Не успел я проехать вниз по каньону и трех миль, как начал понимать, насколько тяжело пришлось моим преследователям. Двое добравшихся до источника преодолели нелегкий путь.

Начиная от места впадения ручья, каньон постепенно сужался, так что дальнейший путь проходил непосредственно по воде. По обе стороны вздымались отвесные стены. Местами гигантские выступы скал нависали потолком, и Серый шлепал по воде в полумраке. Кое-где каньон настолько сужался, что ширина его едва достигала тридцати футов.

Изгибы узкого ущелья неожиданно вывели меня в просторный амфитеатр, окруженный высокими скалистыми стенами. Остановившись, я посмотрел на открывавшуюся за амфитеатром долину - в ширину она достигала не менее полумили. Серый вздернул голову и раздул ноздри. Я успокоил его и тихо стоял, выжидая.

Одинокий всадник ехал по направлению ко мне. Однако он был слишком далеко, чтобы его можно было узнать.

Глава 8

Мы с Серым укрылись в тени ближайших деревьев и стояли там, ожидая. Заметил ли он меня? И если видел, то подъедет ли?

Всадник приближался, разглядывая землю, разыскивая следы. Я проверил, легко ли вынимается из кобуры револьвер, выдернул сыромятный шнурок, предохранявший его от падения, и продолжал ждать.

День был теплый, небо чистое. Всадник заметно приблизился, и я смог различить цвета одежды, масть лошади... Это была Мойра Макларен!

Выехав из тени, я ждал, когда она заметит меня. Это произошло почти сразу же.

Рубашка моя была разорвана, лицо покрывала двухнедельная щетина, щеки впали, но душу мою согрело выражение удивления и облегчения, появившееся на ее лице.

- Мэтт? Вы живы?

Серый вплотную подошел к ее лошади.

- Неужели вы думали, что я могу умереть, не оставив вам обещанных сыновей?

- Не шутите.

- Я и не шучу.

Она взглянула мне в глаза, слегка покраснела и быстро сменила тему.

- Вы должны уехать. Совсем. Если вы сейчас вернетесь - они вас убьют.

- Я не побегу. Я возвращаюсь обратно.

- Но вы не должны! Они считают, что вы убиты. Пусть так и думают. Уезжайте, уезжайте, пока можете! Они искали, перерыли все окрестности, но так и не смогли вас найти. Джим Пиндер поклялся, что, если вы живы, он убьет вас при первой же встрече. Да и Боди Миллер вас ненавидит.

- Я возвращаюсь.

Она сдалась - да и мне не верилось, чтобы она действительно считала меня способным убежать. И я был рад, что она понимает меня так хорошо.

- Джим Пиндер захватил "Ту-Бар".

- В таком случае ему придется оттуда уехать.

Она обратила внимание на мою полную флягу и обвела рукой долину, на краю которой мы остановились.

- Отец поразится, когда узнает, что здесь есть вода и трава. Никто и мысли не допускал, что здесь можно выжить. Думаю, вы нашли единственное такое место.

- Это не моя заслуга. Это место нашла моя лошадь.

- Плохо пришлось?

- Не слишком хорошо. - Я оглянулся на опушку, откуда она выехала. - За вами никто не следил?

- Нет... Я проверяла.

- Вы искали меня и раньше?

Она кивнула.

- Да, Мэтт. Я боялась, что вы умираете где-то здесь, один... Я не могла этого перенести.

- Ролли был силен. Он был очень силен.

- Так это вы его убили?

- А кто же еще?

- Его нашли Кеневейл и Боди. Кеневейл был уверен, что это ваших рук дело, но некоторые считали, что это дело рук парней Бенара.

- Они не сражались за меня.

Некоторое время мы сидели молча, думая каждый о своем. О чем могла думать Мойра, я не имел ни малейшего представления, но сам думал о ней, о том, какая это замечательная женщина. Теперь, получив возможность хорошенько ее рассмотреть, я заметил, что она похудела, обозначилась легкая впалость щек. Было непривычно думать, что обо мне может беспокоиться женщина. Много лет минуло с тех пор, как обо мне вообще кто-либо беспокоился.

- Кажется, мы очень далеко от города?

Мойра оглянулась по сторонам и взглянула мне в глаза.

- Как бы я хотела, чтобы нам не надо было возвращаться!

- Но надо.

Немного поколебавшись, она проговорила:

- Мэтт, вы сказали, что любите меня. Я вам верю. Если вы не вернетесь я уеду с вами. Сейчас. Куда угодно - куда вы захотите.

Свершилось! Все, чего только мог бы пожелать любой мужчина. Меня полюбила девушка - девушка настолько очаровательная, что всякий раз при виде ее я испытывал удивление и острое желание обнять. Я действительно любил ее, мисс Мойру Макларен.

- Нет, - ответил я. - Вы же знаете, я должен вернуться. Я поклялся Боллу никогда не сдаваться - и не сдамся.

- Но вы не сможете! Вы больны... Вы были ранены!

- Да, я был ранен. Но с этим покончено, на мне заживает быстро. Уже шестнадцать дней, как я отдыхаю, и этого больше чем достаточно.

Она повернула лошадь, чтобы пуститься в обратный путь вместе со мной, и какое-то время мы молча ехали шагом.

- Скажите отцу, чтобы он забрал из "Ту-Бар" свой скот. Я не хочу распри с ним.

- Он этого не сделает.

- А должен.

- Вы забываете - я дочь своего отца.

- И моя жена... Скоро ею станете.

На этот раз она не стала отрицать. Но и не выразила согласия. Много миль мы проехали, разговаривая, я повернулся в седле на краю пустыни.

- Отсюда я поеду один. Ехать со мной для вас слишком опасно. Но вы можете сказать Моргану Парку...

Я сидел и наблюдал, как она удаляется по направлению к тропе, ведущей на "Боксед-М", и думал, как буду счастлив, когда она наконец станет моей.

Она держалась в седле, как юная королева - спина прямая, плечи красиво откинуты. Словно почувствовав мой взгляд, она обернулась и посмотрела назад, но не помахала рукой. Не помахал и я.

Затем я повернул лошадь и направился в город.

Долго еще я буду вновь переживать это расставание и долгую одинокую поездку вниз, с гор. Я часто буду думать о Мойре - как она глядела, что говорила, - потому что такие дни редки в жизни любого человека. Да, мы спорили, но это был славный спор без резких слов.

Теперь мне предстояли трудные часы. Существовал лишь один способ решить все проблемы. Возможно, кто-нибудь нашел бы и другие пути, но все они были не для меня. Я должен был открыто появиться и взять быка за рога. Пока еще не в "Ту-Бар", но в городе.

Они должны узнать, что я жив. Узнать, как я сражался и выжил.

Не в моих правилах было бегать; я застолбил здесь свою заявку на будущее, среди этих людей мне предстояло жить. И важно было, чтобы они поняли меня.

Итак, в город. Если Джим Пиндер там, один из нас умрет.

Если там Боди Миллер - мне придется убить его или оказаться убитым.

Любой из ковбоев с "Боксед-М" или "Си-Пи" может попытаться застрелить меня. Эта охота была им разрешена.

Но судьба моя была в моих руках, и не в моем характере было колебаться. Направив Серого по дороге в город, я двинулся легкой рысью. Впереди была пропасть времени. Я не торопился ни убивать, ни быть убитым.

Руд Макларен не был плохим человеком - в этом я не сомневался. Как и многие другие, в первую очередь он думал о собственном ранчо и хотел, чтобы оно стало лучше всех. Было ясно, почему он так жаждал заполучить воду и пастбища "Ту-Бар" - в его положении я бы тоже этого хотел.

Но Макларен считал, будто все, что хорошо для его ранчо, хорошо и для окружающих. Подобно множеству людей, самостоятельно добившихся жизненного успеха, он был на удивление эгоцентричен. Он видел себя центром мироздания, и все вокруг должно было служить только ему.

Он был неплохой человек, но обладал властью; а когда-то, когда я много читал, я вычитал, что власть портит человека.

Этой его власти я и должен был противостоять.

Тропа была пустынна. День клонился к вечеру. Серый был резвой лошадью, и потому мы добрались туда быстро. Из нескольких труб тянулся к небу дым, я слышал удары топора, хлопанье дверей.

Оставив тропу, я через пустырь направился к окраине города - к разбросанным в беспорядке хижинам и глинобитным домишкам, которые обеспечивали мне некоторое укрытие до тех пор, пока я не подъеду совсем близко. Позади заброшенной глинобитной постройки я натянул поводья, свернул самокрутку и закурил.

Хорошо бы побриться... Я вспомнил, где находится парикмахерская и как она расположена относительно остальных городских строений. Пожалуй, был шанс добраться до нее и сесть в кресло, не будучи кем-либо замеченным.

Когда меня постригут и побреют, я направлюсь к мамаше О'Хара. Избегая салунов, где могут оказаться ковбои Пиндера или Макларена, я пообедаю и постараюсь, улучив минутку, потолковать с Кеем Чепином. И конечно, поговорю с миссис О'Хара. Они люди влиятельные и могут оказаться ценными союзниками. Помощи я от них не хотел - только понимания.

Протерев запыленные револьверы, я проверил заряды. В каждом барабане было по шесть патронов. Я выбил пыль из шляпы, отряхнул штаны и постарался привести рубашку в чуть более приличный вид.

- Ну ладно, Серый, - сказал я, - двинулись.

Шагом мы обогнули дом, миновали двор, где молоденькая девушка кормила цыплят, и мимо коновязи, возле которой стояла пара лошадей, добрались до задней двери парикмахерской. Там находилась заброшенная конюшня. Я завел Серого внутрь и привязал. Это было длинное низкое здание под соломенной крышей. В конюшне нашлось много сена, и я бросил его в кормушку. Потом прислонил вилы к стене и надвинул шляпу пониже на лоб.

Ладони мои вспотели, а во рту пересохло. Я обозвал себя дураком - и вышел на открытое место. Поблизости никого не было.

Стараясь шагать помедленнее, чтобы не привлекать внимания, я прошел к двери парикмахерской. Двор порос редкой засохшей травой; серые, растрескавшиеся ступеньки скрипели под ногами. Заглянув через застекленную дверь, я убедился, что единственным человеком в заведении был сам парикмахер. Я открыл дверь и вошел.

Равнодушно взглянув на меня, он встал и занял свое место позади кресла.

- Постричь и побрить, - сказал я ему. - Долго не был в городе. Искал золото.

- Ковбой?

- Ну... Рад буду вернуться к этому занятию.

Он усмехнулся и принялся за работу.

- Пропустили всю забаву, - сказал он. - Тут было весело.

- Да?

- Ролли Пиндера убили... Никогда бы не подумал, что найдется на свете человек быстрее его. Некоторые говорят, что это дело рук парней Бенара. А я так думаю, что это работа Бреннана. - Он деловито щелкал ножницами, потом заговорил опять: - Только наверняка мы никогда не узнаем. Теперь он мертв.

- Бреннан?

- Угу. Люди говорят, что Ролли его все-таки достал... Там обнаружили кровь.

В кресле было удобно. Я закрыл глаза. Было бы совсем неплохо поспать. Много времени прошло с тех пор, как я последний раз спал в кровати. Под тихое жужжание брадобреева голоса в уютном кресле я начал клевать носом.

- Вам придется сесть прямо, мистер. Я не смогу вас подстричь, если вы не сядете прямо.

Я выпрямился. Но когда он откинул спинку кресла, чтобы побрить меня, глаза сами собой закрылись, а тело расслабилось. Было приятно ощущать горячее полотенце на лице. Я слушал, как он правит бритву, хлопая по кожаному ремню.

Улыбаясь, я чувствовал в полусне, как цирюльник пальцами втирает мне в бороду мыло. Я не то чтобы спал и не то чтобы бодрствовал. По улице проехал всадник... Бритва была острая, и прикосновение ее ласкало... Я задремал... Рука потрясла меня за плечо - и основательно. Открыв глаза, я увидел прямо над собой обеспокоенное лицо парикмахера.

- Послушайте, мистер, вам лучше бы убраться отсюда. Уехать из города.

- Вы узнали меня?

Бороды на лице уже не было.

- Видел однажды... У матушки О'Хара. Вам лучше уйти.

После слишком короткого отдыха я чувствовал себя как пьяный. Встав с кресла, я проверил револьверы. Не время было кому-либо доверять.

- Не хотите, чтобы меня убили здесь, да? Не желаете крови у себя на полу?

- Не в этом дело. Я ничего против вас не имею. Никогда бы не подумал, что это вы, пока не сбрил бороду. Нет, просто вам нужно уходить. Вы в опасности. Эти парни Пиндера...

Я нащупал в кармане деньги.

- Спасибо. Бритье доставило мне удовольствие.

Я подошел к двери и выглянул на улицу. Два человека сидели около магазина. Надев шляпу, я помахал рукой парикмахеру и вышел.

До ресторана мамаши О'Хара было всего шестьдесят футов, но они могли оказаться длинной прогулкой.

Глава 9

Я знал, что на протяжении этих шестидесяти футов добрая дюжина человек может поджидать меня, чтобы убить. По-моему, даже в походке у меня проступила этакая важность - не за каждым ведь охотится целая маленькая армия!

Возле окна заведения мамаши О'Хара я на мгновение задержался и заглянул внутрь. Там сидели Кей Чепин и Морган Парк. Был ли кто-нибудь еще, я не разобрал. На улице все было спокойно. Если кто-нибудь и узнал меня, то ничего не предпринял, а парикмахер не выходил из своей цирюльни.

Я повернул ручку и вошел, плотно затворив за собой дверь.

В комнате царили запах кофе и спокойная тишина. Морган Парк поднял глаза, и наши взгляды встретились.

- В следующий раз вы не застанете меня врасплох, Парк.

Не дожидаясь ответа, я отодвинул угол скамьи и сел, оставляя револьверы свободными, чтобы за них можно было схватиться в любой момент. Кофейник стоял на столе, и я налил себе чашку.

- Сообщение для прессы, Чепин. Что-нибудь вроде: "Мэтт Бреннан с ранчо "Ту-Бар" в пятницу вечером посетил город. Мэтт поправляется от пулевых ран, полученных во время мелкого диспута с Ролли Пиндером, но возвращается на свое ранчо, чтобы продолжать начатое".

- Это будет новостью для Пиндера.

- Скажите ему, чтобы ждал меня. Я убью или увижу повешенным каждого, кто замешан в убийстве старика Болла.