– Ив-сун?! – удивленно воскликнул Глеб.

– Что вы здесь делаете?! – резко спросил Иван, направляя луч фонаря в лицо альгерду.

– Не самый корректный вопрос в адрес вашего преподавателя, курсант, – поморщился тот. – Впрочем, я вам на него отвечу. Несколько позднее.

– Сейчас! – потребовал Иван, делая шаг вперед.

– Не забывайтесь, курсант Голицын! – одернул его нард-кор Нивг. – Следуйте за мной, оба!

Невозмутимо повернувшись, альгерд зашагал в темноту. Глебу с Иваном ничего не оставалось, как только последовать за ним.

– Ты видел его руки? – шепнул на ходу Соколов Голицыну.

– Не обратил внимания, а что с ними не так?

Вместо ответа Глеб слегка повел фонарем, выхватывая силуэт альгерда из тьмы. Правая рука нард-кора Нивга почти по локоть была завернута в белый медицинский пластик. Левая выглядела несколько лучше – здесь врачебное вмешательство ограничилось лишь двумя или тремя пальцами.

– Такое впечатление, что он сунул их в мясорубку, – пробормотал Иван.

– Или кто-то их ему туда сунул… – добавил Глеб.

Они дошли, наконец, до противоположной стены зала и, миновав небольшую дверцу, оказались на дне круглой, освещенной неярким светом аварийных ламп почти вертикальной штольни. Наверх отсюда вела узкая – буквально, двоим не разойтись – металлическая винтовая лестница. Альгерд ступил на нее, и ступени, словно живые, жалобно заскулили под подошвами его ботинок.

Погасив фонарики, чтобы впустую не расходовать энергию батареек, друзья начали подъем. Иван попытался было считать ступени, но сбился где-то на середине второй сотни.

Наконец эта казавшаяся уже бесконечной лестница вывела друзей на квадратную металлическую платформу с решетчатым полом. Автоматически распахнулись двустворчатые двери, и вслед за нард-кором Нивгом Иван и Глеб вступили в вырубленный в скале ангар. Здесь было светло – гораздо светлее, чем в штольне, однако откуда именно шел такой яркий свет, Голицын, как ни оглядывался, не понял. Большую часть ангара занимала стоящая чуть наискосок серебристая «Эсмеральда». Еще тут были какие-то ящики, несколько мотков толстого кабеля, с десяток зачехленных крылатых ракет из боекомплекта воздушного катера и еще какие-то мелочи – что именно, Иван толком не разглядел.

– Я не спросил: вы прибыли только вдвоем? – обернувшись к друзьям, задал вопрос альгерд.

Глеб собирался что-то ответить, но, схватив за руку, Иван остановил его.

– Сначала объяснитесь, ив-сун! – потребовал Голицын.

– Объясниться? – удивленно переспросил нард-кор Нивг. – В чем, курсант?

– Во всем! Почему Альгер атаковал Землю?

– Альгер атаковал Землю? – вновь переспросил преподаватель фортификации. – Хм, я был о вас гораздо лучшего мнения, курсант Голицын…

– Меня сейчас не интересует ваше мнение обо мне, ив-сун! – силясь спрятать за наглостью сжимающий сердце страх, бросил Иван. – Меня интересует лишь, зачем Альгер напал на нашу планету!

– Одно с другим тесно связано, курсант, – не обращая особого внимания на крайне оскорбительный тон, которым был задан вопрос, спокойно проговорил нард-кор Нивг. – Если бы вы были хоть вполовину столь же сообразительны, сколь запальчивы, то вы бы, без сомнения, и сами обо всем догадались. Собственно, я-то был уверен, что вы все поняли…

– Что я должен был понять? – еще резче спросил Иван.

– Одну простую, совершенно очевидную, я бы даже сказал, вещь. Альгер не атаковал Землю! Поверить в эту чушь могли лишь кретины, которых вы здесь у себя почему-то держите за журналистов, политиков и государственных деятелей.

– Не атаковал?! – опешил Иван. – А кто же тогда совершил все эти кошмарные теракты?

– Ранола, конечно, – коротко бросил альгерд.

– Ранола?! – выдохнули Голицын и Соколов. – Но…

– В Школе был агент Ранолы – теперь это совершенно очевидно, – словно учитель, замучившийся объяснять нерадивым ученикам, что дважды два будет не семь, не шесть и даже не пять, нет, и не три, к сожалению, а четыре и только четыре, устало проговорил нард-кор Нивг. – Воспользовавшись отсутствием нарда Шидда и большинства других преподавателей, он и организовал эту провокацию.

– Шпион Ранолы? Не смешите, ив-сун! – Иван попытался вложить в свои слова весь доступный ему сарказм. – Это же полная ерунда!

– Ерунда?! – взорвался, наконец, преподаватель фортификации. – А то, что Альгер будто бы собирался захватить Землю, по-вашему, не ерунда?! Собирался – и что-то там вдруг у него не срослось, сорвалось?! Вы двое, которые видели нашу мощь и можете хотя бы приблизительно сопоставить ее с силами своей Земли, вы ответьте мне, почему тогда ваша планета так до сих пор и не оккупирована? Кто или что смог этому помешать?! И зачем, к тому же, доверять столь важную миссию неопытным курсантам из местных? Чтобы в критический мемент они еще трижды подумали, стоит ли бомбить родные святыни, для этого, что ли?! – сверкнул глазами альгерд.

– Но, ив-сун…

– И еще ответьте: зачем предупреждать земные правительства о планируемой атаке?! А такое предупреждение было – они сами это признают! И зачем уничтожать собственных пилотов?!

– Может быть, для того, чтобы, попав в плен, они не рассказали на допросе лишнего? – уже не столь решительно предположил Голицын.

– Тогда нужно было ликвидировать их сразу же по завершении миссии. Но нет, пилотам позволяют спастись, и только когда они, попав в руки властей, расскажут, кто они и кто их послал – только тогда их убивают… Вам-то, кстати, как удалось выжить? – задал он вопрос.

– С нас вовремя сняли браслеты, – несколько неопределенно ответил Соколов.

– Так я и думал, – кивнул альгерд. – Насколько я понимаю, всем остальным повезло меньше.

– И все же, как-то уж слишком сложно все получается, – проговорил Иван. – Такая масштабная операция – и какова ее цель? Дискредитировать Альгер в лице земных правительств?

– Не только, – покачал головой нард-кор Нивг. – Не только.

– А что же еще?

– Я вообще считаю, что у нас недооценивают интерес Ранолы к Земле, – заявил альгерд. – Аналитики в штабах полагали, что наши враги придут в этот сектор космоса не ранее, чем лет через пять-десять – земных лет, я имею в виду. Они просчитались. Ранола уже здесь, и просто выставить с Земли Альгер им уже кажется мало. Уверен, дело идет к созданию полномасштабной опорной базы!

– Опорной базы?

– Космической крепости. Система Земля-Луна почти идеально подходит для того, чтобы держать под контролем весь этот сектор космоса. Как таковой, для Ранолы он действительно пока не слишком важен, зато для Альгера по ряду причин просто жизненно необходим. Вклинившись в Солнечную систему, они как ножом перережут наши тыловые коммуникации. Альгер, разумеется, этого так не оставит – и вот тогда уже начнется настоящая драка. Кстати, хуже всего при таком раскладе придется именно Земле: займет сторону Ранолы – в самом деле узнает, что такое мощь атаки Альгера, попытается сохранить нейтралитет – получит рикошетом и с той, и с другой стороны.

– А если Земля примет сторону Альгера? – задал вопрос Соколов.

– На это мы изначально и рассчитывали. И если бы все шло по плану, я уверен, мы смогли бы надежно защитить Землю от любых угроз со стороны Ранолы. Но теперь, боюсь, это уже невозможно.

– Почему?

– После этой наглой провокации Земля едва ли сама охотно пойдет на новое сближение с Альгером. Да теперь и Ранола не позволит. А Альгер навязываться не станет. Считая, что интерес Ранолы лишь в восстановлении статус-кво, Альгер смирится с потерей Школы и отойдет. И тогда Ранола получит время на создание базы. Думаю, они выберут под ее размещение Луну, вероятность этого – девяносто процентов. Оставшиеся десять приходятся на Меркурий и спутники Юпитера, но там условия гораздо хуже.

– Но рано или поздно в Альгере все равно узнают об этом, – заметил Голицын.

– Если к этому времени база будет готова – а все, как я говорил, к этому идет – будет уже действительно поздно. Не для Альгера – для вашей Земли.

– Для Земли? Почему? – не понял Иван.

– Я все больше убеждаюсь, что вы были ужасным курсантом, Голицын! Как только вы ухитрились сдать у меня экзамен за первый семестр? Вы хоть понимаете, что такое опорная база? И что нужно, чтобы ее уничтожить?

– Если база будет на Луне… Придется, по-сути, уничтожить саму Луну! – словно не веря собственным словам, выговорил Глеб.

– Верно, Соколов! И последствия этого для Земли невозможно предсказать! Но в любом случае это будет катастрофа планетарного масштаба! Не берусь судить, сохранится ли после этого на Земле жизнь как таковая – может быть, какие-то микробы и бактерии и выживут, но высшие животные погибнут без сомнения!

– А люди?.. – с ужасом вымолвил Голицын.

– Люди? Если и выживут – то весьма немногие.

– И Альгер… Альгер это допустит? – тихо спросил Глеб.

– Базы Ранолы на Луне Альгер не потерпит.

– Значит, надо сообщить им о ее планах! – воскликнул Иван. – Сейчас, пока база не готова!

– Единственная исправная станция дальней связи находилась в Школе, – развел руками преподаватель фортификации. – Мощности передатчиков «Эльметаша», даже если вывести его в космос, не хватит.

– Что же делать?! – в отчаянии спросил Голицын.

– Выполнять свой долг. Делать то, что в наших силах. Для начала необходимо уничтожить эту резервную базу, – заявил альгерд. – Рано или поздно Ранола сюда доберется, и не хотелось бы, чтобы все это хозяйство, – он обвел рукой ангар, – досталось ей в качестве трофея. Взрывчатку я заложил, но один из детонаторов взорвался у меня в руках, – он вытянул вперед свои закованные в пластик конечности, и Иван заметил на левом – относительно здоровом – запястье нард-кора Нивга бугорок «Шилка». – Теперь я не могу управлять катером – так что должен признать, вы двое подоспели весьма вовремя. Кстати, вы так и не ответили на мой вопрос: вас здесь только двое?

– Да, – кивнул Глеб, прежде чем Иван сообразил, что ответить. – Еще один вопрос, ив-сун. Как вам удалось спастись из Школы? Ведь, насколько мы слышали, американские бомбардировщики сравняли ее с землей?

– Случайно обнаружив несанкционированный взлет катеров, я сразу же заподозрил неладное, – ответил альгерд. – Попытался связаться с пилотами, но связь не работала. Это было уже совсем плохо. Тогда я взял свободный «Эльметаш» и полетел в погоню. Нагнал один из катеров над Аляской – так, кажется, называется этот северный край – и стал свидетелем атаки на военный объект. Отыскал на радаре другие катера – ближайший был над Вашингтоном. Бросился туда… В общем, пока я метался между вами, ВВС США – видимо, по наводке Ранолы – атаковали Школу. Тогда я направился сюда, – преподаватель фортификации подошел к стене и дотронулся до какой-то кнопки. В следующую минуту стена ушла вниз, и в ангар ворвался шум моря. – Прошлой зимой, при вашем, кстати, участии, Голицын, я закончил оборудование этого ангара. Я надеялся найти здесь станцию дальней связи, но ее тут не оказалось, – продолжил альгерд. Тогда я стал готовить базу к уничтожению. Ну, ваши вопросы исчерпаны, курсанты?

– Еще один, последний вопрос, ив-сун, – проговорил Соколов. – Кто все это организовал? Кто предатель?

Несколько секунд альгерд медлил с ответом.

– Очевидно, кто-то из тех, кто остался в Школе, – проговорил, наконец, он. – Курсантов я, разумеется, отметаю: у Ранолы просто не было времени кого-то из вас завербовать, да и масштаб задач не для новичка. Значит, это либо Доол, либо Флой, в Школе в этот момент были только они… А теперь, когда ваше любопытство, наконец, удовлетворено, займемся делом, – к преподавателю вновь вернулся его уверенный командирский тон. – Возьмите вон тот ящик – там инструменты, они нам еще пригодятся – и погрузите его в катер!

– Да, ив-сун!

Положив на пол фонарик, который он до сего момента нервно теребил в руках, Иван послушно шагнул в указанном альгердом направлении. Глеб сделал то же самое. Ящик был металлический и на вид – весьма тяжелый, его гладкие стенки не имели никаких ручек. Голицын замер, примериваясь, как бы сподручнее за него ухватиться. Тем временем его друг обошел ящик с другой стороны, нагнулся, но, внезапно метнувшись вперед, толкнул Ивана обеими руками в грудь.

– Ты что?! – Голицын рухнул на спину и только поэтому не попал под парализующий заряд, выпущенный из «Шилка» Нивга. Соколову повезло меньше: выстрел слегка задел его: левая рука Глеба безвольно повисла.

Альгерд выстрелил еще раз – и вновь мимо.

– Что вы делаете?! – прокричал Иван. Сейчас от преподавателя фортификации его загораживал серебристый борт «Эсмеральды», но стоило Нивгу сделать лишь несколько шагов вперед…

– Выходите с поднятыми руками! – крикнул в ответ ив-сун. – Я не причиню вам вреда!

– Ничего себе – не причиню вреда! – бросил из-за ящиков Соколов. – В спину стрелять!

– Выходите – вам некуда деваться! – повторил альгерд.

Иван осторожно выглянул из-за борта катера – и едва не напоролся на новый выстрел. К его счастью, Нивг, похоже, не слишком уверенно действовал раненой рукой, и Голицын успел отпрянуть.

Повернув голову, Иван прикинул расстояние до лестницы. Нет, не добежать. Да и если даже повезет, потом альгерд расстреляет его в штольне, словно мишень в тире… Забраться в «Эсмеральду»? Не выйдет: люки со стороны Нивга…Что же делать?..

За ящиками шевельнулся Глеб – и тут же в ту сторону последовал выстрел. Голицын не видел, достал ли альгерд Соколова, но надеялся, что снова нет…

– Последний раз предлагаю по-хорошему: выходите! – крикнул преподаватель фортификации.

– Перебьетесь! – услышал Иван голос Глеба. Значит, тот пока и правда цел.

– Ну, раз так…

Внезапно громыхнуло так, что у Голицына заложило уши. Тут же – еще раз, затем еще… Не удержавшись, Иван слегка высунул голову: прижав правую руку к груди, с выражением искреннего недоумения на лице нард-кор Нивг отступил на шаг, прямо за неосторожно открытые им до этого ворота ангара. Какой-то миг его нога отчаянно искала опору, но так ее и не нашла. В следующую секунду, взмахнув руками, альгерд молча повалился назад и исчез за краем обрыва.

Что-то громко стукнуло по полу. Иван оглянулся: это был черный травматический пистолет, выпавший из рук стоящей в дверях Леры.

Прежде чем Иван сумел осознать, что, собственно, произошло, он снова оказался оглушен – на этот раз пронзительным визгом аварийной сирены.

– Внимание! – раздался откуда-то из-под потолка женский голос. Говорили на языке Альгера. – Запущена система самоликвидации. Персоналу немедленно покинуть базу. До взрыва две минуты. Повторяю. Запущена система самоликвидации. Персоналу немедленно покинуть базу…

Из-за груды ящиков выскочил Глеб, его рука нелепо болталась, словно неживая.

– Уходим! – истошно прокричал он, бросаясь к так и застывшей в дверях Лере.

Вскочив на ноги, Иван метнулся к лестнице.

– Стой! – Соколов поймал его за рукав здоровой рукой. – Не туда! Не успеем!

– А куда же? – растерялся Голицын.

– В «Эсмеральду»! – выпустив Ивана, Глеб схватил за руку девушку и потянул ее за собой к люку катера.

В последний раз неуверенно оглянувшись в сторону лестницы, Голицын поспешил вслед за друзьями.

Хорошо знакомое кресло первого пилота словно только его и ждало. Торопливо включая один за другим обзорные экраны, краем глаза Иван видел, как Глеб и Лера вдвоем втискиваются в соседнее сидение. Широкие пристяжные ремни тут же обвили их, как змеи Лаокоона, накрепко прижав друг к другу.

Однако времени на то, чтобы любоваться этой идиллией, у него не было. Запустив двигатели, Голицын развернул катер носом к широко распахнутым воротам ангара. «Эсмеральда» вздрогнула и, словно птица из клетки, рванулась на волю. Проносясь над краем обрыва, Иван бросил взгляд на нижний экран: внизу, метрах в пятидесяти под ними, бились о скалы черные волны. Никаких следов нард-кора Нивга там, разумеется, не было.

Менее чем через минуту вслед выпорхнувшей из западни «Эсмеральде» ударил столб ослепительно-белого пламени: секретная резервная база Альгера на Земле была уничтожена. Впрочем, к этому моменту их катер был уже далеко.

– Ну что, Глебушка, теперь, как честный человек, ты просто обязан на Лерке жениться, – проговорил Иван, глуша двигатели. «Эсмеральда» лежала на грунте на глубине метров в пятьдесят, невидимая здесь ни для чужого глаза, ни для радара.

– Боюсь, мне придется записываться в очередь, – опередила Соколова с ответом девушка. – Первой с большим отрывом идет Катя.

– Катя? – недоуменно переспросил Глеб. – Какая еще Катя?

– Ну, та рыжая девчонка, ярославская фанатка. Фанни Маша. Ее на самом деле Катей зовут. После той «Нивы» она у нашего друга, по-моему, вне конкуренции.

– Не, она не в моем вкусе, – попытался отшутиться Соколов.

– А Лерка в твоем? – насмешливо спросил Иван.

– Да что вы привязались?! – кажется, Глеб покраснел. – Я, что ли, виноват, что мне все время такие места достаются?! Ты лучше расскажи, как на базу попала, – обратился он к девушке, несколько неуклюже попытавшись сменить тему разговора.

– Стреляли… – бросила Лера.

– Не, серьезно, ты ж, вроде, говорила, плавать не умеешь? – поддержал друга Голицын.

– Нашла там, на набережной, старый спасательный круг, – ответила девушка. На нем и доплыла… Думаете, весело было стоять там одной в темноте, да еще с этой вашей штуковиной в руках! – она изобразила, словно сжимает в ладони пистолет. – В общем, не выдержала, решила идти к вам, подумала, может, пригожусь…

– Пригодилась – не то слово! – усмехнулся Иван. – Ты нам просто жизнь спасла!

– Похоже, это уже понемногу входит у меня в привычку, – почти без кокетства заметила Лера.

– А в лифт ты как спустилась? – задал вопрос Глеб.

– Лифт? Там не лифт, там дыра была такая прямоугольная… Как спустилась, как спустилась – по веревке, которая к моему кругу была привязана. Едва не звезданулась, кстати! А там метров десять было… А потом просто на свет пошла – там лестница. Длинная, зараза… Пока поднялась, смотрю: а у вас там жмурки-пряталки в разгаре… Что это за тип был, кстати?

– Нард-кор Нивг, – ответил Иван. – Альгерд, преподаватель из Школы.

– И по совместительству – шпион Ранолы, – хмуро добавил Глеб.

– Шпион?! – Голицын удивленно посмотрел на друга. – Так ты что, поверил в эти его россказни на счет провокации Ранолы?

– Да, – кивнул Соколов. – Полагаю, так все и было. Наконец-то, все сходится.

– И агентом Ранолы в Школе был сам Нивг?

– Выходит, что так.

– Но… Но зачем же он тогда все это нам рассказал?! – воскликнул Иван.

– Похоже, считал это самоочевидным. Может, думал, что мы и сами уже догадались…

– Да, вроде он что-то там такое говорил… – протянул Голицын. – А ты… когда ты понял, что он… ну, в смысле, что он шпион?

– Да я так до самого конца и не понимал. Я, как и ты, скушал его сказочку на счет Доола с Флоем. Я на Доола, кстати, подумал: Флой – он какой-то уж больно штатский… А потом к ящику нагибаюсь, краем глаза вижу: он дернулся. Поднимаю глаза: бластер. Дальше все на автомате – спасибо аншу Жиы… Эх, руку зацепил, гад!

– Через сутки отойдет, – попытался утешить его Голицын.

– Да знаю я… Все равно неприятно.

– Да уж, приятного мало…

– Слушай, а на счет опорной базы – тоже, значит, правда? – вымолвил Иван.

– Не знаю… – Глеб, похоже, попытался пожать плечами, но лишь толкнул в бок накрепко спеленутую с ним Леру. Та недовольно скривилась. – Наверное, правда…

– И что же нам делать?

– А фиг его знает! Мы живы и мы на свободе – это пока главное. И еще у нас теперь есть «Эсмеральда». Придумаем что-нибудь…

– Придумаем что-нибудь… – повторил за другом Голицын. От переизбытка уверенности голос его при этом явно не страдал.