Девочку звали Биргитта. Ей было десять лет.

— Теперь я твоя мама, — сказала она Пелле. — И ты должен вести себя хорошо и быть послушным, если хочешь остаться у нас.

— Мяу, — сказал Пелле.

— Тебе нужен бантик, чтобы все видели, что ты приличный котёнок, — заявила Биргитта. И она сделала прелестный бантик из розовой шёлковой ленты и повязала его Пелле.

Ему это не особенно понравилось, и когда он остался один, то попытался развязать бантик, но не смог. «Ну ладно, — подумал Пелле, — с этим маленьким неудобством можно примириться. А в остальном они, по-моему, вполне добрые люди».

Они и в самом деле были очень добры к Пелле. Его тут же угостили свежей салакой и налили в мисочку молока. Кроме этого, ему выдали корзинку с подушкой и клубочек ниток… В общем, нельзя сказать чтобы он скучал по своему деревенскому двору.

Биргитта попросила, чтобы Пелле жил в её комнате.

— Я слышала о чересчур резвых котятах — они иногда царапают детей во сне, — сказала мама Биргитты.

«Ничего глупее в жизни не слышал», — подумал Пелле.

И папа был, похоже, с ним согласен. Потому что он сказал:

— Ну, знаешь ли, мне кажется, что опасность преувеличена. Этот плутишка выглядит довольно мирно, и если уж он не стащил колбасу в машине, думаю, что и Биргитту не тронет. Я думаю, его корзинку вполне можно поставить у Биргитты. Ну что, Пелле, можно тебе доверять?

— Мяу, — сказал Пелле.

Пелле проснулся в пять часов утра. Он превосходно выспался, но на всякий случай потянулся и зевнул так, что в пасти у него запросто поместилось бы большое рождественское яблоко[1] — если бы, конечно, было Рождество и поблизости оказалось бы яблоко. Он начал тщательно умываться. Это было очень приятно. Особенно ему нравилось умывать мордочку. Он только недавно научился этому непростому делу, и с каждым разом у него получалось всё лучше и лучше.

Биргитта ещё спала. Собственно говоря, все ещё спали, но Пелле чувствовал себя бодрым и отдохнувшим, и у него не было никакого желания снова укладываться в корзинку. Он решил отправиться погулять и обследовать свой новый дом. Дверь в соседнюю комнату была приоткрыта — как раз настолько, чтобы просунуть туда мордочку.

Он прошёлся вокруг и тщательно обнюхал все углы. Ничего особенно интересного на полу не было, но вот на столе! На столе стояли какие-то совершенно необычные предметы, и он решил поглядеть на них поближе.

АЙ-ЯЙ-ЯЙ! Он нечаянно сшиб вазу. Вода потекла по столу на пол, и Пелле намочил лапку. Это было очень неприятно.

Он спрыгнул со стола и вышел в прихожую.

Там висела лиса. То есть, конечно, не лиса, а лисья шкура, но Пелле решил, что это настоящая лиса. Выглядела она довольно глупо. Пелле подпрыгнул, но лису не достал. Он прыгал раз за разом, но лиса висела на месте и, казалось, издевалась над ним. Пелле разозлился и даже попытался помахать своим обрубком. Злость придала ему сил — он совершил просто гигантский прыжок и наконец уцепился за кончик лисьего хвоста. Лиса свалилась на пол.

Вот тут-то Пелле отыгрался! Он рвал и терзал лису, таскал её по полу, рычал и шипел. Но лиса равнодушно позволяла делать с собой всё, что угодно. Она даже не заворчала.

В конце концов Пелле устал. Он дал лисе прощальный пинок и облизнулся — как всегда делают кошки, хорошо поработав. Потом он забрался в свою корзинку и заснул сладким сном.