прозвучали голоса экипажа корабля Камерона, голоса ярости и отчаяния. Одновременно раздался грохот лопающихся переборок и свист воздуха, вырывающегося из отсеков.
Джон на мгновение прикрыл глаза. Кто-то с другого корабля сказал:
— Попадание в Шестерку. Они…
Джон проревел в микрофон:
— Прощай, Джим! Прощайте все. Мы отомстим им!
Он посмотрел на экраны — враг перешел к обороне. — Поэтому можно было спокойно приблизиться к «Берте». Противник в общем имел перевес в орудиях, но все же они предпочли отойти. Они не знали и опасались появления еще пары таких же чудовищных кораблей как «Берта».
Он посмотрел на хронометр. По времени выходил, что «Луна» уже давно могла уйти в подпространство, а «Берта» будет готова к прыжку через двадцать секунд. Но это уже не имело значения, так как база и флот противника находились вне досягаемости орудий. На общей радиоволне царила тишина. Наконец Джон не выдержал:
— Барт! Собери на палубы все малые корабли и двигайся с ними к точке встречи.
Барт был обеспокоен тем, что увидел на масс-детекторе.
— Послушай, Джон! Я вижу группу кораблей на расстоянии нескольких миллионов миль. Они двигаются прыжками, ныряют в гиперпространство, потом выходят в нормальный космос. Поэтому собственно они и опаздывают. Похоже, что они кого-то ищут.
— Наверняка это вильмутцы, — проворчал Джон, — хотя с таким же успехом это могут быть и Бизх. Однако, думаю, что это все же вильмутцы, так как именно они имеют привычку шнырять в Пустых Регионах.
В принципе было все равно, кто это был. Самым важным было то, что погиб Камерон и семь человек экипажа. Их всех таким образом осталось всего сто восемьдесят три человека! О, боже, он проглотил слюну, пошли мне хотя бы щепотку дрона! Мы должны сделать хотя бы еще один налет! — подумал он, — где-нибудь подальше отсюда. И надо сделать это сейчас. А уж потом — все! А пока надо сматываться отсюда, видимо то корабли ищут именно нас.
— Внимание всем! Уходим в гиперпространство!
Лицо Барта на экране ничего не выражало, когда он спросил:
— Направление? У нас было обговорено два варианта отступления. Пустые Регионы или внутрь рукава, вне территории Бизх. Ты должен принять план отступления после атаки.
— Я все помню! Думаю, что нам сейчас больше подойдут Пустые Регионы. У нас нет таких подробных карт, чтобы влезть внутрь рукава. Нам сейчас нужен часовой прыжок… Нет! Это время, о котором могут догадаться вильмутцы, если они уже не догадались обо всем. Скажем так, семьдесят девять минут. Это время более подходит к единице времени Вильмута, чем к нашей, земной. Выйдем из подпространства и осмотримся. Джон выстучал программу полета на пульте. Потом встал и двинулся в химлабораторию, где должен был быть спирт. Это жуткое желание можно было погасить только хорошим глотком алкоголя и парой часов сна.
Джон чувствовал себя ужасно, по выпитый спирт погасил желание получить наркотик. Тупым взглядом он водил по залу Центрального управления корабля Клип. Потом увидел Барта и выдавил:
— Интересно, каким образом Бизх организовали засаду? Ведь только благодаря нашей системе масс-детекторов удалось избежать катастрофы, — Он удивился, глядя на приборы, — Думаю, что они в настоящее время держат в готовности хотя бы два флота вблизи каждой базы.
Барт заинтересовался.
— А почему не один?
— Потому, что ни один корабль, не может находиться в готовности к гиперпрыжку более пяти часов непрерывно. Вся аппаратура придет в негодность и разрегулируется. А состояние готовности необходимо постоянное. Поэтому должны быть две группировки, сменяющие друг друга.
Барт смутился:
— Конечно, как это я сам по сообразил. Прости, это был глупый вопрос.
— Ничего, старик. Кстати. Еще одно. Всегда где-то на расстоянии нескольких световых лет, а может быть и меньше, будет находиться флот, готовый прийти на помощь защитникам базы. Как только мы выйдем из гиперпространства, база пошлет призыв о помощи. Располагая точными данными, флот быстро может подойти к полю боя. С этим мы уже столкнулись совсем недавно.
— Т-ак-к, — Барт поднял — брови. — Это логично. Но что это имеет общего с системой обнаружения на «Берте».
— Прежде всего появляется возможность точно определить время. Все три засады, в которые мы попали, имели определенные характерные черты. От нашего появления до появления врага из гиперпространства проходило минут десять. По очереди: время на программирование информации, время на передачу, время полета к базе…
— Это интересно…
— Наше минимальное время атаки — четыре с половиной минуты. Выходим в нормальный космос, атакуем, ломаем оборону противника и исчезаем. Применение всей огневой мощи потребует много энергии, поэтому время увеличивается еще на минуту.
Барт кивнул.
— Располагая данными о расположении противника, — продолжал Джон, — мы могли бы выбрать оптимальную точку выхода. Допустим, что флот, прикрывающий базу находится на другой, противоположной стороне планеты. Тогда они должны проткнуть планету в гиперпространстве, или пройти рядом со скоростью, направленной от планеты. Они должны будут затормозить и развернуться, чтобы выйти к нам в тыл. А это потребует времени. Так же как и то, если они прилетят со стороны. Им необходимо будет время для торможения.
— Но если, — Барт был удивлен, — они смогут подойти по касательной? Тогда сохранится и скорость. А мы, проанализировав траекторию полета, можем вычислить точку их старта. — Он встал и начал ходить по залу. — Мы сможем определить их положение, пока сами еще будем находиться в гиперсфере. При ударе с близкого расстояния, а мы сможем сделать это с помощью этого прибора, — он похлопал по масс-детектору, — мы уходим в направлении, противоположном их полету.
Джон ухмыльнулся:
— Нет, не в противоположную. Это может привести к столкновению. Мы должны найти оптимальную орбиту. Если ударим по базе сразу же после выхода, а потом уйдем на эту орбиту, то нас не обнаружат.
Барт тоже ухмыльнулся:
— Мы не должны рисковать. Они могут оказаться проворнее и успеть просчитать орбиту.
— Мы можем делать повороты, — ответил Джон. — А кроме того, мы нападем в последний раз. Существует только одна проблема…
— Какая?
— Флот-засада может двигаться в гиперпространстве со скоростью восемь световых лет в минуту, значит в течение четырех минут, необходимых нам для атаки они преодолеют почти тридцать светолет. Допустим, что передача информации не требует времени. Думаю, что мы смело можем поделить это расстояние пополам. Получается пятнадцать световых лет. Накинем кое-какое время на непредвиденные задержки, и будем считать, что группа кораблей дежурит где-то в семнадцати световых единицах от базы. Не думаю, что чудесная аппаратура «Берты» может иметь такую дальность действия.
— Я тоже, — кивнул Барт. — Год или два световых — и все.
— Так. Есть еще одно: они не рискнут идти сквозь планету, только острая нужда может толкнуть их на это. Если мы после атаки уйдем в сторону солнца, мы скорее всего избежим столкновения. А сейчас посмотрим, насколько данные Вез До Гана были ошибочными…
Атака прошла так гладко, как и было запланировано.
Это был сухой, песчаный мир, диаметром около семи тысяч миль, с тяжелым железным ядром. По поверхности этой планеты пробегали песчаные бури, невысокие лысые горы своим красным цветом наводили на мысль о больших запасах железа. Рек почти не было, чахлая растительность имела оливково-бронзовый цвет. Атмосферное давление у поверхности не превышало десяти футов на квадратный дюйм. Кислорода в атмосфере было не более восьми процентов. База была защищена куполами, наполненными атмосферой, пригодной для дыхания Бизх. Там не было типично гражданских зданий, характерных для городов Бизх. Джон, как обычно проводивший атаку на «Луне», был очень рад этому. На этой планете были только военные!
Они вынырнули из гиперпространства в четырех тысячах футах над куполами. Это было немного ниже, чем планировал Джон. И сразу же возрос риск, что увеличится время подготовки для обратного прыжка. Песок на поверхности клубился от звуковых ударов двигателей звездолетов. И тотчас же полился огненный ливень. В интеркоме звучали проклятия артиллеристов, относящиеся к медлительности человеческих реакций, не приспособленных к обслуживанию боевых лазеров и лучеметов. Изображения на экранах мигали и быстро сменялись, и Джон едва успевал замечать, что творилось на поверхности планеты. А там был ад. Возле базы в посадочных гнездах находилось около десятка легковых звездолетов. В мгновение ока они оказались разбитыми или тяжело поврежденными. Ангары и купола были сорваны с места. Атака длилась всего семьдесят секунд, после чего корабли людей развернулись и ушли прочь от планеты.
Джону, просматривавшему видеозапись атаки, сделалось плохо. Кроме кораблей было уничтожено процентов восемьдесят строений и все купола. Могли ли уцелевшие Бизх дышать атмосферой планеты? Он надеялся, что могли.
В интеркоме царила удивительная тишина, словно весь экипаж переживал то же, что и он. Но война — есть война. Хотя если вдуматься, это не война, это что-то другое. Это бойня! Может быть это зрелище годится для вильмутцев, но только не для людей! Он с трудом проглотил слюну. Кроме всего прочего, раса Бизх не отличалась агрессивностью. Военные базы, построенные ими — это только дань создавшемуся политическому положению в Галактике на сегодняшний день. Джон был рад, что на планете не было много кораблей. Командующий базой, видимо ждал атаки, но не так скоро, и поэтому поднял корабли из подземных укрытий для отправки в космос. Экипажи, которые уцелели, были вероятно довольны, что не успели занять свои места в звездолетах.
Джон снова проглотил слюну и посмотрел на хронометр. Оставалось меньше двух минут до прыжка. Пошла вторая минута, когда много точек появилось на масс-детекторе. Согласно его рассуждениям, преследователи приближались к планете, когда группа нападавших ушла в сторону солнца. Бизх выпустили пару залпов, но это было сделано скорее со злости.
Джон непрестанно думал — это только одна база. Здесь не могло быть большого количества обслуживающего персонала. Ведь у них еще есть много опорных пунктов. И мы виновны в гибели небольшого числа Бизх…
Но от этих дум легче не становилось. Если бы сейчас на корабле оказалась хотя бы щепотка дрона, он без промедления проглотил бы ее. Но он не мог не сравнить эту планету с той, что была, когда-то его родным домом. Отличие состояло лишь в том, что здесь причиной разрушения был он сам. Может быть из-за этого и напился, как свинья выпив почти литр спирта.
На экранах масс-детектора «Берты» опять появились огни, выскочившие из гиперпространства в обычный космос, чтобы через пару минут опять исчезнуть в небытие. Джон раздраженно протянул руку к клавиатуре пульта. Барт молча наблюдал за ним, потом спросил:
— Мы можем выходить на траекторию Гохда:
— Пока нет. Черт побери, если мы сделаем еще хотя бы один пеленг по указке Гохд. Но я обещал Везу, что мы немного осмотримся в этом районе перед уходом. Только мы не будем этого делать. Вместо того, чтобы выйти на расстояние действия телескопов и радиоперехвата, мы применим системы «Берты», чтобы определить положение звездолетов Бизх и планерных систем, на которых могут быть их базы. Именно такая информация и нужна Везу. А он не будет знать, каким образом мы получили…
Барт о кислой миной спросил:
— Сколько времени это займет? Мы уже давно не чувствовали под ногами твердой поверхности планет!
— Несколько часов. — В голосе Джона чувствовалось раздражение. — Думаю, что это мы выдержим. Он с трудом проглотил слюну и подумал, удастся ли это на самом деле.
В действительности обнаружение баз Бизх заняло еще меньше времени. Одновременно в Пустых Регионах они наткнулись на загадку, которая затянула их возвращение «домой» на целых двенадцать часов.
Далеко за владениями Вильмута и почти на границе влияния Бизх, масс-детектор «Берты» выдал точку с очень интенсивной яркостью. Они заметили ее находясь в гиперпространстве. Это была небольшая система типа «звезда — планета». Они занесли ее координаты на карту, не выходя в нормальный космос и уже двинулись дальше, когда заметили на экране этот загадочный пурпурно-голубой блеск. Такой цвет им еще не встречался.
— Что бы это ни было, — буркнул Барт, вращая ручки настройки, — мы проходим мимо в четырехстах световых годах, насколько точно мне удалось определить расстояние.
Джон подошел ближе.
— Может быть это очередная звезда? Ведь мы до сих пор не знаем, как работают эти приборы. Может быть Клип таким цветом обозначали звезду, которая вскоре должна стать «новой»? Или это сигнал опасности?
Барт пожал плечами и спросил в свою очередь:
— Мы должны присмотреться к этому повнимательнее, раз мы здесь.
Джон покачал головой. Он, как и все находящиеся в его подчинении люди, спешил ступить на твердую землю, после стольких месяцев, проведенных в космосе. Но с другой стороны, странное явление должно быть изучено.
— Хорошо. Поблизости не видно чужих кораблей и мы можем подойти к этому странному объекту. Выйдем в обычный космос в полутора световых годах от него. Если это «новая», то мы успеем уйти в гиперпространство.
Оказалось, что это не «новая». И вообще даже не звезда. Там вообще ничего не было. Подходя в гиперпространстве к точке выхода, они отлично видели этот пурпурно-голубой блеск. Но выйдя в обычное пространство, не увидели ничего. Они сделали несколько осторожных прыжков — и опять ничего. С такого близкого расстояния обычный масс-детектор должен был показать глыбу материи, даже если она и была меньше ванны. Наконец огонек появился. Они заметили его в оптике телескопов. Джон набрал программу, требуя информации от компьютера.
— Домиано? — позвал он товарища через микрофон.
— Да, командор?
— Наблюдаем огонек в четверти мили от корабля. Приказываю на Разведчике-7 вылететь на обследование этого объекта. Мы будем наводить вас по нашему масс-детектору.
Джон подождал пока ему ответили, что экипаж занял места в малом корабле, и выпустил его наружу.
— Мы отошли, командор, — доложил Домиано.
Джон ввел в компьютер, наводящий Разведчик-7 на цель данные. Через некоторое время Домиано доложил:
— Мы ничего не видим, командор.
Джон посмотрел на экраны радара — там было пусто. Расстояния в гиперпространстве были гораздо больше, чем в обычном пространстве. Он запрограммировал вопрос компьютеру и тотчас же получил ответ на дисплее:
ОБЪЕКТ, ВЫЯВЛЕННЫЙ МАСС-ДЕТЕКТОРОМ, НЕ МОЖЕТ БЫТЬ ОБНАРУЖЕН РАДАРОМ.
Джон поразился этому абсурдному заявлению. Может быть компьютер, приспособленный к условиям другой расы не может оперировать земными понятиями?
— Домиано? — позвал он, — оставайся пока там, где находишься?
Потом задал следующий вопрос:
БЛЕСК СУЩЕСТВУЕТ В ТОМ МЕСТЕ?
Ответ был обескураживающим:
БЛЕСК НЕ СУЩЕСТВУЕТ, ОН НАХОДИТСЯ В ПОЛОЖЕНИИ «МАРКЕРА».
Слово «маркер» определенно было взято из английского языка, основы которого были заложены в этот чужой компьютер.
Джон снова задал вопрос:
МАРКЕР ИЗГОТОВЛЕН КЛИП?
— ДА.
Он с облегчением вздохнул.
— Домиано, ты слышал?
— Да, командор. Подойти ближе и осмотреться?
— Давай! Но будь осторожен.
— Есть, сэр.
Домиано был слишком осторожен, так как прошло более получаса прежде чем раздался его голос из динамика:
— Командор, тут ничего нет! Мы смотрели — ни в оптике, ни на радаре, ни на масс-детекторе!
— Хорошо. Возвращайся!
Пока Разведчик-7 возвращался, Барт и Джон переключили систему детекторов на работу в нормальном пространстве. Дальнейшие расспросы компьютера ничего не дали. Машина напоминала гениального идиота, который зациклился на существовании «блеска», объясняя, что этот объект находится в положении «маркера» и соглашался… что ничего материального в этом месте нет.
В конце концов Барт пожал плечами:
— Здесь нет другого объяснения, кроме того, что это какой-то условный знак, который понятен только Клип и их приборам. Мы можем больше не обращать на него внимания.
Но эта загадка еще долго мучила Джона на протяжении всего многочасового путешествия в район империи Гохд.