Какие же свидетельства Писания можно привести по этому поводу?
Прямое указание на молитвы и жертвы за умерших мы находим в девтероканонической Второй книге Маккавейской. Там сказано, что Иуда Маккавей после победы над врагами велел принести в иерусалимском Храме жертву за павших в бою иудеев, —
…И поступил весьма хорошо и благочестно, помышляя о воскресении…
<…>
…Он помышлял, что скончавшимся в благочестии уготована превосходная награда, – какая святая и благочестивая мысль! – Посему принес за умерших умилостивительную жертву, да разрешатся от греха. (II Макк. 12, 43–45)
Книги Маккавейские, созданные в эпоху эллинизма, предназначались преимущественно для грекоязычных иудеев рассеяния (в среде которых некоторые традиции предков были забыты), а также для язычников-прозелитов. Вот почему в этих книгах (как позднее и в евангелиях) специально объясняются отдельные иудейские обычаи, в данном случае – молитвы за умерших.
Намеки на возможность облегчения посмертной участи есть и в канонических книгах Ветхого Завета:
Господь умерщвляет – и оживляет, низводит в преисподнюю – и возводит… (I Цар. 2, 6)
А в Евангелии от Матфея имеется указание на то, что грехи могут быть прощены не только ныне, но и в будущем веке (поскольку сообщено, что лишь один определенный грех – хула на Духа – там прощен не будет):
…Если кто скажет слово на Сына Человеческого, простится ему; если же кто скажет на Духа Святого, не простится ему ни в сем веке, ни в будущем. (Матф. 12, 32)
Сказано также, что «любовь никогда не перестает» (I Кор. 13, 8). Достигать именно такой – «все переносящей» – любви призывает верующих апостол (I Кор. 13, 4–7; 14, 1). Он утверждает, что от любви Божьей не может отлучить нас даже смерть (Римл. 8, 38–39). Так неужели же, если мы любили человека при жизни и молились за него, после смерти любовь должна прекратиться, а молитва – упраздниться? Разве это соответствует учению Иисуса? Напротив, в притче о богаче и Лазаре сказано, что даже жестокосердый богач, мучаясь в адском пламени, помнил о своих пяти братьях, оставшихся на земле, и умолял, чтобы к ним был послан Лазарь и помог им спастись от посмертных страданий:
Тогда сказал он: так прошу тебя, отче, пошли его в дом отца моего, Ибо у меня пять братьев; пусть он засвидетельствует им, чтобы и они не пришли в это место мучения. (Лук. 16, 27–28)
Умерший грешник, мучаясь в аду, даже там сохранял любовь к своим братьям и ходатайствовал за них! Так неужели же верующие, живя на земле, могут удалить память об усопших близких из своих сердец и перестать за них молиться?!
Павел, прося Тимофея и его общину «совершать молитвы, прошения, моления… за всех человеков» (I Тим. 2, 1), отнюдь не исключает умерших из числа тех, за кого надо молиться. Ведь «все человеки» – это и живые и умершие!
И если мы «приступили… к духам праведников, достигших совершенства» (Евр. 12, 22–23), – значит, они за нас молятся в вышнем мире. А следовательно, и мы должны молиться как за живых, так и за перешедших в мир иной. Апостол Иоанн обращается к верующим с такими словами:
…О том, что мы видели и слышали, возвещаем вам, чтобы и вы имели общение с нами; а наше общение – с Отцом и Сыном Его, Иисусом Христом. (I Иоан. 1, 3)
Говорит ли это апостол только своим современникам или также верующим грядущих поколений, в том числе и нам? Если верно последнее, значит, мы призваны к молитвенному единению не только с живущими на земле, но и с находящимися в вышних обителях, с теми, о ком сказано:
А души праведных в руке Божией, и мучение не коснется их.
В глазах неразумных они казались умершими, и исход их считался погибелью,
И отшествие от нас – уничтожением; но они пребывают в мире.
Ибо, хотя они в глазах людей и наказываются, но надежда их полна бессмертия. (Прем. Солом. 3, 1–4)
…Перейдем к 5-й главе Книги Чисел. Здесь дается предписание о том, как должен вести себя муж, если на него «найдет дух ревности» и он станет ревновать свою жену. Почему об этом говорится именно здесь? Потому, что выше уже ставился вопрос о согрешении человека перед ближним и об искуплении вины. А один из наиболее серьезных конфликтов между людьми – это конфликт семейный, связанный с ревностью.
Когда такой конфликт возникает, виноват либо муж, обижающий жену несправедливым подозрением, либо сама жена (и тогда она, по букве Закона, повинна смерти – см. Лев. 20, 10; Втор. 22, 22). Понятно, что муж не оставит своих подозрений прежде, чем они будут рассеяны. Поэтому даются указания, позволяющие выяснить, виновна ли жена на самом деле.
Сначала говорится о внутреннем состоянии ревнующего:
…И найдет на него дух ревности, и будет ревновать жену свою, когда она осквернена, – или найдет на него дух ревности, и он будет ревновать жену свою, когда она не осквернена… (Числ. 5, 14)
Что же это такое – «дух ревности» (др. – евр. רו־ח־קנאה <ру́ах-кина́>)?
С одной стороны, словом רוח <ру́ах>, «дух», в Библии может обозначаться внутреннее состояние человека, например:
Веселое сердце благотворно, как врачевство, а унылый дух сушит кости. (Прит. 17, 22)
С другой стороны, этим словом именуются обладающие сознанием духовные существа – как добрые (например, ангелы – Евр. 1, 7), так и злые:
…И выступил один дух, стал пред лицом Господа и сказал: «Я склоню его». И сказал ему Господь: «Чем?»
Он сказал: «Я выйду и сделаюсь духом лживым в устах всех пророков его»… (III Цар. 22, 21–22)
Злые (нечистые) духи, как мы знаем, могут вселяться в человека (в этом случае он становится одержимым – Матф. 10, 1) и воздействовать на него; притом разные духи влияют по-разному. Например, упоминается «дух немой и глухой», воздействие которого лишает человека дара слуха и речи (Марк. 9, 17–27). Не относится ли и «дух ревности» к разряду подобных духов?
Такое предположение не соответствует смыслу оригинала, ибо о «духе ревности» сказано: ועבר עליו <вэ-ава́р ала́в> – буквально «пройдет над ним» (в Синодальном переводе – «найдет на него»). Таким образом, о вселении этого духа в человека не говорится. В то же время об одержимых Писание сообщает, что злые духи воздействуют на них изнутри, а не «проходят над ними» (ср. III Цар. 22, 22–23; Матф. 12, 43–45).
Супружеская ревность, как о том свидетельствует опыт всех народов, может приводить к самым печальным результатам – вплоть до убийства или самоубийства. Закон Божий пресекает такое развитие событий, повелевая при зарождении ревности сразу обращаться к священнику с просьбой совершить предписанный обряд для получения ответа свыше:
…Пусть приведет муж жену свою к священнику и принесет за нее в жертву десятую часть ефы ячменной муки, но не возливает на нее елея и не кладет ливана, потому что это приношение ревнования, приношение воспоминания, напоминающее о беззаконии… (Числ. 5, 15)
Мучная жертва приносится, но, как видим, елей на муку не возливается. Вспомним, что мука, смешанная с елеем, – это образ жизни, «пропитанной» присутствием Божьим; в данном же случае гармония жизни пред лицом Его нарушена. Не возлагается на муку и ливан (ладан). Ведь он – символ молитвы, а семейная ссора препятствует молитве:
Такл с е и вы, мужья, обращайтесь благоразумно с женами, как с немощнейшим сосудом, оказывая им честь как сонаследницам благодатной жизни, дабы не было вам препятствия в молитвах. (I Петр. 3, 7)
И далее описывается обряд, который священник должен совершить над подозреваемой женщиной:
…И возьмет священник святой воды в глиняный сосуд, и возьмет священник земли с полу Скинии, и положит в воду;
И поставит священник жену пред лицо Господне, и обнажит голову жены, и даст ей в руки приношение воспоминания – это приношение ревнования, в руке же у священника будет горькая вода, наводящая проклятие. (Числ. 5, 17–18)
Здесь описано таинственное воздействие на человека, оказываемое как бы «по аналогии» с его предполагаемым грехом: глиняный сосуд, как мы знаем, означает наше тело, «слепленное из глины» (II Кор. 4, 7); святая вода внутри сосуда – это первоначальное «святое состояние» внутреннего мира женщины, верной заповедям (воде уподобляются чувства и помыслы – Прит. 20, 5; 21, 1; Плач. 2, 19). Земля же, взятая с пола, – образ осквернения, низменного поступка, делающего совесть женщины нечистой. Но «горькая вода» окажет на женщину свое обличающее воздействие только в том случае, если символ, заключенный в обряде, соответствует действительному положению дел:
И заклянет ее священник, и скажет жене: если никто не переспал с тобою, и ты не осквернилась и не изменила мужу своему, то невредима будешь от сей горькой воды, наводящей проклятие… (Числ. 5, 19)
Но если женщина виновна перед мужем, то вода, войдя во внутренности, обличит ее: станет «лоно ее опавшим», а «живот – опухшим», и она будет предана проклятию в народе (ст. 21–22).
И напишет священник заклинания сии на свитке, и смоет их в горькую воду;
И даст жене выпить горькую воду, наводящую проклятие, и войдет в нее вода, наводящая проклятие, ко вреду ее. (Числ. 5, 23–24)
Совершив приношение хлебной жертвы (ст. 25–26) и предоставив, таким образом, женщину Господнему суду, священник затем наблюдает, что с нею произойдет:
…Если же жена не осквернилась и была чиста, то останется невредимою и будет оплодотворяема семенем. (Числ. 5, 28)
Заключительный стих главы относится как к случаю невиновности, так и виновности жены, поскольку описанный обряд либо восстанавливает мир в семье, либо приводит к ее распаду:
…И будет муж чист от греха, а жена понесет на себе грех свой. (Числ. 5, 31)
– т. е. муж очистится от необоснованных подозрений, если жена невиновна; жена же понесет последствия греха, если изменила мужу.
Существует, однако, и иная интерпретация этих слов. Согласно талмудическому преданию, в эпоху второго Храма несколько мужчин, подозревавших своих жен в неверности, спросили священника, можно ли совершить испытание «горькой водой», на что получили мудрый ответ: «Сказано, что жена понесет грех свой, если муж будет чист от греха. Вспомните: верны ли вы сами во всем завету, безгрешны ли вы? И если это так, „горькая вода“ подействует на ваших жен…»
Изложенное предание перекликается со словами Иисуса по поводу женщины, «взятой в прелюбодеянии»:
Когда же продолжали спрашивать его, он, восклонившись, сказал им: кто из вас без греха, первый брось на нее камень. (Иоан. 8, 7)
Закон Божий учит, что, ревнуя, осуждая, проявляя обиду или гнев, мы должны всякий раз вспоминать о собственных грехах перед Богом и ближними:
…Ибо каким судом судите, таким будете судимы; и какою мерою мерите, такою и вам будут мерить. (Матф. 7, 2)
Себялюбию супружеской измены и ревности противостоит самоотверженность в служении Господу и людям. Вот почему в следующей, 6-й, главе изложены заповеди, связанные с обетом назорейства. Ведь назорей посвящал себя бескорыстному служению Богу и народу:
И сказал Господь Моисею, говоря:
Объяви сынам Израилевым и скажи им: если мужчина или женщина решится дать обет назорейства, чтобы посвятить себя в назореи Господу… (Числ. 6, 1–2)
«Назорей» – נזיר <нази́р> – означает «посвященный», «освященный», «воздерживающийся». Дававший временный обет назорейства посвящал определенный период жизни важным, требующим самоотдачи делам во имя Бога и народа. В течение всего этого срока он считался «освященным», т. е. отделенным от обыденной жизни, и должен был воздерживаться от соприкосновения с любой нечистотой (а в духовном смысле – особенно старательно удаляться от греха).
Бывали случаи, когда по какому-либо поводу человек посвящался в назореи с детства или даже до рождения. Например, ангел Господень возвестил будущим родителям Самсона, что их сын предназначен стать назореем «от самого чрева», ибо призван «спасать Израиля от руки филистимлян». Ангел повелел матери Самсона в период беременности воздерживаться от опьяняющих напитков и от всего нечистого (Суд. 13, 4–5).
Подобное «освящение еще во чреве матери» было даровано и Иеремии:
И было ко мне слово Господне:
Прежде нежели Я образовал тебя во чреве, Я познал тебя, и прежде нежели ты вышел из утробы, Я освятил тебя: пророком для народов поставил тебя. (Иер. 1, 4–5)
Воздержание назорея от опьяняющих напитков и одурманивающих веществ позволяло ему постоянно пребывать в бодрственной готовности к служению:
…Он должен воздерживаться от вина и крепкого напитка и не должен употреблять ни уксуса из вина, ни уксуса из напитка, и ничего приготовленного из винограда не должен пить, и не должен есть ни сырых, ни сушеных виноградных ягод… (Числ. 6, 3)
Но почему же запрещалось назорею вкушать все, «приготовленное из винограда», а не только опьяняющие напитки? Эта часть запрета имеет символическое значение:
Виноградник Господа воинств есть дом Израилев, и мужи Иуды – любимое насаждение Его… (Ис. 5, 7)