На корабле матросы ходят злые,

Кричит им в рупор старый капитан.

У юнги Билла стиснутые зубы,

Он видит берег сквозь густой туман.

На берегу осталась крошка Мэри —

Она стоит в тумане голубом.

И юнга Билл ей верит и не верит —

И машет вдаль подаренным платком.

Вернулся Билл из Северной Канады.

А ну-ка, парень, наливай вина!

Я буду пить за ласку и за Мэри,

Я буду пить бокал вина до дна!

В таверне распахнулись настежь двери,

Глаза у Билла вылезли на лоб:

Пред ним стояла вся в смущеньи Мэри

И с ней высокий толстый боцман Боб.

А ну-ка, Боб, поговорим короче,

Как подобает старым морякам.

Я опоздал всего лишь на две ночи,

Но эту ночь без боя не отдам!

Сверкнула сталь, сошлись в бою матросы.

Как лев, дерется юнга молодой.

Они дрались за пепельные косы,

За крошки Мэри образ голубой.

Но против Билла боцман был сильнее —

Ударил точно его пиратский нож.

Конечно, Билл оказался ранен

И рухнул ниц, как сброшенный мешок.

Прошло пять лет — и снова Билл здоровый:

Искусный лекарь руку залечил.

Теперь его не юнгой Биллом звали —

Ковбой он Гарри в местах, где раньше жил.