"Верный Постоялец" находился в сельской местности, севернее Ауримера, где леса простирались западнее, а город — южнее. Кэми никогда не замечала, сколько всего в Разочарованном доле было построено так, что поместье находилось в центре, а теперь не могла прекратить замечать. Гостиница, построенная из котсуолдского камня, располагаясь в конце длинного и изгибающегося подъездного пути, покрытого гравием и в блекнущем вечернем свете выглядела бледной.

Пораньше в этот день в "Верном Постояльце" проводилась свадьба, и парковка в конце подъездного пути была забита. Дверь была приоткрыта, и внутри все еще было суетно: тележки с бельем для стирки, едой и чистящими средствами катали через холл из кухни к кабинетам и подсобкам. Но все же было не настолько суетно, чтобы пятеро подростков могли пройти незамеченными.

— Формально, это здание старее поместья. Оно построено из усадьбы двенадцатого века, — сказала Кэми, подглядывая в дверь. — Вы заметите, когда мы попадем вовнутрь.

— Если попадем, — сказал Эш.

Кэми одарила Эша сомнительным взглядом. Вчера она ушла домой, не попрощавшись с ним, и все еще не была уверена, как сформулировать вопрос о странных плясках его семьи под дождем. Она продолжала вертеться и поглядывать на него, словно его красивое лицо в любой момент могло соскользнуть, как маска.

— Ох, ну как же мы можем облажаться и не попасть внутрь? — спросила Анджела, закатив глаза. — В конце-то концов, людям нравятся слоняющиеся вокруг подростки. Особенно, если они одеты, как ниндзя.

Так как сегодня Кэми командовала выбором гардероба, она поняла, что Анджела закатила глаза, имея в виду ее.

— Не волнуйтесь, — сказала она им всем.

— Почему? — спросил Джаред. — Потому что все любят ниндзя?

— Потому что у меня есть план, — сказала Кэми и довольным взглядом обвела свою команду.

Как она и просила, все были одеты в черное. Анджела даже одела шапку, возможно для того, чтобы она могла натянуть ее на лицо наподобие лыжной маски. Джаред и Эш выглядели похожими больше, чем когда-либо, хотя футболка Джареда и была поношенной и с короткими рукавами, натянутая на плечах. Холли была одета в черное коктейльное платье.

— Я хочу, чтобы ты вошел и соблазнил девушку на ресепшне, — сказала Кэми.

— Чего? — тупо спросил Эш.

— Ну, знаешь, — сказала Кэми, — ослепил ее своим очарованием. Взорвал ее мир. Топай.

Они повернулись, чтобы посмотреть на ресепшионистку, скучающе выглядящую женщину с журналом, не так уж тайно подоткнутым под коврик для мышки. Она посмотрела на них в ответ, одарив через стойку и стеклянную дверь взглядом, полным апатии.

— Что, — сказал Эш, — все что ли?

— Ты что, хочешь стоять здесь и гадать, кого она предпочитает — милашек или бруталов? — спросил Джаред, лениво показав с Эша на себя.

— Извини, как ты только что себя назвал? — требовательно спросил Эш. — Не, подожди, мне не все равно. Как ты меня только что назвал?

— Зачем ты так со мной? — простонала Анджела. — Я знала, что выбраться сегодня из постели было большей ошибкой, чем обычно.

— Соблазнение, — уверенно сказала Холли. — Я могу это сделать.

— Спасибо, Холли, — сказала Кэми. — Все, что я хочу, — беспрекословное повиновение, народ, я так много прошу? У меня возник план! Я уже рублю фишку! Мне надо, чтобы ты сделал для меня это единственное маленькое одолжение.

— Ох, ну что ж, — сказал Джаред. — Если все это из-за фишки, мне снять футболку?

Холли засмеялась и схватила Анджелу за локоть. Что было удивительно, Анджела позволила Холли тащить себя и даже ответила улыбкой на смех Холли, хотя и казалось, что для нее это спорный момент. Джаред вызывающе посмотрел на Эша и пошел, пока Кэми делала прогоняющий жест рукой, словно они были гусями. Вся компания, спотыкаясь, прошла сквозь дверь и подошла на ресепшн, где сидела женщина.

Кэми бочком прошла через дверь несколькими минутами позже, никем не замеченная, потому что все взгляды были устремлены к развивающемуся массовому соблазнению. Вскорости и остальные последовали за ней.

Холли смеялась: — Джаред сказал ей, что в Сан-Франциско танцевал экзотические танцы.

— Мое тело — подарок Божий, — серьезно сказал Джаред. — Кроме бедер, они определенно подарок Дьявола.

— Я удивлен, что она не вызвала полицию, — пробормотал Эш. — Я бы вызвал.

Анджела выглядела травмированной, но не настолько, чтобы не заметить, что что-то изменилось. Ее взгляд направился прямо на стопку, которую Кэми держала в руках.

— Что это там у тебя?

— Фартуки, которые я взяла с одной из тележек с бельем для стирки, пока парень, кативший ее, был отвлечен видом четверых людей, ведущих себя, как эпические идиоты, — сказала ей Кэми.

— И ты не могла просто сказать нам вести себя, как эпические идиоты? — спросил Эш.

— Я не хотела, чтобы вы были одеревенелыми и застенчивыми, — сказала Кэми. — Я хотела, чтобы вы вели себя естественно. И у вас получилось восхитительно!

— Я обеспокоена твоими навыками соблазнения, — сказала Холли Анджеле. — Ты прекрасна. Можешь делать это лучше. Вообще-то, все могут делать это лучше, чем "Не смотрите на меня".

Анджела пожала плечами.

— Мы вели себя, как восхитительные, естественные идиоты? — спросил Джаред. Он улыбался, но опять же, конечно, он был единственным, помимо Кэми, кто точно знал, что происходит. У них не было секретов друг от друга.

Ну. У нее не было секретов от него.

Кэми отбросила эту мысль и улыбнулась ему в ответ, чувствуя, как вокруг ее сердца закручивается его удовольствие.

— Особенно ты, маленький танцор. "Верный Постоялец" заказал на сегодня кучу выпечки у моей мамы, так что я узнала, что они наняли много персонала на эти выходные ради свадьбы. Персонала, который они, увидев, не узнают. А униформа, — сказала Кэми, скромно гордясь собой, — черная одежда, поверх которой одет фартук.

— Ты — гений, — сказала Холли, когда Кэми раздала всем фартуки.

Кэми гордилась собой.

"Верный Постоялец" словно был лабиринтом. Этим вечером лабиринт был заполнен людьми, которые либо убирались после свадебного торжества, либо продолжали веселиться на свадебной вечеринке. Помимо этого еще был ресепшн, где сидела та женщина, все еще выглядящая немного ошеломленно. Одна большая дверь вела в танцевальный зал, другая открывалась в коридор, ведущий к кухням. Кабинеты располагались с обеих сторон. Две широкие лестницы, располагающиеся на другом конце холла, вели на балкон, а оттуда к номерам.

Кэми сказала всем разойтись в разных направлениях, как только они вошли, так что, когда она целенаправленно пошла в сторону кабинетов, Кэми испугалась, обнаружив Джареда, идущего за ней по пятам. "Иди исследуй что-нибудь еще!" — приказала она.

"Нет, — сказал Джаред. — Кто-то все еще преследует тебя. Я не оставлю тебя, чтобы благодаря кому-то ты оказалась в еще одном колодце".

"И сколько же колодцев ты ожидаешь найти в гостинице?" — осведомилась Кэми.

"Ну, я не оставлю тебя, чтобы тебе в бильярдной дали по голове подсвечником".

Кэми могла точно сказать, что Джаред был серьезен, так что она не стала тратить время на споры с ним. Она приблизилась к двери, поманив за собой Джареда, а затем распахнула ее, увидев помещение, заполненное чистящими средствами. С грохотом опрокинулась швабра. Кэми пыталась не подпрыгивать из-за шума.

"Следующая", — сказал Джаред. Он открыл следующую дверь, которая вела в помещение, заставленное стиральными машинами и сушилками. Там была пара, женщина, сидящая на машине, стягивала с парня рубашку и галстук, обвив ногами его талию.

Кэми взвизгнула.

Джаред кашлянул, извинился и быстро закрыл дверь.

Это нормально, что она взвизгнула, сказала себе Кэми. Все-таки нервы у неё не были стальными. Она пошла дальше и дернула следующую дверь, которая распахнулась и открыла помещение с пустым столом и расставленными вокруг ящиками. — Я займусь компьютером, ты — ящиками, — сказала Кэми.

Под степлером лежал фиолетовый листочек, на котором было написано "КЭССИ41". Когда Кэми включила компьютер и попыталась получить доступ к файлам постояльцев, выскочило окошко для ввода пароля. Кэми напечатала "КЭССИ41" и ее пропустило.

К несчастью, за отсутствием охраны следовало и отсутствие организации. Кэми провела некоторое время, находя записи о постояльцах этого года в прошлогодней папке. Она устояла перед желанием все переделать. Когда за окнами стемнело, она прищурилась, глядя на сияющий монитор, и прокляла тот факт, что не включила свет.

Затем она нашла записи за ночь десятого сентября. Она услышала, что Джаред повернулся и подошел к компьютеру.

— Стоять, — сказала Кэми, — Позволь мне получить удовольствие, сказав "Джекпот", чтобы ты одновременно вздрогнул и поразился.

— Давай.

— Джекпот, — сказала Кэми. — Теперь можешь смотреть.

Джаред оперся на спинку ее стула и посмотрел ей через плечо. Курсором Кэми показала ему имена постояльцев. — Тихая ночь, — прокомментировала Кэми. — Только три постояльца. Джослин и Крис Фэйрчайлды в поисках романтической ночи без детей. И Терри Чолмондели…

— Со своей женой, — сказал Джаред. — Мадлен.

— Ну, он на самом деле не женат, — сказала Кэми. — Хотя он из Разочарованного дола. Так что остается Генри Торнтон из Лондона, который приехал в одиночестве на одну ночь, — Кэми нажала значок печати на странице с информацией о Генри Торнтоне. Принтер отблагодарил ее тихим жужжащим звуком.

От звука шагов, направляющихся вниз по коридору, Кэми замерла, затем она дрожащими руками потянулась, чтобы приподнять край теплой бумаги, появляющейся из принтера. Она видела половину адреса Генри Торнтона — ей нужна была еще минутка…

Джаред крутанул ее стул. Она взглянула ему в глаза.

"Кто-то идет, — подумал он. — Тебе лучше поцеловать меня".

— Потому что кто-то идет? Это такое клише, — сказала Кэми. Она встала, схватив одной рукой лист с напечатанным текстом. Они оба услышали шаг за дверью. Джаред склонился вниз и засомневался.

Он этого не сделает. Он всегда избегал прямых прикосновений к ней.

Дверь открылась.

На женщине, стоящей в дверях, был одет фартук с надписью "Верный Постоялец". Кэми было тревожно, потому что на их фартуках были пятна. Помимо этого она надеялась, что женщина не слышала звука выключаемого компьютера.

— Что вы двое делаете?

— Пыль протираем! — воскликнула Кэми.

Женщина фыркнула. — А то я не знаю…

— Уверяю Вас, мы не обжимаемся.

— Правда, — сказала женщина. — Тогда могу я спросить вас, что вы делали?

— Вы нас поймали, — заявил Джаред. — Совершенно…эм…обжимающимися. Прачечная была занята нашими обжимающими сотрудниками, так что мы воспользовались подвернувшейся возможностью.

— Прачечная… — женщина посмотрела вниз по коридору. — Вы двое оставайтесь здесь. Я поговорю с вашим руководителем! — Она ушла.

Джаред и Кэми обменялись взглядами, а потом оба ринулись за дверь, в коридор, так быстро, насколько могли, в направлении, противоположному тому, в котором ушла женщина, и пробежали через дверь в конце коридора. Они натолкнулись на темноту, а потом и на несколько других вещей.

Джаред выругался. — Это что?

Кэми на следственный манер похлопала по предмету.

— Думаю, это велотренажер. Другое мое предположение, что это огромный пульверизатор, кажется маловероятным.

— Ладно, — шепотом сказал Джаред, запыхавшийся из-за бега, и слова его прозвучали так, словно он хотел засмеяться. — Просто маленький спортзал. Давай просто пройдем через него. Возьми меня за… — он оборвал свою речь перед тем, как сказать "руку".

Кэми не взяла его за руку. Это бы не помогло, а только больше нарушило бы равновесие, а они не могли потерять друг друга.

Они оба молчали, притворяясь, что не чувствуют обоюдного дискомфорта, пока не вышли в другое помещение и Джаред не перелетел через то, что Кэми назвала было массажным креслом.

Его веселое настроение вспышкой пронеслось по ней. Через мгновение она сказала: — Повезло, что дверь была открыта.

— Если бы не была, — сказал Джаред рядом с ее ухом, — я бы ее открыл.

Кэми перепрыгнула через массажный стол и приземлилась рядом с чем-то, похожим на шкаф, заполненный бутылочками, который на минуту угрожающе закачался. Она подошла к очередной двери, которая была видна благодаря слабому свету в другом помещении, хотя нельзя было сказать, что он включен, скорее будто там находился аквариум.

— Нет, не открыл бы, — сказала она Джареду, улыбнувшись в темноте. — Не с помощью разбивания чего-либо или взламывания замков или вообще совершения каких-либо правонарушений. Потому что ты исправился.

— О, да, — сказал Джаред. — Точно.

Кэми нащупала дверную ручку, схватилась за нее и повернула.

— Это другое, как было и в юридической конторе. Мы находимся в поисках справедливости, — она осторожно заглянула в соседнее помещение.

Подошел Джаред и прислонился к дверному откосу рядом с ней.

— Я просто запутался, — заявил он, тихо посмеиваясь. — Вести себя, как паинька, весело только, когда я с тобой.

На стенах в помещении отражался свет, движущееся мерцание на белой плитке.

Кэми осторожно продвинулась вперед.

Комната была круглой, стены ее были выложены рядами белой плитки. У ног Кэми простирался квадрат, заполненный темной водой. Над бассейном виднелась застекленная крыша. Ночное небо превращало бассейн в зеркало, словно покрывая поверхность воды звездной пылью.

Кэми снова услышала смех Джареда и обернулась. Он снимал свою футболку, а фартук уже валялся на полу. Она уловила вид части его живота и поспешно отвела взгляд обратно к бассейну.

— Джаред, — сказала она, во рту у нее пересохло. — Это не значит вести себя, как паинька, — она почувствовала струящуюся через нее манящую радость, идею отбросить хотя бы немного контроля.

— Но может нам будет весело.

— Я не буду этого делать и ты тоже, — сказала ему Кэми.

Джаред нырнул. Его тело прорезало поверхность воды, исчезнув в темноте, от чего по воде пробежала небольшая рябь. Кэми ощущала мысли Джареда, пробегающие в ее сознании: адреналин, наслаждение от отвлечения чем-то, чем-то настолько безвредным, как это.

Голова Джареда появилась над поверхностью, его волосы намокли и выглядели темнее, а на коже бледнело слабое мерцание света.

— Давай, — сказал он.

Кэми помедлила мгновение и приказала: — Отвернись.

Джаред улыбнулся, той маленькой улыбкой, которая прошла в Кэми насквозь, и сделал, как она сказала. Кэми с подозрительностью изучала его лопатки, пока снимала фартук, а за ним и черную футболку, осторожно с ними обращаясь из-за запрятанной страницы. Хотела бы, чтобы на ней было надето сочетающееся нижнее белье, хотя это случалось около трех раз в год. Но, по крайней мере, она хотела бы, чтобы на ней был сдержанный черный бюстгальтер вместо ярко-оранжевого.

— Оранжевый? — спросил Джаред. На волну ее негодования он быстро ответил: — Я не подглядываю! Читаю твои мысли!

— Мне вот интересно, что такое приватность. Наверно, я никогда не узнаю, — сказала Кэми и прыгнула в воду. Она была прохладной, что было восхитительным потрясением, а конечности Кэми покачивались в новой стихии. Ее тихий смех эхом отразился от плитки и был поглощен, когда Джаред слегка плеснул водой ей в лицо.

Кэми плеснула на него в ответ, дрожа в прохладной воде. Джаред думал о том, чтобы схватить ее и окунуть под воду, предполагая, по большей части, просто подразнить ее. Да только это было бы странно, если бы он так сделал, и он был намного крупнее самой Кэми.

— Эй, — сказал Джаред, обернувшись. Небольшие волны в бассейне, вызванные его движениями, омывали кожу Кэми. Волосы на руках встали дыбом, а кожу словно кололо иголками. — Я бы никогда не обидел тебя.

— Я знаю, что ты бы так не сделал, — быстро сказала Кэми. — Дело не в этом. — Дело было не в этом, а в том, что он находился здесь, а это продолжало ее беспокоить, и в том, что она ужасно сильно чувствовала его присутствие, все время. Она думала о сотнях вещей одновременно, например, о том, что их поймают, и о том, что она замечает мускулы груди и плеч Джареда и не знает что делать с тем фактом, что она их замечает.

Но, несмотря на все это, ей было весело.

Взгляд Кэми уловил блеск тонкой цепочки, которую она заметила на шее Джареда, когда они были на колокольне. Но теперь она видела то, что раньше было спрятано под его футболкой: старая монетка, пенни, прямо как та, которую она отправила ему годы назад.

Кэми посмотрела на его лицо.

— Я говорил тебе, что получил его, — сказал Джаред. — Я нашел его на полу в нашей квартире.

Кэми отвела от него глаза, чувствуя на себе его взгляд. И она не хотела, чтобы Джаред видел какие-либо из ее мыслей, поэтому она плеснула на него и сказала: — Второй раунд. Ты догоняешь.

Раздавшийся на расстоянии в одном из спортзалов звук заставил Кэми ринуться к бортикам бассейна. Она подтянулась и вылезла, схватив их вещи, и ощупала карман фартука, убедившись, что лист на месте. А затем она побежала, чтобы присоединиться к Джареду. Он вылез из бассейна и пытался открыть стеклянную дверь, ведущую на террасу снаружи.

Она была закрыта.

Теперь Кэми слышала шаги и они приближались. Она сунула одежду Джареда ему в грудь.

"Я знала, что это плохая идея. Поиски справедливости означают благодатную карму! А поиски незаконного веселья ведут к тому, что тебя ловят в раздетом виде!

Раздались шаги, отчетливо эхом отражаясь от плитки и застекленной крыши.

Джаред глубоко вздохнул и сказал: — Кэми, извини.

Яркий блеск звезд, отражающихся в воде бассейна, поймал взгляд Кэми. Она смотрела на воду, несмотря даже на эхом отражающиеся шаги и то, что мужской голос крикнул: — Кто здесь?

Свет в бассейне был настолько ярким, что казалось, будто нечто находилось под водой, его сияние напоминало подводное сокровище.

"Что это за хрень?" — спросил Джаред.

"Понятия не имею".

Сияние не было каким-то ночным трюком. Но дело было и не в их панике. Люминесценция срослась в воздухе, словно занавесь из кристаллов, растянувшись от поверхности воды в бассейне рядом с ними до застекленной крыши. Сквозь эту сияющую завесу Кэми увидела охранника. Он был одет в мрачную униформу и таким же мрачным было выражение его лица.

Охранник осмотрел помещение. Казалось, будто он не напуган сиянием, повисшим в воздухе, или двумя подростками, одетыми только в нижнее белье, дрожащими позади этого света. Он нахмурился, кивнул и вышел. Он не видел их. Он ничего не видел.

Как только мужчина вышел, свет померк, будто на мгновение сияние покрылось пылью, а затем его подавила внезапно появившаяся тень.

Ослабев, Кэми прислонилась к стеклянной двери.

— Не хочу воровать твою фразу, — прошептала она, — но что это была за хрень?

— Понятия не имею, — сказал Джаред.