Они стояли в пыльном дворике посреди пустоты. Тело Мии наполнялось напряжением, сердце разрывалось на части. Гнев Рэма возрастал. Она подвела его к тому же распутью, на котором оказалась сама. Мия не хотела быть просто любовницей, но знала, что он не сможет предложить ей длительных отношений. Он мог бы отвернуться от нее и уйти. Рэм молчал. Он не должен был вообще что-либо рассказывать ей. Он мог исчезнуть из ее жизни, и она никогда больше не увидела бы его.

— Тебе рассказал Том?

— Нет, — ответила она. — Мой брат никогда бы не обманул твоего доверия.

— Тогда кто? — спросил Рэм, его глаза пылали яростью.

— Молодая девушка, — произнесла Мия, приподняв подбородок и пытаясь подавить желание убежать. — Больше тебе ничего знать не надо.

— Неужели?

— Это не ее ошибка, Рэм. Наверняка все об этом говорят. Особенно теперь, когда вдруг появилась я.

Пройдя мимо нее, Рэм приблизился к колодцу, чтобы набрать воды лошадям.

— Что, по-твоему, я делаю? — спросила Мия, последовав за ним. — Думаешь, я смеюсь над тобой? Я просто удивилась, узнав, что ты согласился на брак по расчету.

Рэм опустил ведро в колодец, стоя к Мии спиной.

— Это было давно, — глухо произнес он.

— Не так уж и давно. Я никогда не слышала об этом, значит, она умерла, когда я была в больнице. Сейчас все в прошлом. Неужели ты до сих пор не можешь говорить о ней?

— А почему я должен? — Набрав воды, Рэм снял ведро, и казалось, что он уйдет к лошадям, так и не ответив ей. Но Мию не так просто было сбить с толку.

— Ты не справишься с этим, так же как я не переживу несчастье, если мы не будем об этом говорить.

— Избавь меня от своей дилетантской психологии, — отрезал Рэм, не сбавляя шага.

При виде того, как Рэм спокойно наполняет водой старое корыто, внутри Мии разбушевался вулкан.

— Так вот о чем ты думал, когда спал со мной, Рэм! Когда мы занимались любовью, ты думал о ней?

Рэм двигался так быстро, что Мия в испуге отскочила и чуть не потеряла равновесие.

— Хватит! — гневно предупредил Рэм. — Забудь об этом.

Но в Мии уже все клокотало.

— О, понимаю. Твоя нареченная была настолько чиста, что о ней нельзя было говорить там, где я.

— Я предупреждаю… — Рэм схватил ее.

— Отпусти меня, — огрызнулась Мия в ответ.

Он убрал руки и отвернулся, рыча от злости.

— Я думала, ты мне доверяешь, Рэм. Думала, мы друзья, но ты использовал меня.

— Не больше, чем ты — меня, — огрызнулся он. — Есть вещи, о которых я никогда не говорю. Никому. В том числе и тебе.

— Но не Тому, — парировала Мия. Внутри ее все пылало. — И, думаю, твоя невеста тоже не оставалась в стороне.

— Лейла, — перебил Рэм. — Ее звали Лейла.

То, как он произнес ее имя, причинило Мии невыносимую боль. Она никогда не слышала, чтобы Рэм отзывался о ком-то с таким сожалением и почтением. Но ей придется себя наказать еще раз… за то, что сомневалась в нем, за ненависть к бедной умершей девушке.

— Какой она была, эта Лейла?

— Не такой, как ты, — прямо сказал Рэм.

Его лицо ничего не выражало, и Мия невольно задалась вопросом, сколько уколов сможет вынести ее сердце. Она проиграла это сражение. Она не сможет бороться с мертвой девушкой, которая все еще живет в сердце Рэма. Но Мия хотела услышать о ней все, узнать все, или она никогда не успокоится.

— Продолжай.

— Лейла — часть моей прошлой жизни. Мы росли вместе, нас воспитывали слуги.

— И вы подружились?

— Да.

— Лейла так много значила для тебя?

— И значит до сих пор.

Рэм вернулся к колодцу, а Мия пыталась понять, какое место она сама занимает в этой истории.

— И это все?

— А что еще ты хочешь узнать?

Вырвав ведро из его рук, она швырнула его на землю:

— Я хочу знать, где во всей истории нахожусь я, Рэм. Или меня там нет?

— Я знал, что, если расскажу тебе, ты зайдешь слишком далеко.

— То есть ты не собирался говорить? — возмутилась Мия. — Послушай, что я думаю, Рэм. Я не верю, что ты согласился бы на брак по договору, если бы не хотел этого!

— Я был молод, и на меня можно было повлиять.

— Тогда что я значу для тебя, Рэм? Я — часть твоего бунта? Или просто женщина, греющая твою постель?

— Ты — совсем другое. Ты важна для меня, но по-другому, — произнес он.

— Я должна этому радоваться? — Мия чувствовала силу и жар его тела, но в этот раз гордость восторжествовала. — Думаю, я — все, чем не являлась Лейла! — взорвалась она в нахлынувшем безумии и неуверенности. — Сложная, требовательная и к тому же страшная.

— Нет! — крикнул Рэм. — Не смей так говорить. Ты должна понять. Тогда я был совсем другим. И если бы мы с Лейлой поженились, случилась бы катастрофа. Она была мне как сестра, Мия. Это было бы… — он скривился, — неправильно.

Мысль о том, что Рэм мог не хотеть жениться на Лейле, ошеломила Мию. Она молчала. Он снял рубашку, набрал воды, облился ею, рыча от удовольствия, и тряхнул головой, убирая волосы с глаз.

— И все? — продолжала Мия.

Прицепив ведро, Рэм снова опустил его в колодец.

— Все. Умер хороший друг. Но свадьба? — Он покачал головой. — Возвращаясь в прошлое, я все же думаю, что должен был подчиниться традиции.

— А сейчас?

— Сейчас я устанавливаю правила. — Он помолчал, давая Мии осознать услышанное, и спросил, успокоил ли ее.

Больше, чем она ожидала.

— Извини, — приглушенно сказала она. — Кажется, в этот раз я поспешила с выводами и была неосторожна.

— В этот раз? — пробормотал Рэм. — Хочешь освежиться?

«Мне стоило этого ожидать», — поняла Мия, визжа от перепада температур, когда Рэм вылил на ее разгоряченное тело ведро ледяной воды.

— Я ненавижу тебя! — крикнула она.

Он, запрокинув голову, захохотал:

— Видела бы ты свое лицо.

— Я правда тебя ненавижу, — повторила она.

Рэм прижал Мию к себе:

— Напомни, что там говорят про ненависть, а?

— Забудь! В этом случае ненависть значит именно…

Его губы обрушились на ее. Мия сопротивлялась, но не сильно, и Рэм не отпустил ее.

— В следующий раз я обязательно попрошу разрешения, — произнес он, когда Мия прикрыла ладонью опухшие губы.

— Думай что хочешь, но следующего раза не будет.

— Неужели?

Он притянул Мию к себе и вновь заглушил ее слова поцелуем. В этот раз она чуть не задохнулась от желания.

— Ты не даешь себя понять, — прошептал он.

— Сказал сфинкс. К тому же когда все просто — это скучно, — ответила она, хмурясь и выжимая одежду. — Друзья должны делиться друг с другом, Рэм.

— Друзья? — Подняв брови, он взглянул на Мию.

— Если бы мы были настоящими друзьями, ты мог бы рассказать мне то, что скрывал от других… — Ее голос начал срываться. Вдруг она почувствовала себя невероятно уязвимой.

Рэм просто улыбнулся:

— Давай устроим пикник, и я обещаю рассказать тебе все.

Оказалось, Рэм взял с собой покрывало и еду. Мия разложила все на уютном зеленом берегу прямо рядом со старыми стенами форта. Открыв бутылку воды, Рэм подал ее Мии и начал историю о друге детства: о маленькой девочке Лейле, которая была его семьей в дни, полные одиночества, маленькой девочке, с которой они играли, которая выросла, чтобы стать его женой, но трагически погибла перед свадьбой.

— Почему ты уверен, что ваша свадьба стала бы катастрофой?

— Просто чувствую…

В его глазах плескался смех, но Мии хотелось продолжения.

— Расскажи еще.

— Когда мы выросли, я мало виделся с ней. За то время, что мы были обручены, встречал ее лишь дважды.

— Дважды? — удивилась Мия.

— Брак по договору в Рампракеше может показаться тебе странным, потому что ты принадлежишь другой культуре. Наши семьи всегда были очень близки.

— И ты доверил родителям все устроить?

— Так заведено.

— А что думала Лейла?

— Что она счастливейшая девушка на Земле, конечно…

Мия толкнула Рэма, и он хмыкнул.

— А теперь? — спросила она после нескольких минут тишины. — Что ты чувствуешь теперь?

— Мне грустно, — признал Рэм, — потому что она умерла такой юной.

Мия могла лишь посочувствовать Рэму, его потере, Лейле, которая была воспитана будущей королевой, не имея свободы и возможностей, которыми наслаждалась она.

В этот момент Мия поняла: не важно, получит она контракт или нет, она все равно поднимется…

Даже без Рэма…

Ее сердце больше не вынесет.

— А что теперь? — спросила Мия. — Что теперь ты думаешь о браке?

— Какая разница? Этого никогда не случится. Я вернулся в Рампракеш, чтобы установить новые традиции, а не слепо следовать тем, с которыми я не согласен.

— Нарушитель правил?

— Я личность, Мия, и принимаю собственные решения.

— Почему смерть Лейлы оставила столько горечи в твоей душе? Это ужасная трагедия, но в этом нет твоей вины.

— Это была болезнь, стремительная и ужасная.

Мужчина, который встречал нас в порту, — отец Лейлы. Он представляет совет, а я — демократию и выборное правительство. Когда Лейла умерла, он даже не подождал положенного времени, чтобы предложить список потенциальных невест.

— Может, он просто хотел удержать тебя?

— Вряд ли. Он продвигал лишь тех девушек, чьими семьями мог манипулировать.

— И продлить жизнь коррупции.

— Теперь ты понимаешь, — пробормотал Рэм. Проводя пальцем по щеке Мии, он добавил: — Ты всегда хочешь думать о людях лучше, чем они есть.

— Кроме тебя, — сказала Мия. — Вот почему ты оставил Рампракеш. Вот почему отец Лейлы, встретив нас в порту, предположил, что я новая королева. Возможно, уже тогда он задумался о том, как можно мной манипулировать.

Рэм рассмеялся:

— Попробовав, он понял бы, что откусил больше, чем может прожевать.

Мия пожала плечами и улыбнулась, но потом ее лицо вновь омрачилось.

— Не все похожи на отца Лейлы, Рэм. Ты видел подданных и то, как они восхищаются тобой. Не отворачивайся от них, не отказывай им в празднике лишь потому, что твой придворный использует шумиху, чтобы запутать людей и не дать им увидеть суть.

— Мудрая Мия.

— Думаю, мы оба повзрослели. — Она легла на мшистый берег.

По крайней мере, сердце Рэма не затронуто. Уже хорошо. Где жизнь, там и надежда, верно? Мия закрыла глаза и почувствовала, как Рэм расположился рядом.

— Хочешь, я устрою тебе свадьбу, пока ты здесь? — прошептал он.

Мия в тревоге вскочила, но наткнулась на томный взгляд Рэма.

— Я не побрякушка, которой ты можешь крутить перед носом совета, отвлекая их, пока сам реорганизовываешь страну. Я выйду замуж за того, кого захочу… — А хотела она лишь одного человека, и это не обсуждалось. — Или никогда не выйду.

Рэм присвистнул:

— Ты позволишь об этом всем сообщить? Я думаю, мужчины заслуживают знать о том, что они в безопасности.

— Просто перестань твердить о договорных свадьбах.

— Ну только если я ее организовываю.

— Не вмешивайся, Рэм, — прошептала Мия, чувствуя себя невозможно уставшей.

Смахнув листочек с лица, она ощутила тишину и покой, пропитавшие их пикник и необычную беседу, и, хотя они лежали рядом, наслаждаясь свежестью ночного воздуха, Мия чувствовала себя далеко от Рэма.