Когда поздно вечером они вернулись домой, Шарик с ходу сказал:
– Ой, бритостью пахнет.
– Какой такой бритостью? – удивился дядя Фёдор.
– Такой, – сказал Шарик. – Когда человек побреется, он потом одеколоном брызгается. Вот этим одеколоном и пахнет.
– Кто же это был у нас, что бритостью пахнет? Может быть, Печкин заходил? – предположил дядя Фёдор.
– Нет, – сказал Шарик, – когда Печкин приходит, наоборот, тогда небритостью пахнет. Это кто-то другой заходил, из городских.
Они вошли в дом. Огляделись. Всё у них в доме было не так. Судя по пыльным квадратам на полу, все вещи у них были передвинуты.
– У нас, кажется, обыск был, – сказал Матроскин.
– И моё фоторужьё пропало, – сказал Шарик.
Они стали искать, что ещё у них пропало, и фоторужьё нашли. Других пропаж не было.
А в доме профессора Сёмина сидела в кресле связанная бабушка с большой сарделькой во рту.
Профессор вынул сардельку, и что-то упало наземь. Это были вставные зубы бабушки.
Профессор Сёмин спросил:
– А чего это вы, бабушка, сардельку-то не перекусили?
Она сказала:
– Оттого и не перекусила. Эта сарделька невкусная. Эта сарделька «Черкизовская», а я «Микояновские» люблю.
Вернее, она собиралась так сказать, но зубы у неё выпали, и у неё получилось:
– Офтого и не перекуфила. Эфта фарделька нефкуфная. Это фарделька «Черкифофкая», а я «Микоянофкие» люблю.
Профессор Сёмин провёл опрос бабушки и узнал, что к ней пришли два очень вежливых человека в масках, связали её, вставили в рот «фардельку», всё осмотрели и ушли в огород.
В огороде вежливые пришельцы вырыли несколько ям.
– Зачем эти ямы? – удивился профессор.
– Не знаю, – ответила бабушка.
– А если подумать?
– Наверное, они хотели яблони посадить, – сказала бабушка.
– Какие яблони? – удивился профессор.
– Разные там груши.
– Зачем, для чего, с какой стати?
– Не знаю, – ответила бабушка. – Может быть, в подарок. Может быть, это такие запоздалые тимуровцы. Вон у нас красная звезда под крышей ещё с войны осталась.
Во время войны с немцами хорошие ребята «тимуровцы» рисовали на многих домах красные звёзды. Это означало, что дом находится под их защитой. И они всегда помогали тем людям, которые в этих домах живут.
– А зачем же вас, бабушка, к стулу привязывать?
– Чтобы я не подглядывала. Чтобы для меня сюрприз был.
Бабушка профессора Сёмина в больших годах была. Она не совсем в современном мире ориентировалась.