Лишь бог огня не разделял радости асов. Пока они веселились и радовались возрождению Бальдра, Локи сердито хмурился, копя в сердце злобу и ненависть. Он давно завидовал доброму богу весны, а теперь, когда тот стал неуязвим, бог огня совсем ожесточился.

Поспешно покинув дворец Одина, он надел крылатые сандалии и помчался в Норвегию. К этому времени веточка омелы уже подросла и стала длиннее руки. Локи сорвал ее и, сделав из нее стрелу, вернулся в Асгард.

Богов он нашел в поле, где те продолжали испытывать неуязвимость Бальдра. Только Хёд стоял в стороне от своих братьев, прислушиваясь к тому, что они говорят.

– Что же ты не стреляешь в бога весны? – обратился к нему Локи.

– Но ты же знаешь, что я ничего не вижу! – ответил Хёд.

– Это не мешает тебе быть таким же хорошим воином, как и другие асы, – возразил бог огня, – не уступай им ни в чем. – И он протянул слепцу лук и стрелу, изготовленную из ветки омелы. – Не беспокойся, я поверну тебя лицом к Бальдру.

Ни о чем не подозревающий Хёд послушно натянул лук и выстрелил прямо перед собой. В тот же миг Бальдр вскрикнул и замертво упал на землю. Стрела Хёда пронзила ему сердце.

Асы в горе рвали на себе волосы, а Локи трясся от страха: он боялся, что Хёд его выдаст. Однако тот не успел этого сделать. Вали в бешенстве накинулся на слепого и поразил его, так и не спросив, кто вложил ему в руки смертоносное оружие. Коварный Локи и на этот раз избежал наказания.

На похороны Бальдра пришли все асы и ваны, валькирии и эльфы, а также великаны Ётунхейма. Даже им, потомкам жестокого Имира и злейшим врагам Асгарда и Митгарда, было жаль того, кто за всю жизнь никому не причинил зла.

В память о добром Бальдре асы возвели на ладье погребальный костер, возложили на него тела бога весны и его молодой жены Нанны, которая не перенесла горя и умерла в тот же день. Затем на корабль ввели и жеребца Бальдра в богатой, украшенной золотом сбруе. Один надел на палец мертвому сыну кольцо Драупнир и шепнул на ухо несколько слов утешения. Асы подожгли костер, и пылающая ладья, подхваченная ветром, быстро поплыла по волнам.

Вскоре она вышла в открытое море, и даже издали было видно величественное пламя погребального костра. Когда ладья достигла линии горизонта, стало казаться, что полыхают и море и небо. Боги печально смотрели вслед пылающей ладье, пока она не исчезла в волнах. Когда погасла последняя искра, весь мир в знак скорби по прекрасному Бальдру погрузился во мрак.