Луна и звезды спрятались за облаками, и дорога превратилась в бесконечную черную ленту. Эддисон покинула ранчо на несколько минут раньше Джейка, но он ехал на большой скорости и быстро ее догнал. Он видел ярко-красные задние габаритные фонари ее автомобиля, но всякий раз, когда дорога изгибалась, они исчезали из вида.

Эддисон тоже ехала быстро, как будто привыкла к грунтовым дорогам. Его удивило, что женщина из большого города так ловко управляет машиной на неровной проселочной дороге. Впрочем, его удивляло в ней многое. Он никогда не сталкивался с таким проявлением ярости у женщин.

И причиной этой ярости стала его глупость.

Джейк нахмурился.

Он выставил себя перед ней полным идиотом. Извиниться будет не так просто. Как может гордый мужчина, глядя женщине в глаза, сказать: «Я вел себя как настоящий болван»? Нет, лучше употребить ее выражение – самодовольный мерзавец.

Как ему объяснить ей свое поведение? Правда исключается. Он не может признаться ей в том, что захотел ее в тот самый момент, когда увидел. Что с ним почти два года такого не было. Что он уже начал сомневаться, что когда-нибудь снова испытает сексуальное влечение.

Сейчас впереди Джейк видел только коридор, образованный светом фар его грузовика. Он сильнее надавил на газ и мгновение спустя снова увидел яркие габаритные фонари ее автомобиля.

– Уайлд, – процедил он сквозь зубы. – Она права. Ты идиот.

Возможно, ему повезет, и простого «извините, я был не прав» будет достаточно. Но, скорее всего, она скажет, что ему следует сделать с этими словами.

Джейк крепче вцепился в руль.

Да, получить прощение будет сложно. Он мог легко себе представить, как будет выглядеть Эддисон, слушающая его извинения. Ее подбородок будет дерзко поднят, щеки порозовеют, глаза станут похожими на расплавленное серебро.

Она будет вне себя от ярости, и это усилит ее сексуальность.

При мысли об этом его бросило в жар. Не хватало еще, чтобы он возбудился сейчас.

Он должен думать о том, как подойти к ней и что ей сказать. Он проехал уже несколько миль, но пока ему ничего не пришло в голову.

Ему придется действовать по обстановке.

На его щеке дернулся мускул.

Было время, когда он любил принимать вызов, но он не помнил, чтобы женщины оказывали ему сопротивление. Если не считать строгих медсестер, которые не церемонились с ним, когда он отказывался принимать лекарства, женщины всегда давали ему то, чего он от них хотел.

И неудивительно. Если у мужчины есть деньги, статус и привлекательная внешность, женщины будут увиваться за ним толпами.

У него и его братьев были эти вещи. Все трое были рождены в достатке. Их отец был состоятельным человеком. Кроме того, мать оставила каждому из них большой трастовый фонд.

Достигнув совершеннолетия, Джейк какое-то время ничего не делал со своими деньгами, затем решил вложить их в бизнес Трейвиса.

Даже сейчас, догоняя женщину, которая, скорее всего, пошлет его ко всем чертям, воспоминания о том разговоре с братом вызвали у него улыбку.

Он пришел к Трейвису накануне своей первой отправки в горячую точку и протянул ему чек. Трейвис, который совсем недавно открыл свое дело, посмотрел на сумму, указанную в чеке, и присвистнул:

– Ты хочешь, чтобы я этим распоряжался?

– Да. Каждым долларом.

– Значит, кто не рискует, тот не пьет шампанского?

Джейк лишь улыбнулся в ответ. Трейвис тоже улыбнулся, и сделка состоялась. Джейк быстро о ней забыл. Когда твоей жизни постоянно угрожает опасность, деньги – это последнее, о чем ты думаешь.

Когда он приехал домой в отпуск, Трейвис показал ему финансовый отчет. На этот раз присвистнул Джейк.

Его семизначная сумма увеличилась в три раза. Одному богу известно, как велика она сейчас.

Что касается статуса…

Его отец генерал. Это немаловажно, но здесь, в Техасе, быть сыном человека, владеющего крупным ранчо, куда более значимо.

Джейк с юных лет создавал себе собственный статус. В шестнадцать лет он был ведущим игроком школьной футбольной команды. Когда ему было восемнадцать, полдюжины престижных колледжей предлагали ему стипендии для обучения. В девятнадцать им уже интересовались тренеры-селекционеры. В двадцать он бросил колледж и футбол и записался в армию.

Что касается внешности…

Ему было за что благодарить свои гены. Он был высоким, стройным и мускулистым. По милости одного крепкого футбольного защитника у него была небольшая горбинка на носу, но она совсем его не портила.

Одним словом, он обладал всем, что нравится женщинам.

Его пальцы крепче вцепились в руль.

У него по-прежнему есть деньги и статус. А как насчет внешности?

Он знал, что при виде его ран люди испытывают чувство неловкости. Как сегодня вечером. Увидев его, гости вздрагивали, отводили взгляд, проявляли жалость.

Жалость была хуже всего.

Он сам испытывал потрясение, глядя на свое отражение в зеркале, и дело было вовсе не в тщеславии. Его обезображенное лицо было постоянным напоминанием о его провале.

– Вам нужно жить дальше, капитан, – сказал ему один психотерапевт. – Вставьте себе искусственный глаз. Позвольте людям и самому себе увидеть вас настоящего.

Он так и не понял, как ему может в этом помочь искусственный глаз.

– Вы не думали, что ваше поведение никак не вяжется с медалью, которой вас наградили? – спросил его второй.

Джейк пропустил и то и другое мимо ушей. Все это было бессмысленно.

– Какого черта?

Он резко надавил на тормоз. На дороге в двадцати футах перед ним стояла олениха с детенышем. Две пары больших испуганных глаз уставились на его грузовик.

– Давайте уходите отсюда, – сказал он.

Животные оставались неподвижны. Затем мать махнула хвостом и убежала в кусты вместе с детенышем.

Джейк снова привел автомобиль в движение.

Ему повезло, что он не сбил животных. Он не должен был так гнать. Ночью на этой дороге можно встретить антилоп, оленей и койотов.

Он больше не видел габаритных фонарей машины Эддисон Макдауэлл.

Никаких проблем. Он знает, куда она направляется.

Несколько минут спустя его грузовик подпрыгнул, попав колесом в знакомую рытвину, указывающую на начало ранчо Чеймберса. Сбавив скорость, он посмотрел на ворота и обнаружил, что они не заперты. Их даже воротами было трудно назвать. Они больше походили на покосившуюся раму на ржавых петлях, которая покачивалась на ветру.

Осторожно проехав в отверстие, Джейк направил свой грузовик в сторону дома.

По-прежнему никаких габаритных фонарей.

Если мисс Макдауэлл уже дома, что ему делать?

Припарковаться, подойти к двери и постучать в нее? Или остаться в машине и посигналить? Он подозревал, что появиться на пороге ее дома без предупреждения не лучшая идея…

Вдруг его ослепил яркий свет. Выругавшись, он помахал ладонью перед лицом и надавил на тормоза.

Его грузовик дернулся и остановился.

Что это было? Фары? Свет большого фонаря?

Джейк осторожно открыл дверцу:

– Мисс Макдауэлл?

Никакого ответа. Только яркий свет в темноте.

– Эддисон? Это ваши фары? Выключите их.

По-прежнему ничего. Выбравшись из грузовика, Джейк сделал шаг влево и прищурился. Яркий свет был сфокусирован на его «тундре», но помимо него темноту прорезал еще один луч.

Фары и фонарь. Эддисон использовала и то и другое.

Джейк ничего не видел.

– Эй! – крикнул он. – Вы меня не слышите? Выключите свет.

Никакой реакции. Выругавшись, Джейк отошел от грузовика еще на несколько шагов.

Луч фонаря задержался на нем, и волоски у него на затылке встали дыбом. Ему уже приходилось быть живой мишенью, и с него этого достаточно.

– Отведите луч фонаря в сторону, – холодно произнес он. – Немедленно.

Снова никакой реакции.

Тогда на помощь пришел инстинкт самосохранения, который он отточил, когда находился на расстоянии в тысячи миль от Техаса.

Бесшумно опустившись на землю, Джейк покатился к кустам. Все его внимание было сосредоточено на луче света. Его пульс замедлился. Он слышал дыхание своего противника в темноте.

Луч снова задвигался. Он скользнул по грузовику, затем по земле. Он искал его.

Джейк остановился в десяти—двенадцати футах от дороги и прижался к земле.

«Теперь жди, – сказал он себе. – Жди подходящего момента, возможности для атаки, которая обязательно представится, если ты будешь готов».

– Покажитесь, – послышался женский голос.

Голос Эддисон Макдауэлл.

Он вернул Джейка к реальности. Напомнил ему, что это не какая-то богом забытая дыра в Афганистане, а Техас. И что человек с фонарем – это не враг, а просто женщина, которая испугалась преследовавшей ее машины.

– Эддисон. Это Джейк Уайлд. Вы не должны…

Луч фонаря скользнул по дороге, грузовику, кустам.

Скоро она найдет его. Джейк начал подниматься.

– Эддисон? Послушайте, я понимаю, что вы напуганы…

– Все, что вам нужно понимать, – это то, что я вооружена и прекрасно умею пользоваться оружием.

Джейк быстро лег на живот. Оружие? Это невозможно. Где она могла его взять?

В доме Чеймберса, разумеется. Старик был заядлым охотником и имел целую коллекцию дробовиков, винтовок и револьверов.

Это все усложняет.

Джейк прокашлялся.

– Эддисон, я здесь не для того, чтобы причинить вам вред.

– Я сейчас начну считать, капитан. К тому моменту, когда я досчитаю до пяти, вам лучше встать и поднять руки.

– Вы меня слышите? Вы ведь не хотите, чтобы произошел несчастный случай, правда?

– Если я вас застрелю, это не будет несчастным случаем.

– Черт побери, женщина…

Луч фонаря проскользнул мимо него.

– Один, – произнесла Эддисон. – Два.

Луч остановился в нескольких дюймах над его головой.

– Подождите. Послушайте меня. Я всего лишь хочу…

– Я знаю, чего вы хотите.

Джейк прищурился. У него не было никаких сомнений относительно того, что она имела в виду.

– Вы ошибаетесь, – быстро ответил он. – Я не…

– Три, – произнесла она, проигнорировав его слова.

Сделав глубокий вдох, Джейк вскочил на ноги и побежал. Он взял курс чуть левее луча, где, по его расчетам, стояла Эддисон.

Он сбил ее с ног, как и планировал, и они оба рухнули на землю. Фонарь выпал у нее из рук. Оказавшись под ним, она подняла руки к его лицу, расставив пальцы, словно собираясь его расцарапать, но Джейк помешал ей, схватив ее за запястья.

Тогда она подняла колено и ударила его в пах. Ей не удалось как следует замахнуться, но удар получился довольно сильным и заставил его поморщиться.

Джейк навалился на нее, развел ее руки в стороны и прижал их к земле.

– Послушайте меня, – сухо сказал он. – Я здесь не для того, чтобы навредить…

Неожиданно она подняла голову, и ее зубы вонзились ему в горло. Он резко дернулся назад.

– Ради бога, Эддисон, вы выслушаете меня?

– Я вас убью, – прошептала она.

– Я приехал сюда, чтобы извиниться, черт побери!

В ответ она выругалась и начала извиваться под ним. Это было все равно что бороться с дикой кошкой.

Но это была женщина. Теплая. Мягкая. Гибкая.

Они были двумя противниками в ожесточенной схватке, но, несмотря на это, Джейк чувствовал, как его предательское тело начинает оживать.

Ее волосы пахли цветами. Ландышами? Сиренью? Он плохо разбирался в цветах и мог лишь сказать, что аромат был тонким и на удивление старомодным.

Ее дыхание было теплым и пахло вином. Ее губы наверняка сладкие и терпкие. Ее грудь полная и мягкая.

Интересно, что бы он ощутил, если бы погрузился в нее и ее ноги сомкнулись вокруг его бедер? Эта мысль привела его в возбуждение.

– Черт, – пробурчал он, скатился с нее и поднялся на ноги. Его дыхание было учащенным и прерывистым.

Все прозвища, которые она ему дала, были слишком мягкими.

Если бы у Эддисон Макдауэлл действительно было оружие, она, наверное, застрелила бы его. Мужчина, который возбуждается, когда испуганная женщина борется с ним, безумен и опасен.

Джейк сделал глубокий вдох, выдохнул и подошел к ней.

Эддисон вскочила на ноги. В руке у нее был фонарь. Его дрожащий луч блуждал по земле. Никакого оружия не было.

Джейк хотел что-то сказать, но не знал что. В конце концов он прокашлялся и произнес:

– Вы… э-э… в порядке?

Она не ответила.

– Эддисон, пожалуйста. Вы…

– Вы спятили?

Он поморщился:

– Клянусь, я здесь не для того, чтобы причинить вам вред.

Из ее горла вырвался тихий звук. Джейк надеялся, что это возглас недоверия, но, возможно, она пыталась сдержать слезы.

– Эддисон…

– Уезжайте, – устало произнесла она. – Садитесь в свой грузовик и…

– Я приехал, чтобы извиниться. Сказать вам, что все, что я вам сегодня наговорил, это просто…

– Мне не нужны ваши извинения. Я лишь хочу, чтобы вы немедленно отсюда убрались.

Она на него давит? Только святой не ответил бы тем же.

– Притворяться, что у вас было оружие, было глупо.

– Думаю, в данных обстоятельствах это, напротив, было верное решение.

Она выпрямила спину. Ее голос звучал более уверенно.

Эта женщина обладает недюжинной смелостью.

– Только в том случае, если вы не предположили, что у меня тоже могло быть оружие.

– Почему я должна была так подумать?

Джейк пожал плечами:

– Это Техас.

Эддисон рассмеялась, и он почувствовал небольшое облегчение.

– Вы уверены, что я не сделал вам больно?

– Вы лишь уязвили мою гордость. Когда я только приехала в Нью-Йорк, я начала заниматься тэквондо. Тренер сказал мне, что я смогу побороть грабителя. Теперь выясняется, что я не могу справиться с ковбоем.

Он восхищался этой дерзкой сильной женщиной.

– Меня уже давно никто не называл ковбоем.

– Возможно, именно поэтому я не смогла вас побороть.

Джейк рассмеялся. Перестав, он какое-то время молчал, с трудом подбирая слова. Эддисон не могла не заметить, что произошло, когда он оказался на ней.

– Когда я вас сбил, я…

Она не произнесла ни слова. Его бросило в жар.

– Я просто хотел, чтобы вы знали. То, что произошло, не было спланировано.

– Разве что-то произошло? – холодно спросила она. – Боюсь, что я не заметила.

Он не ожидал такой реакции. Она решила его наказать. Ничего, он сможет с этим справиться.

– Ну, раз вы уверены, что все в порядке…

– Я в порядке.

– Может, вы хотите, чтобы я проводил вас до дома?

Эддисон издала смешок.

– Не знаю, как в Нью-Йорке, – осторожно начал он, – но здесь люди принимают извинения.

– Их принимают и в Нью-Йорке, но не от мерзавцев.

На его щеке дернулся мускул. «Достаточно», – мрачно подумал он, повернулся и направился к грузовику.

– Капитан?

Джейк обернулся:

– Когда в следующий раз решите нанести мне визит, не забудьте, что в доме есть полдюжины единиц огнестрельного оружия.

– Позвольте дать вам маленький совет, – холодно произнес Джейк. – Не угрожайте мужчине оружием, настоящим или воображаемым, если не готовы иметь дело с последствиями.

– Советы – это последнее, что мне нужно от таких типов, как вы, капитан Уайлд. У вас отвратительный характер, вы самодовольны и…

– Если вы хотите поговорить со мной о самодовольстве, объясните мне ваш выбор наряда.

Эддисон часто заморгала:

– Прошу прощения?

– Черный шелк, глубокий вырез, высокие каблуки.

Неужели он сказал это вслух? Он чувствовал себя полным идиотом, но уже не мог остановиться.

– Вы с таким же успехом могли бы повесить на себя табличку с надписью: «Привет, Уайлд-Кроссинг. Ты когда-нибудь видел таких сексапильных красоток, как я?»

Ее глаза сузились.

– Вы закончили?

Закончил? Нет, до конца еще далеко.

– Сегодня в Эль-Суэньо я вел себя как последний кретин, – продолжил он.

– Если вы ждете, что я буду вас переубеждать…

– Но то, что сделали вы, было еще хуже.

– Хуже? По-вашему, мне не следовало себя от вас защищать?

– Я мог бы вас убить.

От его слов Эддисон бросило в дрожь.

– Не поймите меня превратно. Вы испугались грузовика, ехавшего за вами по пустой проселочной дороге. Я это понимаю. Но когда вы включили фары и фонарь и узнали меня…

– Да, я вас узнала. – Впервые с того момента, как он ее сбил, ее голос задрожал. – Человек, который хотел… хотел…

Эддисон содрогнулась от холода. Покидая в спешке Эль-Суэньо, она забыла там свой жакет.

– Я не такой, – отрезал он. – Несмотря на мое лицо.

– Неужели вы думаете, что все это из-за вашего лица? Вы себя жалеете? – яростно бросила Эддисон.

Разозлившись, Джейк сделал шаг в ее сторону:

– Да кем вы себя считаете, черт побери?

– Я женщина, которая не боится говорить правду, в отличие от всех тех людей, которые сегодня собрались на вашем ранчо. – Дерзко вскинув подбородок, она откинула назад растрепавшиеся волосы. – Вам пора смириться, капитан. Вы были ранены. У вас остались шрамы, и люди на них реагируют. Ну и что?

– Это чушь собачья, – произнес он ледяным тоном.

– Это правда. Вы ведете себя вызывающе при упоминании о ваших шрамах.

– Вы ничего обо мне не знаете.

– А вы ничего не знаете обо мне, но это не мешает вам делать скоропалительные выводы. Я так устала от скоропалительных выводов на свой счет. Вы меня поняли?

Немного помедлив, Джейк кивнул.

– Вы правы, – сказал он. – Хотите узнать правду о том, что произошло сегодня вечером? Я вас увидел и захотел. Я уже давно не хотел ни одну женщину, но вы пробудили во мне желание в тот момент, когда я вас увидел. Но затем мои братья сказали мне, что вы смотрели на меня не как на мужчину, а как на человека, которого они порекомендовали вам в качестве помощника, и я…

– Я заметила, что вы за мной наблюдали, и сказала себе, что вы просто пытаетесь привлечь мое внимание, чтобы поговорить со мной о делах, но…

– Черт побери, – пробормотал он.

Кто после этого пошевелился первый, не имело значения. Главным было то, что мгновение спустя она оказалась в его объятиях.