- Прежде чем мы отправимся в такое далекое будущее, которое даже князю Веледницкому не снилось, - тихо сказал Лев Константинович, - Я позволю задать вам, Никита, вполне гимназический вопрос. Что нужно, чтобы достичь светлого будущего?

Вопросик был на засыпку. Если бы светлое будущее можно было рассчитать по математической формуле, Кит бы сейчас встал, чиркнул голубым мелком по красной стене – и всё! Пожалуйста, вот вам уравнение светлого будущего.

- Я не машину времени имею в виду… - уточнил Лев Константинович.

- Я знаю, - кивнул Кит. – Но не знаю, как его достичь. Многие раньше об этом думали… но у них ничего не получилось.

- Браво! Браво! – вдруг захлопал в ладоши Лев Константинович. – Высшая оценка! Очень точный ответ. Еще мудрец Платон думал, что лет за сто можно построить правильное будущее, а где оно? Первые христиане думали, что оно уже рядом, вот-вот придет на грешную землю Царство Божие. И где оно? Теперь вот откуда ни возьмись, большевики. Слышали о таких?

Кит слышал. Краем уха.

- Энергичные такие. Ох, как возьмутся светлое будущее строить, только поберегись! А толку-то? – Лев Константинович вздохнул. – Мне бы как человеку, который в грядущую социалистическую революцию практически всё потеряет, позлорадствовать бы над конечным результатом их потуг… да что-то душа не лежит. Столько крови и разрушений будет… Вы, Никита, в свое время повнимательней изучайте этот параграф истории. Стыдно будет по нему «трояк» получить.

Кит кивнул.

- А решение-то, на поверку, простое. – Лев Константинович немного помолчал, и они оба посидели в жутковатой красной подземной тишине. – Светлое будущее невозможно построить, если не построишь… чего?

Кит невольно посмотрел на малиново-красное, матовое лицо Льва Константиновича. Ответа Кит не знал, но хозяин красного подвала смотрел на него своими темными глазами без всякого злорадства.

- Правильно! – сказал Лев Константинович. – Если не построишь светлого прошлого!

И правда – ответ сам собой напрашивался! Только как это – «строить светлое прошлое»?

- А вы-то уверены, что в этом «светлом прошлом» останетесь, если его изменят? – само собой вырвалось у Кита

Он уже много раз успел подумать на эту тему, и вместо ответа только один страх находил.

- В будущем умные люди дела делать будут, - с непоколебимой уверенностью ответил Лев Константинович. – У них там такие особые счетные машины есть, они точно рассчитали, кто должен остаться, а кто, так сказать, сам собой сотрется с лица земли.

В его руке, будто в руке фокусника, возник сам собой маленький фонарик. Лазерный! Типа указки… Синий луч пронзил красную атмосферу – и уперся в стену перед Китом.

И вдруг маленькое синее пятнышко стало разливаться по стене во все стороны, легко поглощая красноту. И уже через несколько мгновений они сидели в подвале с синими, светящимися стенами.

- Поехали! – вдруг сказал Лев Константинович.

Кит невольно вцепился руками в изогнувшихся деревянных змей и поджал ноги.

Синие стены вдруг исчезли – и Кит оказался… вроде как на ковре-самолете… или, вернее, на полу-самолете, летящем в чистых небесах, километрах эдак в десяти над землей… Ну, на такой высоте, на какой обычные самолеты и летают.

- Эх! Каково? – с гордостью и воодушевлением спросил Лев Константинович.

- Круто! – оценил Кит.

Он не был поэтом и для всех чудес знал только одну оценку.

- Еще не круто. Вот сейчас будет по-настоящему круто! – предупредил Лев Константинович, и направил луч фонарика в пол, почти под ноги.

И тут пол-самолет действительно вошел в крутое пике. Поверхность земли встала почти дыбом. Кит зажмурился и вцепился в подлокотники. Надо было чаще кататься на американских горках, тренироваться!

- Такой правдивой иллюзии ваш синематограф еще не достиг! - очень вовремя похвалился Лев Константинович.

Киту сразу полегчало, хотя глаза он открыл не сразу. Ну да, конечно! Они не взаправду летели в небесах. Подвал был вроде как аттракционом-симулятором. Как же Кит сразу не догадался, ведь он пару раз развлекался на таком! И догадаться-то было легко: никакого мощного ветра в лицо, никакой нехватки кислорода в высоких-превысоких «небесах»!

- Открывайте, открывайте глаза пошире! Не жмурьтесь, – весело проговорил Лев Константинович. – Есть чем полюбоваться.

Кит открыл.

Пол-самолет уже вышел из пике, и они теперь «летели» к огромному синеватому куполу, возвышавшемуся посреди совершенно пустынных просторов, что напоминали африканскую саванну после пожара. То и другое Кит видел по телевизору, и стал гадать, куда же они виртуально подлетают.

- Вы даже не можете себе представить, сколь далекое будущее мы сейчас столь явно лицезреем! – с нескрываемым воодушевлением произнес Лев Константинович.

Видно, он сам еще не привык к этой грандиозной картине, хотя наверняка видел ее уже не раз… Но тут же его воодушевление сменилось совсем другим чувством – смесью опаски и горечи:

- Ох, не хотел бы я жить в этом будущем, - тяжко вздохнул Лев Константинович. - Да и в вашем тоже.

Он помолчал, словно ожидая, что Кит задаст вопрос «почему». Но Кит тоже молчал, потрясенный картиной. Синий, полупрозрачный купол впереди сверкал на солнце гранями сот, из которых весь состоял. Высотой купол был никак не ниже самой высокой на Земле горы, Эвереста, а в диаметре… наверно, не меньше Москвы!

- И знаете почему? – не выдержав, спросил сам Лев Константинович.

Кит только пожал плечами, не отпуская изогнутых змей.

- Эх! – вздохнул Лев Константинович. – Может, поймете, когда вырастите… А может и нет. Ведь уже вам, в вашем недалеком от нас будущем, неведом тот простор душевный, который знали мы… Объяснять без толку. Просто запомните то, что я вам сейчас сказал. Еще не догадались, где мы?

- Нет, - кивнул Кит.

- Тогда даю подсказку. – Лев Константинович посветил фонариком вперед.

Скорость движения резко повысилась. Купол наплывал… И в последний миг перед «ударом» в синюю соту Кит невольно зажмурился… А когда открыл глаза, увидел, что они летят уже внутри купола, над сравнительно небольшими, непрозрачными куполами, словно отлитыми из черного стекла. В их расположении Кит не заметил никакого порядка. Однако они были связаны между собой прозрачными «трубками», висевшими высоко над землей. Кит различил в одной из трубок стремительно скользившую «гусеницу» и догадался: это монорельсовые дороги!

Черные купола стояли друг от друга на разном расстоянии, примерно от одного до трех километров, и все пространство между ними было заполнено… чем? Кит пригляделся… Точно! Это были остатки, руины давно брошенных домов, остовы небоскребов…

- Догадались? – уже с легкой усмешкой спросил Лев Константинович.

- Нет, - признался Кит, холодея.

- Тогда вот вам уж совсем явная подсказка…

Лев Константинович повел лучом фонарика, пол-самолет сделал вираж, и вскоре они подлетели к невысокому и совершенно прозрачному куполу. Кит пригляделся…

Вы наверняка видели такие сувениры или даже привозили их из туристических поездок: маленькие, умещающиеся на ладони прозрачные шары-купола, в которых, как мухи в янтаре, «впаяны» крохотные модели каких-нибудь знаменитых шедевров старинной архитектуры – собора или замка, башни или чего-нибудь еще… И Кит увидел внизу такой шар-купол. Только на ладонь его не поставишь. И внутри была не модель, а настоящее здание. Угадали какое?.. Московский Кремль!

- Кремль! – прошептал ошеломленный Кит.

- Ну, слава Богу! Узнал, наконец, родной город… - не то, чтобы с издевкой, а скорее с какой-то горькой досадой вздохнул Лев Константинович. – А вот эти черные пузыри вокруг – это такие поразительно благоустроенные человеческие муравейники будущего… Там все есть, о чем вы можете мечтать, и до всего, что захочешь, рукой подать. Как вам?

Кит не сказал «круто». Он, вообще, не знал, что сказать. Одно было ему ясно: в таком очень далеком будущем ему тоже совсем не хотелось жить… даже если там есть вс, о чем можно мечтать.

Нужно было хоть на минуту отключиться, перевести дух.

- А тут у вас… это… в самолете, туалет есть? – брякнул он первое, что пришло в голову.

Про «самолет», конечно, зря… Глупо.

- Что?! – поразился Лев Константинович… потом свел брови и похлопал себя свободной рукой по лбу. – Как же я сразу не учел… Простите!

Он вдруг резко встал, взял Кита за плечо, почти силой поднял его из кресла и повел назад. Обзор был панорамным – и они подошли прямо к краю пола-самолета. Но Кит не успел испугаться: Лев Константинович протянул вперед руку, раздался легкий шлепок – и из виртуального будущего открылась дверца в красный коридор.

Они вышли, и Лев Константинович указал в темнеющую даль:

- Идите прямо. Там вас встретит жандарм. Он проводит вас в нужную комнату, а потом обратно. Поторопитесь! И надеюсь, вы не станете пугать его вашими дорожными впечатлениями.

Пока Кит ходил, всё в девятьсот пятнадцатом году – и допотопный туалет с бачком под потолком и железной педалью под ногой, и латунные краники, и холодная вода и даже мрачный жандарм, - всё показалось ему родным и близким. Вот уж действительно: в жизни всё постигается в сравнении!

И пока Кит ходил… то есть приходил в себя, он принял одно важное решение: на всякий случай не верить, что Кремль, «запаянный» в огромный стеклянный шар и вся эта жуткая инопланетная Москва – будущая неотвратимая реальность. Может, это просто спецэффекты такие, глюки… Может, и в этом подвале ему, Киту, просто голову морочат.

…Потом они еще с полчаса «летели» над безжизненными просторами, саваннами-пустынями. И мимо вдалеке проплывали другие купола – большие города. Наверно, тоже столицы. Может, Вена… может, Париж… Кругом была пустыня. Потом не менее безжизненные горы…

Лев Константинович заговорил, когда внизу раскинулось море, подёрнутое неприятной серой дымкой. Голос его показался уставшим и мрачным:

- Планета Земля будет истощена… Ураганы, суховеи, извержения, землетрясения. По всей земле будет стоять ужасная жара. В Европе – под пятидесят градусов по Цельсию… Кто виноват, я думаю, вам не надо объяснять… Люди, конечно, найдут способы, как себя прокормить и чем ублажить. Ученые постараются на славу. Но всё химия, будет одна химия. Вот когда задумается человек об исправлении прошлых ошибок. Разум человека безграничен – и способ будет найден. Построить светлое прошлое. Масштаб великого замысла впечатляет, не правда ли?

- Ну да… - сказал Кит, и это было все, что он смог пока сказать…

…и он подумал: «Папаню бы сюда, вот он бы сказа-ал!»

Лев Константинович вдруг снова воодушевился:

- И вы, господин Демидов, стоите у истоков осуществления этого грандиозного и поистине спасительного проекта! Пора бы догадаться и осознать…

Пол-самолет пошел на снижение, скорость снова возросла. Вскоре вдали появился берег, покрытый дымкой желтоватого тона. А еще через минуту Кит различил впереди большой купол. Он был размерами явно меньше купола Москвы и отливал не синим стеклом, как все купола, увиденные Китом по пути, а действительно был похож на огромный кусок отшлифованного янтаря – красивого, золотисто-медового.

- Вот мы и у цели… - тихо подсказал Лев Константинович.

- А что это за город? – поинтересовался Кит.

- Пока секрет, - стал загадочно темнить Лев Константинович. – Здесь генеральная ставка очень важного лица. Одно положительное свойство у этого далекого будущего все-таки есть. Перед лицом бедствий, охвативших планету, люди смогут наконец объединиться и прекратить все возможные распри. И они выберут себе мирового предводителя. Назовут его, увы, не императором, а всего лишь… председателем. Но зато не простым, а – Председателем Всемирного Совета. И впервые в Истории, это будет действительно широко образованный человек. Председатель свободно говорит на тридцати языках, прекрасно знает не только математику, но и литературу, искусство. Пишет картины маслом. Вам в пример…

Думаете, Кит прямо-таки жутко весь устыдился? Как же, ждите!

- И он очень прост в обращении, - добавил Лев Константинович. - Сами увидите. Не удивляйтесь. Он ждет встречи с вами.

Пол-самолет виртуально пронзил янтарный купол, и Кит увидел внизу какой-то очень старинный город с крепостными стенами. Он заметил башенки и маленькие купола, на одних – кресты, на других полумесяцы, здания казались издали заброшенными, полуразрушенными…

А потом они нырнули в единственный большой купол, находившийся прямо в центре старинного города – купол совершенно непрозрачный, матово-золотой. В нем они оказались, как в густом золотом тумане, ничего видно не было.

- Прибыли! – сказал Лев Константинович и поднялся из кресла. – Напоминаю вам, Никита, что сейчас вас примет самое важное на планете лицо… Соберитесь как-нибудь.

Единственное, что смог сделать в эту минуту Кит, – отпустить подлокотники кресла. Ладони у него были холодные и мокрые.

Синий луч фонарика воткнулся в золотисто-янтарную муть – и в этом месте она стала растекаться в стороны.

Сначала Кит увидел впереди обширное помещение с широкой вогнутой стеной. Вся стена представляла собой карту земного шара – цветную, рельефную, трехмерную и при том полупрозрачную. Казалось, что сквозь нее можно пройти, как сквозь тонкую бесплотную завесу. В помещении, перед картой еще оставался, висел у пола небольшой сгусток плотного золотого тумана.

- У вас что, не принято вставать, когда учитель входит в класс?! – сердито прошептал Лев Константинович.

Кит испуганно вскочил.

- Да пусть сидит! – вдруг раздался веселый и приветливый голос.

Золотой сгусток исчез – и на его месте появился тоненький и очень хрупкий на вид стеклянный письменный стол, а за ним – некрупный, худенький человек лет тридцати, не больше, одетый в легкую, серо-голубую водолазку и синие, потертые джинсы.

Человек тут же встал, стремительно вышел из-за стола и пошел навстречу, широко, ослепительно улыбаясь. Его легкая, пружинистая походка напоминала походку… кого? Ну да, походку Майкла Джексона! И лицом он был тоже немного похож на Майкла Джексона, только не такой смертельно иссохший и трупно-бальзамированный, как несчастный король попа. И волосы его, не короткие и не слишком длинные, не прямые, но и не вьющиеся, были как бы не совсем черными. Если прямо смотреть – черные, но боковое освещение придавало им очень светлый, золотистый отлив.