- "В некотором смысле?" В каком?

- Он был... какой-то не такой. Я видела его лишь мельком и не успела разглядеть получше. Скорее всего это мне привиделось.

Шон оглянулся и посмотрел назад. Интересно, в самом ли деле он видит поднимающиеся над дорогой клубы пыли? Или это ему тоже только кажется?

Ничто в рассказе матери не удивило его... но почему? Еще несколько минут он продолжал озадаченно раздумывать над этим.

Он всегда не без гордости считал себя отважным и бесстрашным мореходом... мореходом? Но причем тут это? Хотя иногда полезно вспомнить и о том, что смельчаки выходят в открытое море всегда готовыми к встрече с чем-то загадочным и доселе невиданным, они отправляются к берегам далеких стран, где все иначе, но со временем созерцание "чудес" входит в привычку, и наступает такой момент, когда даже самые неожиданные и, казалось бы, невероятные явления могут оставить их совершенно равнодушными.

Или же причину этому следует искать в его ирландском происхождении? В кельстком наследии друидов и сказочных гномов? Древних вождей, святых и языческих богов?

Вершина Петушиной Горы была охвачена огнем заката, и налетавший с моря легкий ветерок, пробирался меж ветвей вековых сосен. Неожиданно лес расступился, оставаясь позади, и вот они уже мчались вдоль гребня Сосновой Горы, держа путь на запад.

Привстав в стременах, Эйлин Малкерин оглянулась назад, и ветер раздувал ее длинные волосы.

- Надеюсь, они еще не разучились ездить верхом! - мрачно проговорила она. - Потому что прежде, чем отправиться по домам, им стоило бы побывать здесь!

Монтеро осадил коня и поехал медленней. Они продолжали свой путь вдоль вершины хребта, и их силуэты темнели на фоне вечернего неба: возглавлял шествие Монтеро, за ним следовала Мариана, за конем которой покорно шагали две вьючные лошади, а позади всех ехали Эйлин Малкерин и Шон.

Эйлин взглянула на сына.

- А эта твоя девушка молодец, - сказала она, - за всю дорогу от нее не было слышно ни слова жалобы. Просто тихо делает, что может, и внимания к себе не требует.

Он улыбнулся.

- Она не моя, Сеньора, хотя...

- Знаю, - Эйлин Малкерин снова посмотрела на стройную фигурку девушки, ехавшей впереди, - но и она тоже знает, чего хочет. И я не сомневаюсь, что она останется с тобой. Вот увидишь.

- Да, мне тоже так кажется.

Тропа неожиданно резко повернула вправо, к скалам, но Хесус продолжал ехать прямо, минуя по пути сосновый бор, неожиданно направляясь вниз по крутому склону, а затем прокладывая себе путь между огромных валунов, усеивавших каньон, в сторону леса.

Вскоре их со всех сторон уже обступали старые деревья, некоторые из которых достигали футов тридцати-сорока в высоту, и на лицо были все признаки в свое время разразившегося здесь лесного пожара. Дорога пошла резко под уклон, сквозь заросли юкки и карликового дуба, а земля на склонах стала сухой и каменистой.

Предвижение вперед уже не было таким быстрым, как прежде, на землю легли длинные тени, и Шон снова подъехал к матери и поехал рядом.

- Ты уже думала над тем, как нам теперь быть и что делать? - осторожно поинтересовался он.

- Думала. Мы вернемся домой и устроим роскошную вечеринку с танцами!

Сын в недоумении смотрел на мать.

- Ты что, шутишь?

- Нет, это должен быть настоящий праздник. И на него мы пригласим всех-всех-всех! Наших друзей, наших врагов... всех!

Она весело рассмеялась, заметив его недоумение.

- Ведь денег-то у нас все равно нет, правда? Но кое-что найдется, но разве они знают, сколько это? Конечно же нет! Стоит им лишь увидеть эти золотые крохи, как воображение начнет рисовать перед ними целые золотые горы! Мы проведем их. Пусть удивятся нашей щедрости и размаху.

Они никогда не поверят в то, что это лишь остатки от богатого клада! Так что мы мельком покажем им кое-что, заставим верить в то, что там есть еще, много больше, а затем по секрету доверительно сообщим кое-кому, что можно раздобыть еще... действительно можно... но для этого нужны деньги. Во-первых, этот дурацкий долг... сперва нужно расплатиться с ним. А уж потом!

Он лишь покачал головой.

- Только у тебя могло бы хватить духу и наглости...!

- У нас все получится, - тихо сказала она. - И победить нам поможет не те деньги, что у нас уже есть, а те, которые, как им кажется, могли бы у нас оказаться!

ГЛАВА 12

Монтеро вернулся назад, чтобы уничтожить все следы, присыпая их пылью, а затем, набрав дорожной пыли, держал ее высоко над тропой, так, чтобы ветер подхватывал ее, разнося по округе.

Теперь впереди ехал Шон, а Сеньора следовала за ним. Время от времени их кони оказывались рядом. Эйлин украдкой поглядывала на сына, восхищаясь им. Как он вырос, каким сильным стал! Он был совершенно спокое и уверен в собственных силах; он чувствовал дорогу и умел превосходно ориентироваться среди гор.

Они проехали по тропе, ведущей от Вишневого ручья до верховий северного притока ручья Матилиха. Примерно еще через полмили вдоль по течению, Шон свернул в небольшую пещеру, и миновав ее выехал с другой стороны на небольшую полянку затерявшуюся среди скал. Здесь росли тенистые дубы и несколько древних, раскидистых сикамор. Судя по черневшим на земле камням, задолго до них некие путешественники уже устраивали здесь привал.

Легко спрыгнув с седла, он подал руку матери, а затем помог спуститься и Мариане.

- Ты наверное уже бывал здесь и раньше? - предположила Мариана.

- Нет, я просто заметил углубление в скале, и подумал, что такие места в горах не редкость. - Рассказывая об этом, он неторопливо расседлал коня.

Шон дал лошадям немного побродить среди деревьев, а затем привязал ко вбитому в землю колышку на островке зеленевшей поблизости травы. Рядом протекал небольшой ручеек, а веревки, которыми были привязаны лошади, были достаточно длинными, чтобы животные смогли подойти к воде.

Несколько минут спустя возвратился Монтеро, который тут же принялся разводить костер.

- Все в порядке, - объявил он. - Сегодня ночью можно спать спокойно. Они нас не найдут.

Эйлин Малкерин не спешила опуститься на землю. Она стояла, широко расставив ноги и глядя на низкие язычки яркого пламени. Ей нравился терпкий запах можжевельника, горьковатый запах дыма, поднимающегося над костром, и тихое журчание ручья.

Было время, когда они с Хайме вот так же останавливались на ночь, и теперь она думала о нем, о его стройном, сильном теле, о том как легки и грациозны были его движения...

Она редко думала о его смерти. Ей очень хотелось верить в то, что он просто уехал, и когда-нибудь обязательно наступит день, когда он вернется к ней, и поэтому сейчас она должна во что бы то ни стало сохранить все то, что у них было.

Если бы им сейчас удалось возвратиться обратно с тем немногим, что им удалось раздобыть, если бы они только смогли добраться до поселения Лос-Анджелес, сделать там кое-какие покупки, чтобы за них расплатиться золотом, то люди наверняка заговорят об этом, по округе поползут слухи, и это очень помогло бы ей хоть на некоторое время отделаться от Зеке Вустона и Фернандеса.

Золото в этих краях в последнее время видели не часто, и появление его наверняка оживит в памяти многих древние предания. И тогда, если она пообещает в самое ближайшее время расплатиться с долгами, то люди ей поверят, и Вустон поостережется давить на нее.

Задуманная ею вечеринка станет решающей частью всей авантюры, верным доказательством уверенности ее в своих силах, и будет призвана укрепить всех во мнении, что попавшего к ней в руки богатства вполне достаточно, чтобы расплатиться с долгами, и что она сможет сделать это в самое ближайшее время.

В темноте у них над головами пролетела, хлопая крыльями, летучая мышь, а где-то совсем рядом одинокий пересмешник завел свою бесконечную песню.

Эйлин принялась собирать ветки для костра, а Монтеро тем временем жарил мясо на огне. А потом они сидели рядом и молчали, наслаждаясь ночью, долгожданным отдыхом, горячей едой и горьковатым дымком костра, в котором угадывался запах свежесваренного кофе.

Шон взял винтовку и отошел от костра, но несколько минут спустя он снова вернулся.

- Похоже, все тихо, - сказал он.

Хесус Монтеро поднял глаза на него, затем перевел взгляд на Сеньору.

- Старец умерт, - тихо сказал он. - В это трудно поверить.

- При первой же возможности нам нужно будет обязательно вернуться туда, чтобы похоронить его, как полагается, - предложил Шон.

- Только бы с телом ничего не случилось, - озабоченно сказала Эйлин. Волки на него там не набросятся?

Монтеро не оторвал взглядя от разложенной перед ним еды, но вслух отчетливо сказал:

- Ни один зверь не придет туда, где лежит он.

Шон задумчиво посмотрел на него.

- Ты хочешь сказать, что они обходят его стороной вообще... или именно то место, где он находится он сейчас?

- Ты там видела зверей? Или хотя бы птиц?

- Нет, - нехотя ответила она. - Я ничего такого не видела.

- С его телом ничего не случится, - ответил Монтеро. - Об этом не стоит беспокоиться.

- Нам придется еще иметь дело с Мачадо, - заметил Шон. - И это будет труднее всего.

- Предоставь это мне, - тихо отозвалась Эйлин. - Теперь все будет иначе. Это золото позволить нам устроить потрясающее представление, после чего наши позиции значительно упрочатся. Вот увидишь. Теперь все будет иначе, и Мариана должна будет помочь мне с вечеринкой. - Она улыбнулась. Мы позовем в гости даже Андреса Мачадо! Мы всех их пригласим!

* * *

- Они куда-то исчезли, - объявил Сильва. - Словно сквозь землю провалились.

- Что за дурость! - нетерпеливо сказал Вустон. - Они сюда приехали, расхаживали вот по этой земле, потом уехали. Должны же остаться следы.

- По-моему, - вмешался в разговор Фернандес, - золото должно быть где-то рядом. Я думаю, что они приехали сюда, после чего кто-то из них отправился дальше, а остальные остались дожидаться их возвращения.

- Тогда давайте найдем хотя бы золото, - не унимался Вустон. - К черту этих голодранцев.

- Мне плевать на твое золото, - сказал Мачадо. - Мне нужны они. Я убью их. Всех до одного.

- Ну вот и отправляйся за ними, - предложил Рассел, - а мы будет искать золото.

Сильва молчал. Он взглянул на внезапно притихших приятелей, и один из них, погонщик по имени Франциско, выразительно пожал плечами.

- Вы не найдете никакого золота, - сказал наконец Сильва. - Только одному Старцу известно, где оно.

Вустон зло взглянул в его сторону, а затем сказал:

- Мы тебя наняли в следопыты. Вот ты их и найдешь.

Вустон подошел к тому месту, где на земле лежали холодные угли, оставшиеся от некогда разведенного здесь костра. Каким образом им удалось ускользнуть от него? Он стоял, окидывая взглядом каменистые склоны скал, а затем медленно пошел вдоль края зарослей кустарника. Он видел место, где еще совсем недавно стояли привязанные лошади, где спали люди, но только на земле не было заметно следов, которые вели бы отсюда.

Зеке Вустон был властным и чкупым человеком, отличавшимся к тому же редким злопамятством и жестокостью. С самого детства, когда ему было суждено оказаться в роли неуклюжего переростка в классе, где остальные ученики были гораздо младше и к тому же гораздо смышленней и сообразительнее него, он привык больше полагаться на силу кулаков, чем на разум. Но с годами он все же сумел овладеть искуством хитрости и научился ловчить, что делало его еще более опасным противником.

Он очень хорошо знал, кого ему без труда удастся запугать, знал тех, рядом с кем он должен вести себя полюбезнее, а с кем и вовсе лучше не связываться. Обычно он старался держиться подальше от Шона Малкерина. А что же до вдовушки Малкерина, то в конце концов она была всего лишь женщиной, так что пусть болтает, что хочет, до нее ему нет ровным счетом никакого дела. Ее можно запросто запугать... и не только ее.

Ему были нужны деньги и власть. А Крутой Рассел, коварный и опасный союзник, был его надежным помощником на пути достижения заветной мечты. По натуре своей Рассел был из тех людей, который из двух возможных путей всегда старался выбрать тот, что попорочнее. Это было у него в крови. Он был уверен в собственной неотразимости, и при этом даже не пытался скрыть своего презрения к порядочным людям, пренебрежительно называя их не иначе как жалкими подхалимами и безмозглыми придурками.

Ему никогда не приходило в голову задуматься о том, почему же тогда подавляющее большинство упорно презираемых им людей живет намного лучше него. Он был твердо уверен в том, что все они потихоньку промышляют воровством или по крайней мере обязательно занялись бы этим, будь они сами немножко посмелей.

Рассел мог вполне довольствоваться ролью ведомого. Сначала он работал на одного, затем на другого. Теперь в роли предводителя оказался Вустон, которого он откровенно недолюбливал, но в кармане у которого, похоже, всегда водились деньги. В тени Вустона ему жилось совсем неплохо, он послушно делал все, что ему приказывали, мечтая о том, что придет то время, когда ему удастся провернуть какое-нибудь собственное дельце, на котором можно будет неплохо подзаработать, и тогда он пошлет их всех к черту и гордо удалится, прихватив с собой все свои денежки.

А поэтому с того самого момента, когда Расселу довелось впервые услышать разговоры о золоте, он решительно вознамерился прибрать его к рукам. Никому в Калифорнии еще не удавалось найти золото, но все же об этом ходили упорные слухи, и к тому же испанцы в свое время обнаружили золотые месторождения в Мексике. А если золото есть в Мексике, то почему хотя бы немножко не может оказаться здесь?

Вне всяких сомнений, золотая жила должна проходить где-то поблизости. А то с чего бы это им понадобилось здесь останавливаться?

Он молча следил за тем, как Вустон расхаживает среди камней, разглядывая следы на земле, озираясь по сторонам, задерживая взгляд на скалах. Видимо, Зеке тоже догадывался о том, что золото находится если и не здесь, то где-то поблизости. Мачадо же до их забот не было никакого дела. Его самой большой мечтой теперь было для начало засадить нож в спину Шону Малкерину, а уж потом как следует высечь ту подлую девку.