Радио донесло наконец приглушенный голос Ананиаса:

— Ситуация складывается такая: авангард из сотни звездолетов находится на краю Млечного Пути. Можно сказать, что это стальной кулак главных сил, идущих сзади.

— Твоя команда Хаоса предугадала их прилет?

— Конечно. Однако они не смогли в свое время правильно расшифровать вычисления. Хаос показал какую-то деятельность на границе нашей Галактики, но мы не смогли определить, что это такое, так как работали с минимумом информации. Теперь, когда, мы получили доступ к архивам Разрушителей, мы сможем провести более подробные исследования.

— Уже поздно. Это нужно было сделать еще несколько лет назад.

— Согласен. Только Земля нас тогда не слушала. Что ты сейчас будешь делать?

— Нужно получить как можно больше информации об их кораблях, а также в небольших стычках испытать нашу тактику ведения войны, и только после этого можно будет встречаться с их главными силами. Слушай, Ананиас, приготовь шесть звездолетов к атаке на самую маленькую группку их кораблей, какую только удастся найти.

— А почему бы не применить всю силу флота?

— Все корабли, которые примут участие в этом бою, могут погибнуть. Я же хочу получить сейчас максимум информации, рискуя только минимумом наших сил. Все данные о мощности их вооружения, вся информация о результатах действия их оружия, плохая или хорошая, должна быть незамедлительно передана мне. Понял?

— Принято.

Ананиас отключился. Брон немного расслабился, осматривая мостик «Интерпрайза», который стал для него командным пунктом и домом вот уже двое суток. Техники занимали свои места. Брон без труда принял на себя обязанности Дауквиста. Он отметил, что его довольно необычное положение синкретиста в соединении со способностью командовать создали вокруг него атмосферу легенды. Он не мог требовать большего уважения и доброй воли от экипажа корабля.

Семь кораблей покинули надежное укрытие в системе красной звезды и двинулись на вылазку, цель которой была разведка сил противника. Во главе группы находился крейсер «Интерпрайз». Как и все навигаторы, Брон чувствовал на себе огромную тяжесть одиночества по мере того, как они углублялись в межгалактическую пустыню. Они наткнулись на след одинокого корабля чужих, который, по-видимому, совершенно случайно засекли на пределе чувствительности гравитационных датчиков.

Детекторы подтвердили, что это корабль чужих.

Затем на экранах появился компактный спиралевидный предмет. Оружейники начали готовить ракеты к старту, и Брон по стал требовать от команды Хаоса результатов предстоявшего сражения. Он хотел идти в атаку, движимый надеждой, которую могли погубить данные Хаоса.

Все семь звездолетов имели план атаки, очень простой план: после нанесения удара отойти назад на расстояние до светового года от пришельца и ждать новых приказов.

Корабль чужих казался более совершенным и более грозным, чем тот, который уничтожил «Джубол». Корпус пришельца был покрыт тысячами пластинок, которые могли быть и бойницами, и элементами броневой защиты. Готовясь к атаке и внимательно следя за приборами управления ракет, Брон внезапно услышал вновь тихое бормотание чужих голосов в своей голове. Это было похоже на что-то очень знакомое, как будто человек невольно сдерживает дыхание перед тем, что должно произойти.

Шум постепенно перерастал в глухой рокот, полный надежды. Только вот какой?

Ожидают победы? В молчании и нетерпении ожидают чего-то? Ловушка!

Он прыгнул к пульту связи и закричал во весь голос:

— Прекратить атаку! Всем кораблям прекратить атаку и сделать поворот на сто восемьдесят градусов!

Изображение на экранах померкло, когда «Интерпрайз» начал мгновенное торможение с одновременным разворотом. Гравитационные компенсаторы ревели на полной мощности, гася инерцию корабля. Несмотря на это, люди чувствовали себя неважно.

Голоса в голове Брона умолкли, и он тут же подумал, что был прав в своей догадке.

Когда все корабли Разрушителей отошли на расстояние световой минуты, чужак взорвался. Он в мгновение ока превратился в огненный шар, который разбухал, захватывая все большее пространство вокруг себя. Через полминуты датчики кораблей сообщили, что уровень радиации может пробить биологическую защиту. Брон приказал отойти еще дальше. Все корабли были целы, и каждый человек из их экипажей был обязан жизнью интуиции Брона.

Бешеное солнце наконец погасло. В голове Брона возникла целая буря голосов. Он подождал, пока они немного утихнут, и связался со Службой.

— Джесси?

«Слушаю тебя, Брон.»

— Нет ничего нового?

«На Антаресе возникли проблемы с передатчиками: помехи были очень сильными, однако радисты сейчас уже отфильтровали шумы и принимают передачу почти без помех. Мне кажется, что вы сейчас наблюдали неплохой фейерверк, а?»

— В свое время в маленьком баре Службы в Париже подавали коктейль, похожий на этот. После шестого бокала я однажды проснулся только на третье утро с радиоактивной бурей во рту. Мне бы теперь очень пригодился этот напиток.

Джесси начала смеяться.

«Похоже, что к тебе начала возвращаться память.»

— Да, но только небольшими фрагментами. Однако большинство вещей я бы и не хотел вспоминать. Но вот чего бы я хотел обязательно, так это вспомнить тебя. Однако здесь какой-то провал. Ты не могла бы мне кое-что напомнить?

«Не могу, Брон. Мне запрещено говорить на эту тему.»

— Но я хочу знать!

«Нет, ответа не будет. У нас с тобой сейчас сложилось психологическое равновесие, которое крайне опасно нарушать в столь кризисной ситуации. Это может окончиться трагически для тебя.»

— А для тебя?

«Меня можно не считать. Я буду решать свои проблемы сама. Однако вот что ты должен знать, Брон. Может быть, для Каны и Штаба ты и являешься командующим флота, но для меня ты самая обыкновенная свинья, и ты, надеюсь, тоже догадываешься об этом. Моя работа и состоит в том, чтобы ты об этом никогда не забывал.»

— Большое спасибо. Поверь мне, что я буду работать над собой. У тебя уже есть ответ Лидера?

«Он сидит в вычислительном центре и чинит их главный компьютер. И, что самое главное, бесплатно. Вот так-то. Хочешь с ним поговорить?»

— Пускай заканчивает работу. Дай ему пленки с последними записями. Может быть, они смогут быть ему полезны.

«Ты что-то нашел?»

— Мне кажется, что мы не сможем сражаться с чужаками никаким имеющимся у нас оружием. Если они исследовали паши схемы Хаоса на протяжении миллионов лет, то точно знают границы наших возможностей, я имею в виду технических возможностей. Они наверняка побеспокоились о защите своих кораблей от мезонных бомб. Но у нас есть что-то такое, что сильно их беспокоит, иначе они не напали бы на нас. Нужно не забывать, что они наблюдают за нами на протяжении вот уже семисот миллионов лет.

«Ты думаешь, что знаешь, что им мешает?»

— Все говорит о том, что это связано с Хаосом. Они пытались помешать Кане собрать ученых в этой области, не так ли? Они пробовали уничтожить меня, применили оружие, уничтожившее «Джубол». Я начинаю верить, что сам Хаос скрывает тайну. Но каким образом можно вести войну, применяя только математическую абстракцию? Это и есть то, что я никак не могу понять.