Огромная подводная… нет, подземная лодка, корпус которой был выше сосен и елей, медленно погружалась… и высокие стволы деревьев, оказавшихся внутри ее корпуса, беспрепятственно прорастали вверх сквозь ее, не иначе как эфемерную, виртуальную обшивку, которую князь именовал «ничем не пробиваемой броней «Лебедя»… Лес постепенно смыкался над корпусом «Лебедя», как болотная ряска…

Кит ожидал, что сейчас сквозь обшивку «прорастет» и сама помещичья усадьба. Но дом так и не появился… Когда «Лебедь» полностью погрузился в лесистую возвышенность, где еще недавно красовалась старая усадьба, на ее месте осталась лишь очень ровная пустая площадка, на которой хоть сейчас ставь ворота и гоняй в футбол.

- А ты опасался, что мы врагам наш любимый домик отдадим? – без труда проник князь в мысли впечатленного зрелищем Кита. – Ты же видел чертеж . Дом – важнейший отсек «Лебедя», тот самый отсек, который не для дела, а для души… А они там пусть все выкусят!

Кит посмотрел на князя, а тот все еще с гордостью смотрел на удивительный «экран».

- В газетах об этом подмосковном феномене не напишут… А жаль! – вздохнул князь. – Я бы на месте тех солдатушек, которых против нас прислали, и всех прочих очевидцев, тоже помалкивал бы в тряпочку… Или придумал бы что-нибудь такое, попроще… вроде «не помню, солнечный удар случился», а то ведь всех скопом отсюда да прямо в сумасшедший дом.

- Это точно, - от души согласился Кит.

Что-то вдруг резко сказал принц Александр, ныне главный стратег и навигатор. Как и в прошлый раз, он вновь сидел за широким пультом, между двумя большими колбами-шарами – этими моделями земного шара со всей его внутренней начинкой. Древний македонский воин за пультом управления да еще в больших блестящих наушниках – картинка хоть куда!

Князь отошел, они немного поговорили, принц Александр эффектно, по-полководчески выбрасывал руку, указывая то на одну, то на другую колбу.

- Пока все идет по плану, - сказал князь, вернувшись к Киту. – Эскадра геоскафов движется медленно в плотном ядре Земли, по грани Вольфа, и теперь мы, с Божьей помощью, должны успеть занять ключевую позицию на «скорлупе» земного ядра, вернее на той самой «границе Вольфа». Если успеем – то наша взяла!

- Как? – муторно засомневался Кит. – Их вон сколько, а мы одни…

Князь загадочно улыбнулся:

- Ты умеешь собирать и восстанавливать механизмы, а принц Александр обладает даром найти точку стратегической опоры и победить врага. В том-то вся и хитрость. Отец рассчитал, что в том слое, что получит название «грань Вольфа» есть особые места. Узлы. Если мы погрузимся в один из таких узлов, то вся оболочка… а это – огромный шар величиной с Луну!.. так вот вся верхняя кромка «грани Вольфа» у земного ядра станет похожей на броню нашего «Лебедя», примет ее свойства. Геоскафы Вольфа не смогут преодолеть ее, и подняться на поверхность Земли. А значит – и нанести удары по разным эпохам. Только – никому! Это наша главная военная тайна… - Глаза у князя засверкали: - Представляешь, Никита, мы запрем врага в страшном подземном пекле и не дадим ему вырваться в наш мир! Враг будет скован там, как сатана в преисподней… Он будет там плавиться и вариться, пока не отступит, не уберется обратно в свое сатанинское будущее! Помнишь, я говорил тебе: не будет никакой крови. Мы не будем никого убивать. Тогда у нас все получится.

- Круто, - признал Кит.

Он представил себе, как варится и плавится зловещий маркшейдер Вольф в адском котле земных недр… Небось, такой же на вид тихий и интеллигентный гений, как и старший князь Веледницкий. Может, даже такое же пенсне носит… и галстук-бабочку. И еще усы. Обязательно должны быть у зловещего маркшейдера Вольфа такие же зловещие, как его мысли и всякие изобретения, черные усы с острыми на концах завитками-крючками…

А еще Кит представил себе другое – и оно ему не слишком понравилось:

- А мы что, тоже там, внизу, будем загорать, пока они не уберутся? В этом пекле…

- А это еще одна большая военная тайна, - поднял указательный палец князь и заговорил шепотом: - У нас еще есть внутренний корпус. Мы выскочим из большого «Лебедя», как маленькая матрешка из большой. Он останется, как замок на дверях ада, а мы… а нас уже поминай как звали! Мы вернемся, чтобы готовить новые плацдармы. Война будет долгой. До самого Апокалипсиса… Извини за вопрос, ты знаешь, что это?

- Типа, конец света, - с легким смущением ответил Кит, ощутив холодок между лопаток.

Князь немного подумал и кивнул:

- Типа, он самый…

Вот теперь было действительно круто. Кит попытался представить себе… Звездные войны отдыхают!

Он посмотрел на Александра Македонского, управлявшего сейчас невиданным боевым крейсером. Всякие джедаи и подавно нервно курят в сторонке!

Невольно Кит представил себе еще кое-что более представимое, и ему стало смешно.

- А за ним ты тоже приезжал на «Рено»?

- За кем?! Куда?! – опешил князь.

- За Александром Македонским. Туда… В Древнюю Грецию.

- А-а! – наконец, дошло до князя, и он рассмеялся. – Тогда в мифах бога Зевса, наверно, так бы теперь и представляли – на авто выпуска одна тысяча девятьсот тринадцатого года… Это была особая история. Любой археолог позавидовал бы. Тебя отец вычислял в будущем, как настоящий детектив. Шерлок Холмс. Когда мы узнали, что, по чудесной случайности… или по воле Провидения, у твоего отца есть такой же граммофон, как и у нас, отец занялся подбором звука… голоса, проникающего во время.

Что касается остальных членов команды, то охотиться на них, в каком-то смысле было проще. Человек – единственное существо, которое может проникать во время не только мысленно, но и телесно… Твое тело, как и тела всех остальных гостей из других веков, покрыто защитной «пленкой» вашего времени. И тем не менее, вы можете дышать воздухом нашего века, вкушать еду… ну, и делать все прочее, с этим связанное. Не только ум, но и внутренние органы человека приспособлены к тому, чтобы связывать разные времена… Представляешь, какое чудо!

Кит кивнул, но честно признался себе в том, что такое он еще не в силах вообразить… как, скажем, мороженное, съеденное им в 1915 году, перемещается в его животе из одного века в другой.

- Голос! Все дело в голосе! – продолжал князь. – Голос человека может быть записан не только на пластинку или валик. Когда человек говорит, все предметы вокруг него записывают… запечатлевают его голос. Только очень трудно найти способ воспроизвести его и сделать проводником во времени… Наш отец справился и с этой задачей.

Князь несколько секунд помолчал, чтобы Кит мог еще раз по достоинству оценить уникальный гений князя Веледницкого.

- Потом нам снова пришлось проявлять таланты сыщиков, - сказал князь, когда Кит оценил и кивнул. – Проще всего было найти ход к ее высочеству. Наш отец использовал свои особые знакомства в Царском Селе, – князь поднял указательный палец еще выше, - и получил всего на один день золотую пудреницу, принадлежавшую юной Екатерине. Можешь представить себе, сколько она в нее нащебетала… Но мы, конечно, не подслушивали ее разговоры, упаси Бог! Мы просто воспользовались тембром ее девичьего голоса, запечатленного в предмете. Потом пришлось одеть Лизу по дворцовой моде того времени, купить дорогущую карету, запрячь четверку наших лучших коней и отправить ее прямо в галантный восемнадцатый век. О, это была история в духе самого Дюма… Расскажу как-нибудь на досуге.

Чуть труднее и немногим дешевле было выйти на след юного Томаса Эдисона… Отец решил рискнуть и отправился прямо на встречу к самому Эдисону, уже, между прочим, довольно старому и седому... В Америку, между прочим. Так, сказать, на дружеский разговор изобретателя с изобретателем… Представь себе, этот гений-миллионер внимательно всмотрелся в отца и спросил его, нет ли у него сына по имени Джордж! А потом хитро подмигнул отцу и без лишних разговоров подарил ему одно из своих первых изобретений – электрический счетчик денежной мелочи в кармане… Он ведь в отрочестве жил тем, что торговал в поездах конфетами и газетами. Вот в одном из поездов, шедшем из Порт-Гурона в Дейтройт летом тысяча восемьсот шестидесятого года, я с ним и познакомился… Купил у него оптом кучу шоколадок.

А вот найти концентрат голоса юного Александра Македонского – это была задачка так задачка! Тут уж, извини, похвалюсь. Решил эту задачку твой покорный слуга. Год назад, прямо перед началом войны, отец устроил семейную экспедицию в Македонию, на развалины города Пелла, в котором родился Александр Великий… Это были наши с Лизой лучшие в жизни каникулы! Мы рылись разных местах… И все безрезультатно. И вдруг я понял, что надо искать совсем в другом месте. Там, где вообще ничего нельзя найти… Догадываешься где?

- Не-а, - сказал Кит, даже не раздумывая, в голове у него еще гудело и напрягаться совсем не хотелось.

- Штаб! – сверкнул глазами князь. - Я стал искать и нашел штаб Александра Македонского!

- Штаб?! – слегка опешил Кит.

- У тебя что, в детстве не было штаба?! – в свою очередь опешил князь.

Пришлось-таки напрячься. Кит раскинул гудевшими мозгами, как эскадрильей тяжелых бомбардировщиков.

- У моих друзей на даче, - вспомнил Кит. – У них был штаб в лесу. На сосне. Из досок.

Действительно, у дачных приятелей Кита имелся в леске тайный штаб, но Кит не любил залезать с ними в эту тесную каморку на развилке толстых сосновых ветвей. Не то, чтобы он страдал с детства особой боязнью высоты или боязнью замкнутого пространства, именуемой клаустрофобией, - просто он с детства любил предметы, которые можно положить в карман и носить с собой, а не те, в которые нужно самому лезть, как в громоздкий и неподвижный карман… или, опять же, подвал.

Князь же, напротив, обожал всякие штабы.

- А у меня был такой роскошный штаб тут в лесу, неподалеку! – вздохнул он печально, вспоминая золотое детство. – Рядом с жильем, а совершенно незаметно… У меня, конечно, нет главного, стратегического таланта Александра Македонского, но штабы мы оба умели делать знатные!..

И вот я попробовал представить себя на его месте. И понял, что он обязательно должен был иметь где-то свой штаб, о котором никто не должен был знать во дворце. Недалеко, но – в самом незаметном для взрослых месте… И я нашел! Это оказалась такая маленькая пещерка к северу от развалин дворца. Дупло в большом камне. Внутри, на стенке, я увидел какие-то линии и точки, выточенные явно острым железным предметом… Я пригляделся и вспомнил учебник истории Древнего Мира. Это был план расположения войск в битве греков и персов при Марафоне! Отец принес туда свой прибор – и уже через минуту мы услышали голос принца, запечатленный в камне более тринадцати веков назад! Еще я нашел там несколько заячих черепов. Принц охотился на зайцев и устраивал себе в своем штабе пикники… Однажды я и заглянул к нему на огонек! Как ты думаешь, за посланца какого бога он принял меня?

«Я не собираюсь стать миллионером», - подумал Кит, давно решив, что такие викторины не для него.

Принц Александр снова позвал князя – причем очень резким, тревожным окриком.

- За Гермеса! Конечно, за Гермеса! – бросил князь через плечо, отходя от Кита.

Принц Александр поднялся со своего места, снял наушники и, подведя капитана к правой шаровой колбе, стал что-то ему усиленно втолковывать, тыча в колбу то одним указательным пальцем, то другим. Князь только кивал и важно хмурил брови… а потом подозвал Кита.

- Вглядись! – предложил он Киту и сам ткнул пальцем в колбу. – Не видишь ли чего-нибудь особенного?

Кит вгляделся.

Трехслойная жидкость в колбе стояла почти неподвижно, только слегка «дышала».

Боясь показаться слепым и к тому же тупым кротом, Кит пригляделся до боли в глазах… и наконец, что-то заметил. Из глубины третьего, нижнего слоя на поверхность пробегала по одной прямой траектории слабая искорка. И в этом месте поверхность чуть-чуть пузырилась, как газировка и пускала вверх парок.

- Всё идет по плану, - сказал князь, но победного воодушевления в его голосе совсем не слышалось. – Отец давно предполагал, что так и случится. Когда Вольф и его нынешний хозяин узнают, что ты пришел и определят на глазок точку, то есть дату, из которой ты проникаешь сюда. Они попытаются нанести удар именно в эту точку, потому что в этот день время становится более мягким, рыхлым… ну, это как потайной ход в неприступной крепостной стене… Вольф соберет всю энергию и пошлет в тот день один небольшой подрывной геоскаф. Поэтому его эскадра сейчас практически стоит на месте – она отдала свою энергию одному маленькому, но достаточно опасному миноносцу…

Жуткая догадка так мощно полыхнула в мозгу Кита, что он сразу очнулся и в голове его прояснилось как никогда. В терактах он понимал куда больше, чем Александр Македонский и прочие древние завоеватели вместе взятые.

- Они что, мой дом хотят разбомбить?.. Вместе со мной… да?

Кит представил себе минувшую ночь, себя за компьютером, папаню, который расслабился и слушает у себя граммофон, маму, уставшую и сердитую, которая вот-вот войдет в комнату, чтобы разогнать сына… А в эту минуту из глубин земли – шарах! Это называется превентивным ударом… Ни в какую школу он уже не пойдет и никаких «пар «по истории не получит. Утро не наступит.

«Лебедь» со всей его умопомрачительной броней показался Киту не крепче яйца, сваренного всмятку.

- Ты слишком хорошо о них думаешь, - с кривой улыбкой ответил князь. – Они на такую ювелирную точность не способны. Я думаю, они для верности, чтоб уж точно тебя ликвидировать, заложили такие торпеды, что как бабахнут – так пол-Москвы в карстовые пустоты сразу провалится… Им мелочиться не досуг. Что им пара-тройка миллионов человек, когда они собираются дюжину миллиардов одним ластиком стереть?

Кит слышал и не верил своим ушам. Комок подкатывал к горлу, и жутко хотелось изо всех сил дать князю в зубы, чтобы он заткнулся.

- Но раз ты стоишь здесь, значит, тот день, когда я за тобой приехал, они уже не смогут взорвать, - типа, успокоил Кита князь. – Значит, хотя бы один день у нас есть в запасе… Но тот день… или ночь, в который они нанесут удар, никак невозможно перепрыгнуть или объехать. Ты его в своем времени… а заодно и все остальные – этот роковой день вы обязаны прожить. Понимаешь?