— Они должны были упасть на колени, — объяснял Луи. — Именно поэтому я и сделал ошибку. А кроме того, автопилот все время говорил «инженер», а должен был говорить «бог».

— Бог?

— Они превратили строителей Кольца в богов. Я должен был сразу обратить внимание на их молчание! Говорить можно было только жрецу. Они вели себя так, как будто слушали давно известную молитву. Плохо только то, что я давал при этом неправильные ответы.

— Значит, религия. Очень странно. Однако ты не имел права смеяться, — отозвался интерком голосом Тилы. — Никто не смеется в соборе, даже туристы.

— Мне показалось смешным, что они забыли, что живут на Кольце. Думают, что над их головами громадная дуга.

Зигнамукликлик исчез из их поля зрения. Город не сможет отомстить демонам. Вероятнее всего, они никогда их больше и не увидят.

— Это на самом деле напоминает лук, — проговорила Тила.

— Ты права. Я не должен был смеяться. Но теперь все в порядке: мы оставляем за собой наши ошибки и не чувствуем их последствий. Нужно только вовремя взлететь.

— Некоторые ошибки останутся с нами надолго, — отозвался неожиданно кзин.

— Странно, что именно ты говоришь об этом. — Луи невольно потянулся к носу, который сейчас напоминал кусок дерева. Нос успеет зажить прежде, чем кончится действие обезболивающего средства.

— Несс! — позвал он кукольника.

— Да, Луи!

— Мне пришло в голову задать тебе один вопрос. Ты говорил, что тебя считают безумцем, поскольку ты смел. Правильно?

— Знаешь, Луи, твоя деликатность…

— Я говорю серьезно. Кукольники оценивали тебя неверно. Кукольники инстинктивно избегают опасности, не так ли?

— Да, Луи.

— А вот и нет. Кукольники инстинктивно отворачиваются от опасности, но для того, чтобы ввести в действие заднюю ногу. Это невероятно опасное оружие, Несс.

Луи прекрасно помнил, как все произошло. Кукольник повернулся плавным движением и со страшной силой ударил своим твердым, как сталь, копытом. При этом его головы были широко расставлены, чтобы тщательнее прицелиться.

— Я не мог убегать, — сказал Несс. — Тогда бы я удалялся от скутера. А это опасно.

— Но ты тогда совсем не рассуждал. Ты действовал инстинктивно. Кукольник поворачивается не затем, чтобы убегать, а затем, чтобы сражаться. Ты совсем не сумасшедший, Несс.

— Ты ошибаешься, Луи. Большая часть кукольников убегает. А нормой всегда является поведение большинства.

Стадное животное! Луи больше не спорил. Он поднял глаза, чтобы полюбоваться последними лучами заходящего солнца. «Последствия некоторых ошибок останутся с нами…» Что имел в виду кзин, говоря это?

Над их головами появилось кольцо черных прямоугольников. Флотилию вел Несс, но затем передал эту обязанность кзину. Говорящий всю ночь пилотировал скутеры. Над их головами из-за края черного прямоугольника начал проявляться слабый блеск. Приближался рассвет.

Отозвался Говорящий, передавая Луи контроль. Со скоростью семьсот миль в секунду мир мчался им навстречу.

Линия, отделяющая день от ночи, называется терминатором. Земной терминатор отчетливо видно с Луны или с орбиты, но на самой Земле его нельзя увидеть.

Четкие прямые линии на Кольце и являлись терминаторами. Одна из таких линий неслась им навстречу.

Солнце внезапно сверкнуло, когда часть диска показалась из-за прямоугольника. С левой стороны Луи была ночь, с правой приходил день. Удивительный, необычный мир демонстрировался специально для Луи, пришельца, туриста.

Далеко позади, над размытой серостью, блеснула горная вершина.

— Кулак Бога, — медленно проговорил Луи, как бы пробуя на вкус странное грозное название. Какое прекрасное название у этой горы! Ведь это величайшая гора во Вселенной.

Луи By, человек, чувствовал страшные неудобства. Если так пойдет и дальше, то он может окостенеть в этой сидячей позе. А что касается кирпичиков, то их вкус начинал напоминать вкус именно кирпичей… и он не ощущал своего носа и не мог напиться кофе…

Но Луи By, турист, был доволен.

Например, Звездные Семена. Какое поэтичное название! Простое приспособление, сконструированное тысячу лет назад, как сказал Несс. И ни один кукольник никогда не заикнулся о нем, по крайней мере, до вчерашнего дня.

Знали ли они, почему корабли Внешних летят в направлении сигналов, посылаемых Звездными Семенами.

Несс выключил свой интерком. Луи подумал о том, что настоящими звездными семенами были неразумные существа, питающиеся водородом космического пространства. А передвигались они благодаря фотонным парусам от ядра Галактики к краю. Там они откладывали яйца, и новорожденное существо должно было само найти дорогу к дому, летя с фотонным ветром к теплому, полному водорода Ядру Галактики.

Вслед за Звездными Семенами передвигались и Внешние.

Почему? Казалось бы, простой вопрос, но не слишком.

Примерно в то время, когда люди вели войну с кзинами, одно Звездное Семя свернуло со своего курса, отнесенное порывом фотонного ветра. Летящий за ним корабль Внешних оказался вблизи Проциона. Он задержался там и передал губернатору Нашего Дела планы надпространственных двигателей.

С тем же успехом он мог это сделать и на планете кзинов.

Не тогда ли кукольники изучали расу кзинов?

Проклятие! У меня слишком буйное воображение.

Изучали или нет? Разумеется, изучали. Это говорил сам Несс. Изучали и искали способ ликвидировать их каким-то безболезненным способом.

Война разрешила эту проблему. Корабль Внешних приземлился на Нашем Деле, и люди получили надпространственные двигатели. После этого кзины перестали быть опасными для кукольников.

— Никогда бы не подумал, — прошептал Луи. — Если бы Говорящий… — это была слишком страшная мысль. — Это их проклятый эксперимент! Они использовали нас!

— Ты прав, — отозвался Говорящий-со-Зверями.

Какое-то мгновение Луи думал, что все это снится ему в кошмарном сне. Потом увидел над пультом небольшую головку кзина: Луи забыл выключить интерком.

— Проклятие! Ты подслушивал?

— Я не хотел, Луи. Просто ты забыл выключить интерком.

— Да-а-а, — только сейчас Луи припомнил оскал-усмешку кзина, лежавшего на лугу на таком расстоянии, что, казалось, ничего нельзя было расслышать. Это было в тот момент, когда Несс рассказывал ему про Звездные Семена. Уши кзина были ушами хищника. А его усмешка была оскалом, обнажающим смертоносные клыки.

— Ты что-то говорил об эксперименте, — сказал кзин.

— Я… я просто… так себе…

— Кукольники натравили наши две расы одна на другую, чтобы ограничить экспансию кзинов. Они уже тогда имели искусственные Звездные Семена. И применили одно из них, чтобы заманить корабль Внешних в район, колонизированный людьми. Вот что ты назвал экспериментом!

— Послушай, это только наши домыслы. Успокойся…

— Однако и ты, и я сумели это понять.

— Э-э-э…

— Я сомневался, стоит ли спрашивать Несса об этом сейчас, но раз уж ты все понял, у меня нет выбора.

— Но… — начал Луи, но закончить мысль не смог — кзин включил сирену.

Она завыла противным голосом. Длительное время этот звук просто невозможно было выдержать. Над пультом появились головки Несса.

— Что случилось?

— Вы помогали в войне нашим врагам? — рявкнул Говорящий. — Ваши действия являются объявлением войны Патриарху Кзинов!

Тила включилась с небольшим опозданием и услышала только последние слова. Луи энергично качнул головой — не вмешивайся! Головы кукольника в удивлении заколебались.

— О чем ты говоришь? — спросил он.

— Первая война с людьми. Звездные Семена.

Головы исчезли, как будто их сдул внезапный порыв ветра. Один из скутеров вдруг направился в сторону, отрываясь от строя. Это был скутер Несса.

Возникшая ситуация не слишком взволновала Луи. Остальные скутеры были далеко. Если бы стычка произошла на Земле, могли бы быть неприятности. Но в воздухе? Несс изменил бы себе, если бы не позаботился о том, чтобы скорость его скутера была больше, чем скорость скутера Говорящего. Он должен был иметь уверенность, что в случае опасности всегда спасется бегством.

Но кукольник не убегал. Сделав круг, он начал сближаться с Говорящим.

— Я не хочу тебя убивать, — проговорил кзин. — Не забывай, что область действия таспа может оказаться меньше, чем действие этого приспособления для копания!

Морозящий кровь крик кзина заставил вздрогнуть Луи. Он едва заметил маленькую серебряную точку, которая оторвалась от скутера кзина и полетела вниз.

— Я не хочу тебя убивать, — уже спокойнее сказал кзин. — Я хочу просто задать тебе несколько вопросов. Я знаю, что вы умеете направлять Звездные Семена.

— Да, — подтвердил Несс.

Его скутер удалялся с невероятной скоростью. Кажущееся спокойствие кзина и кукольника было обманчивым. Ведь Луи не мог рассмотреть выражение их физиономий. Несс убегал, как будто речь шла о его жизни, кзин же не оставлял своего места в строю.

— Я жду ответа, Несс.

— Ты рассуждал правильно, — проговорил Несс. — Исследования, которые проводились над дикими хищными кзинами, позволили нам сделать вывод, что у вас есть большие потенциальные возможности, которые можно будет развить и использовать с большой пользой для нашей расы. Мы предприняли шаги, которые должны были привести вас к тому, чтобы вы могли мирно жить с другими расами. Мы применили методы, не несущие непосредственную опасность…

— Несс, мне это совершенно не нравится.

— И мне тоже, — добавил Луи.

От его внимания не ушел тот факт, что кукольник и кзин разговаривали на межпланетном языке. Значит, они хотели включить в спор людей. И совершенно справедливо — ведь предмет спора относился и к ним.

— Вы использовали нас, — проговорил Луи. — Использовали нас, использовали кзинов…

— Только это привело к вашей победе и нашему поражению, — включился в разговор Говорящий-со-Зверями.

— В войне погибло много людей, — сказал Луи.

— Луи, оставь его в покое, — вступила в разговор Тила. — Если бы не кукольники, мы были бы рабами кзинов! Их остановили в последний миг перед гибелью нашей цивилизации!

— Мы тоже имели цивилизацию, — заметил со зловещей усмешкой кзин.

Одноглазая голова кукольника напоминала питона, готового к схватке. Вторая, вероятно, управляла скутером, который находился уже далеко от строя.

— Кукольники использовали нас, — процедил Луи, — использовали нас, как инструмент для развития расы кзинов.

— И им это удалось! — Рычание, вырвавшееся из горла кзина ужаснуло бы и тигра.

— И им это удалось! — повторила Тила.

— Ведь они живут сейчас в мире с другими разумными расами.

— Замолчи, человек!

Кзин вынул приспособление для копания и потряс им перед интеркомом. Тила моментально замолчала.

— Это могли быть и мы. — Луи и кзин переглянулись. — Если бы кукольники захотели выращивать для каких-то своих целей людей, то… — Он внезапно умолк. — О, боже, Тила!

Кукольник не отзывался.

Тила с тревогой заерзала под взглядом Луи.

— Что такое, Луи?!

— Извини. Мне кое-что пришло в голову… Несс, отзовись. Расскажи нам о Совете Народов и о Лотерее Жизни.

— Луи, ты с ума сошел!

— Р-р-р, — проворчал Говорящий. — Я должен был догадаться. Ну и как, Несс?

— Слушаю, — отозвался тот.

Его скутер уже напоминал маленькую точку, ее почти нельзя было заметить невооруженным взглядом. Прозрачная, смешная, одноглазая головка на экране не могла принадлежать грозному существу. Ни в каком случае.

— Вы вмешивались в проблемы человеческой популяции Земли?

— Да.

— Зачем?

— Мы любим людей. Верим им. Поддерживаем с ними торговлю. Помогая им, мы помогаем и себе, потому что люди, можно сказать это с уверенностью, раньше нас достигнут Магеллановых Облаков.

— Вы любите нас. Как это мило звучит… Ну и что с того?

— Нам хотелось немного исправить вас генетически. Но что можно исправить? Конечно, не разум — на нем стоит вся ваша могучая раса.

— Поэтому вы решили облагодетельствовать нас и воспитать из нас счастливцев! — рассмеялся Луи.

Только тогда Тила поняла. Глаза у нее округлились от удивления, она хотела что-то сказать, но не смогла выдавить ни единого звука.

— Разумеется, — подтвердил Несс. — Не смейся, Луи. Твоя раса и раньше была счастливой. В вашей истории полно таких счастливых случайностей — вы избегали катастроф, после которых от вас не осталось бы и следа. Даже о взрыве Ядра Галактики вы узнали совершенно случайно… Почему ты все время смеешься, Луи?

Луи же смеялся, потому что наблюдал за Тилой. Та покраснела до самых ушей. Ее глаза бегали, как бы отыскивая место, где можно было спрятаться. Это не слишком приятно: узнать, что ты являешься частичкой огромного эксперимента.

— Мы постарались изменить законы Земли. И все прошло чрезвычайно гладко. Наше исчезновение из ближайшего космоса привело к биржевому краху. Многие члены Совета Народов оказались на краю банкротства. Одних мы купили, других заставили шантажом. Все это обошлось нам в кругленькую сумму. В результате всех этих действий была введена Лотерея Жизни. Мы надеялись, что число счастливчиков будет все время расти.

— Ты чудовище! — крикнула Тила. — Чудовище! Говорящий-со-Зверями спрятал оружие.

— Ты не слишком переживала, когда узнала об экспериментах с кзинами, — проговорил он. — Кукольники хотели воспитать ласкового кзина. Применяли известные методы селекции: ликвидация неприемлемых особей, размножение тех, которые подавали надежды. Ты же не видела в этом ничего плохого, утверждая, что это всем на пользу. А теперь ты почему-то возмущена. Почему?

Тила разрыдалась от бессильной ярости и выключила интерком.

— Ласковый кзин, — повторил Говорящий. — Хотели воспитать ласкового кзина. Несс, возвращайся к нам, если ты считаешь, что это вам удалось.

Кукольник не отвечал. Его скутер исчез вдали.

— Не хочешь присоединиться к нашему маленькому отряду? А как же нам защищаться от грозящих отовсюду опасностей? Хотя ты, вероятно, прав. — Кзин вытянул перед собой могучие ладони, вооруженные страшными когтями. — И ваши усилия воспитать людей-счастливчиков тоже не удались.

— Неправда, — запротестовал Несс. — Такие есть. Только мы с ними не встретились именно потому, что они имели счастье.

— Вы пробовали сыграть роль всемогущего бога в отношении людей и кзинов. Тебе все же лучше не возвращаться.

— Я буду поддерживать с вами связь. Физиономия кзина исчезла.

— Луи, Говорящий выключился, — проговорил кукольник. — Если мне надо будет ему что-нибудь сказать, я передам через тебя.

— Разумеется, — буркнул Луи и тоже выключил интерком. Почти сразу же на пульте загорелась зеленая лампочка. Кукольник непременно хотел связаться с ним. «Пошел он к черту!» — выругался про себя Луи.

В полдень пролетели над морем величиной со Средиземное. Луи опустился пониже, чтобы осмотреться, оба скутера повторили его маневр. Значит, он по-прежнему вел всю эскадру, только никто не хотел разговаривать.

Вдоль берега тянулось огромное поле руин: когда-то здесь был город. Кроме порта, он ничем не отличался от Зигнамукликлика. Луи не стал приземляться.

Вскоре суша начала подниматься. Зелень лесов и лугов уступила место коричневым кустарникам, потом пустынной тундре, потом голым скалам…

В результате действия ветров и дождей на горном хребте, протянувшемся на полтысячи миль, не осталось ни крошки почвы или скал: грозной серостью блестел материал основы Кольца.

С уверенностью можно было сказать, что строители Кольца не допустили бы такой ситуации. Падение цивилизации должно было начаться много веков назад именно с тех местностей, которые никто не посещал.

Далеко впереди, там, где исчез Несс, ясным блеском светило таинственное пятно.

Оно могло находиться на расстоянии пяти — десяти миль. Может быть, это голая поверхность Кольца? Огромное пространство, с которого исчезла почва, высохшая и распыленная ветрами? Руины Зигнамукликлика были последней стадией упадка.

Сколько времени продолжался этот период? Десять тысяч лет? Или еще больше?

— Проклятие! Хорошо бы с кем-нибудь поговорить об этом. Это важно, — сказал Луи молчащему пульту.

Когда же они последний раз разговаривали? Прошло уже несколько часов с тех пор, как Луи вызвал Тилу, а потом и кзина. Те проигнорировали вызов так же, как Луи игнорировал зеленый огонек на пульте — вызов кукольника.

— Ну, хватит, — проговорил Луи и включил интерком.

В его уши ударили волны музыки. Только через некоторое время кукольник заметил, что интерком работает.

— Луи, надо сделать все, чтобы экспедиция снова собралась вместе, — сказал Несс. — У тебя есть какой-нибудь план?

— Да. Но это не говорит о хорошем воспитании — начинать разговор с середины.

— Извини, Луи. Благодарю тебя, что ты отозвался. Как твое самочувствие?

— Одиноко и паршиво. И все это благодаря тебе. Никто не хочет разговаривать с тобой.

— Что же мне делать?

— Ты имел что-нибудь общее с Советом Народов и Лотерей Жизни?

— Я лично руководил этими проектами.

— Это самый худший из всех возможных ответов. Ты и будешь первой жертвой контроля над рождением! Вряд ли Тила теперь отзовется!

— Ты не должен был смеяться над ней.

— Знаю. Больше всего меня удивляет не твоя проклятая самоуверенность, а то, что, проводя столь грандиозный эксперимент, ты одновременно можешь сделать такую глупость, как…

— Тила нас слушает?

— Конечно, нет. Несс, ты хоть понимаешь, что она сейчас переживает?

— Если ты предполагал, как это ее ранит, то зачем начинал разговор на эту тему?

Луи простонал. Он решил одну проблему и сделал определенные выводы. И в голову не приходило, что решение и выводы могут быть иными. Просто в голову не приходило.

— Есть ли у тебя план, чтобы снова объединить нашу экспедицию?

— Да, — ответил Луи и выключил интерком. Пусть и кукольник познакомится со сладким вкусом неуверенности.

Поверхность снова стала ближе, и она была покрыта зеленью.

Они пролетели над следующим морем и дельтой какой-то реки. Однако русло, как и дельта, было совершенно сухим. Источник, питающий реку, высох.

Луи снизился, и тогда стало ясно, что многочисленные каналы дельты были искусственного происхождения.

Пустые каналы выглядели неопрятно. Луи скривился и увеличил скорость.