Макс Джекобс заметил входящую в здание «Флорида Бэнк Корпорейшн» Вал. Часы показывали десять минут одиннадцатого. Он зажег сигарету и продолжил наблюдение. Через двадцать минут Вал вышла из банка. В руках у нее был небольшой сверток. Она посмотрела по сторонам. Джекобс завел мотор. Спустя мгновение возле поднявшей руку Вал остановилось такси, и она села в машину.

Когда такси отъехало от тротуара, Джекобс вырулил со стоянки и проследовал за Вал. Спустя пять минут такси остановилось возле старого здания, и Вал вышла из автомобиля.

Джекобс торопливо запарковался. Вал тем временем расплатилась с таксистом и скрылась в доме. Джекобс, рискуя угодить под колеса, бросился через проезжую часть и вошел в темный подъезд. Лифт оказался занят, и Джекобс воспользовался лестницей; медленно поднимавшаяся кабина замерла на третьем этаже. Макс, задыхаясь, устремился вверх. Длинный коридор с дверьми из матового стекла был пуст. Макс, уверенный в том, что Вал вошла в один из офисов, прижался к перилам лестницы и стал ждать.

Когда Вал появилась в приемной сыскного агентства Хеа, Люсиль, сидевшая возле пишущей машинки, подняла голову.

— Я договорилась о встрече с мистером Хеа, — тихо произнесла Вал.

Люсиль узнала ее. Она поднялась со стула.

— Я думаю, он вас сейчас примет, — сказала Люсиль. — Одну минуту.

Она удалилась в кабинет Хеа, закрыв за собой дверь.

Хеа жевал шоколад. Сэм Керш стоял у окна и курил. Мужчины немного нервничали.

— Она здесь, — сообщила Люсиль.

Мужчины переглянулись, затем Керш сказал:

— Ты действительно собираешься взять у нее деньги? Стоит нам получить их, как мы окажемся в опасном положении.

Хеа неохотно убрал шоколадку в ящик стола.

— Пригласи ее, — попросил он Люсиль и добавил, обращаясь к Кершу: — Уйди, Сэм. Это мое дело.

Керш, поколебавшись, пожал плечами и покинул кабинет через дверь, которая вела в коридор.

Люсиль сказала:

— Надеюсь, ты понимаешь, на что идешь. Мне это по-прежнему не нравится.

Ее отец вытер липкие пальцы носовым платком и усмехнулся:

— Тебе еще понравится. Зови ее.

Джекобс едва успел спрятаться от вышедшего Керша за углом коридорной стены. Полицейский замер. Керш постоял в коридоре, затем, когда Вал шагнула в кабинет Хеа, он вошел в приемную.

Спустя четверть часа Вал покинула офис Хеа и направилась к лифту. Джекобс заметил, что свертка в ее руке не было. Он не сдвинулся с места, пока кабина лифта не исчезла из его поля зрения. Затем сбежал вниз по лестнице и успел снова увидеть выходящую из подъезда Вал. Она направилась к центру города. Задумавшись на мгновение, он увидел неподалеку аптеку, зашел в нее и закрылся в телефонной кабине. Через минуту он уже говорил с Терреллом.

— Миссис Барнетт отнесла деньги в агентство Хомера Хеа, — доложил он. — Она только что вышла оттуда. Деньги находились в свертке. Она покинула офис без него.

Известие поразило Террелла.

— Хомер Хеа? — воскликнул он. — Ты уверен, что она оставила деньги у него?

— Уверен, — подтвердил Джекобс.

— О’кей. Теперь слушай меня, Макс, это очень важно. Вернись в офис и останься там. Если ты увидишь Хеа, Керша или его жену выходящими из агентства с деньгами, задержи их и доставь в управление. Скажи, что я хочу поговорить с ними. Не церемонься. Не дай им избавиться от денег. Понял?

— Будет исполнено, шеф, — сказал Джекобс и повесил трубку.

Сэм Керш и Люсиль вошли в кабинет Хеа, когда он вскрывал сверток. Хеа сиял. Увидев стодолларовые купюры, разлетевшиеся по столу, Керш присвистнул.

— Надо же! Выглядит недурно, — сказал он, приближаясь к столу. — Вот это похоже на настоящие деньги!

Хеа запустил пальцы в ассигнации, начал поднимать купюры со стола, ронять их обратно.

— Сэмми… мы богачи! Через две недели юная леди вручит нам остальные… мы будем стоить полмиллиона!

— Перестань вести себя как идиот! — сказала Люсиль. — Что мы с ними сделаем?

Хеа пристально посмотрел на дочь.

— В чем дело? У тебя сдают нервы?

— Ты совершенно прав. У меня сдают нервы! Если сейчас сюда нагрянет полиция, как ты объяснишь, откуда у тебя такая сумма?

Хеа с дьявольской ухмылкой посмотрел на Керша.

— Ты женился на умной девушке, Сэмми.

Хомер открыл ящик стола и вытащил оттуда потрепанный портфель. Быстро запихнул в него деньги, щелкнул замком и придвинул портфель к Сэму.

— Пошевелись, Сэмми. Арендуй сейф в майамском банке. Воспользуйся любой фамилией, какую тебе подскажет твоя буйная фантазия, только не нашей. Чем быстрее мы спрячем их там, тем нам будет спокойнее.

Керш отпрянул от портфеля.

— Только не я! Люсиль может отвезти их. Вдруг кто-то из полицейских остановит меня на улице? Я еще не рехнулся!

— Возьми его! — с металлом в голосе произнес Хеа. — Если ты хочешь получить свою долю, придется поработать!

Керш бросил взгляд на портфель, затем посмотрел на жену, которая безучастно уставилась на него. Не получив от нее поддержки, он взял портфель.

— Если я влипну, — сказал он Хеа, — я запою, как соловей.

— Можешь запеть, — отозвался Хомер. — Это будет твоей лебединой песней.

Керш внезапно усмехнулся.

— Забудьте об этом! За треть от половины миллиона я перережу горло собственной жене.

— Не сомневаюсь, — жестким тоном произнесла Люсиль.

Керш улыбнулся ей.

— Успокойся, крошка. Это я для красного словца. К тому же твое горло можно лишь перепилить ножовкой.

Надвинув шляпу на правый глаз, он покинул офис с портфелем в руке.

Джекобс, притаившийся в подъезде, увидел выходящего из лифта Керша. Полицейский проследовал за детективом. Керш сел в машину и поискал в карманах ключ от замка зажигания. Найдя его, он собрался завести мотор, но тут Джекобс открыл правую дверь и сел возле Керша.

— Привет, ищейка, — сказал он побледневшему Кершу, который узнал Джекобса. — Едем в управление: шеф хочет поговорить с тобой.

Керш испуганно посмотрел на портфель, лежавший на сидении между мужчинами.

— Сейчас я занят, — сказал он. — Загляну к нему позже. Что ему надо?

— Он мне не сообщил, — отозвался Джекобс, зажигая сигарету. — В управление, Керш, живо!

— Говорю тебе, я занят, — в отчаянии промолвил Керш. — Я на работе! Выходи из моей машины! Я буду у твоего шефа через полчаса. Пошевеливайся, черт возьми!

— Возможно, тебе неизвестно, — отчеканил Джекобс, лицо которого стало гранитным, — что примерно тридцать полицейских, включая меня, мечтают заехать тебе кулаком в левый глаз. Мы все считаем тебя гнуснейшим червяком из всех ползающих по земле! Мы вколотим твой мерзкий глаз тебе в мозги и получим от этого несказанное удовольствие. Я говорю… в управление!

— Ты мне угрожаешь? — спросил побледневший Сэм.

— Да, Керш. Даю тебе пять секунд на то, чтобы тронуться. По истечении этого срока ты схлопочешь такой фонарь под глазом, какого ты еще не видал!

— Погоди, я до тебя доберусь, — выдохнул Керш. — Он завел мотор. — Не сомневайся, я добьюсь, что с тебя сорвут погоны!

— Если ты прислушаешься, червяк, то услышишь, как стучат мои колени, — улыбнувшись, проговорил Джекобс.

Через десять минут Керш, держа портфель в руке, вошел в кабинет Террелла. Джекобс сопровождал детектива.

Террелл оторвал взгляд от бумаг, которыми был завален его стол. Джекобс указал на портфель Керша и кивнул Терреллу. Керш не заметил этого сигнала, так как Джекобс стоял у него за спиной.

— Послушайте, шеф, — возмущенно произнес Керш, — этот мерзавец не имел права отрывать меня от работы. Он мне угрожал! Я буду жаловаться…

Джекобс сплел пальцы в замок, поднял руки и ударил Керша сзади в шею. Керш опустился на четвереньки, выронив портфель. Ему показалось, что на него обрушился потолок. Он оставался в таком положении до тех пор, пока Джекобс не дал ему пинка под зад. Шатаясь, Керш встал и, постанывая, плюхнулся в ближайшее кресло.

— Нельзя так бить человека, — строгим тоном произнес Террелл, но глаза его весело поблескивали.

— У него на шее сидела оса, шеф, — с печальным видом сказал Джекобс. — Я испугался, что она его ужалит.

— Это правда? — спросил Террелл. — А то я уж подумал, что ты обошелся с ним грубо.

— Что вы, шеф, вы же меня знаете, — широко улыбаясь, сказал Джекобс.

Керш бросил на него испепеляющий взгляд.

— Я еще с тобой расквитаюсь! — дрожащим голосом произнес Керш. — Погоди, сам убедишься.

— Снова эта оса, — сказал Террелл. — Убей ее, Макс. Смотри, она у него на макушке.

Джекобс, усмехнувшись, шагнул к Кершу. Детектив вскочил с кресла, отбежал к дальней стене и прижался к ней спиной.

— Не трогай меня! — отчаянно завопил он. — Оставь меня в покое!

Террелл посмотрел на Джекобса, потом на портфель. Джекобс взял портфель, раскрыл его и высыпал деньги на стол. В этот момент дверь открылась, и в кабинет вошел Биглер. Увидев деньги, он остановился.

— Вы ограбили банк, шеф? — сказал он. — Тут крупная сумма.

— По-моему, да, — согласился Террелл. — Давайте сосчитаем.

— Не трогайте их! — воскликнул Керш. — Это деньги Хеа! Он попросил меня положить их в банковский сейф.

Увидев, что трое полицейских уставились на него, он торопливо продолжил:

— Я к ним не имею никакого отношения! Это деньги Хеа! Я просто…

— Заткнись! — рявкнул Биглер. — Ты хочешь, чтобы я поставил тебе фонарь под глазом?

Керш смолк. Он боялся Биглера. Бледный, вспотевший Сэм стоял неподвижно, пока Джекобс считал деньги.

— Двадцать тысяч, — произнес наконец Макс.

Террелл откинулся на спинку кресла и бросил на Керша холодный, строгий взгляд.

— Кто дал тебе эти деньги?

— Я же сказал вам… Хеа. Он велел мне положить их в банк. Я ничего не знаю!

— Да? Тебе известно, что у Хеа не было таких денег. Где он их взял?

— Он мне не сказал. Спросите у него!

— Мне кажется, этого подонка снова собирается ужалить оса, — заметил Джекобс. — Можно, я прихлопну ее?

— Уведи его, — сказал Террелл. — Я не люблю смотреть, как убивают насекомых. Сообщи ребятам, что у нас здесь Сэм Керш. Они помогут тебе разделаться с осой… нельзя быть эгоистом, Макс.

Усмехаясь, Джекобс схватил Керша, завернул ему руки за спину и вытолкал из кабинета. Керш кричал и сопротивлялся, но Джекобс конвоировал его без больших усилий. Наконец вопли Керша стихли, и Террелл посмотрел на Биглера.

— Что вы собираетесь делать? — спросил Биглер. — Этот подонок может и не расколоться.

— Я поговорю с Хомером Хеа, — мрачным тоном произнес Террелл, протягивая руку к телефону.

Вал шагала по Мейн-стрит, поглощенная своими мыслями. Она услышала за спиной чьи-то торопливые шаги… тук-тук, стучали каблучки. Вал обернулась. Сзади шла девушка; когда Вал посмотрела на нее, незнакомка приветливо улыбнулась.

— О, миссис Барнетт…

Вал остановилась.

На бедно одетой девушке была простая тенниска, юбка с жирным пятном и сносившиеся туфли. Она была неаккуратно покрашенной блондинкой лет двадцати трех, невзрачной, с плохим цветом лица.

— О, миссис Барнетт, вы не знаете меня, но я, разумеется, знаю вас, — сказала девушка. — Я Мэри Шеррек. Вы никогда обо мне не слышали. Я из «Майами Сан». Это не очень известная газета, но я так надеюсь…

Она, замолчав, беспомощно, с завистью посмотрела на нарядное платье Вал, которая всегда тщательно следила за своей внешностью.

— Наверно, вы не захотите говорить со мной, но мне необходимо… я должна поговорить с вами.

— Хорошо, — сказала Вал. — О чем?

— Вы правда позволите мне побеседовать с вами? Это замечательно! Вы дадите мне интервью? Я-а, ну, я…

Она замолчала и смущенно поглядела на ждущую Вал. Наконец девушка произнесла:

— О вашем муже… он исчез, да? Не могли бы вы рассказать мне что-нибудь о нем? Знаете, мое положение в газете очень шаткое, я боюсь, что меня могут уволить. Но если бы я принесла в редакцию интервью, данное вами… тогда… вы понимаете?

Вал едва слышала, что бормочет девушка. Ее мозг напряженно работал. Она внезапно придумала, как можно попытаться раскрыть тайну убийства Сью Парнелл. Идея, осенившая ее, заставила сердце Вал энергично гнать кровь по жилам.

— Давайте зайдем куда-нибудь в кафе, — предложила Вал.

Они пересекли улицу и зашли в почти пустое кафе. Вал заказала два кофе. Мэри Шеррек сидела, вцепившись обеими руками в потрепанную сумочку и глядя на Вал широко раскрытыми, полными надежды глазами.

— Вы правда дадите мне интервью, миссис Барнетт? — сказала она. — Вы меня этим просто спасете. Они готовы в любой миг выбросить меня на улицу. Если я…

— Вы давно работаете в этой газете? — спросила Вал.

Мэри Шеррек, похоже, удивилась.

— Около шести месяцев. Я закончила колледж. Заочное отделение. Но у меня нет таланта. Я просто…

— У вас есть журналистское удостоверение?

— О да. Без него я бы никуда не попала, но все равно оно мне не очень помогает. По нему меня всюду пускают.

— Могу я взглянуть на него?

— Конечно.

Девушка вытащила удостоверение из сумочки и протянула его Вал. Миссис Барнетт внимательно изучила карточку. Там было написано, что Мэри Шеррек — сотрудница «Майами Сан» и что редакция просит всех оказывать ей содействие в работе. На удостоверении, подписанном начальником полиции Терреллом, была скверная фотография Мэри.

Вал положила карточку на стол.

— Вы хотите вернуться домой, Мэри?

Глаза девушки округлились.

— Я не могу вернуться домой. Мои родные живут в Нью-Йорке. У меня нет денег на билет. Нет, я не могу вернуться домой.

— Если бы они у вас появились, вы бы уехали?

— О да. Мне здесь плохо. Да, уехала бы, но, миссис Барнетт, это я должна задавать вам вопросы. Я не хочу обременять вас моими проблемами.

— Мне нужно ваше удостоверение, — тихо сказала Вал. — Я заплачу за него двести долларов. Этих денег вам хватит, чтобы добраться до дома. Вы продадите мне его?

Девушка посмотрела на Вал как на сумасшедшую.

— Зачем вам мое удостоверение? Я не понимаю.

Вал раскрыла сумочку и вытащила из нее две стодолларовые купюры.

— Это неважно, зачем оно мне. Нужно, и все… Вот деньги. Я могу его взять?

Мэри Шеррек уставилась на ассигнации. Сделала глубокий вдох.

— Вы меня не разыгрываете?

— Вот деньги, — сказала Вал, сдерживая нетерпение.

Она придвинула бумажки к Мэри и взяла карточку. Убрала ее в сумочку.

— Теперь поезжайте домой. Это моя минутная причуда. Я люблю помогать людям. Желаю удачи…

Она поднялась из-за стола. Девушка не отрывала взгляда от двух сотенных, лежавших на столе. Затем Вал быстро покинула кафе.

Подняв руку, она остановила такси. Сев в машину, Вал посмотрела назад. Девушка выходила из кафе, вид у нее был растерянный, но счастливый.

Вал сообщила водителю адрес своей гостиницы. Когда машина тронулась, она вынула из сумочки удостоверение и рассмотрела его. Прибыв в отель, она взяла лишнюю фотографию для паспорта и приклеила ее на карточку представителя прессы. Облеченная журналистскими полномочиями, она получила шанс узнать кое-что об убийстве Сью Парнелл.

Хомер Хеа вошел в кабинет Террелла, как ангел мщения. Он ответил на суровый взгляд Террелла еще более суровым взглядом.

— Где мой зять? — спросил он, остановившись перед столом Террелла. — Если вы дотронулись до него хоть пальцем, я немедленно иду к своему адвокату. Где он?

Террелл хлопнул ладонью по портфелю, лежащему на столе.

— Кто дал вам эти деньги? — спросил он голосом полицейского.

— Я не отвечу на ваш вопрос, пока вы не ответите на мой! — прогремел Хеа. — Не думайте, что вам удастся запугать меня! Я знаю мои права! Где Керш?

— Он сейчас придет, — сказал Террелл. — Откуда у вас эти деньги?

— Это мое дело. — Хеа опустился на стул. — Я хочу немедленно увидеть его! Пока вы не приведете его сюда, я ничего не скажу.

Террелл кивнул Биглеру, и сержант вышел из кабинета. Террелл и Хеа уставились друг на друга.

— Я не думал, что вы окажетесь таким глупцом, — сказал начальник полиции. — Вы занимаетесь сыском более тридцати лет и преуспеваете в этом. Вы не всегда были абсолютно честны, но все же не выходили за рамки закона. Шантаж — грязное дело, Хеа. Я был уверен, что у вас хватит ума устоять против такого соблазна.

Хеа с ненавистью посмотрел на Террелла.

— Я понятия не имею, о чем вы говорите, — сказал он. — Будьте осторожны! Шантаж! Вам повезло, что тут нет свидетелей.

Открылась дверь, и Биглер втолкнул Керша в кабинет. У вспотевшего, дрожащего Сэма под глазом был фонарь.

Террелл удивленно посмотрел на него.

— Что с ним случилось? Откуда у него этот фингал?

Биглер печально покачал головой.

— Он такой неловкий от природы. Споткнулся и слетел с лестницы. Но сейчас ему уже лучше, правда, сыщик?

Керш отпрянул в сторону от Биглера. Он поднес руку к глазу и застонал.

— Посади его, — сказал Террелл. — Похоже, он нуждается в отдыхе.

Биглер ударил стулом под коленки Керша, и тот упал на сиденье.

— Как ты, Сэмми? — спросил Хеа, глядя на зятя.

— А вы не видите? — отозвался Керш, прикладывая платок к глазу.

— Хеа! — взревел Террелл. — Где вы взяли эти деньги?

Хеа откинулся на спинку стула, и тот заскрипел.

— Это аванс. Важный клиент. Не ваше дело.

— Я, кажется, знаю, кто этот клиент, — заявил Террелл. — Аванс, говорите? Двадцать тысяч долларов? Ну-ка, расскажите подробнее.

Хеа невозмутимо улыбнулся.

— Спросите у моего клиента, — сказал он. — Мне оплатили услуги, которые я оказываю. Это не касается полиции… личное дело. Если вы знаете, кто мой клиент, спросите у него.

Хеа поднялся со стула и взял портфель со стола.

— Да, кое-что еще, шеф. Если вам известно, кто мой клиент, вы должны понимать, что вам следует избегать необдуманных шагов. Мой клиент пользуется в этом городе большим влиянием. Один ошибочный ход, и вы окажетесь уволенным. Пойдем, Сэмми. Они не имеют права задерживать нас.

— Одну минуту, — сказал Террелл; его лежащие на столе руки сжались в кулаки. — Вам недолго гулять на свободе, Хеа. Теперь я займусь вами всерьез.

Хеа моргнул.

— Попробуйте. У вас ничего не получится. Я чист перед законом.

— И еще, — сказал Террелл. — У меня есть номера этих купюр. Потратите хоть одну из них — наживете себе неприятности.

— Вы полагаете? Поговорите с моим клиентом, — сказал Хеа и заковылял из кабинета; следом за ним шагал Керш.

Террелл и Биглер переглянулись.

— Да, я разыграл эту карту не слишком ловко, — нахмурившись, сказал Террелл. — Я думал, он расколется.

— Хеа? Расколется? — Биглер фыркнул. — Что делаем дальше?

Террелл протянул руку к телефону.

— Соедините меня с отелем «Спэниш Бэй». Я хочу поговорить с миссис Вал Барнетт, — сказал он телефонистке полицейского управления.

Через несколько минут телефонистка доложила Терреллу, что миссис Барнетт нет в гостинице.

Опустив трубку. Террелл пожал плечами.

— Поручаю это тебе, Джо, — сказал он. — Я хочу поговорить с ней, как только она вернется в отель, но действовать надо осторожно, не поднимая лишнего шума.

— И чем мог испугать Хеа такую женщину? — нахмурившись, сказал Биглер. — Двадцать тысяч! Что позволило ему сорвать такой куш?

— Именно это я и хочу выяснить, — сказал Террелл.

Он посмотрел на бумаги, лежащие на столе.

— Похоже, мы не слишком продвинулись вперед в деле об убийстве Сью Парнелл. Что ты собираешься предпринять, Джо?

Расстроенный Биглер начал говорить, но тут зазвонил телефон.

Террелл услышал в трубке взволнованный голос. Вскоре лицо его окаменело.

— Мы сейчас приедем, — сказал он. — Ничего не трогайте.

Начальник полиции опустил трубку.

— В подвале клуба обнаружен труп Спайка Колдера. Он уже пролежал там некоторое время.

Биглер ахнул.

— Что случилось с этим городом? О’кей, я готов.

— Возможно, это снова работа Линкольна, — сказал Террелл. — Он знал Колдера. Спайка зарезали ножом. Возможно, Джеко и Линкольн прятались у него в клубе.

Биглер кивнул и вышел из кабинета.

Джоан Парнелл развалилась в большом истертом кресле; на коленях у нее лежала черная кошка. В руке женщина держала бокал разбавленного водой джина. Она уставилась неподвижными глазами на Вал, которая сидела на краешке стула с новым блокнотом и авторучкой.

Собираясь нанести визит Джоан Парнелл, Вал надела простенькое серое платье, сняла чулки и стерла лак с ногтей. Немного разлохматила свои всегда идеально уложенные волосы. Но даже теперь она не очень походила на репортера из «Майами Сан».

Вал испытала облегчение, поняв, что Джоан Парнелл сильно пьяна и все предосторожности излишни. Внешний вид этой красивой бледной женщины с застывшими глазами, сжимавшей нетвердой рукой бокал, встревожил Вал.

— «Майами Сан», — прохрипела Джоан. — Это бульварный листок. Что вам угодно?

— Меня интересует убийство вашей сестры, — медленно и спокойно сообщила Вал. — Мой редактор считает, что полиция проявляет беспомощность. Он следит за этим делом. Похоже, полиция зашла в тупик. Мой шеф считает, что если вы предоставите нам некоторую информацию, мы сможем привлечь внимание общественности к этому происшествию и заставить полицию действовать активнее.

— Неужели вы полагаете, что я нуждаюсь в помощи такой жалкой газетенки, как «Майами Сан»? — произнесла Джоан. — Вот что я вам скажу: я знала, что полицейские палец о палец не ударят. И вот почему: моя сестра была шлюхой. Полиции плевать на шлюху. Я расскажу вам, что я сделала. Я обратилась в лучшее сыскное агентство, какое есть в этом вонючем городке, и заплатила им большие деньги, чтобы они нашли убийцу моей сестры. Так и передайте вашему редактору!

— Вы имеете в виду сыскное агентство Хеа?

— Какое же еще? Я же сказала — лучшее. И когда они отыщут убийцу, у Террелла будет жалкий вид.

Мозг Вал напряженно работал. Ей стало ясно, что Хеа водил женщину за нос, чтобы иметь возможность заняться вымогательством. Он обнаружил нечто такое, о чем не знала полиция; вместо того, чтобы проинформировать о находке Джоан Парнелл, он решил подзаработать шантажом.

— Агентство вам уже что-то сообщило? — спросила Вал.

— Пока нет. Прошло мало времени. Еще сообщат… у них хорошая репутация.

— Понимаю.

Вал делала вид, будто что-то записывает в свой блокнот.

— Но, может быть, вы сами кого-то подозреваете, мисс Парнелл? Это, конечно, не для печати.

— Есть тут один подонок, который мог это сделать, — сказала Джоан, прогнав кошку с коленей и выпрямив спину. — Это Ли Харди. Он бросил мою сестру и связался с Джиной Ланг, которая напоминает мне китайского мопса. Скажу вам следующее: Сью не осталась бы в долгу у мужчины, который ее бросил. Готова поспорить, она отплатила этому негодяю, и он убил ее. Я говорила об этом Терреллу, но он не принял мои слова всерьез. Побеседуйте с Харди. Можете передать ему: я убеждена, что это дело его рук! А теперь убирайтесь отсюда!

— Где можно найти Харди? — спросила Вал, записывая его имя и фамилию в блокнот.

— В телефонной книге, — нетерпеливо сказала Джоан и неуверенно поднялась на ноги. — Передайте вашему репортеру: я узнаю, кто убил мою сестру! И без помощи его жалкой газетенки.

Когда Вал садилась в ждавшее ее такси и просила водителя подъехать к ближайшей аптеке, Ли Харди сидел в своем кабинете и считал деньги, которые он достал для Мо и Джеко. Раздобыть наличные на такую сумму оказалось для него делом непростым. У Харди был перерасход по банковскому счету, и управляющий отказал ему в дальнейшем кредите. Харди пришлось обойти нескольких знакомых букмекеров и попросить у них в долг. Наконец он собрал пять тысяч долларов.

Харди сложил деньги в портфель и, сказав секретарше, что появится в офисе только завтра утром, покинул контору. В начале первого он добрался до своей квартиры. Он волновался за Джину, оставшуюся наедине с двумя головорезами. Харди знал, что они будут представлять для него опасность даже после того, как он передаст им деньги. Он взял у друга револьвер калибра 0,45. Сейчас оружие лежало у Харди в заднем кармане. Оно придавало Харди уверенность.

Если Джеко и Мо удастся покинуть город, они трое могут избежать суда и тюрьмы, подумал Харди, расплачиваясь с таксистом. Но шансы на успех были малы. Все полицейские уже оповещены. Не узнать Джеко трудно.

Харди понимал, что он здорово влип. Если легавые схватят этих двух парней, они запоют. Они выдадут его в тот же момент, когда на их руках защелкнутся наручники. Чтобы вырваться из этой западни, ему придется заткнуть рот им обоим. Поднимаясь на лифте в пентхаус, он решил связаться с полицией сразу после ухода Джеко и Мо из его квартиры. Он поручит это Джине. Он убьет их, прежде чем они окажутся на улице. Затем он два-три раза выстрелит из револьвера Джеко в свою дверь; полиция поверит в то, что они напали на него и пытались убить. Террелл не сможет опровергнуть его слова. Звонок Джины в полицию подтвердит его заявление.

Кабина лифта остановилась на последнем этаже. Двери раскрылись. Шагнув в широкий коридор, он увидел высокую, стройную девушку, вошедшую в открытую Джиной дверь пентхауса.

Харди быстро пересек коридор; Джина заметила его. Он успел услышать, как стройная девушка сказала:

— Я Мэри Шеррек из «Майами Сан». Я могу видеть мистера Харди?

Лицо у Джины было напряженным.

— Он стоит у вас за спиной, — сказала она. — Я уверена, он охотно побеседует с вами.

Девушка обернулась. Ее красота поразила Харди, но, заметив выражение ее глаз, он смутился. Пристальный взгляд девушки встревожил его.

Он располагающе улыбнулся, шагнул в квартиру и закрыл дверь. Джина прошла в гостиную.

— «Майами Сан»? — излишне приветливо произнес Харди. — Как же, знаю. Я каждый день читаю эту газету. Чем могу вам помочь? Проходите же.

Он зашел в гостиную и вопросительно посмотрел на Джину. Она еле заметным кивком головы указала на спальню Харди, где находились Джеко и Мо. Харди успел заметить, что дверь спальни была приоткрыта.

Вал обвела взглядом гостиную. Ее испугала напряженная атмосфера. Вал почувствовала, что девушка в кимоно и крупный красивый мужчина почему-то нервничают.

— Садитесь, садитесь, — Харди указал на кресло. — Я вас слушаю, мисс… простите, не разобрал вашу фамилию.

— Шеррек, — сказала Вал, присаживаясь и сжимая в руке блокнот.

Она попыталась заставить свое сердце биться не так сильно.

— Мисс Шеррек, я очень занят. Что вам угодно? — сказал Харди. Он положил портфель с пятью тысячами долларов на диван. — Хотите выпить?

— Нет, спасибо.

— Налей мне, Мопсик, — попросил Харди. — Меня измучила жажда, от которой и верблюд бы сдох. Так в чем дело? — спросил он Вал, когда Джина отправилась к бару.

Вал не знала, как вести себя в этой ситуации. Она ощущала какую-то опасность. Эти двое хотели скрыть от нее что-то происходившее в пентхаусе. Она заметила, как Джина кивнула головой в сторону двери. Вал поняла, что это был какой-то сигнал Харди.

— Я освещаю в нашей газете убийство мисс Парнелл, — объяснила она. — Кажется, вы были ее другом. Не могли бы вы рассказать мне о ней… о ее окружении? Не подозреваете ли вы кого-нибудь в совершении этого преступления?

Харди сел. Его лицо стало каменным, в глазах вспыхнула злость.

— Я не собираюсь говорить о ней, — сказал он. — Она мертва. Я понятия не имею, кто ее прикончил и почему.

Джина пересекла комнату, покачивая своими узкими бедрами; в руке она держала бокал с виски и льдом. Протянув его Харди, Джина произнесла язвительным тоном:

— Она была старым, старым огоньком, который давно угас… пустым местом… шлюхой.

Вал едва расслышала ее слова. Внимание миссис Барнетт приковал к себе массивный золотой браслет, висевший на тонком запястье Джины. На браслете болтались пять миниатюрных золотых слоников.