- Благодарен?- повторила Николь, так сильно озадаченная, что с трудом смогла выговорить слово.

- Впрочем, так же, как и за твою искренность.- Пол продолжал изучающе смотреть на нее. - Не каждая женщина признается, что умышленно расставляла ловушку, чтобы поймать в нее богатого мужа.

Николь вернулась к действительности, покраснев до корней волос.

- Я... я,- начала она, но так больше ничего и не сказала, потому что пытаться разубедить его во мнении, что она изощренная, рассчитывающая каждый свой шаг охотница за богатым мужем, бесполезно. Пол в этой ситуации все равно никаким ее доводам не поверит и не примет их.

В наэлектризованной тишине Пол выжидающе смотрел на нее, подняв бровь.

- Ну да,- промямлила наконец Николь. - Теперь ты знаешь.

- Так почему же ты ничего не сделала, чтобы подобрать это богатство?

Николь в замешательстве напряглась, не готовая к продолжению разговора.

- Как видишь, у меня возникла проблема: никак не могу понять твои поступки, - мягко признался Пол. - Мартин мог в припадке гнева проделать с тобой Бог знает что, а тебе и надо было только связаться со мной. Естественно, тогда бы и вопрос о наказании не стоял. Твоя беременность давала тебе целую дюжину возможностей, но по каким-то странным причинам ты не попыталась воспользоваться ни одной из них.

- Я просто не могла признаться тебе в беременности. Понятно? - выпалила Николь в порыве отчаяния, который неожиданно обратился в гнев.- После того как ты со мной обошелся, я бы скорее приняла яд.

- Это звучит весьма убедительно,- ответил Пол с иронией, все так же пристально глядя ей в лицо. - Я больно ударил по твоему самолюбию, и ничто, даже самое амбициозное желание, не могло заставить тебя поставить интересы моего сына выше твоей раненой гордости?!

Николь отвернулась.

- Я все думала, сколько времени тебе потребуется, чтобы заговорить, как сейчас.

- Ты совершенно права. Разговор такого рода самый непродуктивный. Особенно в тот момент, когда все планы и интриги, задуманные и осуществленные, все эти заигрывания, охота и соблазнение привели к тому, что представляется почти неизбежным завершением.

Каждое его слово достигало цели. Николь напряженно смотрела на него в недоумении, явно ожидая подвоха, и Пол перехватил ее взгляд.

- Я могу узаконить рождение моего ребенка, только женившись на тебе.Подобие принужденной улыбки тронуло его губы, когда он увидел, какую реакцию вызвали эти слова.- И я собираюсь настаивать на этом, как на абсолютной необходимости. Никто никогда уже не сможет назвать моего сына ошибкой!

8

- Ты просишь меня выйти за тебя замуж?- спросила Николь, заикаясь от удивления.

- Не прошу. Это само собой разумеется.- Пол сократил расстояние и остановился в нескольких шагах от нее. Вся его фигура выражала окончательно принятое решение.- Мы поженимся.

Николь с трудом перевела дыхание и с изумлением смотрела на него.

- Прежде чем газеты запестрят издевательскими заголовками про дочь дворецкого, про дитя любви Джиротти,- пояснял Пол с вымученной улыбкой.Прежде чем Джим или кто-нибудь еще начнет задавать нелепые вопросы. И, наконец, отнюдь не самое маловажное: я буду иметь права на собственного ребенка.

Николь с трудом сомкнула губы. Даже это потребовало немалого мужества под пристальным взглядом Пола, выжидающего и готового ринуться в атаку при малейшем признаке возражения.

- Но...

- Никаких "но".- Пол посмотрел на нее сверху вниз с готовой взорваться яростью.- Это твоя обязанность перед сыном и передо мной.

Николь было попятилась, но Пол схватил ее и пригвоздил к месту. Его блестящие черные глаза метали молнии.

- И давай не будем притворяться, что делить семейную постель - большая жертва для кого-то из нас. Ты будешь утешаться моим богатством, я- твоим прекрасным телом. Мне кажется, это похоже на брак, заключенный на небесах.

Он подвел Николь к одной из колонн портика летнего дома и положил руки ей на бедра. Николь непроизвольно вздрогнула, ноги едва не подкосились. Прилив тепла, исходящий от стройного мускулистого тела Пола, вызвал в ней острое желание.

- Пол, - прошептала Николь почти умоляюще.

Обволакивая улыбкой, Пол раздвинул полы пальто Николь и медленно заскользил длинными тонкими пальцами по всей длине ее дрожащих бедер. Она вздрогнула и подалась назад, прислонившись к колонне. Приняв это движение за приглашение, он с дикой, горячей жаждой, которая электризовала ее, прильнул к Николь всем телом, но неожиданно отпрянул с хриплым стоном.

Николь смутилась.

С приглушенным свистом переведя дыхание, Пол прошептал:

- Господи... нас же видно из дома. Мы как на ладони.

Николь покраснела и оглянулась, стараясь восстановить утраченный контроль.

- Я не могу отпустить тебя,- выдохнул он,- но и не должен начинать того, чего не могу закончить. Для того чтобы ублажить Мартина, мы должны отправиться выбирать рождественскую елку.

- Елку? - удивилась Николь.

- Традиция,- сказал Пол.- Дед строго следует традиции. Как будущая хозяйка "Старого озера" ты должна сама выбрать елку и смотреть, как я буду рубить ее.

- Я не сказала, что выйду за тебя замуж.

- Не вижу ни одной причины для отказа.

- Ты не любишь меня.- Краска схлынула у нее с лица.

Быть женой Пола, отдать ему тело и душу, проснуться ночью и обнаружить его рядом, иметь право поднять телефонную трубку, чтобы услышать родной голос всегда, когда захочется. Все это лихорадочно проносилось в голове Николь. О таком счастье она не смела даже мечтать.

- Хорошо... Я выйду за тебя, - смущенно обратилась она к земле под ногами, с ужасом осознавая, как прилив любви накатывает на нее, полностью лишая гордости.

- Конечно, выйдешь. Свое согласие ты дала сейчас, когда стояла у колонны и предлагала мне себя средь бела дня.

С малиновым румянцем на щеках Николь вскинула голову и встретила взгляд его больших темных глаз, в которых светилась откровенная, приводящая ее в замешательство радость. Это обескураживало, казалось, будто огонек радостного трепета зажегся у него глубоко внутри и он делал огромные усилия, чтобы сохранить его в тайне.

- Я договорюсь о специальном разрешении, - сказал Пол, когда они шли вдоль фасада замка. - Свадебная церемония должна состояться до Рождества.

- До Рождества? - воскликнула Николь.

- В сочельник, если пастор согласится. Все пройдет по-семейному. Нам понадобятся кольца, не говоря уже о платье и вообще гардеробе для тебя,размышлял вслух Пол.- Потом серьезный вопрос о рождественских подарках для Джима. Я сгораю от нетерпения пройтись по магазинам игрушек. Завтра полетим в Торонто.

- Да,- еле проговорила Николь, когда они входили в дом.

Отец ждал в большом зале. Рядом стояла Глория, ее лицо было бледно.

- Нельзя ли переговорить с вами, сэр? - сухо спросил отец.

Николь припомнила, что мачеха недавно разыскивала Пола, и встревожилась. Почувствовав ее напряжение, он с улыбкой положил руку ей на плечо. Все вместе они вошли в кабинет Пола.

Дверь еще не закрылась, когда Глория заговорила.

- Это не Николь брала тогда вещи... Она приняла на себя мою вину, мачеха заикалась от душивших ее слез. - Это я взяла их, и я же их продала. Николь пыталась положить найденную у меня миниатюру на место, когда мистер Уэббер застал ее.

- Мистер Уэббер знает правду уже очень давно, - добавил Николас Бартон.

Николь только теперь поняла, почему Мартин так тепло встретил ее в своем доме.

Пол внимательно смотрел на дворецкого. Ни один мускул его лица не дрогнул.

- Дед знал?

- Моя жена ничего не сказала мне до тех пор, пока не попала в больницу, и тогда...

- Когда Глория лежала в больнице? - вмешалась Николь.

- Через несколько месяцев после того, как ты ушла. У меня был нервный срыв,- сказала мачеха.

- Почему мне об этом ничего не сообщили? - строго спросил Пол.

- К тому времени, когда я смог сообщить мистеру Уэбберу о том, что наделала Глория, замок был уже продан, сэр,- пояснил Николас. - Мистер Уэббер посоветовал нам молчать.

- Молчать? - повторил Пол, едва заметно вздрогнув.- Дед не советовал вам говорить мне об этом?

- Мистер Уэббер считал, что вы уволите меня, и это как раз то, чего мы заслуживали... Но в то же время с больной женой и при полном отсутствии средств...- Дворецкому становилось все труднее формулировать мысль.

- И у вас оставался чертовски небольшой выбор: умереть под мостом или выйти на большую дорогу,- мрачно закончил за него Пол.- Да, видно, мне иногда очень полезно взглянуть на себя глазами других.

Николь пересекла комнату, чтобы обнять мачеху.

- Все в порядке,- мягко сказала она, бросив на Пола умоляющий взгляд.Пол понимает. Он не сердится. Все это теперь в прошлом.

- Очевидно, я должен подать заявление об уходе, сэр,- сказал Бартон.

- Я женюсь на вашей дочери, Николас. Боюсь, вы обречены не разлучаться с нашей семьей до конца дней.

- Женитесь на моей дочери?! - Старик был явно потрясен.

- Да, мы женимся,- подтвердила Николь.

Улыбка осветила утомленное лицо ее отца.

- Это прекрасная новость. - Он помолчал.- Я отведу Глорию вниз, если можно. Признание далось ей не так-то легко.

Молчание установилось сразу после того, как они вышли. Николь понимала, что сейчас последует, и, для того чтобы как-то предупредить ярость Пола, проговорила:

- Я хотела рассказать тебе об этом после свадьбы.

- Ну, спасибо тебе за такое выражение заботы обо мне и своем отце,скривив рот, произнес Пол. - Какого черта ты молчала все это время?

- Я не знала, что Глория призналась моему отцу,- сказала Николь. У нее начала болеть голова. - Это не моя тайна и не мне ее раскрывать.

- Ну да, вместо этого ты позволила называть себя воровкой,- почти не разомкнув рта, сказал Пол, нервно потирая руки, чтобы унять их дрожь.

Николь поспешила объяснить, почему мачеха решилась на воровство. Глория задолжала по кредитной карточке. Стыдясь признаться мужу и понимая, что их скромный бюджет никогда не позволит расплатиться, как только этого потребуют, она с отчаяния прибегла к крайней мере. Все украденное сбыла за бесценок бесчестному торговцу. По чистой случайности Николь нашла украденный и спрятанный у мачехи миниатюрный портрет, заставила трясущуюся от страха пожилую женщину признаться во всем. Она оплатила остаток долга по карточке из своих сбережений, которые у нее имелись от кое-какой поденной работы.

- Жалованье твоего отца не менялось много лет, - без обиняков сказал Пол. - Он не просил прибавки, а дед не думал о положении своего верного служащего. Это в какой-то мере объясняет, почему мачеха попала в такой переплет. Когда я вступил в права владения, была проведена проверка бухгалтерии и рассмотрены вопросы оплаты обслуживающего имение персонала.

Он понял, прекрасно все понял. От всего пережитого Николь почувствовала такую слабость, что должна была сесть.

- Я никогда не сомневался в твоей виновности,- хрипло проговорил Пол. Его лицо окаменело от напряжения, когда он сделал это ужасное для Николь, но честное признание. - Когда я увидел квартиру твоего отца два года назад, я пришел в ужас. Мартин не был там ни разу за двадцать лет и никогда не интересовался, как они живут. Я понял твою привязанность к семье и поэтому решил, что ты действительно брала и продавала вещи.

- Прости, что не решилась рассказать тебе обо всем раньше.

- Но теперь я знаю все, правда? - сказал Пол с неожиданным и тем самым еще более тревожащим ее спокойствием. Его глаза не отрываясь смотрели на нее.- Дочь дворецкого не воровала, но нацелилась прямо и настырно на то, чтобы выйти замуж за самого богатого члена семьи?

- Я неважно себя чувствую, - пробормотала она, отбрасывая со лба прядь волос. От волнения и усталости у нее подкосились ноги.

Пол до сих пор не верит в ее всепоглощающее чувство к нему, подозревая в погоне за богатством!

- Потому что неправильно себя ведешь - от гриппа ты отнюдь не избавилась.- Подавшись вперед, Пол успел схватить ее падающее тело в свои руки.- Ты была совершенно больна вчера вечером. Так что же ты делаешь? Ты вскакиваешь к завтраку, гуляешь на холоде и в довершение ко всему не хочешь застегивать это чертово пальто. У тебя полный провал в том месте, где у других находится здравый смысл, и, что самое поразительное, именно от этого я чувствую себя великолепно!

- Из-за Джима, - потерянно проговорила она.

- Не хнычь, малыш, ты ведь поймала миллиардера.

- Я не хнычу.

- Наверное, мне послышалось. Отдохни. Мы отложим историческую рубку дерева до завтра. Даже Мартин поймет, что я не хочу брать в жены умирающую невесту. Сейчас ты поешь, ляжешь в постель и будешь спать.

Николь была слишком слаба, чтобы спорить. Это был самый эмоциональный изматывающий день в жизни, и сейчас, когда державший ее в напряжении стресс прошел, она с трудом размыкала закрывающиеся веки.

***

На следующее утро Николь завтракала в постели, чувствуя себя прекрасно. Она проспала двенадцать часов. Весь мир ей виделся в розовом свете, тем более что в ближайшие дни она собирается выйти замуж за человека, которого любит. Пол прав - хныкать тут неуместно.

Одевшись, Николь повела Джима в полуподвальное помещение, где жили ее отец и мачеха.

- Ты будешь удивлена,- предупредил отец, открывая входную дверь.

Она и впрямь удивилась. Промозглое, темное помещение, которое она помнила, исчезло. Они вошли в теплую комнату, обставленную удобной мебелью.

- Мистер Джиротти распорядился это сделать специально для нас, объяснил Николас Бартон.- И зарплату мне повысил тоже... он очень великодушный хозяин.

- Вчерашняя хворь совсем прошла? - спросила Глория, улыбаясь Николь.

- Я чувствую себя настолько хорошо, что уже забыла о ней, - ответила та.