Следующим утром, когда Рэйчел спустилась вниз, Лючия хлопотала на кухне.

— Синьор Валлини сказал мне, что вы останетесь здесь до конца месяца, — сказала она с улыбкой. — Это хорошо, а то он совсем один. Ему надо отвлекаться от работы — он слишком много трудится, потому и заболел. Я постоянно твержу ему, что, если он не будет отдыхать, ничем хорошим это не кончится.

— Он очень целеустремленный человек, — ответила Рэйчел.

— Вы уже давно знакомы с ним? — спросила Лючия.

— Да. А он вам не говорил?

Лючия хихикнула:

— Ему и говорить ничего не надо. Я ведь не слепая — вижу, что искры между вами так и летают.

— Он меня ненавидит, — ответила Рэйчел, и ее плечи опустились. — Пять лет назад у нас был короткий роман, но потом я собралась выйти замуж за другого.

— А-а, теперь все ясно.

— Я горько сожалею о том поступке. Я была очень молода и не понимала, от чего отказываюсь. Если бы у нас было чуть больше времени, все могло бы быть иначе.

— Придет время, и он вас простит. Он горячий, как все итальянцы. А еще он гордый — очень гордый.

— Это ему вы приготовили кофе? — спросила Рэйчел, указывая на поднос.

— Да, — ответила Лючия, передавая поднос Рэйчел. — Он у себя в кабинете.

Дверь кабинета была закрыта, и Рэйчел постучала.

— Войдите!

Когда она вошла, Алессандро оторвал взгляд от экрана компьютера.

— Где Лючия? — спросил он.

— Я решила ей помочь, — ответила Рэйчел. — Куда поставить поднос?

Алессандро небрежно указал на столик возле окна.

— Оставь его там, — ответил он, снова поворачиваясь к компьютеру.

Поставив поднос на место, она встала за спиной у Алессандро.

— Над чем ты работаешь?

Он раздраженно взглянул на нее:

— У тебя что, своих дел нет?

Рэйчел не сдавалась:

— Что-то ты с утра не в настроении. Не с той ноги встал, что ли?

Их взгляды встретились. Почти не осознавая, что делает, она протянула руку и легонько коснулась его подбородка. Он побрился с утра, но его подбородок все равно был шершавым. Она провела пальцем по контуру его губ, нижней и верхней, и его глаза потемнели.

— Что ты делаешь? — спросил Алессандро низким, хриплым голосом.

— Не знаю… — Ее рука опустилась, а щеки залились краской.

Алессандро взял ее руку и снова поднес к своим губам, целуя кончики пальцев. Ее серо-зеленые глаза загорелись желанием. Ему нравилось, что она желала его. Это было частью его плана: разжечь в ней страсть, а потом уйти от нее — словом, отплатить ей той же монетой. Он много лет мечтал о том, как займется с ней любовью, — о ее шелковистой коже, о прикосновении ее губ, о том, как их языки сплетаются в танце… От поцелуя накануне вечером он чуть не потерял голову. Ему хотелось снова поцеловать ее, хотелось ласкать ее до тех пор, пока из ее памяти не сотрутся прикосновения всех других мужчин, кроме него. Ночью он лежал без сна, желая ее, и только ее. Но он не был уверен, что сумеет управлять своим телом. Что, если он окажется не на высоте, как она намекнула? Это было бы величайшим унижением, которое она может использовать против него, когда истечет шестимесячный срок договора о конфиденциальности.

Алессандро взял ее руку в свою и положил ее себе на бедро, привлекая Рэйчел к себе, чтобы она могла увидеть экран компьютера.

— Я работаю над новым проектом во Флоренции, — сказал он. — Мы реставрируем старый отель, пострадавший из-за плохого менеджмента. Это очень масштабный проект.

— Похоже на то. Отель, как вижу, очень выгодно расположен.

— Да, расположение — это все.

Алессандро ощущал запах духов и аромат ее волос, чувствовал тепло ее ладони на своем бедре. Кровь быстрее побежала по его жилам. Может, его сомнения были напрасны? Жизнь пульсировала в его теле так же, как и раньше — а может, и еще сильнее. Сдерживая свое желание, он показал ей еще несколько страниц.

— Вот этот отель я спроектировал в Мадриде, а этот — на Сицилии.

— Дизайн просто великолепен, — ответила Рэйчел. — У тебя, наверное, целая команда дизайнеров интерьера?

— Да, в моей корпорации работают профессионалы своего дела, но большую часть подготовительной работы я провожу сам.

Она снова посмотрела на него:

— Похоже, ты очень много работаешь.

— Это единственный способ добиться успеха.

Она взглянула на свою руку, лежавшую у него на бедре.

— Алессандро…

Он развернул кресло так, что она оказалась между его коленями, как в ловушке. Он почувствовал, как его мышцы наливаются силой. Может, это ее присутствие вернуло его нервы к жизни? До этого неделями боролся с болезнью, изнуряя себя тренировками, а теперь всего за пару дней его тело ожило так быстро, как он и представить себе не мог. И все же, даже сгорая от желания физической близости, он не мог позволить себе испытывать к Рэйчел какие-либо эмоции. Он не собирался менять свое мнение о ней, даже если она и вправду изменилась. Это было его оружием против нее.

— Чего ты хочешь, Рэйчел? Еще денег? И поэтому ты предлагаешь мне себя? Увидев, насколько я богат, ты решила набить свой кошелек потуже?

Ее глаза расширились от ужаса, и она попыталась вырваться, но он крепко сжал ее бедрами и не отпускал.

— Почему ты всегда понимаешь меня превратно? Я себя вовсе не предлагаю. Я думала… Боже мой, даже не знаю, что я думала. Вчера вечером, когда ты поцеловал меня…

— Ты подумала, что хочешь меня, — ответил Алессандро. — Но на самом деле ты хочешь только денег.

Рэйчел покраснела от злости, и ее глаза засверкали как молнии.

— Ты полагаешь, я бы переспала с тобой лишь потому, что ты богат и влиятелен? Ты и вправду считаешь, что я на это способна?

— Я прекрасно знаю, на что ты способна. Ты готова на все ради успеха, и, если для этого тебе надо с кем-то переспать, ты сделаешь это не задумываясь.

— Ты ведь и сам пользовался этим способом, не так ли? Спал с состоятельными женщинами, чтобы выбиться в высшее общество? Может, ты даже лег в постель с какой-нибудь богатой старушенцией, чтобы…

— Замолчи! — рявкнул Алессандро, резко вставая.

Рэйчел сделала неловкий шаг назад, но задела бедром за край стола и, вздрогнув от боли, потеряла равновесие. Алессандро протянул руки, чтобы удержать ее от падения, но для этого ему пришлось оторвать их от стола, за который он держался.

Все произошло очень быстро, но в памяти Рэйчел каждое мгновение отпечаталось четко, как в замедленной съемке. Когда она падала, сильные руки Алессандро схватили ее, но, поскольку он еще нетвердо держался на ногах, он и сам начал падать, и под его весом она уже окончательно потеряла равновесие. Но вместо того, чтобы рухнуть на нее, он каким-то образом извернулся и приземлился на пол, чтобы смягчить ее падение, и она упала на него, ахнув от испуга.

— Не ушиблась? — спросил Алессандро, тяжело дыша.

— Н-нет… А ты? — Рэйчел приподнялась на локтях и посмотрела на него.

— Со мной все в порядке. Прости, что не удержал тебя от падения.

— Ты не виноват.

— Я забыл про свои ноги, — с печальной гримасой ответил Алессандро. — Они с каждым днем становятся сильнее, но пока не готовы к таким резким движениям.

— Наверное, тебя это очень расстраивает.

— Да, очень. — Алессандро посмотрел на ее губы.

Рэйчел облизнула их и сделала движение, чтобы встать, но Алессандро обнял ее за талию и притянул к себе. Ее сердце забилось сильнее, отзываясь пульсацией в глубине тела. Рука Алессандро скользнула вдоль ее спины к шее. Другой рукой он откинул волосы с ее лица.

— Не двигайся, — хрипло проговорил он.

Рэйчел почувствовала, как все внутри ее сжимается от желания. Это просто безумие. Она не из тех, кто легко поддается зову плоти, но ее тело, по-видимому, считало иначе.

— Алессандро, поверь мне, дело не в деньгах, — сказала она. — Я никогда ни с кем не чувствовала себя так, как с тобой.

Он долго молчал, изучая взглядом каждую подробность ее лица.

— Я всегда мечтал об этой минуте.

— Да? — прохрипела Рэйчел.

Алессандро едва заметно улыбнулся ей.

— Я всегда мечтал вот так обнимать тебя и чувствовать, как бьется твое сердце.

— А ты это чувствуешь?

— Да, — ответил Алессандро, медленно проводя пальцами по ее груди и смотря ей в глаза.

Тело Рэйчел горело от его нежных и вместе с тем властных прикосновений. Ее соски напряглись от желания. Ей хотелось, чтобы он сорвал с нее одежду и покрыл ее тело поцелуями, но он не сделал ни того ни другого.

Алессандро осторожно перевернул ее на спину, будто бы она была чем-то невероятно ценным и хрупким.

— Я никого не желал так, как тебя. Но мне нужно знать, что наше влечение взаимно. Не хочу, чтобы ты чувствовала, что вынуждена продавать свое тело ради спасения компании.

— Я очень благодарна тебе, но пойми, я никогда не продам себя ни за какую цену. Я делала это раньше и очень в этом раскаиваюсь — ты даже не представляешь, как сильно. Но я хочу тебя ради тебя самого, а не из-за денег. Мне очень хочется почувствовать, каково это — заниматься любовью с человеком и быть на одной волне с ним. Я никогда еще этого не испытывала.

Алессандро нахмурился:

— А с Хьюсоном тебе не было хорошо?

— Мне ужасно не нравилось спать с ним, — ответила Рэйчел, опуская глаза. — Это было как повинность. Он злился, но во время секса с ним я постоянно вспоминала, как ты целовал меня, и думала…

Алессандро взял ее за подбородок и поднял ее лицо вверх, чтобы она снова посмотрела ему в глаза.

— И о чем же ты думала?

— О том, как все было бы с тобой. Если бы мы с тобой занялись любовью до моей помолвки, я не уверена, что сделала бы выбор в пользу Крейга.

— Так ты не спала с ним до помолвки?

— Нет. Подростком я была влюблена в него. Мы целовались, но до секса дело не дошло. Когда я заканчивала школу, я встречалась еще с одним парнем, но и об этом я предпочла бы забыть.

— Значит, если бы мы занялись любовью сейчас, для тебя это было бы как впервые.

Она горько улыбнулась:

— Похоже на то.

Его взгляд помрачнел.

— Рэйчел, возможно, что наш первый раз не оправдает твоих ожиданий.

К ней вернулись знакомые сомнения.

— Я научусь делать это. Я знаю, надо расслабиться. Все проблемы не столько в теле, сколько в голове. Все говорят об этом. Ты меня научишь. С тобой мне хорошо и спокойно. Это ведь главное, правда?

Алессандро накрыл ладонью ее щеку и провел большим пальцем по ее нижней губе.

— Я не о тебе говорю, дорогая. Меня больше всего тревожит то, что я сам не в форме.

Она взглянула на него со слезами на глазах:

— Это не важно. Мне достаточно просто быть рядом с тобой, в твоих объятиях.

Сердце Алессандро сжалось. Он ожидал насмешки, но получил сострадание. Похоже, он ее недооценивал. История ее отношений с Хьюсоном потрясла его. Алессандро считал Рэйчел весьма чувственной девушкой, и каждый раз, когда она оказывалась в его объятиях, был тому подтверждением. А этот бездушный негодяй разрушил ее уверенность в себе своим грубым поведением — но она заслуживала намного большего! И если он не может дать ей все, что она хочет, он, по меньшей мере, вернет ей веру в собственную сексуальную привлекательность.

Он попытался встать с пола, и Рэйчел нахмурилась:

— Что ты делаешь?

Он поднялся и протянул ей руку:

— Я не хотел бы впервые заниматься с тобой любовью на полу своего кабинета.

Рэйчел встала.

— Похоже, ты всегда был настоящим джентльменом, Алессандро. Просто поначалу я этого не заметила.

Он печально улыбнулся, протягивая руку за костылем:

— Я был бы рад отнести тебя наверх, в свою комнату, но пока что не могу. Боюсь, тебе придется подняться самой.

Рэйчел легонько коснулась его губ своими.

— Давай встретимся там через несколько минут, ты не против?

Алессандро поцеловал ее в ответ медленным поцелуем.

— Только не задерживайся слишком долго, — ответил он, проводя пальцем по ее щеке.

Она прижала его руку к своему лицу.

— Хорошо, не буду, — обещала она.

* * *

Несколько минут спустя Рэйчел вошла в комнату Алессандро. На ней был шелковый халат, но в последнюю минуту она решила не снимать нижнее белье. Он все еще был полностью одет, и она подумала, что он не разделся для того, чтобы иметь возможность выпроводить ее из комнаты, если она передумает. Эта мысль дала ей понять, насколько изменились ее чувства к нему. Два дня назад она полагала, что ненавидит его, но сейчас ей казалось, что она никогда никого так не любила.

— Я боялся, ты передумаешь, — сказал Алессандро. — Если так, то никаких проблем.

— Я здесь потому, что сама захотела. Никто меня не заставлял.

— Иди ко мне. — Он похлопал по кровати, на которой сидел.

Рэйчел неуверенно направилась к нему.

Я не очень искусна в сексе, и мне не хотелось бы разочаровать тебя.

Он взял ее руку и поднес к своим губам.

— Хватит заниматься самоедством. Ты красивая. Все в тебе прекрасно и восхитительно.

Она посмотрела ему в глаза — они горели желанием. Алессандро никогда не переставал желать ее, и это невероятно ее взволновало.

— Обними меня, — тихо произнесла она. — Пожалуйста.

В ответ он потянулся к ней и поцеловал, сначала нежно и осторожно, а потом со все большей страстью. Она ответила на его поцелуй так же пламенно, вложив в него всю тоску своей души по Алессандро, с которым ей столь долго не удавалось соединиться.

И они пустились вдвоем в волшебное путешествие, медленно раздевая друг друга. Рэйчел поцеловала его шею, скользнула вниз к его груди и обвела языком его соски. Когда ее губы спустились к его бедру, ему стало щекотно, и он, смеясь, перевернул ее на спину и начал так же исследовать ее тело. Он целовал чувствительную кожу ее шеи и мочки ушей, а затем бережно снял с нее бюстгальтер и накрыл ладонями ее груди.

— Какая ты красивая, — проговорил Алессандро голосом, хриплым от желания.

Сомнения Рэйчел в своей привлекательности исчезли, а его губы коснулись ее соска, она выгнула спину от удовольствия. Он уделил то же внимание ее второй груди, прежде чем начал медленно спускаться по ее животу все ниже… Ее желание становилось сильнее с каждой минутой, но она подумала о том, что с бывшим женихом ей никогда не было хорошо в постели, и инстинктивно напряглась, вспомнив, как он оскорблял ее.

Алессандро ласково накрыл ее губы ладонью, помедлив, прежде чем двигаться дальше.

— Ты не против? — спросил он.

Рэйчел закусила губу.

— Как я уже говорила, я не очень искусна в этом деле.

Алессандро сместился вверх и откинул волосы с ее лица.

— Тебя никто не оценивает, дорогая. Двоим всегда нужно время, чтобы настроиться друг на друга. Что хорошо для одного человека, может совершенно не подходить другому.

Рэйчел взглянула ему в глаза:

— Ты намного опытнее меня.

— Тебе нечего стыдиться. Заниматься сексом ради самого секса и заниматься любовью — это разные вещи.

Она коснулась пальцами его губ.

— А мы чем занимаемся — сексом или любовью?

Алессандро поцеловал кончики ее пальцев.

— Думаю, ты уже знаешь ответ на этот вопрос, — ответил он, накрывая ее губы своими.

Он долго и нежно целовал ее, и ее тело заныло от желания. Она беспокойно дернулась, но он продолжал целовать ее губы и ласкать ее грудь и живот, не спускаясь ниже.

— Пожалуйста… — прошептала она. — Я так хочу тебя.

Алессандро ласкал ее клитор, пока она не достигла оргазма, который захлестнул ее, как огромная океанская волна маленькую ракушку.

— О боже… — выдохнула она, потрясенная.

— Будет еще лучше, — ответил Алессандро.

— Ты думаешь?

— Не думаю, а знаю, — ответил он, вновь целуя ее.

Теперь Рэйчел взяла его член в руки и, лаская его напряженную плоть, поняла, как долго он оттягивал свой собственный оргазм.

— Я правильно делаю? — спросила она.

— Отлично, — ответил он, тяжело дыша. — Но мне нужно надеть презерватив, прежде чем продолжать.

Он протянул руку к ящику прикроватного столика и достал презерватив. Она с удовольствием помогла ему надеть его, чувствуя себя все увереннее с каждой лаской. Затем он осторожно, не спеша вошел в нее. Это было не похоже ни на ее подростковый опыт, ни на то, что она испытывала с бывшим. Ее тело расцвело от наслаждения, которое становилось все острее с каждым движением Алессандро. И даже тогда он дождался ее оргазма, прежде чем извергнуть семя. Достигнув пика, он застонал, и она почувствовала мурашки, побежавшие по его плечам и спине. Довольная, она прижала его к себе, боясь разрушить волшебство мгновения.

Алессандро, ощущая легкие прикосновения ее пальцев, хотел, чтобы это длилось вечно. Но тут его мысли вернулись в реальную жизнь — привязываться к Рэйчел для него немыслимо. Он дал обещание и сдержит его. Их отношения были чисто деловыми, и он не должен допускать никаких эмоций.

Когда он отодвинулся от Рэйчел, она ощутила резкую перемену в его настроении — он снова закрылся от нее. Она надеялась… впрочем, она и сама не знала, на что надеялась. Алессандро сказал, что никогда не любил ее — он всего лишь хотел использовать ее, чтобы пробиться в высшее общество. Но во время близости с ним она почувствовала нечто большее, чем физическое притяжение, и теперь лелеяла тайную надежду на то, что он разделяет ее чувства.

— Алессандро?

Он выбросил презерватив, прежде чем повернуться к ней.

— Ты была великолепна, Рэйчел. У тебя нет никаких причин для сомнений в своей способности доставить удовольствие. Любой мужчина был бы счастлив иметь такую партнершу, как ты.

Любой, кроме него самого, подумала Рэйчел. Она всмотрелась в его лицо, но на нем не отражалось никаких чувств, похожих на ее чувства. Какая же она наивная! Для него это только секс. Она была для него всего лишь очередной женщиной, которую он затащил в постель, лишь с той разницей, что с ней ему давно хотелось это сделать, но не удавалось. Наверное, теперь, получив желаемое, Алессандро очень доволен собой. Галочка поставлена, миссия выполнена.

— Рада, что тебе понравилось, — сказала она, вставая с постели и накидывая халат. — Дашь мне все десять баллов из десяти?

Алессандро нахмурился:

— О чем ты?

— Ты прекрасно знаешь, о чем я, — бросила она в ответ. — Мы занимались любовью, но никакой любви нет. Был лишь зов плоти, который мы наконец-то утолили.

Он поднялся с кровати, держась за стену и хмурясь еще сильнее.

— Я тебя не понимаю. Что это еще за разговоры про любовь?

Рэйчел сжала губы, но они все равно дрожали.

— Ответь мне, ради бога, — потребовал он.

Она помолчала пару мгновений, чтобы успокоиться.

— Алессандро, я давно хотела рассказать тебе, почему пять лет назад я сделала то, что сделала, — почему я выбрала Крейга, а не тебя.

Взгляд Алессандро помрачнел.

— Я знаю почему. У него были деньги, а у меня — нет.

— Деньги, конечно, сыграли свою роль, но это было не то, что ты думаешь. Большую часть своей жизни я провела, стараясь угодить отцу, но у меня мало что получалось. Единственный случай, когда он был доволен мной, — это когда я согласилась выйти замуж за Крейга. Это был мой шанс стать ему той дочерью, о которой он всегда мечтал, и я не могла упустить его.

Алессандро не возражал ей. Он молчал, ожидая продолжения ее монолога, но от этого ей было не легче.

Рэйчел вздохнула:

— Тем вечером отец пришел ко мне и сказал: если я не соглашусь выйти за Крейга, он больше никогда не заговорит со мной. Я рассказала ему о том, что мы с тобой начали встречаться, и он ответил, что ты просто используешь меня, чтобы войти в высшие слои общества. Он был так зол, а я испугалась, что меня отвергнет единственный родной мне человек, и я согласилась — у меня не оставалось выбора. Отец никогда не дал бы свое согласие на наш с тобой союз, так что я в любом случае оказывалась в проигрыше. Теперь я знаю, что сделала неправильный выбор. Иногда лучше быть одной, чем с родным человеком, которому наплевать на твое счастье.

Наконец Алессандро заговорил:

— Ты могла бы все объяснить мне тем вечером. Почему ты этого не сделала?

— Я собиралась, но тут ворвался Крейг. И потом, ты же сам сказал мне, что хотел жениться на мне лишь затем, чтобы пробиться в люди.

Алессандро провел рукой по волосам.

— Мне не надо было говорить тебе такое.

Она удивленно посмотрела на него:

— Ты хочешь сказать, что это неправда?

— Что теперь-то к этому возвращаться? Все уже позади.

— Но ты любил меня тогда?

Он внимательно посмотрел ей в глаза:

— Я думал, что любил, но это чувство долго не продлилось — так что это никак не могло быть настоящей любовью. Если, конечно, любовь вообще существует.

Сердце Рэйчел сжалось от разочарования.

— Так, значит, это с самого начала было просто влечение.

— Мне было двадцать семь лет, и я провел большую часть своей юности на улице. Я не знал, что такое любовь. Когда умер мой отец, я был совершенно уверен, что никого не люблю и что никто не полюбит меня. Ты была не из моего круга, но меня влекло к тебе. Поэтому, когда ты выбрала Хьюсона, я почувствовал к тебе жгучую ненависть. Я хотел показать тебе, как много ты потеряла, и это подстегивало меня. Я работал как проклятый, чтобы добиться того, что имею сейчас.

— Но ты несчастен.

Его взгляд стал жестче.

— Я стремился к успеху, а не к счастью, — хотя, впрочем, некоторым удается быть и успешными, и счастливыми одновременно.

— А я хочу и того и другого. Но если бы пришлось выбирать, я выбрала бы счастье.

— Жаль, что пять лет назад ты так не считала, — ответил Алессандро, с горечью посмотрев на нее.

— Ты думаешь, мы могли бы быть счастливы вместе?

— Возможно, наш роман продлился бы какое-то время, но по своему опыту я знаю, что у большинства отношений, так сказать, ограничен срок годности.

— А может, ты просто не готов работать над ними?

— Что ты предлагаешь? — насмешливо спросил Алессандро. — Хочешь посмотреть, что получится у нас сейчас? Забудь об этом. Я говорил тебе об условиях нашей сделки — я финансирую твою марку, но через три недели мы расстаемся и возвращаемся каждый к своей жизни.

— Но отношения — это не сделка, — возразила Рэйчел.

Его взгляд пронзил ее, как острый нож.

— Наши отношения — это именно сделка, — сказал Алессандро. — И ты, богатенькая девочка, не забывай об этом.