На острове Президент Синдирелла уже все узнала. Два раза. Сначала новости про похищенных близняшек ей рассказали телевизионные дикторы, а потом прибежала близняшкина мама и еще раз рассказала то же самое.
Полиглот через окно влетел в кабинет Президента, где вокруг стола заседало все Правительство мам острова Эскадо, нагло уселся на самой середине круглого стола, сделал свое грязное предложение.
Младшая помощница Президента — худенькая кошка тут же стала к нему подкрадываться.
— Уберите кошку! — потребовал попугай. — А то наши переговоры зайдут в тупик. И отдавайте подарочек.
— Хорошо! — согласилась Президент, изо всех сил удерживая за хвост свою младшую помощницу. — Мы согласны. Мы хотим получить обратно наших двойняшек, поэтому вернем ваш подарочек.
Все мамы ахнули. Кошка тоже. От удивления кошка чуть не забыла человеческий язык, но вовремя его вспомнила, перестала вырывать хвост, обернулась к Президенту, шепнула ей на ухо:
— Ты зачем согласилась? Что мы будем возвращать? Какой подарочек? Они же нам ничего не дарили!
— Наверно, дарили, — шепнула кошке Президент. — Только мы не заметили. Ты моя помощница, вот и помоги разузнать, что это был за подарок.
Мамы и Президент вышли из кабинета, оставили попугая с кошкой наедине.
— Только, чур, не подкрадываться! — сразу же сказал попугай.
— Ладно, — согласилась кошка и села на краю стола.
— Значит, отдаете подарочек? — хихикнул попугай. — Небось жалко расставаться?
— Очень жалко! — сказала кошка. — Легко ли расстаться с такой ценной вещью!
— Ох, не легко! — кивнул попугай, с нежностью вспоминая грязные деньги. — Маленькие, серенькие и шуршат так приятно!
— Минуточку, — сказала кошка, выскочила из кабинета.
За дверью ее ждали Президент Синдирелла и все Правительство мам.
— Поняла! — крикнула кошка. — Маленькие, серенькие, шуршат. Пираты подарили нам мышей.
— Глупости! — покачала головой Синдирелла. — У нас своих мышей хватает. Прибавятся новые — сразу заметим. Нет, мышей они не дарили.
Кошка вернулась в кабинет, спросила:
— Вам как подарочек возвращать? В коробочке или без?
— Можно без, — разрешил попугай, представив себе огромную кучу денег. — Все равно она ни в какую коробочку не поместится. Очень уж большая.
— Сейчас! — сказала кошка, выскакивая из кабинета. — В коробочку не поместится. Очень большая, — зашептала она мамам и Синдирелле. — Кажется, это была слониха.
— Чепуха, — не согласилась Синдирелла. — Никакой слонихи на острове нет. Только один слон в зоопарке. Была бы слониха — уж наш-то слон ее бы не упустил. Познакомился бы.
— Надеюсь, вы их постирали, — сказал попугай, когда кошка вернулась. — Не будете грязные отдавать?
— Это были носки, — снова выскочила из кабинета кошка. — Или майки. Или наволочки.

— Кто наволочки на день рождения дарит? — удивилась Синдирелла. — Нет, так ничего не выйдет. Надо действовать хитростью. Надо прямо спросить, как называется то, что они нам подарили.
Кошка решила действовать хитростью. Вернулась в кабинет и сказала:
— Скоро мы вам отдадим… это… ну, это… как его? Ой, забыла, как называется!
— Деньги! — подсказал попугай. — Кучу наших грязных денег.
Наконец-то все выяснилось! Но легче от этого не стало.
Правительство мам с трудом вспомнило, что среди прочего мусора недавно попадалась одна большая куча бумажек. И сверху действительно лежала какая-то записка. Но записка была написана кошмарным почерком, ничего не разобрать, а бумажки ужасно грязные, руками трогать противно. Мамы решили, что это просто мусор, надели резиновые перчатки, не долго думая, сунули всю кучу в иннокентьевскую Превращалку.
— Надо, — сказали мамы, — пойти посмотреть, что из этой кучи получилось. Что выскочило, то и отдадим. Пожалуйста, нам не жалко.