И вот Бог говорит Иову:
Препояшь ныне чресла твои, как муж… (Иов. 38, 3)
По-древнееврейски גבר <ге́вер> – это «сильный мужчина», «герой», «богатырь», воинствующий и неколебимый. «Препояшь. чресла твои.» – а когда чресла препоясывали? Готовясь к бою, к военному походу, да и просто собираясь в путь, препоясывались, надевали обувь, брали в руки посох и выходили из шатра со всей решимостью сражаться или достигнуть цели. «Препояшь. чресла.» – т. е. стань мужественным, ибо тебе будет явлена истина; тебе будет сообщено то, что до тебя еще не было поведано никому на земле.
И следующий задаваемый Творцом вопрос начинается со слов איפה היית <эйфо́ ґайи́та> – «где ты был?»:
… Где был ты, когда Я полагал основания земли? Скажи, если знаешь. (Иов. 38, 4)
Бог никогда не вопрошает напрасно и никогда не спрашивает о том, на что ответа нет. Всякий вопрос, заданный Всевышним, имеет глубокий смысл для тех, кому задается. «… Где был ты?..» – когда? «… Когда Я полагал основания земли». Сопоставим это с вопросом, который услышал Каин после убийства им брата: «Где Авель, брат твой?» (Быт. 4, 9), – и с вопросом, который задан был самому Адаму после его грехопадения: «Где ты?» Смысл адресованного Адаму вопроса – в каком состоянии находишься? Иов же в данной, известной ему жизни не грешил. Поэтому вопрос «где?» может относиться только к его прежним существованиям: где ты был, на чем преткнулся, каким образом вступил в обитель тьмы – в те времена, «… когда Я полагал основания земли»?
Мы спросим: а существовал ли Иов тогда, мог ли «быть» Иов «в те времена»? Ведь человек еще не был тогда сотворен; Адам был создан только на Шестой День творения, а «основания земли» (при любом истолковании дней творения – в смысле буквальных дней или же огромных эпох) были заложены в Первый День: «В начале сотворил Бог небо и землю». А Иов, отдаленный потомок Адама, – как он мог существовать в то время, когда и самого Адама-то еще не было? И тем не менее Бог спрашивает сурово и прямо: «Где был ты?», и вопрос этот игнорировать невозможно.
Зачем задается вопрос? Всякий раз мы видим, что Бог спрашивает, чтобы человек опомнился. Когда Он вопросил Адама, то Адам встрепенулся и устрашился: он предстал на суд как ответчик. Когда Бог впервые вопросил Каина, то Каин лишь промолчал:
И сказал Господь Каину: почему ты огорчился? и отчего поникло лицо твое?.. (Быт. 4, 6)
Ответа нет – молчит Каин и в глубине своей злобной души таит месть, зависть, злобу. Но на второе вопрошание Господа Каин уже отвечает, потому что его объял ужас:
И сказал Господь Каину: где Авель, брат твой?.. (Быт. 4, 9)
И что же ответил Каин? —
… Разве я сторож брату моему? (Быт. 4, 9)
Итак, Адама Бог вопрошает, чтобы дать ему понять, в каком состоянии тот оказался; Каину сначала задает вопрос, чтобы предупредить, а потом – чтобы вызвать покаяние; но зачем Он вопрошает Иова – и о чем? О чем-то трудно постижимом: «Где был ты?..» Одно дело – вопрос о том, где ты сейчас, или – почему у тебя в сердце злоба, и где твой брат; и совсем иное – вопрос о том, где ты находился, когда Бог полагал основания Земли. Но уж коль скоро такой вопрос задан, значит есть что вспомнить Иову.
Что именно пришло на память Иову, какие необозримые горизонты бытия открылись перед ним, из какой узости, из какого ущелья первоначального, «темного» миропонимания он вышел на простор – об этом мы поговорим несколько позже. А сейчас вчитаемся в сказанное Господом о Земле – как она была основана, и подумаем, почему так подробно здесь об этом говорится.
… Где был ты, когда Я полагал основания земли? Скажи, если знаешь.
Кто положил меру ей, если знаешь? или кто протягивал по ней вервь?
На чем утверждены основания ее, или кто положил краеугольный камень ее
При общем ликовании утренних звезд, когда все сыны Божии восклицали от радости? (Иов. 38, 4–7)
«… Когда Я полагал основания земли» – здесь употреблен древнееврейский глагол יסד <йаса́д>, означающий «утверждать», «основывать», «строить фундамент»: ביסדי <бэ-йасди́> – т. е. «при утверждении Мною» (заметим, что глагол יסד <йаса́д> звучит сходно с русским «посадить», «насаждать [где-то, на чем-то])». Так на чем же основана Земля, согласно Книге Иова? В этой древнейшей книге космогония излагается очень своеобразно и необычно.
Выше мы уже читали, что Земля «повешена ни на чем» (26, 7); значит, она «утверждена», «основана» на принципах, представляющих собой различные физические законы: Земля «висит» в пространстве – и тем не менее она «утверждена»: созданные Богом законы мироздания являются незыблемым фундаментом ее существования – она никуда не «сдвигается», ее орбита постоянна, и преемственность жизни на Земле обеспечена именно этим «фундаментом». Никакое «случайное» стечение обстоятельств не смогло бы «повесить Землю ни на чем» на таком расстоянии от Солнца, чтобы на ней могла существовать белковая жизнь, притом столь разнообразная; чтобы от наклона земной оси зависело чередование времен года в разных частях света; чтобы было обеспечено преемственное продолжение каждого рода и вида живых существ путем произведения потомства и т. д. Даже малейшее живое существо на Земле, а тем более человек, неоспоримо свидетельствуют сложностью и целесообразностью своего строения о мудрости Того, Кто саму Землю «утвердил».
Однако глагол יסד <йаса́д> имеет и переносный смысл: «утвердить» – значит сделать духовно твердым, неколебимым. Правомерен вопрос: каков же «духовный фундамент» Земли, какие духовные цели послужили «основанием» для ее сотворения? Ведь в Творении замысел предшествует всему: Бог ведает последствия прежде, чем творит причины, а это значит, что последствия духовно предшествуют своим причинам в Божественном предопределении. Сначала задается цель, а потом изыскиваются или творятся средства для ее осуществления, согласно сказанному:
Я возвещаю от начала, что будет в конце… (Ис. 46, 10)
Так на чем же «утверждена» Земля в смысле своих конечных целей, своего предназначения? Мы уже отчасти касались данной темы: Земля «основана» на том, что предназначена стать прекрасным местом для обитания и совершенствования духов. Сад Едемский (первоначально находившийся на Земле) был изумительно гармоничен, и вся красота, наблюдаемая нами ныне, – слабый отблеск того великолепия, которое Бог придал планете при ее сотворении. Грехопадение заставило Землю «пасть» – она как бы зашаталась и заколебалась:
… Шатается земля, как пьяный, и качается, как колыбель, и беззаконие ее тяготеет на ней… (Ис. 24, 20)
В тот момент как раз и был настоятельно задан вопрос: остаться ли Земле местом духовного восхождения, восстанавливаться ли ей в этом качестве – или же окончательно пасть, «покатиться вниз»? Всевышний сказал Адаму: «… проклята земля за тебя.» (Быт. 3, 17). Выражением «за тебя» в Синодальном тексте передано слово בעבורך <баавурэ́ха> – «из-за тебя». Это проклятье Земли длится, увы, и по сей день. Но исходная духовная «основа» Земли была благословенной – и именно поэтому Земля творилась, как сказано далее,
… При общем ликовании утренних звезд, когда все сыны Божии восклицали от радости… (Иов. 38, 7)
Изумительные, поэтически совершенные слова; их величие и глубина сохраняются и в переводе. О каких же «утренних звездах», которые «ликовали» при сотворении Земли, говорится здесь? Что за «сыны Божии» восклицали при этом? Когда творилась Земля, «утренние звезды», т. е. восходящие в духовном смысле миры, ранее существовавшие (ведь «небеса» со множеством галактик, состоящих из звезд и планет, были созданы ранее «земли» – Быт. 1, 1), «ликовали», потому что творился новый прекрасный мир: и духи, населявшие эти «звезды», понимали, что перед их собратьями, стоящими на более низких ступенях, раскрывается обширное поприще для дальнейшего развития, для воплощения в новых условиях. Ангелы (высшие духи, которые должны были покровительствовать будущим жителям вновь творимых миров) – «сыны Божии» – «восклицали от радости», и их миры, уже существовавшие, радовались сотворению Земли и ее будущим обитателям.
Что же говорится о тех «мерах», тех «параметрах», которыми руководствовался Создатель при сотворении Земли? —
Кто положил меру ей, если знаешь? или кто протягивал по ней вервь? (Иов. 38, 5)
Словом «мера» (в единственном числе) переведено множественное число оригинала: ממדיה <мэмад\'е́йґа> – «меры ее», от מדה <мида́> – «мера измерения». Что такое «меры» Земли? С одной стороны – ее размеры, наклон оси, удаленность от Солнца, внутреннее строение; с другой – соотношение ее вещественных, энергетических и духовных «оболочек». А в духовном плане – это «меры», согласно которым Бог «отмеряет» уделы сынам человеческим на Земле; сюда входят взаимосвязь воплощающихся духов, череда их рождений, последовательность веков и событий, наконец, многочисленнейшие связи между людьми. Таковы меры Земли – физические, душевные и духовные.
Что сказано далее? «… Кто протягивал по ней вервь?» Церковнославянское «вервь» означает «веревка»; имеется в виду измерительный шнур строителей. Однако по-древневрейски קו <кав> — также и «черта», «граница». Это значит, что на Земле были установлены как географические границы (между различными климатическими поясами, морями и океанами, материками), так и духовные – например, между нашими желаниями и возможностями; были положены пределы нашему земному существованию, нашим стремлениям. Всё это Господь обусловил – и назначил для людей
… Предопределенные времена и пределы их обитанию,
Дабы они искали Бога, не ощутят ли Его и не найдут ли, хотя
Он и недалеко от каждого из нас:
Ибо мы Им живем, и движемся, и существуем… (Деян. 17, 26–28)
Если бы не были положены границы земной жизни, падший человек никогда не взыскал бы Господа. Если бы он оставался в своем грехопадении бессмертным, то еще более погряз бы во зле и суете, его не заставляли бы задумываться о вечности болезни, несчастья, смерть. Границы, поставленные нашим желаниям, заставляют нас хоть немного отвлекаться от суетного и помышлять о вечном. Именно для того и поставил Он «пределы» обитанию сынов человеческих – временные и пространственные, чтобы они «взыскали Господа». Вот та «вервь», тот «измерительный шнур», который простирается и на наши судьбы.
Что еще сказано об «утверждении» Земли? —
На чем утверждены основания ее, или кто положил краеугольный камень ее…? (Иов. 38, 6)
«Основание» и «камень»… «Основания ее» – в оригинале אדניה <аданэ́йґа>; אדן <э́ден> – это «подстава», «подножие». На каких основах «стоит» Земля? На физических законах. А каковы духовные «основы» Земли? В Притчах Соломоновых читаем:
Как проносится вихрь, так нет более нечестивого; а праведник– на вечном основании. (Прит. 10, 25)
Таково одно из возможных пониманий текста; если же прочесть вторую часть стиха в оригинале, то можно понять ее и иначе: וצדיק יסוד עולם <вэ-цади́к йесо́д ола́м> – «а праведник есть основа мира». Именно на праведниках «основана» Земля как на незыблемых столпах, которые ее поддерживают. Но коль скоро праведник – основа мира, основной вопрос состоит в том, сумеет ли он сохранить себя в качестве праведника во всех испытаниях – и устоит ли, следовательно, Земля как место, открывающее воплощающимся в нем духам возможность совершенствования? Ведь если «падут» все праведники (а местность, в которой не насчитывается десяти праведников, истребляется – Быт. 18, 24–32), то и вся Земля не сможет более существовать. «На чем утверждены основания ее.?» – спрашивает Господь, как бы напоминая Иову о его собственном призвании, цели и смысле его жизни.
Прочитаем внимательнее стих 6 главы 38 в оригинале. Он начинается со слов: על־מה אדניה הטבעו <аль-ма адане́йґа ґатба́у> – «на чем основы ее от природы установлены». Тут употреблен глагол טבע <таба́>, который одновременно означает «погрузить», «устроить в соответствии с природой» (ср.: טבע <те́в\'а> – «природа») или «запечатать», «наложить печать» (טבעת <таба́ат> — «перстень-печатка»). Если перевести стих, исходя из последнего значения глагола, то перед нами вопрос: «… чем основы ее [т. е. Земли] запечатаны?» Земля предстает при таком понимании неким свитком, содержание которого удостоверено печатью. Значит, праведники своей верностью, свидетельством своей преданности Богу «запечатывают», т. е. обосновывают решение о Земле как о мире совершенствования, а не разрушения и наказания.
Итак, Земля устоит, если только устоят праведники. И это самое первое, что сказал Всевышний Иову, отвращая его взор от трагических обстоятельств его собственной жизни. Иов еще как бы мало что видит, он еще «младенец» в духовном смысле. И вот Господь отверзает его духовные очи и показывает ему его истинную роль – не ту, в которой он потерпел полное фиаско («Даже малые дети презирают меня.» – 19, 18), и которая, казалось бы, сыграна так, что от ее исполнителя отвернулись все зрители. Господь показывает космическую роль Иова, которая столь велика, что, исполняя ее, он поддерживает всю Землю своей праведностью. И в этом смысле сама жизнь Иова является ответом на последний вопрос Господа относительно Земли: «… кто положил краеугольный камень ее?»