- Да, - усмехнулся Чэз. - "Я-же-предупреждала" - это единственный женский порок, которого я не переношу.

- В семейной жизни он очень опасен, - согласился Рейф. - Элла говорит, что во всем виноваты неустойчивая нервная система и бесконечные стрессы. Нелепое оправдание. И все же... Порой я тоже этим грешу в минуты стрессовых ситуаций. Может, она и права.

- А сейчас стрессовая ситуация?

- Да, конечно. Разве тебе так не кажется? Они помолчали. Только что обретенное согласие могло мгновенно исчезнуть от первого же неосторожного слова, поэтому никто не хотел нарушать молчание. Наконец Чэз решился:

- Этого можно легко избежать. Если только ты не...

- Ты не знаешь всей истории, Макинтайр. Ты не знаешь, как жила Шейн до вашего знакомства, и поэтому не сможешь понять, почему я так ревностно оберегаю ее.

- Теперь я этим займусь.

- Тут ты ошибаешься, мой друг: я всегда буду заботиться о сестре. Сейчас я вручаю ее тебе. Но лишь на время.

- Черт побери, Бьюмонт! Шейн - живой человек, а не чья-то собственность. Она принадлежит только самой себе.

- Она твоя. Отныне ты отвечаешь за ее благополучие, - глаза Рейфа гневно сверкнули. - И никак иначе.

- Ты не устал мне угрожать?

- Нет.

- Знай: пока я рядом, никто не обидит ее.

- Я тебе верю. - Сейчас Рейф говорил абсолютно искренне. - Но я боюсь, что именно ты причинишь ей боль.

- Я этого не сделаю.

- Намеренно, может быть, и нет. И все-таки... Ты стал грубым, безжалостным человеком, а такие люди губят нежные молодые создания, даже не осознавая этого.

- Все это не относится к Шейн.

- Надеюсь. А теперь, - Рейф пододвинул к себе досье, - мне нужно записать о тебе некоторую информацию, прежде чем Шейн присоединится к нам.

- Что тебе еще нужно знать обо мне?!

- Успокойся, Макинтайр.

- Хорошо. Говори, что тебе нужно от меня и покончим наконец с этим глупым фарсом.

- Моя сыщица собрала много интересной информации...

- И что?

- Если тебе когда-нибудь понадобится моя помощь, только попроси.

Чэз с шумом выдохнул воздух. Он мог оскорбиться этим предложением или открыто выказать свое отношение к Рейфу. Разве его кулаки не сжались, готовые к бою? Но Чэз взял себя в руки и вполне дружелюбно протянул руку Рейфу.

- Спасибо, - вполне искренне ответил он. -При случае я воспользуюсь твоим великодушием.

Глава 4

Моей давно потерянной невесте

Вчера ночью ты снова приснилась мне. Прошло уже три года, а я все продолжаю думать, мечтать, грезить о тебе. Я чувствую аромат твоих духов; он окутывает меня, очаровывает, и мне начинает казаться, что ты спишь рядом со мной. Но лишь на мгновение... Часто я слышу твой голос - тихий и страстный, вижу твои глаза - полные задора, тепла и любви. Такого любящего взгляда я никогда не встречал.., или, вернее, с тех пор не встречал. Пусть мои слова прозвучат банально, но твоя кожа нежна как атлас, а волосы похожи золотистый водопад при лунном свете.

Есть ли у тебя еще сомнения в том, что я "заболел" тобой? До тех пор, пока ты не окажешься в моих объятиях, я не найду покоя. Представляешь ли ты, сколько ночей подряд я просыпался, вспомнив наши последние слова, наши последние объятия... Я был в полном отчаянии, сознавая, что уже не смогу полюбить другую. Ты преследуешь меня везде и всюду, дорогая. Ты полностью завладела моей душой и заставляешь меня мечтать о невозможном. Когда я смотрю на другую женщину, то вижу лишь, что она не такая, как ты.

Я люблю тебя, моя сладкая женушка, любовь моя. Нет и не будет никого лучше тебя.

***

Послеполуденное солнце согревало своими лучами характерный ландшафт штата Колорадо, когда Чэз и Шейн наконец добрались до ранчо.

- И это твой дом? - удивленно спросила Шейн.

- Нет, - в его голосе слышалось недовольство. -Это место, где я живу. Сделать это жилище домом твоя задача.

Шейн внимательно посмотрела на стены особняка - они внушали серьезные опасения. Кроме того, доски крыльца ссохлись и просели, а крышу, очевидно, латали уже не раз. Водосточный желоб вообще не подкрашивали годами. Земля вокруг дома была сухой и абсолютно неплодородной, а раньше здесь вместо пожелтевшей сорной травы и погибших деревьев наверняка был прекрасный сад.

- Что я должна сделать? - осмотревшись, поинтересовалась она.

- Здесь - ничего. Главная работа ждет тебя внутри.

Шейн покосилась на входную дверь. "Если внутри все так же безнадежно, как снаружи, подумала она, - я пропала". Сделав пару глубоких вдохов и выдохов, Шейн взяла себя в руки. "Если хочешь наладить жизнь с Чэзом, ты должна сделать это, - повторяла она про себя. - Ты должна создать из всего этого хлама жилой дом".

- Проводи меня туда, - попросила она. Чэз поднялся по ступенькам и нажал плечом на осевшую дверь. Шейн последовала за ним. На пороге она остановилась в нерешительности, потом собралась с духом и вошла. Ее прибытие в дом супруга резко отличалось от классического ритуала, когда муж переносит новобрачную через порог; и, конечно, здесь ее не ждали ни восторженная толпа гостей, ни праздничный ужин. Короче говоря, все ее мечты, свойственные любой девушке, выходящей замуж, развеялись, как только она переступила порог. Шейн еще раз задалась вопросом: почему Чэзу так важно создать уют в доме? И зачем ему так срочно понадобилась жена, ведь профессиональный дизайнер вполне бы справился с этой задачей? Она вспомнила все, что говорил ей Чэз по этому поводу, и поняла только, что это для него очень важно, настолько важно, что он согласился на скоропалительную женитьбу.

- Босс, у нас большие неприятности, - около Чэза неожиданно оказался седой коренастый мужчина.

- И почему меня это совсем не удивляет? вздохнул Чэз. - Знакомься, Шейн, это Пенни, мой помощник по хозяйству. Пенни, это моя супруга.

У мужчины от удивления отвисла челюсть. Он уставился на Шейн во все глаза.

- Тогда, может, леди сразу пройдет в кабинет номер один? - наконец очнулся он.

- Кабинет номер один? Черт! И кто же находится там? Скажи мне!

- Знакомая вам донья. Я пригласил ее в ваш кабинет, подумав, что ей не стоит осматривать дом до вашего возвращения.

- Уверен, в этом не было необходимости. Какими еще неприятностями ты меня порадуешь?

- Моджо.

- И?.. В чем проблема? - едко поинтересовался Чэз.

Пенни вытянулся во весь свой небольшой рост, стараясь казаться выше.

- Он сказал, что вы вернулись и попали прямо в ловушку. Моджо не очень доверяет всему происходящему. Если хотите, я попрошу Джимбо поговорить с ним. Пожалуйста, прикажите ребятам не строить козни против доньи Изабеллы. Она, видите ли, не дает им плеваться!

- А тебя это не касается, не так ли?

- Поосторожнее, босс, - едко предупредил Пенни. - Если вы будете так наседать на меня, я уйду работать к старой донье. Она обещала мне работу моей мечты.

- Будет весьма забавно посмотреть на это, ведь ты известный любитель спорить о чем угодно. Например, тебе нетрудно убедить всех, что корова это бык, а небо вовсе не синее.

Шейн еле сдержалась, чтобы не застонать: она поняла, что эти двое будут препираться до тех пор, пока настоящие коровы не придут на дойку, а если еще дать волю яркой индивидуальности ее мужа, спор может затянуться до Рождества. Пора брать инициативу в свои руки.

- Чэз, может, ты пока поговоришь с Моджо, а я с доньей? Пенни, пожалуйста, приготовьте нам по чашечке кофе.

- Я не повар, чтобы готовить, - обиделся тот.

- Я это усвоила, но, насколько я знаю, всякий хороший ковбой может приготовить кофе лучше профессионального повара, не так ли?

На лице Пенни отразилось нечто похожее на удовольствие.

- Лучше? Пожалуй... Уж точно лучше, чем Моджо...

- Моджо занят на кухне? - догадалась Шейн.

- Он, и никто другой.

- Значит, он....

- ..повар. Так что ему вряд ли удастся... "Отлично, просто отлично! подумала Шейн. -Не успела приехать, как уже оскорбила кого-то".

- Тогда, может быть, вы приготовите мне кофе, раз Моджо не может этого сделать? Вы не возражаете?

- Возражаю, мэм, - заявил Пенни, но тут же смягчился:

- Однако вы новенькая в этом доме, и я выполню вашу просьбу. Но только один раз. Понятно?

- Спасибо. Вы настоящий джентльмен.

- Вот так всегда! - нахмурился Пенни. - Сделай что-нибудь хорошее ближнему своему - и получишь в ответ оскорбление.

И он направился по коридору к кухне.

- Не нравится мне эта идея... - начал было Чэз.

- Ты можешь присоединиться к нам, как только поговоришь с Моджо.

- Но, Шейн...

Она ласково положила руку ему на плечо и почувствовала в своем сердце знакомый трепет.

"Как это возможно?! Ведь годы разлуки должны были заглушить эти чувства! А я стою здесь сейчас и глаз от него не могу отвести, несмотря на то, что мне нельзя обнять его, нельзя снова проникнуть в его сердце..." билась в мозгу упрямая мысль.

- Помнится, ты искал себе хорошую жену, сказала она наконец. - Так позволь мне делать свою работу, Чэз. Я вполне могу побыть наедине с этой твоей доньей несколько минут, ничего не испортив.

- Но все же... - растерянно пробормотал он.

- Ты мне не доверяешь?

- Дело не в этом, - Чэз непроизвольным движением взлохматил волосы. Во-первых, полностью ее зовут донья Изабелла Магдалена Вега де ла Круз.

"Это уже интересно!" - подумала Шейн, а вслух спросила:

- А во-вторых?

- Во-вторых... Шейн, черт побери, я...

- Она один из твоих секретов, да?

- Она часть одного большого секрета. Я просто не хочу, чтобы она рассказала тебе об этом вместо меня. Ты заслуживаешь уважения.

"Он заботится обо мне!" - эта мысль помогла разгореться искорке надежды, которую Шейн так бережно хранила в своем сердце.

- Что ж, будем надеяться, что она мне ничего не расскажет, - мягко сказала Шейн.

- Боюсь, это все-таки произойдет...

- Где твой кабинет?

Чэз указал на дверь слева:

- Иди. Я присоединюсь к тебе, как только смогу.

- Все будет хорошо, - улыбнулась она.

- Сомневаюсь, - Чэз притянул ее к себе и быстро поцеловал. Второй поцелуй был еще более страстным: мольба, обещание, требование - все слилось в нем. - Но.., у меня есть идея.

Шейн не хотелось открывать глаза.

- Какая?

- Почему бы нашей непрошеной гостье не подождать нас? А мы могли бы тихонько подняться наверх и наверстать упущенное время... Думаю, с ней ничего не случится, если она посидит в одиночестве еще немного.

- Я, что же, стена между двумя врагами?

- Нет, ты... - Чэз нежно поцеловал ее в ушко, оазис, озеро среди бескрайней пустыни, росток жизни среди пыли и мертвых камней.

Шейн знала этого человека. Это был не Чэз, за которого она недавно вышла замуж, а настоящий любящий мужчина, в которого она однажды страстно влюбилась. И она молча радовалась его возвращению, радовалась тому, что прежний Чэз еще не совсем исчез. Приложив определенные усилия, она могла освободить его из ледяного панциря, в который он сам себя заточил, но для этого требовалась величайшая осторожность.

- Мне бы тоже хотелось подняться с тобой наверх и остаться там навсегда, - ответила она с обезоруживающей честностью.

- Ну что ж... Жена, надевай-ка свою маску, и давай представим, что мы незнакомы друг с другом и у нас нет ни прошлого, ни будущего, а есть только один сладостный миг.

Прежняя боль вернулась так же неожиданно, как и исчезла.

- И сколько будет длиться этот сладостный миг? - поинтересовалась она, изо всех сил стараясь скрыть обиду.

- Тут все зависит только от нас. Думаю, долго, очень долго.

- Я хочу...

- Чего же?

Шейн посмотрела ему прямо в глаза, надеясь отыскать там те же противоречивые чувства, что ей самой не давали покоя.

- Я хочу знать, - ответила она, - была ли та ночь для тебя чем-то большим, чем простое кувыркание в постели, или нет.

Шейн не стоило говорить эти слова: казалось, холодный ветер охладил его пыл - лицо Чэза стало каменным. Ледяной панцирь оказался слишком крепок. Такая неожиданная перемена не могла не вызвать слез. Шейн потупилась, стараясь скрыть их.

- До того как мы поженились, я предупреждал тебя, что... - сурово напомнил ей Чэз.

- Я знаю.

- Не проси у меня больше, чем я могу дать тебе.

Шейн улыбнулась, своей улыбкой мгновенно разогнав грозу.

- Жаль разочаровывать тебя, но я буду продолжать просить об этом.

- А я буду продолжать отказывать.

- Как хочешь. - Шейн окончательно взяла себя в руки. - Почему бы нам не заняться делами? Это поможет нам скоротать время до вечера.

Чэз притянул ее к себе и подарил мимолетный поцелуй со словами:

- Запомни, я воспользуюсь своим правом при первом же удобном случае.

Сейчас его взгляд напоминал взгляд голодного зверя, готового наброситься на долгожданную пищу, которую вот-вот отнимут.

- Неужели ты думаешь, что чувства, которые нас связывали, когда-нибудь исчезнут? - тихо спросила она.

- Не сомневаюсь в этом, - подтвердил он. -Однажды мы проснемся и поймем, что нас разделяет жаркая пустыня или высокая каменная стена.

- И когда этот день настанет, тебе не придется просить меня уйти - я сама уйду.

Чэз кивнул, но что-то не давало ему разжать объятия. Внутренний голос говорил Шейн, что бессмертная любовь существует, обещал, что их любовь победит все преграды, убеждал, что теперь, когда они нашли друг друга после стольких лет, ничто их больше не разлучит. И все же осторожность взяла верх, и Шейн невероятным усилием воли сделала шаг назад.

- Я пойду представлюсь донье Изабелле, сказала она.

- Я не задержусь.

И они направились в разные стороны.

Открывая дверь кабинета, Шейн мысленно готовила себя к тому, чтобы встретиться с загадочной доньей и мужественно встретить неприятные вести.