Зайдя в магазин, я слонялся по нему, пока ко мне не подошел хозяин.

- Ищете что-нибудь особое?

Убедившись, что в магазине нет ничего подобного, я сказал, что ищу большой чемодан.

- Похоже, мне придется съездить в Сент-Луис, - сказал я достаточно громко, чтобы меня услышали остальные покупатели, - и мне нужен вот такой чемодан, чтобы хранить вещи, пока я отсутствую.

Руками я показал слишком большой размер чемодана.

- Не думаю, что у меня есть такой большой, - признался хозяин.

- А есть здесь магазин Ларкина? - спросил я. - Может быть есть у них?

- Ларкин? Это не здесь, не в городе, а в двадцати милях к западу. Да, у них может быть. У них очень большие запасы товаров.

- Заодно прокачусь на поезде, - сказал я. - Вы катались?

- Нет, - сказал хозяин, - и не хочу. Слишком быстро для меня. Один железнодорожник сказал, что они едут до сорока миль в час! Он, конечно, лжет, но даже так слишком быстро для меня.

- Что вы говорите! Мне это нравится. Может просто прокачусь к Ларкину.

- Извините, что ничем не могу помочь вам. У Ларкина больше места, чем у меня, он может себе позволить хранить такие громоздкие вещи.

Когда я возвращался обратно к ресторану, все было тихо, только играло пианино в "Золотой шпоре". Войдя к Мэгги, я увидел за столиком у окна Джна Топпа, и более, чем вероятно, он наблюдал за каждым моим шагом, чего я и добивался.

Подошла Молли Флетчер и взяла у меня заказ.

- Собираюсь прокатиться на поезде, - похвастался я. - Еду к Ларкину кое-что прикупить, новый чемодан и все такое прочее. Вы когда-нибудь ездили на поезде?

- Да.

- Я поеду туда и обратно. Туда в полдень, обратно вернусь к ужину. Что-то не верится. Слишком быстро.

На самом деле я часто ездил на поезде, но они не могли этого знать. Я ездил первым классом, вторым и третьим тоже. Я начал объяснять, зачем мне нужен большой чемодан.

- Там, в Сент Луисе надо выглядеть как следует, - сказал я. - Хорошо одеваться и все такое прочее.

Молли работала быстро и ловко. На ней было полосатое льняное платье и передние. Выглядела она просто здорово.

- Как вы себя чувствуете в роли совладелицы ресторана? - спросил я.

Джон Топп ел, но при моем вопросе его рука замерла на полпути ко рту.

- Мне нравится. В первый раз чувствую, что нашла свое место, а мистер Шафер относится ко мне почти как отец.

- Если кто-нибудь вздумает вас беспоить, пожалуйтесь ему. Этот старик умеет обращаться с ружьем. Мы с ним встречались как-то в прошлом.

Молли подала мне ужин и вышла на кухню. Кроме меня и Топпа в зале сидели еще двое: худой, пожилой мужчина, который, как я видел, сошел с поезда, и китаец. Это был не простой Джон-китаец из прачечной, а аккуратно одетый, симпатичный человек лет пятидесяти. Я был уверен, что его костюм был пошит в Лондоне, потому что мой брат учился в Лондоне и одевался у лучших портных. Кстати, он и сейчас был там.

Китайский джентльмен ел медленно, и, казалось, не замечал ничего вокруг. Второй резко встал, оставил на столике монету и направился к двери. Он слегка прихрамывал на правую ногу.

Все мои чувства неожиданно обострились. Эта хромота, опущенные вниз усы, слегка волнистые густые волосы... Лысая Башка!

Мой взгляд остановился на Топпе. Обе его руки лежали на краю стола, словно он хотел встать, но застыл в движении. Затем он медленно расслабился, посмотрев вдруг на меня.

Топп его тоже знал. Том Бегготт из Арканзаса, профессиональный убийца.

Если он был здесь, значит, на то была причина. Он приехал кого-то убить.

Вопрос заключался в следующем - кого?

Глава шестая

Путешествие на поезде давала мне время подумать. Ранним утром я зашел в последний вагон, нашел свободное место и уселся поудобнее, чтобы обдумать ситуацию.

Джон Топп, увидев Бегготта, был удивлен так же, как и я. Это означало, что в игре участвовало не две стороны, а больше. Каким-то образом в дело была вовлечена третья, и тут мне в голову пришел человек, пытавшийся открыть дверь ко мне в номер.

Бегготт? Вряд ли. Во всяком случае, с поезда он сошел на моих глазах.

На западе у людей почти не было секретов. Можно было ничего не знать о жизни человека до того, как он приехал на запад, но уж если он приехал, он оказывался на виду, поскольку население было очень маленьким, и все, что ты делал, тотчас становилось достоянием всех. По крайней мере, по слухам.

Бегготт прибыл на запад по дороге Санта Фе шестнадцатилетним юнцом. Великие дни трапперов прошли, когда мода на восточном побережье и в Европе сменила шляпы из бобрового меха на шелковые. Один сезон Бегготт пытался стать траппером, едва выжил в битве с команчами и присоединился к банде охотников за скальпами в Чихуахуа.

Он служил у Чивингтона во время резни на Сэнд-крик и у Кровавого Билла Андерсона в Канзасе. Ходили слухи, что он убил нескольких аболиционистов в Канзасе и Миссури, и где-то в то время он обнаружил, что можно убивать за плату и хорошую плату, если умеешь держать язык за зубами. Он был одним из немногих, кто, став взрослым, не умел отличить хорошее от плохого. Убить человека для него означало не больше, чем зарезать кролика, но он не осознавал, что времена меняются.

Он не знал, что должен быть осторожным и пугливым, как койот, чтобы его не видели и не замечали. Он появлялся в каком-либо месте, потом там находили трупы, и он исчезал. Связывали эти события редко. Людей, перебиравшихся с место на место, были сотни, и он старался не выделяться. Он не был напыщенным дураком, который кичился бы именем злодея, и все же ходили слухи, что если вы хотите видеть кого-нибудь мертвым, Бегготт был именно тем человеком, к которому следует обратиться.

Мы - те, кто ездил по Тропе Беглецов - слышали все эти истории и знали по описанию или лично таких людей, как Бегготт.

Край был широким и открытым, города маленькими, и люди жили на равнинах, в хижинах, бараках или отелях с картонными стенами. Люди, прятавшие свое прошлое, держали рот на замке. Запад любил людей, которые делали свою работу и стояли насмерть, когда приходила беда, но на западе не было места, чтобы спрятаться от посторонних глаз. Все знали о всех причудах любого человека и говорили о них во всех уголках этой земли.

Бегготт был известен как Лысая Башка или Арканзасец. Он приезжал, кто-нибудь умирал, он уезжал. Обычно он был далеко, прежде чем кому-нибудь в голову приходила идея связать его имя с убийством, что случалось довольно редко. Когда шериф предлагал ему двигаться дальше, он всегда подчинялся. Он ничего не стремился доказать и не имел никакого желания рисковать жизнью в результате дурацкого вызова, брошенного властям.

Меня мучил вопрос: на кого он охотится сейчас. Это мог быть я, но, по-моему, моя смерть не была выгодна никому, пока я не обнаружил Нэнси Хенри.

Опять загадка. Почему Джефферсон Хенри выбрал именно меня? Знал ли я что-то особенное, или кто-то думал, что я знаю? Заплатили ли мне за то, чтобы я рассказал, а не искал?

Эта мысль тревожила меня, я старался вспомнить какую-нибудь девушку из своего прошлого, которая напоминала бы Нэнси, и перебирал в памяти всех знакомых, кого встречал на Тропе. Неужели пинкертоны обнаружили какой-то конкретный факт? Я не мог вспомнить никого.

Когда поезд остановился, я сошел и пересек улицу к магазину. У города было название, но никто его не помнил и не хотел помнить. Магазин Ларкина был причиной его существования, и так он назывался. Войдя в магазин, я обернулся посмотреть, кто еще сошел с поезда.

Толстая женщина, держащая за руку ребенка и человек, похожий на коммивояжера.

Ко мне подошел маленький мужчина с зеленым козырьком на лбу. Я не видел его глаз.

- Что вам? - спросил он.

- Хочу посмотреть чемоданы. Мне нужен большой. Собираюсь поехать на поезде в Сент Луис и накупить там модных тряпок.

- Вон там, - показал он. - Выбирайте, потом заплатите мне.

Когда я направился в ту сторону, он добавил:

- Ничего хорошего нет. Рекомендую купить дорожную сумку.

Он был прав. Там было несколько чемоданов, некоторые большие, некоторые маленькие. Я не поручился бы, что любой из них пережил бы хороший дождичек. Тем не менее, я обратил внимание на размеры и цены.

- Вернусь до отхода поезда, - пообещал я.

Зайдя в салун по соседству, я сел в углу, выпил пива и огляделся. Никто не обращал на меня внимания, поэтому, допив пиво, я прошелся по улице, заглядывая в витрины магазинов, чтобы проверить, не следят ли за мной.

Увидев отель Пенни Логан, я прошел мимо него, затем, как бы вспомнив что-то, повернулся и вошел.

О Пении знали все. Она приехала на запад, чтобы преподавать в школе, затем вышла замуж за владельца ранчо в два раз старше ее, и он оказался хорошим человеком. Их семейная жизнь была счастливой. Логан был первым в округе, кто завел скот, и он клеймил его "N 1". "Почему бы и нет? говаривал он. - Разве я не был самым первым?"

Затем он упал с лошади при перегоне стада через разбухшую от дождей речушку, и Пенни Логан осталась вдовой. Она продала ранчо и скот и купила маленький отель и магазинчик рядом с Ларкиным.

Она продавала всякую мелочь для женщин: ленточки, булавки, нитки, пуговицы, карандаши, пуговицы и мелкие вещицы, на которые у Ларкина не хватало времени и места. Вместе с этим, у нее стояли три столика, накрытые скатертью в красную клетку, за которыми подавали кофе и пончики.

Она также бесплатно занималась перепиской до востребования, а на ее знания последних цен на говядину, баранину или шерсть в Чикаго или Канзас-сити можно было положиться.

Магазинчик был пуст. Выбрав столик в углу, невидимый с улицы, я сел и положил шляпу рядом с собой на пол. Пенни вышла из гостиной в заднем конце дома, и узнала меня, как и я узнал ее по описаниям и слухам.

- Добрый день, мэм. Я бы хотел немного кофе и четыре пончика, лучших на всем Западе.

В уголках ее глаз на мгновение появилсь морщинки от улыбки, но сами глаза остались холодными.

- У меня есть кофе. Качество пончиков придется оценить самому.

Она вышла и вернулась с кофе и тарелкой пончиков.

- Они, наверное, и есть лучшие, потому что в радиусе пятисот миль их никто не делает.

- Посидите со мной?

- Не возражаю. Вы ведь Майло Тэлон?

- Да.

- Надолго приехали?

- Уеду на вечернем поезде. Приехал, чтобы купить чемодан. У нас там нет достаточно большого.

- Принесите его, пожалуйста, и покажите мне. Хотелось бы посмотреть на то, что покупают мужчины.

- Вкусные пончики. - Я взял второй. - Такой человек, как вы, в таком деле, как ваше, наверняка слышит обо всем, что происходит в округе.

- От кофе люди мягчают, но тут не о чем говорить, кроме коров, овец, лошадей и погоды.

- Вам бы понравился мой брат Барнабас. Его назвали в честь нашего предка со стороны Сакеттов. Он любит поговорить. Последний раз, когда я о нем слышал, он был в Англии. Ходил там в школу, учил классические языки, потом право. Жаль, что его сейчас нет здесь и жаль, что не могу поговорить с мамой.

Я проглотил пончик, отпил немного кофе и сказал:

- Я взялся за трудную работу, и они могли бы кое-что посоветовать. Они намного умнее меня. - Она промолчала, очевидно думая, что любой мог бы быть умнее меня, поэтому я продолжил: - Один человек нанял меня найти свою внучку. Нэнси Хенри. Иногда носит имя Альбро. Это девичья фамилия ее матери.

- Я не знала, что вы детектив.

- Я не детектив, но мне приходилось выслеживать медведей, коров, дикий лошадей и иногда бандитов.

- Мистер Тэлон, девушку не выслеживают так, как выслеживают заблудившуюся корову или медведя. Умение читать следы вам не поможет.

- Вы будете удивлены, мэм, но девушки оставляют такие же следы, как и животные. Все, что нужно знать, - это чего они хотят, тогда найти их не составит никакого труда.

- Есть такие, мистер Тэлон, которые не хотят ничего, кроме того, чтобы их оставили в покое. Я одна из них. Я хотела мужа и нашла самого хорошего. Когда я его потеряла, мне захотелось жить безбедно и чем-нибудь заняться, поэтому я открыла это заведение. У меня есть кое-какие акции. Я не хочу ничего, мистер Тэлон, кроме того, что имею. Время от времени сюда заходят друзья, у меня есть хорошие книги и фортепьяно. Время от времени я могу оказать другу услугу. Что еще надо человеку?

- По-моему, большинство людей не довольствуется тем, что имеет. Часто они рвутся к цели, которая сама по себе может оказаться пустой. - Я взял еще один пончик. - Девушка, которую я разыскиваю, скорее всего не знает, кто она. Или она может знать и оттого быть напуганной.

- Напуганной?

- Есть вероятность, что кое-кто здорово наживется, если она не отыщется. А некоторые просто на это надеются.

- И все же вы ее ищете?

- Я обещал ее найти.

Мы поговорили еще с полчаса, потом я зашел к Ларкину и купил чемодан. До этого я мельком взглянул на чемоданчик, стоящий у нее в гостиной. Тот, что я покупал, был в самый раз для того, что я собирался сделать.

Заплатив продавцу с зеленым козырьком, я сказал:

- Вам, ребята, повезло с миссис Логан - она делает потрясающие пончики.

- Это точно. К тому же она приятная женщина. И здорово смотрится на лошади.

Я взглянул на часы и заметил:

- У меня еще час до поезда. Пойду-ка схожу за добавкой.

- Я бы и сам сходил, если бы мог оставить магазин. - Он махнул рукой. - Старик уехал в Денвер и оставил все дела на мне.

Взяв чемодан, я вышел на улицу. Кажется, за мной никто не следил, но я все же чувствовал себя неспокойно. Тем не менее я считал, что неплохо себя прикрыл. По крайней мере, надеялся, что неплохо.

Пенни Логан вышла ко мне из гостиной. Заглянув туда, я увидел, что чемодана нет, но усевшись, заметил, что он стоит в конце прилавка, где были выставлены нитки, иголки и прочая мелочь. Пенни была сообразительной женщиной.