Джон внимательно следил за недовольным лицом Барта.

— Их оказалось гораздо меньше, чем мы предполагали, — произнес Ланге. — Из двухсот семидесяти трех человек, которые должны были прибыть, в наличии пока что всего двести пятнадцать. Если посмотреть на список с подтвержденными ответами, то мы можем рассчитывать еще на сорок человек.

— И это все? — удивленно поднял брови Джон. — Кстати, я не хотел об этом говорить вслух, так как не уверен, как бы это повлияло на корабельное состояние наших людей… Дело в том, что незадолго до нашей с тобой встречи я наткнулся на одной планете на группу людей.

— Они что, живут там, Барт? — Джон выпрямился и посмотрел на своего заместителя.

— Да, они живут на планете Десса.

— Что же ты молчал?

— Они живут там во главе с Гумбертом Доалем.

Джон положил руки на стол и с силой сжал их, чтобы они не дрожали.

— Думаю, что надо оставить их в покое, — медленно произнес он. — Гумберт весьма честно высказался обо всем, когда последний раз мы слышали эти сплетни о женщинах. Считаю, что он не поможет нам своим злобным карканьем.

— Согласен, Джон. Но ведь не все так, на Дессе, его поддерживают. Фред Колтер, Ральф Сайерс и некоторые другие были с нами, когда мы в последний раз работали на Гохде.

— Так… А ты пробовал сообщить им?

— Нет еще. Десса лежит довольно далеко отсюда и я подумал, что тебя нужно было предварительно поставить в известность.

Браузен задумчиво покачал головой.

— Это действительно довольно далеко от Вильмута, но имперцы все же время от времени летают в ту сторону. Ты думаешь, что нам тоже надо лететь?

— Думаю, что Колтеру, Сайерсу и другим, которые не очень любят Гумберта, нужно дать шанс. Но сначала надо немного подождать, подготовить наших людей и вылететь на Дессу всей группой. Мне кажется, что это произвело бы на дессян нужное впечатление. — Он на мгновение замолчал, по тут же добавил: — Джон, как ты думаешь, Гумберт был педерастом?

Браузен бросил быстрый взгляд на Барта.

— Нет! — решительно произнес он. — Наверняка нет! По крайней мере, не был им тогда, когда мы учились в Академии.

— А я думаю, что был, — покачал головой Барт, — В конце концов, он поэт…

Джон проглотил слюну. Он страстно мечтал о глотке крепкого виски.

— Нет, этого не было, — ответил он. — К тому же, в его стихах нет даже намека на это. Те, которые знали его, никогда не находили в его писанине что-то непохожее на мужчину.

Джон замолчал. Недоразумение с Гумбертом очень сильно засело в его памяти и он никак не мог отбросить эти воспоминания. К тому же, в этом он отдавал себе отчет, большая часть его «я» склонна была согласиться с той позицией, которую занимал Гумберт Доаль.

— Значит, Барт, если нам не удастся это дело, я имею в виду с женщинами, и «гомо сапиенс» прекратит свое существование, то хоть имя Гумберта и его «Эпитафии» будет жить среди гуманоидных рас.

— Может быть! — в голосе Барта Джон уловил нотки раздражения. — Как твой заместитель я предсказываю наихудшую реакцию Доаля на то, что мы будем вербовать его людей.

Джон убрал руки со стола и спрятал их за спину.

— Я решительно против того, чтобы мы брали эту группу. Но если ты все же настаиваешь, то лучше всего будет лететь несколькими малыми кораблями. Остальные оставить в Регионе Непрерывности и соединиться с ними потом. Я думаю, Барт, что мы можем получить ненужную огласку, если двинем туда всем отрядом. Не забывай, что как бы отдалена не была Десса, довольно много торговцев садится на эту планетку за хлопком.

— Ты прав, — кивнул Барт и встал, — Если я тебе не нужен, то я пойду посплю пару часов.

— Да, иди дружище.

После ухода Ланге Джон сел в кресло и погрузился в размышления. Он никогда не держал зла на Гумберта. Доаль был с ним, когда они решились побывать на Земле после Уничтожения. А это зрелище, видит бог, могло изменить мышление любого человека.

Маломощный, невооруженный корабль выскочил из гиперпространства на расстоянии, позволяющим связаться по радио с планетой. Джон подождал немного, пока еще один корабль, управляемый Дунсом Домиано, появился в нескольких милях от него, и только после этого поднял сигнал: «Здесь невооруженный корабль четвертого эксплуатационного класса, типа „Консул Блуфф“. Капитан корабля Джон Браузен. Прошу на связь Гумберта Доаля».

G минуту он слушал шум космической пустоты, какие-то обрывки слов, мешанину фраз. Затем из динамика донеслось:

— Джон? Коммодор Браузен? Здесь Фред Колтер. Как поживаешь, старый лис?

— Фред?! Алло! Все в порядке. А как у тебя?

— То же все о’кей! Кто там с тобой?

— Дон Бунотил. А также Минеоле. На твоих экранах должен быть виден также Луис Домиано и Джим Камерон. Мы заскочили к вам по дороге. Где там Доаль? Если его нет, то кто сможет дать нам разрешение на посадку?

— После нескольких минут молчания из динамика донесся ответ:

— Гумберта здесь нет, коммодор, но вы можете садиться.

— Спасибо, Фред. Ваш поселок значительно вырос с моего последнего посещения вашей планеты, Я вижу несколько новых домов возле леса. А там дальше, на полях ваш хлопок, не так ли? За полями вижу какие-то строения между деревьев и небольшую поляну. Можно садиться?

— Да, — захохотал Колтер, — Это именно то, что надо. Наш космопорт новый! А те строения, которые вы видите, просто склады, в которых мы храним свой урожай. Поэтому, приземляясь, постарайтесь по попасть на их крыши.

— Хорошо. Мы пойдем на антигравах.

Восемь человек собрались вокруг прибывших. Колтер, раскрасневшийся от радости, представлял их:

— Это Вальтер Вейн, коммодор. Вы помните его? А это Карл Минти и Джей Пинда…

Джон пожимал руки прибывшим и бормотал слова приветствия. Но однако особой радости не чувствовалось и все присутствующие ощущали легкую озабоченность. Особенно при очередном упоминании имени Гумберта. Колтер наконец не выдержал и прямо сказал:

— К черту! Нельзя это откладывать. Гумб сейчас без сознания. Он принял слитком большую дозу наркотика.

На мгновение стало тихо. Джон собрал всю свою волю, чтобы выражение лица не выдало его.

— Как он?

— Не знаю. По крайней мере, физически в полном порядке. Но последнее время он был чем-то угнетен. Думаю, что это даже не наркотики, а…

— Все наркотики так или иначе вредны, — Джон с трудом удержался, чтобы не спрятать руки в карманы, — Проклятье, — Думал он со злостью, — ведь все пятна давно уже исчезли!

— Что он употреблял? — громко спросил он.

— Дрон.