Киту пришлось побороться с кучей искушений. Но главное – он очень не хотел, почти уже боялся остаться в тишине наедине с самим собой, со своими мыслями и догадками, особенно с теми, которые еще не вылезли на уровень сознания, но уже толклись из глубины, как страшный детеныш Чужого – наружу из грудной клетки бедного зараженного астронавта…

- Не, я сыт, - сказал Кит, сглотнув слюну. – Все нормально. Лучше бы поскорее.

Внезапно лицо и взгляд Породистого Пилота изменились – что-то поистине нечеловеческое, мертвенно-свинцовое проявилось в его чертах, вздулись жилы на шее.

- Что ты всё мямлишь! – прохрипел-прошипел он с ледяной яростью. – Ты же сверхчеловек! Тот, о котором мечтали мы все. Тот, кто должен прийти на землю и вымести всех унтерменш… Эту плесень! Я бы лично повесил твоего дальнего предка за то, что он предал родину… валял дурака с низшей расой. Повесил бы! Но сначала заставил бы его родить тебя не от быдла, а от истинной арийки. Тогда ты был бы идеален в своей силе и правоте! Я жизнь бы посвятил тому, чтобы вычистить твою родословную и подобрать тебе предков чистой расы! Найти тебе настоящую мать в тевтонской земле! Но пусть ныне так… Как твои унтерменши любят говорить про всё, что делают, – «первый блин комом». Мы готовы принять тебя. Мы вычистим твою кровь. Твои потомки будут править вселенной. Но ты – ты должен осознать себя сверхчеловеком. Первым, как Адам. Ты сильнее всех своих предков! Ты – начало нового мира! Ты – исток новой расы!

Ариец вещал прямо, как с трибуны! У Кита даже в голове загудело.

- …А ты мямлишь… - прошипел ариец и…

…сдулся, словно вырубил в себе какой-то канал адского вещания.

- А кто такие «унтерменши»? – полюбопытствовал Кит.

Ариец ухмыльнулся:

- Когда-нибудь ты поймёшь, что это уже все, кто – не ты. Даже я буду готов признать это. И тогда начнется новая эра… Другие вопросы есть?

В самом деле, у Кита на коре головного мозга, как на сковородке, уже давно испекся и даже стал подгорать один – главный – вопрос.

- Ну это… - начал Кит, раздумывая, как бы выразиться по-лаконичнее, по-взрослому, по-немецки четко. – Какие вы мне даете гарантии, что потом… ну, когда я закончу… вы меня оставите, типа, живым… и отправите домой, ну, в мое время?

Кит сказал это еще без всякого настоящего страха - он реально все еще смотрел серо-черное, старое, но классно оцифрованное кино в 3D.

И тут Кит вдруг решил, что задав вопрос не по-детски, стоит все-таки закончить его в некотором соответствии со своим возрастом… может, даже прикинуться малым дуриком и надавить на жалость, которой в эсэсовцах не могло быть как класса.

- …типа, к маме с папой, - закончил он и посмотрел фашистам в их неизвестные глаза, стараясь и тужась, как жалостливый Кот-В-Сапогах.

Породистый Пилот, похоже, решил, что пора прикинуться добреньким… даже при сверхчеловеке, которому захотелось к мамочке. Не проклюнулся, значит, из него человек, не вырвался смертоносный Чужой, надо потерпеть.

- Иного вопроса мы не ждали от такого смышленого подростка, каким есть ты, - сказал он. – Но ты сам прекрасно понимаешь: эти гарантии существуют только на словах. Однако мы знаем твою мощь, и ты можешь нам пригодиться в будущем. Поэтому у нас нет никаких веских причин угрожать твоей жизни.

«Но и не отпустим…» - добавил про себя Кит.

- А во-вторых… - И Породистый Пилот вынул с нижней узкой полочки столика и положил на него небольшую коробочку, в которой Кит опознал допотопный магнитофончик с маленькими катушками (были такие гаджеты уже в то далекое время, но только – у самых супер-гипер-секретных служб). – Твой предок по прямой линии, герр Вольф, обещал нам забрать тебя, когда мы посредством твоей помощи достигнем пункта назначения. Здесь записан его голос. Обращение к тебе.

Породистый Пилот потянулся включить его…

- Не надо! – чуть криком не крикнул Кит.

Ему почему-то до содрогания души и всего тела не хотелось сейчас услышать какую-нибудь вкрадчивую агитационную речь своего великого и ужасного предка.

- Я вам и так верю, - эффектно сказал он, взяв себя в руки. – А запись и подделать можно.

- Жаль, что мы не могли привлечь тебя лет пять назад, - прямо-таки с искренней горечью заметил Породистый Пилот.

«А почему?..» - вдруг задался вопросом Кит, почувствовав в этом замечании какую-то тайну.

Но поразмышлять ему уже не дали.

- Итак ты уже готов, да? – спросил Породистый Пилот и, не дожидаясь ответа, стал подниматься.

Кит чуть не ответил по советски-пионерски «Всегда готов!».

Вернулись в просторный купольный зал и уже не стали обходить алюминиевую полусферу, а уперлись прямо в нее – в узкую дверь. Как только она чуть провалилась внутрь и отплыла в сторону, Породистый Пилот вошел, пригнувшись, а Кит - не пригибаясь.

Офицер-эсэсовец остался у закрывшейся за ним двери, подперев ее собою… Чего он опасался?

Посреди этого супертайного помещения, в свете большой лампы на коленчатом штативе, очень напоминающей хирургические светильники, стоял саркофаг из непонятного материала, похожего на свинец… Наверно, это и был свинец: судя по всему, нацисты подозревали, что сберегаемый в саркофаге «объект» может в один прекрасный день напустить кругом жуткой радиации.

Кит невольно поднял голову и… что? Разинул рот, вот что!

На своде купола было изображено много чего интересного. Представьте себе обычную школьную карту земного шара: на ней два стыкованных круга изображают полушария Земли, слева – западное, справа – восточное. Два подобных круга украшали и свод купола, но что они изображали, не сразу было понять. Кит напряг свои нейроны-крокозябры и заставил их угадать в правом круге карту одного из полушарий планеты Марс. На красноватом и рябоватом от кратеров – будто пулевых ранений - лике бога войны была заметна яркая «родинка». Красная лампочка горела – Кит пригляделся – на юго-западной стороне Platini Utopia. Иными словами, на Равнинах Утопии. Левый круг, в отличие от правого, был сплошь покрыт зелеными и красными лампочками, и на нем светились два ожерелья-гирлянды. Внутренняя гирлянда, состоявшая из зеленых лампочек, была выложена правильным кругом, а внешняя - из красных лампочек – выглядела кривовато. Пока Кит смотрел, пара лампочек на красном ожерелье погасла, но тут же зажглись две новые, ближе к центру круга и, соответственно, к зеленой цепочке ламп.

Да, только на первый взгляд весь левый круг мог показаться загадочным. Но Кит был очень догадлив, и как только лампочки переключились, он сразу смекнул, что над ним висит карта не какой-то неизвестной планеты, а - города Берлина, и красные лампочки показывают линию фронта в реальном времени… А вот зеленые… вот с зелеными Киту не совсем всё было понятно. Но тут же выручил Породистый Пилот.

- Да, весь Берлин нам уже не стоит поднимать, - по крайней мере, внешне совершенно спокойно заметил он. – Нам не надо прихватить с собой ударные батальоны Красной Армии. Что ж, это к лучшему – возможно, у тебя будет меньше работы, и достаточно будет включить её не на полную мощь.

- Кого «её»? Спящую Охотницу? – невольно проговорился Кит, всё еще ломая шею и разглядывая свод.

- Ты даже знаешь её истинное наименование, - уважительно заметил Породистый Пилот. - Хотелось бы узнать, откуда оно пошло.

Кит сообразил, что проговорился… но тут же смело и умело отговорился.

- Честно говоря, я еще не знаю, - сказал он, честно и смело посмотрев в холодные арийские глаза. – Слышал просто. Так ее мой прапрадед называл.

Породистый Пилот не то улыбнулся, не то просто неизвестно для чего растянул тонкие губы.

- Что ж… Раз дух назван, значит, он вызван, - сказал он и подошел к небольшому пульту управления, находившемуся у изголовья саркофага.

Кит решил остаться в сторонке, где стоял, и пультом демонстративно не интересоваться.

Ариец нажал какую-то кнопку, и на своде загорелось два ряда цифр.

Один ряд, над картами, показывал:

27 05 1945

Второй ряд, под ними, пугал другой датой:

16 09 2145

Кит всё понял, но не удержался еще от одного вопроса:

- А почему именно там? - ткнул он пальцем в марсианскую карту.

- Этот секрет можно открыть, - сказал Породистый Пилот. – Там, на Равнинах Утопии, и именно в то время, куда сейчас возможен проход, уже будет функционировать большая стационарная база. Мы просто напросимся к ним в гости… Надо же где-то переждать трудные времена. Кое-кто из наших соратников уже давно бредит пальмами и пампасами Аргентины. Мы же предпочитаем более перспективные направления… Новая эра придет на Землю с Марса и при том из идеала Утопии. Символично, не так ли?

- Кто бы сомневался… - привычно пробурчал Кит.

Мелькнула догадка: ох, не зря сидел в засаде на Марсе старый и умный князь-очкарик, то был вовсе не случайный занос в небеса, как уверяли его княжеские отпрыски.

- Изысканная шутка, - признал Породистый Пилот и многозначительным жестом нажал еще какую-то кнопку.

Послышался короткий чпокающе-шипящий звук, похожий на звук открываемой банки с колой, только погромче – и саркофаг стал медленно открываться, как футляр для очков. Из-под крышки на пол полились потоки белесого пара – видно, углекислоты.

Кит затаил дыхание.

Удивительно, но факт! И факту этому Кит потом сам очень удивлялся. Факт был такой: до сих пор, до этого самого момента и даже еще немного позже Кит совершенно не осознавал, что доехал до станции назначения с билетом в один конец… Ну да! У него было важное, секретное задание от всего, можно сказать, Советского Союза тех времен и Красной Армии, в частности. Это задание поразительным образом совпало с отчаянной идеей будущего белогвардейского офицера, князя Георгия Веледницкого – найти и уничтожить Спящую Охотницу, пока она не превратилась в совершенное оружие, с помощью которого Председатель земного шара сможет, наконец, рассверлить прошлое, как зуб бормашиной… Да и сам он, Никита Демидов, уникальный сборщик и реконструктор, желал этого всей душой, всего раз увидев то жуткое создание… И вот сейчас саркофаг открывался – и наступал момент истины. Сейчас Киту полагалось разозлиться, «включить» левую руку и выпустить из себя маленького, но удаленького Халка... И что будет, если всё получится? Ба-бах! И все эсэсовцы, собравшиеся слинять на Марс вместе со своим ацким фюрером, который вроде как доживает свои последние деньки этажом выше и, наверно, страх как надеется, что Кит ему поможет, - короче, все они останутся с носом… И что они тогда будут делать?.. Ну не вообще, а конкретно с ним, Никитой Демидовым? Наверно, соображения-то и выдумки у них побольше, чем у той горстки царских офицеров, что затаилась в подвале неподалеку от Кремлевских стен, захваченных красными…

Ну хорошо – еще один халковский ба-бах! Кругом гора эсэсовских трупов и груда развалин. И что он, Никита Демидов, будет делать один в развороченном подземелье под Берлином, если его не завалит рухнувшими сводами? Как выберется-спасется?

Доползет до тоннеля метро? Смешно подумать… Но Кит ни о чем таком и не думал и даже еще ни разу не помечтал о каком-нибудь чуде – что его, к примеру, спасет какой-нибудь «святой водолаз» или даже обещанный Архангел… или княжна Лиза, чудесным образом прорвавшаяся сюда, в подземелье, на переоборудованной в геоскаф Петровне.

Ясно было одно: тот таинственного звания и чина Беленец в кепке, один раз заглянув в глаза Киту, уже не сомневался, что Никита - настоящий герой войны, как и те герои войны, которые шли на воздушный таран и закрывали собой амбразуры… Как, наконец, тот же капитан Кравцов, без малейшего колебания отдавший жизнь за него. И, выходило, что Никита Демидов тоже готов отдать свою жизнь, как настоящий взрослый герой. Тем более, если знает, что от него зависит спасение целой планеты, всего будущего! Подозревал ли Беленец, что Кит может струхнуть, киксануть в последнюю минуту? Трудно сказать. Возможно, он с уверенностью полагал, что, раз уж Кит появился в его времени, значит, он уже готов… или его хорошо подготовили, как настоящего героического камикадзе… или он, Никита, знает, да помалкивает о том, что его должны вытащить какие-то небесные или подземные силы, как только он выполнит задание… Уж больно спокойно и уверенно держался Кит в чужом времени – это, видно, и вселяло в Беленца полную в нем уверенность…

А ведь если разобраться, выходило на поверку, что Кит потому так спокоен и даже почти невозмутим, что, с одной стороны, уже слегка отупел от стрессов, от разных чудес и неожиданных поворотов судьбы, а с другой… ну да! Просто смотрит на все эпохи, как на экран, сидя в очках 3D… ну, пожалуй, за исключением момента, когда его вели к черной полынье на Москве-реке… Но а потом снова сработала защитная реакция сознания – и снова пошло кино. Напряженное, местами жуткое, иной раз даже болезненное… но КИНО! Кино в мега-D!

А в реальности выходило так: крышка мышеловки уже захлопнулась. Всё! Хочешь остаться в живых – почини Спящую Охотницу, чтобы она, по заданию самого Гитлера, оставила Красной Армии штурмовать на планете Земля эдакий муляж центральной части Берлина, а сам центральный Берлин вместе с настоящим Рейхстагом, бункером, рейхсканцелярией и неким объемом земной атмосферы в защитном, удерживающем поле перенесла в будущее, на Марс… И дожидайся там своего великого и ужасного прапрадеда… вместо Архангела. Ну… или стань неизвестным героем! Может, когда-нибудь в твою честь вечный огонь где-нибудь зажгут – на Луне или на Марсе… На Луне совсем не получится – там кислорода нет.

Но как ни странно, Кит ни о чем таком еще совершенно не думал-размышлял. Будто сам был каким-нибудь киборгом или андроидом. Забегая вперед, признаемся, что однажды он сам себя испугается, подумав, а не киборг ли он, созданный кем-то великим и ужасным и незаметно подброшенный скромным московским родителям…

Короче говоря, защитная реакция всё еще работала отлично, и, пока, саркофаг неторопливо, неумолимо и зловеще открывался, он успел еще раз пошутить: