К шале пришлось пробираться по сугробам, и Эми с Дэном были счастливы, что не забыли натянуть зимние ботинки еще в Америке. Но идти им пришлось недолго. Дом стоял на заснеженной поляне среди вековых, присыпанных снегом, елей. Сбросив с ботинок снег и постучав ими о деревянные ступеньки, они вошли внутрь.

Дом дышал тишиной и прохладой.

— Не успел прогреться к нашему приезду. Здесь слишком долго никто не жил, — сказал Фиске.

Камин занимал почти всю стену. Вся мебель была старая и очень уютная. Вид из окна просто завораживал: внизу в долине пестрели дома и крыши Цермата, вокруг — горы, горы, горы.

— Спасибо, фрау Вайзер! — восторженно закричал Дэн, вбежав на кухню. — Она оставила нам шоколадки!

Фиске с Эми грелись у камина. Вскоре, уплетая шоколад, к ним присоединился и Дэн. Они смотрели на почерневшие кирпичи так, словно хотели выведать их тайну.

— Дни рождения, — прошептала Эми. — День рождения Грейс, твой день рождения. — Она села на корточки. — Если жарить в камине картошку, то будешь стоять как раз здесь. Смотрите! — вскрикнула она. — Здесь на кирпиче царапина. Она похожа на букву «М»!

— Мадригалы! — прошептал Фиске.

— Значит, дни рождения, — начал Дэн.

— Точно! — воскликнула Эми. — Грейс говорит: «Вверх, вниз». Значит, надо взять числа ваших дней рождений и по ним отсчитывать кирпичи. Грейс родилась двадцать четвертого декабря, то есть месяц двенадцатый, день двадцать четвертый. Отсчитаем двенадцать кирпичей вверх, а потом двадцать четыре вниз. Год, я думаю, не надо, иначе мы вылезем в трубу, правильно? — и она отсчитала двенадцать кирпичей вверх.

— Так, а теперь пойдем вниз, и потом к твоему дню рождения, дядюшка, девятого августа, и оттуда восемь кирпичей наверх, и потом девять вниз…

Готово.

— Плотно сидит, — сказала она, постучав по камню. — У нас есть какие-нибудь инструменты?

Дэн взял со стола ключ, сел рядом на корточки и поковырял в шве.

— Не получается. Нужно что-то острое, чтобы зацепить получше, — сказал он.

— Здесь что-то не так, — покачал головой Фиске. — Если мы все правильно рассчитали, то кирпич должен сам выйти из стены.

— Если мы только ничего не перепутали, — сказал Дэн.

— Подождите, — сказала Эми. — В письме Грейс говорит про ваши дни рождения где-то в Европе, правильно? Где именно?

— Она там говорит «Наши дни рождения в Европе», — вспомнил Дэн.

— Ага. А в Европе дни рождения пишутся в другом порядке, — сказала Эми. — Сначала идет день, а потом месяц. А в Штатах мы, наоборот, сначала пишем месяц, а потом день. Значит…

— Значит, сначала надо отсчитать день, а потом месяц, — закончил за нее Фиске.

На этот раз Эми отсчитала от буквы «М» двадцать четыре кирпича вверх и двенадцать вниз, потом девять вверх и восемь вниз.

Она толкнула кирпич.

— Он двигается!

— Держи. — Дэн передал ключ Эми.

Она слегка поддела им кирпич.

— Сейчас, — прошептала она и аккуратно вытащила кирпич из кладки.

Потом она, затаив дыхание, просунула в отверстие руку и вытащила небольшой шелковый мешочек, завязанный на тесемку.

Эми потянула узел, аккуратно перевернула мешочек, подставив под него ладошку.

Вот он! Потускневший, потертый, очень старый. С древними, едва заметными знаками и символами. Эми поднесла его поближе к свету.

— Что-то не очень внушительно, — сказала она, скептически глядя на перстень.

Надела на средний палец, но он оказался слишком велик. Надела на большой.

— Невероятно, но мы его действительно нашли, — не веря своим глазам, сказал Дэн. — Спасибо, Грейс!

Эми задумчиво крутила перстень на большом пальце. Грейс решила, что перстень теперь будет храниться у нее, а это значит, что отныне она должна всеми правдами и неправдами защищать его, хотя пока еще слишком много загадок вокруг. Что же такого особенного в этом перстне, и что с ним делать дальше. Как надо его защищать? Может быть, отнести его в банковскую ячейку? Только в другой банк, конечно. Или просто перепрятать? Но где? Он так долго лежал в этой кирпичной кладке, так что может быть, лучше положить его на место?

Вдруг она краем глаза заметила, как из-под двери кладовой по полу растекается маленькая лужица. Маленькая темно-красная лужица.

— Дядя Фиске? — цепенея от страха, прошептала она. — Там…

Фиске повернулся.

— Быстро идите на кухню. И не выходите пока оттуда, — дрожащим голосом сказал он.

Но они оцепенели от страха и не смели двинуться с места. Фиске медленно подошел к кладовке и открыл дверь.

Эми вскрикнула. Из дверей выпала женщина. С ее головы на пол стекала кровь.

Забыв об осторожности, Эми бросилась на помощь, но тяжелые шаги из другой комнаты остановили ее. Она словно в тумане посмотрела назад.

Вниз со второго этажа спускался по лестнице Каспер Вайоминг.

Фиске первым пришел в себя. Он бросился вперед и встал между ним и Эми с Дэном.

— Бегите! — закричал он.

Дэн словно врос в землю, и не мог пошевелиться. Понимал, что надо выполнять дядюшкин приказ, но тело его не слушалось.

Фиске ногой толкнул Каспера в грудь, затем выбросил в апперкоте руку, нанося удар в челюсть. Но Каспер увернулся. На глазах у перепуганных Эми и Дэна он, точно щенка, поднял Фиске над головой и швырнул об стену. Это произошло так быстро, что дети не сразу поняли — Дэн словно издалека услышал, как Фиске с громким стуком упал, а Эми, что есть сил, закричала «Нет!!!». Нога Фиске неестественно подогнулась, а лицо скривилось в судорожной боли.

Но Касперу нужна была Эми, и он, оставив дядюшку лежать на полу, двинулся прямо к ней. Она, точно завороженная, не двигалась с места и лишь беспомощно смотрела на приближающегося Каспера.

Очнувшись от страха, Дэн потащил ее за собой на улицу. Фиске ползком рванулся вперед и вцепился Касперу в ногу. Тот попытался отшвырнуть его, но дядюшка якорем повис и не давал сделать ему ни шагу.

— Бегите, — простонал он.

Этой секунды было достаточно. Они выскочили через заднее крыльцо и сразу оказались на склоне. «Лыжня ведет прямо к станции», — вспомнили они слова Фиске и что есть духу понеслись вниз, стараясь не упасть на скользком раскатанном склоне. Они услышали, как наверху хлопнула дверь, и Каспер бросился догонять их.

— Эй, ребятня! — закричал он. — Бросьте! Вы мне не нужны, отдайте только перстень, и я вас не трону!

— Он, что, нас за идиотов принимает? — на бегу пробормотала Эми.

Она взяла Дэна за руку и побежала наперерез лыжне. Дэн моментально понял ее маневр. Каспер не знает, как пройти к остановке фуникулера.

— Куда же… — завертела головой Эми.

Но Дэн мгновенно сориентировался — вот Фиске показывает рукой на гору, они видят канатную дорогу, высокие столбы, канатную станцию. Там должны быть люди.

— За мной!

Он побежал вперед, огибая на ходу заснеженные ели. День подходил к концу. Среди толпы лыжников, спешащих еще раз успеть скатиться перед закрытием, будет легко затеряться так, что Каспер еще побегает и поищет. В этой же толпе они спустятся вниз. Не лучший план, конечно, но что делать, если он пока единственный?

Фуникулер близко, Каспер, спотыкаясь и поминутно падая в снег, понемногу отставал — легкие ботинки на тонкой кожаной подошве не позволяли бежать быстро.

— Чувак явно не любитель турпоходов, — бросил на ходу Дэн.

Он знал, что у него вот-вот разыграется астма. Бронхи его суживались, и дышать становилось с каждым шагом все трудней. Но Эми ни в коем случае не должна это знать! Просто надо сделать последний рывок. А потом он найдет свой ингалятор. Вон, станция уже рядом. И фуникулер как раз подъезжает. Успеют.

Они вбежали в павильон и смешались с толпой, встав в очередь между турникетами. Все лыжники подносили к турникетам электронные пропуска или поворачивались к воротам боком или плечом, где у них были приколоты «скипассы».

Эми с Дэном, не говоря ни слова, переглянулись. Времени у них не было. Они увидели промокшего насквозь Каспера, который бежал, скользя по раскатанному снегу, к станции.

Не сговариваясь, они вместе перемахнули через турникет и втиснулись в кабинку.

— А платить кто будет?! — закричал на них кондуктор, когда они влетели в закрывающиеся двери кабины, видя краем глаза, как Каспер злобно врезал кулаком по бетонному столбу.

Эми изобразила на лице самое глубокое раскаяние, на которое она только была способна.

— «Скипассы» остались у наших родителей, понимаете? Мы случайно разошлись с ними, а у нас с собой ни цента! Они ждут нас наверху и сразу заплатят!

Пока она говорила, Дэн вытащил из кармана ингалятор и сделал глубокий вдох, чувствуя, как мгновенно расслабляются легкие, и глубоко вздохнул. Он старался сделать честные глаза и одновременно выглядеть немного больным.

— Ну ладно, ладно, — добродушно проворчал кондуктор. — Наверху найдете их и заплатите за проезд.

Они влезли в середину кабины, чтобы раствориться среди лыжников, не желающих пропустить последнее катание.

— Эми? — сказал Дэн. — Ты видела? Тот чувак чуть не разбил бетонный столб.

— Я только надеюсь, что с Фиске все в порядке.

— Смотри, там Каспер! — сказал Дэн.

Каспер, действительно, стоял на склоне прямо под канатной дорогой и говорил по мобильному телефону.

— Лузер! — прошептал Дэн.

— А вдруг он вызовет группу поддержки? — сказала Эми. — Весперы уже давно знают про наше шале. Ты же заметил, что за нами никто не следил от Цюриха.

— Ладно, давай спокойно повисим в этой кабине и решим, что делать дальше, — сказал Дэн. — Ведь теперь-то ему нас не догнать, правильно?

Кабина плавно скользила по воздуху, поднимаясь все выше к вершине. Вскоре они парили на высоте в несколько сот футов от земли. Вокруг на разных языках мира весело переговаривались лыжники, разглядывая окрестности.

— Я даже не представляла, что это так высоко, — сказала Эми и решительно закрыла глаза.

Дэн восторженно смотрел на головокружительный вид. Они миновали лес, и взгляду открылся широкий склон. Лыжники, похожие на маленьких букашек, зигзагом спускались с горы.

Внутри кабины было хорошо и тепло, но чувствовалось, что снаружи гуляет холодный ветер. Все-таки хорошо, что они надели зимние куртки.

— Мы с тобой ушли, оставили Фиске и истекающую кровью женщину одних, — вдруг проговорила Эми. — Как ты думаешь, они смогут позвать на помощь? Или женщина уже мертва?

— Да нет, конечно, я уверен, все будет в порядке, — ответил Дэн.

Хотя, если честно, Дэн ни в чем не был уверен.

Дыхание его выровнялось, но пришлось тайком от Эми еще раз подышать в ингалятор. Слегка отпустило, но сознание все равно затуманивалось.

А ведь это даже весело — бегать наперегонки с врагом.

Но все-таки, кто такие Весперы?

Плохо, что он знает о них так мало — это пугает и тревожит больше всего. Этот Каспер чуть не раздавил бедного дядю Фиске, будто он какой-то слабак, будто насекомое, случайно попавшее под ботинок.

Нет, он совершенно не готов к новым приключениям. Не хочет больше участвовать ни в каких охотах и побегах.

Но как он скажет об этом Эми? Она и так всего боится.

Эми прижалась лбом к стеклу.

— Смотри, вертолет! — сказала она, глядя вдаль.

В небе летел вертолет, отбрасывая на лыжню маленькую голубоватую тень.

Он приближался, и скоро стали видны лопасти его винта, пилот и человек на пассажирском сиденье.

— Смотри, они, кажется, дерутся! — сказала Эми.

— Почему он так близко? — взвизгнула какая-то женщина в фуникулере. — Это же опасно!

Кто-то закричал на французском. Кондуктор удивленно вскинул брови и быстро заговорил по рации.

Вдруг пассажир в вертолете резко выпрямился и пересел на кресло пилота. Пилот замахал руками и что-то закричал.

— У него оружие! — закричали в кабине.

Пассажир явно пытался избавиться от пилота и выкинуть его за борт. Вертолет бешено запрыгал в воздухе.

— Вызовите полицию! — закричал мужчина с американским акцентом.

— Он убьет его! — закричала жена американца.

Лицо пилота бледнело на глазах. Казалось, он был на последнем издыхании и безвольно следил за захватчиком. Тот наотмашь ударил его рукоятью пистолета. Пилот повис на спинке кресла, пассажир подтолкнул его к двери. Какой-то человек рядом с Дэном закричал на немецком и застучал по стеклу.

Теперь кричали все, видя, как тело пилота свесилось через борт кабины. Пилот из последних сил держался за дверцу, но захватчик толкнул его ногой, и пилот полетел вниз.

В кабине повис стон и крик. Кто-то громко зарыдал. Все кричали на разных языках. Кто-то просил помощи.

— Я вызвал полицию! — закричал кондуктор и повторил еще раз на итальянском и немецком языках.

Эми повернулась к окну.

— Это еще не все, — прошептала она.

Террорист сел за штурвал. Он направил вертолет прямо на фуникулер. Все разом отпрянули к противоположной стене. Кабина резко завалилась на бок. Пассажиры громко закричали.

— Всем оставаться на местах! — громко приказал кондуктор. — Не расшатывайте кабину! Полиция уже вылетела!

Дэн смотрел в окно. До вершины далеко. Они на полдороге зависли на высоте в несколько сот футов от земли. Вертолет так близко, что видно лицо преступника. Дэн не верил своим глазам. За штурвалом сидел помощник президента банка. Тот самый, в серебряных очках.

— Это Бруно! — шепнул он Эми. — Тот чувак из банка! Он тоже из Весперов!

— И, кажется, он задумал перерезать канатную дорогу, — побелевшими губами проговорила она.

Вертолет боком приближался к канатам, грозя перерезать их лезвиями винта. Дэн отчетливо видел глаза пилота, устремленные на провода.

— Он не посмеет, — прошептал Дэн.

Если этот парень решил напугать их, то это ему определенно удалось.

Пассажиры кричали и плакали. Кто-то стонал. Все, как один, отпрянули на другой конец кабины. Фуникулер зловеще накренился. Дэн обнял Эми и прижал ее к себе. Он не мог оторвать глаз от вертолета. На таком расстоянии хорошо различались даже штурвал и руки в черных перчатках.