Нас все больше и больше беспокоило, что на пути попадались только старые следы путешественников из Канады, - и все. Однако капитан обнаружил отпечатки подков лошадей. Более свежих нам не удавалось заметить.

- Интересно, где мы должны встретиться с Логаном, если он жив?

- Тот парень сказал, что его нет в живых, - возразил Флеминг, - что его убили.

- Его очень трудно убить.

- Пуля не разбирает, - усмехнулся Флеминг. - Если она попала куда надо, уже нет разницы, храбрый этот человек или трус.

- Такое чувство, будто мы всю жизнь здесь скитаемся, - заметил Шорти. Я уже не против провести вечерок за стойкой бара.

- Еще немного осталось, - пообещал Тайрел. - Не волнуйтесь, ребята. Обратно поедем налегке.

- Если доживем, - вздохнул Флеминг.

Нетти и Мери не жаловались. Они знали, что это трудное испытание, и старались помочь, чем могли. И обе стали почти незаменимы, хотя Мери в общем-то всегда была отличным помощником.

- Если мой брат где-то там, - спросила Оррина Нетти, - где именно, как ты думаешь, он может быть?

Оррин пожал плечами.

- В Баркервилле или в Клинтоне. Я здесь мало городов знаю, только эти. Если он где-то тут или даже приезжал сюда, здешние жители об этом знают. Хоть территория приисков и большая, но народу живет немного. Человек может жить вдали от поселений, и все равно о нем будут знать. Здесь ничего не проходит незамеченным.

Флеминг как-то странно хихикнул, будто выразил сомнение. Никто на это не отреагировал.

Мы, Сэкетты, внимательно осматривали все вокруг в надежде найти знаки, точно представляя, какой знак мог для нас оставить четвертый Сэкетт.

Но нам ничего не попадалось.

Мы пересекали реки по четырнадцать раз за день и пробирались через еловые леса. Ели били нас по лицам своими тяжелыми лапами. Нам попались и правда отличные лошади. Они без страха шагали через болота, пока наконец не выходили на твердую землю.

Наши запасы истощались. Редкий день нам удавалось кого-то подстрелить. Над нами пролетали дикие утки, они уже направлялись на юг. Однажды утром, когда мы проснулись, лужи затянул тонкий ледок.

- Интересно, что сталось с теми индейцами, которые ехали за нами? спросил капитан. - Мне их вроде бы и не хватает.

- Хороший парень Медвежонок, - добавил я.

- Если мы ничего не подстрелим, - вмешался Лин, - придется зарезать бычка.

Доброму ковбою очень трудно на это решиться. Но прерии, населенные бизонами, остались позади, а того медведя мы давно съели. Я не хотел идти охотиться на гризли, пока он сам не нападет на нас, что частенько случалось. Гризли здесь - настоящие цари природы, и они не рады гостям. Только человек отваживается потревожить медведя, и будет ли он драться с охотником или просто уйдет, очень часто зависит от его настроения.

Раньше золотоискатели, которые ехали из Сан-Франциско во времена золотой лихорадки, ради развлечения сажали в одну клетку медведя с тиграми, львами и другими крупными животными, которых им удавалось где-то раздобыть. Обычно гризли в такой схватке оказывался победителем. Однажды огромный африканский лев не продержался и более трех минут.

В здешних горах многочисленные гризли полностью властвовали, но они скрывались от пришельцев, не из-за страха, а просто потому, что не любили, когда их беспокоили.

Оррин, который много читал, однажды привел мне выдержку из какого-то журнала, "Сенчури" или "Атлантик", насколько я помню, об исследователях, возвращавшихся из экспедиции по совершенно диким местам. Они хотели поймать дикого гризли, но им это не удалось, и они решили, что гризли там просто нет. Я же долго жил в горах, где водилось много пантер и львов, и почти все они уже на собственной шкуре знали, что такое охотничьи собаки. Дикие звери стараются не показываться человеку на глаза, и, если их удается все-таки увидеть, это редкая удача.

Последнее время мы только и делали, что поднимались все выше и выше, а ночи становились все холоднее. Однажды утром ко мне подошел Тайрел.

- Телль, - сказал он, - на озере появился лед.

Это повергло меня в мрачные размышления.

Корочка льда на воде! А нам еще идти и идти. И я не знал точно, как долго.

Но все же проходили по потрясающе красивым зеленым долинам, которые желтым и красным расцвечивала осень, делала просто сказочными. Обрамляли их высоченные горы, упиравшиеся пиками в небо.

Чаще всего вокруг нас вздымались отвесные каменные стены, и лишь изредка на них росло одинокое дерево, до которого и скалолаз вряд ли бы добрался. Мы ловили рыбу, а однажды вечером я подстрелил три утки. Это оказалось большим подспорьем, ведь продовольствие у нас совсем иссякло. Правда, оставались мука, соль и еще кое-какие продукты, но мяса не хватало.

Теперь каждое утро выдавалось морозным. Небо затянули бесконечные серые облака, а однажды ясной ночью мы увидели северное сияние, охватившее все небо. Потрясающее зрелище! Я часто слышал о нем, но видел до этого только раз, в Монтане. Но тогда оно не показалось мне настолько впечатляющим.

Был поздний вечер, и Тайрел ехал впереди каравана. Дорога пролегала через луга, поднималась на невысокие холмы с разбросанными валунами и редкими островками елей. Я находился с краю, когда увидел, как Тайрел вдруг остановился.

Я тут же выхватил винтовку, и капитан сделал то же самое. Но Тайрел не двигался, он просто рассматривал огромный серый камень у дороги.

Я подъехал к нему и спросил:

- В чем дело, Тай? - и тут увидел знак на валуне.

На камне было выведено: "КЛИНЧ - С - ДИС - ?"

- Так, - протянул Оррин, оглядываясь, - значит, он жив?

- Кто жив? - насторожился Флеминг.

Оррин и Тайрел посмотрели на меня, и я сказал:

- Теряем время, парни. Нам еще далеко ехать.

Флеминг тупо уставился на надпись.

- Что это значит? - спросил он. - Ничего не понимаю.

- Правда? - мягко переспросил Тайрел. Он повернул лошадь. - Подгоняй-ка стадо, Чарли. Нам надо торопиться.

Флеминг неохотно поехал прочь.

Подоспели Нетти и Мери.

- В чем дело, Оррин? - поинтересовались они.

- Просто какая-то надпись на камне, - ответил он. - Мы лишь полюбопытствовали, вот и все.

Она бросила на него испытующий взгляд. Потом посмотрела на камень.

- В этой надписи нет смысла. Хотя, - она помолчала, разглядывая ее, здесь недалеко, к северу, находится река Дис, и озеро Дис.

- Правда? - удивился Оррин. - Откуда ты знаешь?

Она рассерженно посмотрела на него.

Утром Флеминг исчез.

Глава 23

Флеминг исчез, и пошел моросящий дождик, который, однако, проморозил нас до костей. Мы пили кофе, стоя у догоравшего костра в непромокаемых плащах.

- Хотелось бы мне знать, куда он делся, - произнес Оррин, - но искать его не стоит.

- Думаешь, он понял, что значила надпись Логана?

- Если это так, - обиделся Шорти, - он умнее меня.

- Мы давно уже оставляем друг другу вот такие знаки, - объяснил Оррин. - Это началось еще в детстве. "КЛИНЧ - С" означает, что он из тех Сэкеттов, что живут в горах Клинч - это одна из ветвей нашей семьи. А "ДИС" - просто говорит о том, что мы должны ехать в сторону реки Дис. Знак вопроса в конце: его дальнейшее пребывание ему самому еще не известно.

- Ты бы догадался, если бы был членом нашей семьи, - добавил Тайрел.

- Почему вы решили, что он все еще жив? Но надпись могли сделать давно?

- Возможно, но надпись сделана мелом, который он нашел неподалеку. Старую надпись давно бы смыл дождь.

Когда мы садились на лошадей, подъехал капитан.

- Я проверил тропу. Там тоже есть знак, - сообщил он. - Наверное, его также оставил Логан. Но эта дорога очень узкая, да еще и обледенела...

- Мы сможем там пройти?

- Возможно. Наверняка нельзя сказать. Но, похоже, у нас нет выбора.

- Тогда беру ответственность на себя, - заявил я и повел вожака стада за собой.

Когда мы ступили на тропу, вожак заупрямился, не решаясь идти дальше. Он уперся рогами в скалу, но я подтолкнул его, и ему ничего не оставалось делать, как подчиниться.

- Надеюсь, что не подведу тебя, старина, - подбодрил я его. - Мне эта дорога тоже не по вкусу.

Мы медленно продвигались вперед, тропа то сужалась, то вновь расширялась, давая нам больше места, то на ней появлялись низкорослые деревья, а потом она снова сужалась. шел дождь со снегом, и дул пронизывающий ветер. Далеко внизу виднелись остроконечные вершины елей и голубая лента реки.

Тропа становилась все круче. Иногда мне приходилось спешиваться и переводить моего коня через обледеневшие валуны. В одном месте я наткнулся на сугроб прошлогоднего грязного снега, который пришлось разрушить, чтобы расчистить путь для лошади и шедшего стада. Стало очень трудно идти, и мы двигались медленно, весь день карабкались вверх, не имея возможности остановиться и передохнуть. Внезапно дорога круто завернула и пошла вдоль отвесной каменной стены, став совсем узкой. Прижимаясь как можно ближе к скале, я повел чалого следом.

Стадо растянулось позади. Будучи в нескольких сотнях ярдов от него, однажды я увидел, как внезапно оступился бычок и, брыкаясь, полетел вниз, прямо на деревья, которые росли футов на пятьсот ниже тропы. Тут же свалился другой.

Выругавшись сквозь зубы, я двинулся дальше, стараясь найти ногами опору. Но тропа, так же внезапно, как и вначале, стала широкой и привела к густому лесу. Впереди виднелся луг, а за ним река, почти полностью покрытая льдом.

Места было теперь достаточно, зато растительности совсем мало. Привязав коня, я направился к поваленному дереву и попытался отодрать от него сухие щепки. Я достал из-под рубашки трут, который всегда возил с собой на всякий случай, и развел огонь. Как только он разгорелся, торопливо подбросил дров.

Зайдя в лес, наломал сучков, выросших на стволе, но потом зачахших. Они давно засохли, и дождь не успел их намочить. К тому времени, когда все стадо собралось на лужайке и появился первый всадник, я уже развел большой костер и строил навес меж двух деревьев, росших недалеко друг от друга.

У этих деревьев нижние ветви располагались на одном уровне, так что я собрал опавшие сучья и стал класть их крест-накрест на основу. Потом нашел длинные ветки, которые уже прислонил к верхней части, так что они доставали до земли.

Время от времени я прерывал свою работу, чтобы подбросить дров в огонь, прекрасно зная, как он будет кстати для уставших путников.

В результате у меня получилось временное укрытие, для строительства которого я не особенно выбирал материал: в ход пошли еловые ветки и все, что попадалось под руку.

Когда Лин и Баптист спешились у костра, один навес был готов и я приступил к строительству второго. Хани оказался на месте первым и принялся обдирать ветки с ближайших елей.

Оррин помог Нетти сойти с лошади, и она на мгновение потеряла равновесие от усталости. Но потом выпрямилась.

- Простите, - сказала она. - Я немного утомилась.

Один за другим подъезжали ребята, складывая нашу провизию под навес. Потом они подходили к огню. Скоро мне стали помогать капитан и Шорти.

Хани грел руки у костра. Он посмотрел на меня.

- Телль Сэкетт, я бывал с тобой в разных переделках, но если ты думаешь, что я поеду с тобой обратно по этой чертовой дороге, да еще по снегу, - поищи другого дурака.

- Сколько коров мы потеряли, капитан?

Ронтри посмотрел на меня. Хотя он и устал, но не подавал виду. У него был неистощимый запас сил.

- Достаточно!

Шорти уточнил.

- Четырнадцать или пятнадцать, Телль. Мне очень жаль.

- Погода нам не благоприятствует, - добавил Хани, - мы еще столько же коров потеряем, если нам далеко идти.

Вскоре запах кофе защекотал нам ноздри, и все сгрудились у костра. Тайрел куда-то ушел и вернулся с несколькими кусками мяса.

- Горный баран, - объяснил он. - Я пристрелил его по ту сторону горы.

Теперь к запаху кофе примешался аромат жареного мяса. Коровы успели наесться за это время, и одна за другой ложились под деревьями. Мокрый снег шелестел в ветвях елей и на траве.

- Ничего нет лучше огня и запаха кофе, - бодро произнес капитан, допивая четвертую кружку.

- Сколько нам еще идти? - спросил Шорти.

Никто не ответил, потому что никто не имел понятия. Я положил голову на руки и думал лишь о том, что нам очень повезет, если мы найдем еще один знак по дороге. Я не представлял, в каком направлении идти дальше.

Дис находилась где-то к северо-западу. Кроме этого, я ничего не знал, а ведь отвечал за жизнь собравшихся здесь людей.

У нас был огонь, укрытие и немного еды. И все-таки я нервничал. Куда исчез Чарли Флеминг?

Естественно, чем ближе мы подходили к цели нашего путешествия, тем ближе мы были и к его цели. Так почему он еще немного не подождал? Ведь с нами у него, по крайней мере, не возникнет проблем с питанием.

Возможно, возможно... А что, если мы ближе к цели, чем думали?

Даже если он не мог расшифровать сообщение Логана, то, наверное, все-таки понял, что это сообщение. И означает оно, что Логан Сэкетт не только жив, но и свободен, - или скорее всего свободен.

Неужели он поехал предупредить кого-то о нашем прибытии? Или он боялся Логана?

Оррин поднялся и подошел к Нетти Молроун. Я слышал их оживленный шепот.

- Как только прибудем в город, я наведу справки о твоем брате, говорил он.

Мокрый снег все еще шел, постепенно переходя в снегопад, что могло оказаться еще хуже, так как снег скрывал лед на тропе. За пределами светового круга, который отбрасывал огонь, бесшумно бродили волки.

Я вспомнил, как мой отец, охотившийся как раз в этих местах, много рассказывал нам, мальчишкам, о повадках. различных зверей, в том числе и волков. Они охотятся стаей, стараясь загнать животное или группу животных так, чтобы было легче справиться с ними. Одна из их хитростей заключалась в том, чтобы вытащить лося, например, на лед, где он наверняка поскользнется и упадет. Иногда волки загоняют животных в болото или заставляют прыгать со скалы.