- Единственный способ - испробовать его на тебе. Оно действует лишь на разумные формы жизни.
Хэнк полез в сумку и открыл бутылку пива. Когда её содержимое уменьшилось на пол-литра, воинственное существо все ещё стояло на месте.
- Вы лжец! - объявило оно.
- Так может думать только исключительно неотесанная личность! - пристыдил Хэнк, вытирая волосатой рукой пену с верхней губы.
Чужак резко повернулся и зашагал к своему кораблю. Через несколько минут слепящий свет погас, и лужайка погрузилась в кромешную тьму, едва разрываемую пламенем костра.
- Что ж, - промолвил Хэнк, зевая и потягиваясь, - по-моему, на сегодня достаточно.
Он взял гитару и направился к кораблю. Ему показалось, что у пульта управления промелькнуло что-то маленькое, размером с мышь, отливающее металлом. Хэнк ухмыльнулся, лег на койку и тут же заснул.
Ночью его разбудил слабый шорох. Хэнк прислушался, желая удостовериться, затем удовлетворенно закрыл глаза.
Ранним солнечным утром он бодро поднялся, включил кофеварку, открыл все люки, впуская свежий воздух, и извлек автоматический пылесос. Тот деловито загудел, поднимая пыль со всех углов. Потягивая кофе, Хэнк подошел к столу, достал руководство по управлению "Атеперьнетужем" и потряс его. Из книги выпало несколько металлических мышек. Пылесос радостно встрепенулся и поспешил втянуть их в свою утробу.
Завтрак был почти готов, когда загудел экран, и на нем возникло изображение хозяина вражеского корабля.
- Я дал вам на размышление ночь, - отчеканил голос. - Даю ещё двенадцать запятая три семь пять девять ваших минут. Если к концу этого срока вы не сдадитесь, я вас уничтожу.
- Мог бы подождать, по крайней мере, пока я позавтракаю, - обиженно проворчал Хэнк и выключил экран.
Он начал насвистывать. Но свист получался вялый, и все сильнее тянуло посмотреть на часы. Вскоре Хэнк решил, что он, в сущности, не голоден, и сел за пульт управления. Когда после указанного срока прошло добрых пять минут, Хэнк облегченно вздохнул, разжал пальцы, впившиеся в подлокотники кресла, и, наконец, с аппетитом поел.
Затем снял с полки несколько книг, настроил кофеварку так, чтобы она включалась при открывании люка, положил на неё сверху книги, нагрузил сумку пивом и пошел к гамаку.
Получасом позже Хэнк снова был в отличном настроении. Гамак нежно покачивался в тени, гитара была настроена, а местные ценители вокала уже собрались в кружок. Он пел несколько часов, с удовольствием сплетая свой голос с божественной колоратурой маленького кролика. Потом Хэнк плотно перекусил и только собрался вздремнуть, как появился чужак со своим черным ящиком.
- Давайте поговорим, - предложил он.
- Валяй, - согласился Хэнк.
- Я буду искренен.
- Прекрасно.
- И ожидаю того же от вас.
- Еще бы, само собой!
- Мы оба, - начал чужак, - разумные существа, культурные и высокообразованные. Несмотря на внешнюю разницу, у нас много общего. Одно только изумительное совпадение, что мы приземлились на одной планете, в одном месте, в одно время...
- Не такое уж это и совпадение, - вставил Хэнк.
- Что вы хотите сказать?
- Это же очевидно. - Хэнк удобно откинулся в гамаке, обеими руками обхватив колено. - Представители наших народов, наверное, часто бывали рядом друг с другом. Но космос велик. Твой корабль мог запросто тысячу раз пролететь мимо моего, а мы бы этого и не заметили. Логично предположить, что наиболее вероятнее место встречи - планета, вызывающая наш интерес. Что касается одного места... Я включил автопилот на выбор оптимального участка. Должно быть, ты поступил так же?
- В мои функции не входит давать вам информацию, - гордо заявил чужак.
- Ну и не надо, - хмыкнул Хэнк. - Совершенно ясно, что твоя родная звезда не так далека от моей - по галактическим меркам. Вместо того, чтобы болтать о случайном совпадении, тебе следовало говорить о неизбежности. – Он прищурился. - И я уверен, что ты это отлично для себя уяснил.
Чужак заколебался.
- Я вижу, - наконец произнес он, - не имеет смысла пытаться обмануть вас.
- О, попробуй, если хочешь, - великодушно разрешил Хэнк.
- Нет, я буду искренен.
- Как угодно.
- Вы понимаете сложившуюся ситуацию так же полно и правильно, как и я.
Никто из нас не может быть уверен, что другой народ не опасен. Таким образом, обязанностью каждого из нас становится захват соперника. - Он скосил глаза на собеседника. - Я прав?
- Ты говори, говори, - буркнул Хэнк.
- В настоящий момент мы находимся в тупике. Мой корабль оснащен оружием, которое по всем законам науки способно вас уничтожить. Логически, вы в моей власти. Тем не менее, наперекор логике, вы это отрицаете.
- Угу, - промычал Хэнк.
- Вы полагаетесь на некое невидимое оружие, которое, по вашим словам, сильнее моего и, следовательно, отдает меня в ваши руки. Лично я считаю, что вы лжете. Но я не могу действовать на основании частного мнения, когда дело касается всего моего народа. Слишком велика ответственность.
- Естественно, - вставил Хэнк.
- И поэтому я сомневаюсь. Если вы так уверены в превосходстве вашего оружия, почему вы не взяли меня в плен?
- А зачем беспокоиться? - Хэнк отпустил колено и слез на землю. - Буду с тобой так же искренен: ты безвреден. Кроме того, я собираюсь здесь поселиться.
- Поселиться? То есть, вы желаете основать здесь колонию?
- Ага. Это мой мир.
- Ваш мир?
- У моего народа принято защищать свою собственность, если не хочешь, чтобы ею пользовался кто-нибудь еще, - надменно произнес Хэнк.
На этот раз молчание затянулось надолго.
- Теперь я знаю, что вы лжец, - сказал чужак.
- Как угодно, - равнодушно отозвался Хэнк.
- Вы не оставляете мне выбора... Вот мое предложение: я дам вам доказательство, что я уничтожил свое оружие, а вы дадите мне доказательство уничтожения вашего.
- К сожалению, мое оружие уничтожить невозможно.
- Значит мы не можем вести переговоры на равных... Что ж... - Чужак повернулся к кораблю и начал разворачивать свой ящик. - Тогда я буду сражаться и постараюсь победить.
- Эй, постой! - забеспокоился Хэнк. - Куда же ты убегаешь?.. - Хэнк смерил соперника взглядом. Они были примерно одного роста, но землянин был фунтов на пятьдесят тяжелее. - Мы можем уладить все лично, без всяких там ужасных баталий... Вот тебе спортивное предложение: ты да я, и никого больше.
- Я не дикарь, - гордо произнес чужак. - И не идиот.
- Может быть, на палках? - с надеждой спросил Хэнк.
- Нет.
- На ножах?
- Безусловно нет!
- Ну, хорошо, - сказал Хэнк, пожимая плечами, - иди, ты сам вырыл себе могилу.
Существо задумалось.
- Позвольте мне сделать другое предложение. Все ваши планы дают преимущество вам. Давайте поступим иначе - поменяемся кораблями.
- Что?! - вскричал Хэнк.
- Вот видите? Вы сходу отметаете любые разумные предложения.
- Да нет же! Но обмен кораблями... С таким же успехом я могу сдаться
прямо сейчас.
- Кто знает, - возразил чужак. - Вдруг вы научитесь управлять моим
оружием прежде, чем я научусь управлять вашим.
- Ты никогда не научишься управлять моим оружием, - фыркнул Хэнк.
- Я все же попытаюсь.
- Это невозможно!
- Очень хорошо. Мне остается единственный выход - погибнуть в бою.
- Стой. Стой! - вскричал Хэнк. - Ладно, я согласен. Только позволь мне на минуту вернуться на корабль и уложить кое-какие личные...
- Нет. Никто из нас не вернется на свой корабль, и ни у кого не будет возможности устроить ловушку или вывести из строя оружие. Мы меняемся немедленно.
- Послушай... - Хэнк шагнул вперед.
- Ни с места! - предупредил чужак. - Я могу включить свои орудия отсюда.
- Но люк моего корабля открыт, а твоего - нет.
Чужак прикоснулся к черному ящику, и в его корабле распахнулся люк.
- Я оставлю переводчика у входа, - сказал чужак. - Решено?
- Решено! - кивнул Хэнк и направился к чужому кораблю, поглядывая через плечо.
По мере того, как расстояние между ними увеличивалось, они стали ускорять шаги. Добежав до корабля, Хэнк обернулся и увидел, как чужак затаскивает черный ящик по трапу.
- Эй-эй! - заорал Хэнк. - Ты обещал...
Люк его собственного корабля захлопнулся и отрезал чужака от внешнего мира. Хэнк взглянул на часы. "Дам ему три минуты", - подумал он.
Когда секундная стрелка сделала два с половиной оборота, Хэнк направился обратно. Он достиг люка и нащупал пальцами потайную кнопку наружного открывания.
Из распахнувшегося люка вырвались клубы дыма, полилась вода. Из смеси воды и дыма появился перепачканный чужак, пробормотал что-то и свалился без чувств.
Хэнк ухватил несчастного за свитер и втащил в корабль. Почти на ощупь он отключил автоматическую пожарную систему; вода перестала прибывать. Отмахиваясь от дыма, подошел к столу и выключил кофеварку. Потом стал привязывать чужака к койке.
Когда чужак зашевелился, они были уже в нуль-пространстве, в первом прыжке трехдневного полета на Землю. Хэнк оторвался от ремонта кофеварки и подкатил к койке черный ящик. Чужак дотянулся до него и включил.
- Что я сделал неправильно?
Хэнк кивнул в сторону стола.
- Кофеварка устроена так, что включается при закрывании люка - небольшое усовершенствование, которое я придумал год назад. Только перед тем, как уйти, я выпил последнюю чашку.
- Но вода? Дым?
- Автоматическая пожарная система, - объяснил Хэнк. - Она реагирует на повышение температуры. Когда кофеварка раскололась, обнажился нагревательный элемент.
- Дым?
- Кое-какой горючий материал, который я положил сверху. Видишь ли, - сказал Хэнк, заканчивая ремонт, - я рассчитывал, что книги упадут на нагреватель. Так и случилось. - Он любовно погладил кофеварку и встал. - Боюсь, что денька три тебе придется поголодать. Но как только мы попадем на Землю, там синтезируют любую пищу.
Хэнк ободряюще улыбнулся.
- Не стоит так расстраиваться, - добавил он. - Мы, люди, не такие уж плохие, как кажется с первого взгляда.
Чужак закрыл глаза. Что-то вроде вздоха поражения донеслось из черного ящика.
- Итак, никакого оружия у вас нет, - произнес он.
- То есть как это нет?! - возмутился Хэнк, опускаясь в кресло за пультом управления. - Разумеется, есть!
- Где же оно? - закричал чужак, широко раскрыв глаза. - Я посылал роботов. Они обыскали весь корабль!
- Ты ведь мой пленник? - спросил Хэнк.
- Естественно, но что из того? Я только прошу посмотреть на ваше оружие. Я не мог найти его: однако вы говорите, что оно у вас есть. Покажите мне! Я его не вижу!
Хэнк с грустью покачал головой.
- Братец, если ты так ничего и не понял, тогда мне искренне жаль тебя и твой народ. Вот все, что я могу сказать.