- У тебя есть друг с деньгами, Тэлон, но у меня теперь тоже есть такой.

Он стоял под навесом, вырисовываясь смутной тенью под сгустившейся тьмой. Если он начнет выхватывать револьвер, я могу этого не увидеть. Может быть, он уже держит его в руке... Нет, я бы заметил отблески света на стали.

- Да, у Хенри водятся денежки.

- Не так много, как у моего нового босса. Только иногда деньги не так уж важны. Все, что мне нужно, - это позаботиться о тебе. И все.

- Вроде как не пыльная работа, а?

- Ну, не знаю. Ты стреляешь достаточно быстро для деревенского парня. Я никогда не задумывался, как стреляю, хотя однажды хотел встретиться один на один с кем-нибудь из Сакеттов. Говорят, они все хорошо управляются с револьвером.

Что-то вспомнилось, пришло на ум - что-то, что все время сидело там. Это была весьма отдаленная возможность, но я припомнил, что у Джона Топпа был пояс, отделанный серебром. Много серебра, индейского серебра.

А вдруг...

- Один из Сакеттов перед тобой. Моя мать носила фамилию Сакетт.

Мелькнула мысль. Портис! Это Портис заплатил Бегготту! Теперь я у него в долгу.

Неясный отблеск света, моя правая рука метнулась вниз и тут же меня пронзила боль, из-за нее я выхватил револьвер чуть медленнее. Этот синяк от падения в скалах... почему он не беспокоил меня раньше? Пуля попала в столб, обдав лицо мелкими брызгами расщепленного дерева, и я начал стрелять.Джон Топп сделал шаг вперед, его рука с револьвером виседа вдоль тела, затем стала подниматься.

- Ты не слишком быстро стреляешь, - сказал он. - Не слищком быстро.

Его револьвер смотрел на меня, он ступил в полосу света, и люди в городе стали открывать двери и осторожно выглядывать из окон. Топп был на расстоянии ширины улицы, и я добавил к прозвучавшим двум выстрелам еще три.

Он снова шагнул вперед.

- Не так уж и быстро, - сказал он. - Я ду... - Он хотел сделать еще шаг, но зашатался и повалился на бок.

Улица замолчала, и на нее стали выходить люди.

Мне сказали, чтобы я уезжал, убирался вон из города. Но вначале я перезарядил револьвер.

Рядом со мной оказался Герман.

- Майло? Как ты?

- Он ждал меня Герман. Ждал в темноте.

Возле меня столпились люди, кто-то сказал:

- Тэлон, слишком много у нас было стрельбы и убийств. Развлекайся в другом месте. Если на рассвете мы увидим тебя в городе, в течение часа мы соберем народ, чтобы накинуть на тебя веревочный галстук.

- Не стоит собирать народ, потому что не я устроил эту стрельбу, а что касается галстуков, то меня устраивают те, которые у меня есть. Поколебавшись я добавил: - Мне нужно забрать свои вещи и коня, хорошо?

- Хорошо, ответил он, - но только без стрельбы.

- Это все та женщина, - сказал кто-то. - Я слышал, как она наняла Топпа, и что ему обещала за это.

- Неважно. Нам в городе не нужны убийства.

У меня заняло немного времени, чтобы собраться. Чемодан Магоффинов я оставил в номере рядом с кроватью для того, кому он понадобится, забрал из конюшни коня и поехал мимо ресторана.

Окна ресторана горели, хотя было поздно. В "Золотой шпоре" тенор пел с ирландским акцентом "Сегодня мы ночуем в старом лагере".

Спешившись, я подошел к дверям. Молли была там, и я передал ей конверт.

- Я только что все прочитал. Похоже, тебе придется разбираться с наследством Натана.

- Знаю. Кажется, я уже готова к этому.

- Я уезжаю, Молли. Я выбираю тропу домой. Там есть маленький городишко под названием Пуэбло, городишко с замечательными людьми. Если появишься в тех краях, заезжай - я буду ждать тебя.

- Девушке неприлично ездить в гости к мужчинам.

- А если этот мужчина станет твоим мужем? - Тяжело было произнести это слово, но мне все-таки удалось. - Там есть священники, проповедники и всякие другие лоцманы человеческих душ. Можешь выбирать.

- Никогда не думала, что ты наберешься смелости сказать это, Майло.

- Я тоже. Дело в том, что меня пугает сама идея. Как подумаешь об одиноких тропах, полянах, залитых лунным светом, ручьях, бегущих с...

- Позабудь про это. Увидимся в Пуэбло.

С этим напутствием я забрался в седло и повернул коня хвостом к городу. Отъезжая, подумал, что где-то по пути могу нарваться на Прайда Хоуви, и тогда меня ждут неприятности, но к ним я готов. Оглянувшись, увидел на улице с дюжину человек с ружьями и винтовками. Меня провожал почетный караул.

На низком гребне показались четыре всадника, они оглянулись, ожидая погони. Ее не было. Их выгнали из города - вытащили из постелей и сказали уезжать, и немедленно.

Горожане не хотели стрельбы, не хотели неприятностей, и те, кто принес с собой беду, оказались незваными гостями, которых не хотели больше терпеть.

- Залезайте на своих лошадей и проваливайте. Не знаю, куда, но сюда больше не возвращайтесь.

- А нельзя ли подождать поезда? - осведомился пижон.

- Нет. У вас есть лошади. Поезжайте на них.

На гребне они немного постояли, потом начали спускаться по склону.

- Поехали в Кэнон-Сити, - предложила Энн. - Мне все равно туда надо. У меня там деньги в банке.

Крупный мужчина со сломанной челюстью с отвращением посмотрел на нее, а его сестра сказала:

- Ты давно обещала нам деньги. Я хочу увидеть, какого они цвета. - Она головой показала на мужчину со сломанной челюстью. - Рея надо лечить. Ему надо отдохнуть. Нам нужны деньги.

- Разумеется. В Кэнон-Сити.

Они много не разговаривали.

- Разве нет дороги покороче? - спросила толстая женщина.

- Есть, но тогда нам придется проезжать по земле Ролона Тейлора. От него у нас и так одни неприятности. Его люди могут отнять у нас лошадей и седла.

- Они и так принадлежат Тейлору, - заметил пижон.

Четверо всадников ехали в молчании, пока тускло-серый рассвет не сменил яркий день. Они разбили лагерь под соснами, и городской пижон чувствовал себя несчастным. Он никак не мог удобно устроиться на земле, и вместе с солнечным светом в нем нарастало раздражение и отвращение. Их не взбодрил даже кофе.

- Никогда не думал, что мы уедем вот так. Ты говорила, что у нас будет золото, много золота.

Мы временно потерпели неудачу, только и всего. У меня есть один план.

Через несколько минут она сказала:

- Вы не учли одного: они выехали перед нами, он впереди, а она немного позади. Ни у кого из них не было ничего, кроме седельных сумок. Завещание наверняка у них.

Пижон задумался. Четверо против двоих, к тому же на стороне четверых была внезапность.

- Может быть, - пробормотал он. - Может быть.

Он был зол. Он вложил в это дело кучу времени и собственных денег. Как-то раз он работал вместе с Натаном Альбро и восхищался им. То, что у Альбро были деньги, он знал точно. Энн Хенри была, по слухам, его дочерью и наследницей. Ей нужна была помощь, и он был рад оказать ее. Теперь, несколько месяцев спустя, он уже не чувствовал радости. Он хотел получить свои деньги обратно и при этом выпутаться из этой истории целым и невредимым.

- Впереди ранчо, - вдруг сказала Энн. - Там мы сможем перекусить.

- Мне это не нравится, - раздраженно сказал пижон. - Мне это совсем не нравится. Это похоже на то место, о котором упоминал Тейлор. Он говорил, что оно вселяет в него страх.

- Нонсенс! Посреди бела дня? Если боитесь, поезжайте дальше. Не торопитесь, и когда я раздобуду еды на всех, я вас догоню. - Она указала на холмы. - Там холмы пересекает тропа, ведущая прямо в Кэнон-Сити. Я вас догоню.

Она развернула коня и поехала вниз по склону. Она не собиралась задерживаться надолго, а люди на Западе всегда были готовы поделиться едой с путешественниками.

Когда она въехала во двор, серое небо было покрыто облаками. Из дома, прикрыв глаза ладонью, вышла женщина. Когда Энн подъехала, женщина улыбнулась, у нее была очень приятная улыбка.

- Вот и я говорю, мисс, это просто чудо: я только что мечтала о гостях. Последние несколько дней мне было так одиноко! Входите! Входите!

Энн вошла в сияющую чистотой кухню, на окнах висели выстиранные занавески. Здесь и вправду было очень хорошо.

- О, как красиво! - сказала она. - Я не ожидала, что у вас такой привлекательный дом.

- Надо только немного постараться, - сказала Бесс, - но очень тяжело найти помощников. Я всегда ищу сильных, деятельных молодых девушек.

- Вам нетрудно будет найти. У местных владельцев ранчо наверняка есть дочери, которые будут рады работать на вас.

- Вот, - сказала Бесс. - Садитесь вот сюда. Я принесу вам чашечку кофе.

- Можно мне взять с собой немного еды? Я с друзьями, которые поехали вперед.

- Конечно! Поехали вперед, вы сказали? И погода, похоже портится. Им бы надо остановиться здесь, пока не развиднеется. Ну а тем временем... Как, вы говорите, вас зовут?

- Энн.

- Да, Энн. А тем временем вы можете у меня погостить. Нет смысла мокнуть под дождем, а когда он кончится, поедете и догоните своих.

Упало несколько капель дождя. "Почему бы нет? - сказала себе Энн. Нет смысла мокнуть из-за них. Когда гроза кончится, я легко их нагоню".

- Я вижу, что вы устали, Энн. Вы по-настоящему устали. Сейчас я кое-что приготовлю вам и вашим друзьям, а пока можете пройти сюда и прилечь. К тому времени, как кончится дождь, я упакую вам еду, и вы поедете дальше.

- Ну, если вы не возражаете...

- Конечно, нет! Проходите прямо сюда. Это не такая уж удобная, простая койка, но она вам понравится. Ну, а теперь ложитесь. Я разбужу, когда кончится дождь. Вот так. Удобно? Ну, а теперь немного поспите. Нельзя себя изматывать.

Энн медленно потянулась. Она действительно устала. Так устала! Ей казалось, что она ехала несколько дней, не слезая с седла.

Ее глаза закрылись, но через некоторое время она снова открыла их. Какая странная комната! Серые стены без окон... наверное, какая-нибудь кладовка.

Ее глаза снова закрылись на несколько минут, только на секунду...

Такая приятная женщина... такие красивые голубые глаза. Мысль исчезла, и она уснула - глубоко, без тревог.

Далеко впереди на тропе Рей остановил лошадь и оглянулся назад.

- Она бы вроде должна уже нанать нас, - пробормотал он сквозь забинтованные челюсти.

- Если вы спросите моего мнения, - сказала его сестра, - то я думаю, она просто хотела избавиться от нас.

- Ну, - сказал пижон, - по-моему, хорошо и то, что мы от нее избавились. Все, что мы имели - это пустые обещания.

Он еще раз оглянулся назад. Пыли, первого признака скачущего всадника, видно не было... правда, прошел дождь, но он кончился несколько часов назад. Если она намеревалась ехать с ними, она бы уже догнала их. В конце концов, ехали они не лчень быстро.

После дождя небо стало чисто-голубым, ветра не было. Пара капель дождя упала с листьев на тропу.

Даже городской пижон мог полюбить эту землю, эту бесконечную, нескончаемую землю.