Где-то высоко в скалах снова раздался хохот. Очень странный звук, не похожий ни на что из того, что им когда-либо доводилось слышать, и все же это определенно был хохот.

Действительно ли слышалось в нем нечто дикое и зловещее? Или то было лишь эхо, заблудившееся в скалах? Или все это плод разыгравшегося воображения?

Рассел поежился и обвел взглядом остальных. Вустон равнодушно жевал кусок вяленого мяса, а Мачадо раскуривал тонкую сигару. Томас смотрел на Рассела, со злорадством думая о том, что этот огромный детина, похоже, чувствует себя сейчас не в своей тарелке. Брал бы пример с Мачадо, тому все ни почем.

Когда был наконец разведен костер, все почувствовали себя намного увереннее.

- Мы изловим их завтра, - сказал Вустон, - тем более, что у них будет при себе золото.

* * *

Шон тем временем вышел из-за валунов, возвращаясь туда, где дожидалась его Мариана.

- Ты молодец, - сказал он. - Вовремя сообразила.

- И другие тоже, - ответила она, - но только где же они?

Кругом не было слышно ни малейшего шороха. Затем откуда-то из темноты появился Хесус Монтеро.

- Давайте сюда котелок, - сказал он. - Сейчас будем пить кофе.

- А где же Сеньора?! - спросила Мариана. - Я слышала их шаги. Они должны быть где-то поблизости!

- Тебе просто что-то послышалось, сеньорита, - невозмутимо возразил ей Монтеро. - Да и что ты могла здесь услышать?

- Помню, когда я был маленьким, - сказал Шон, - погонщики рассказывали о Хуане разные странные истории. Индейцы приходили к нему, когда у них в племени кто-то серьезно заболевал. А иногда к нему за помощью обращались и поселенцы.

- И что, он их лечил?

- Да, и они поправлялись.

Шон поворошил палкой угли, а затем подбросил в костер еще несколько веток.

- Как-то раз двое бандитов решили отправиться следить за ним, думая что он приведет их к золоту, слухи о котором им доводилось слышать. Они собирались выведать у него эту тайну.

- И что же было дальше?

- Об этом никто так и не узнал. Их обоих нашли мертвыми. Следов насильственной смерти на трупах не было. Из винтовок стеляли, но перезарядить их так и не успели.

Они попивали кофе и ели холодные кукурузные лепешки с вяленым мясом.

- Начинает светать, - сказал Маонетро. - Нам пора ехать.

- А как же Сеньора и Хуан? - спросил Шон.

- Они найдут нас.

Каждый налил себе еще по чашке кофе, после чего Монтеро выплеснул остатки на угли и ополоснул котелок в ручье, давая ему остыть. Развернувшись, он уже собирался отправиться обратно, но вместо этого вдруг совершенно неожиданно бросился ничком на землю. Пуля угодила в скалу как раз немного повыше его головы.

Шон подхватил свою винтовку и опрометью бросился к камням. Заметив какое-то движение, он в мгновение ока вскинул винтовку и выстрелил. В темноте кто-то выругался, но это было вовсе не похоже на брань только что раненного человека.

Под его прикрытием Монтеро наконец сумел благополучно добраться до деревьев. Глядя на него, Шон думал о том, что их ожидает. Вустон с Мачадо и их люди скорее всего расположились где-то неподалеку, и им было вполне по силам лишить их всякой возможности обороняться. Перезарядив винтовку, он подождал еще немного, а затем отошел подальше, занимая новую позицию.

Из-за камней выглянул Монтеро.

- Лошади готовы, амиго. Мы подойдем ближе к тому месту, где сейчас находится Сеньора.

- Ладно. - Он выстрелил в сторону валуна, за которым, как ему казалось, прятался человек, затем отбежал на несколько шагов назад и выстрелил снова.

Соскользнув вниз по склону, он без промедления вскочил в седло, и они пустились в путь, направив коней к узкому ущелью, вход в которое открывался за деревьями. На протяжении нескольких сотен ярдов проход между двумя скалами оставался таким узким, что проезжавшему здесь всаднику приходилось временами задевать сразу за обе противоположные стены. Лошади пробирались вперед, осторожно ступая по гладким и скользким камням. Затем они пошли вверх по берегу и вступили в небольшой лесок из можжевельника и кустов толокнянки, и уже несколько минут спустя оказались среди сосен, разросшихся почти по всему склону горы.

Монтеро пришпорил коня, увлекая их за собой вдоль извилистой лесной тропинке, убегавшей вверх по склону.

Выехав на вершину, Монтеро указал в даль.

- Вон там протекает Сеспе. Если со мной вдруг что-то случится, то поезжайте прямо на юг.

* * *

Эйлин Малкерин остановилась и огляделась по сторонам. Она стояла на южном берегу горного ручья, что протекал с востока на запад. Несколько ниже по течению русло делало резкий изгиб, поворачивая почти точно на север. Выше в горах, слева от нее был заметен просвет.

Хуан задержался здесь лишь на мгновение, тут же направляясь на юг, прямо к просвету. Несколько раз он возвращался назад, чтобы уничтожить следы, и тогда он слезал с коня и принимался заметать их подобранной с земли сосновой веткой. После этого он неизменно посыпал это место хвоей и дорожной пылью.

Внезано он подошел к старому раскидистому дубу, на земле у которого были навалены камни, из которых, по-видимому, в прежние времена на этом месте была сложена стена.

- Лошади должны остаться здесь. Дальше мы пойдем пешком.

Эйлин взяла винтовку и флягу с водой, и он повел ее дальше, наудивление быстро и легко пробираясь среди камней, поднимаясь вверх по склону. Заросли юкки, буйно разросшейся у подножия горы, здесь заметно поредели. По обеим сторонам, на расстоянии примерно полумили друг от друга, возвышались отвесные склоны скал. Хуан задержался в их тени.

- Боюсь, что там очень мало золота. - Его глаза внимательно изучали ее лицо. - А что если этого будет недостаточно?

Думать об этом было невыносимо. Ведь это была их единственная возможность, она так на нее рассчитывала.

Мысль о том, что золота может на месте не оказаться, расстроила ее вконец.

- А откуда оно там берется? Я имею в виду золото.

Хуан ответил не сразу. Немного помолчав, он остановился и илшь потом сказал:

- Давным-давно, много лет назад мой народ перебрался в эти места. Добраться сюда и тогда было так же непросто, как сейчас, но мы все же пришли. И здесь было немного золота. Нам оно было ни к чему, и поэтому мы использовали его для украшений. Когда после землетрясений наш город был разрушен, мы уже больше не возвращались сюда за золотом.

И с чего это они, Малкерины, вдруг решили, что здесь должна находиться сокровищница? Эйлин не припоминала, чтобы Хайме вообще когда-либо упоминал вслух точные количества, но только при каждом пересказе этой истории, величина клада неизменно увеличивалась. Должно быть то же самое происходит со всеми байками о несметных сокровищах.

Единственное, что ей теперь оставалось, так это надеяться, что оставшегося от древнего клада золота хватит для того, чтобы выплатить долг, числившийся за их ранчо.

Когда они в очередной раз остановились, она снова огляделась вокруг. Теперь они оказались в ложбине, своими очертаниями напоминающей гигантскую подкову. С трех сторон сюда подступали отвесные скалы. Эйлин подумала о том, что опытный скалолаз, пожалуй, и сумел бы взобраться по ним, а так не остается другого пути, лишь тот, по которому они пришли сюда.

Массивные скалы, возвышавшиеся у истоков ручья, заслоняли собой почти весь свет, отчего в огромной ложбине царил загадочный полумрак.

- Это здесь, - сказал Хуан. - Я провожу тебя.

Неподалеку от того места, где брал свое начало горный ручей, по земле были разбросаны камни, из которых, судя по всему, в свое время были сложены стены какой-то каменной постройки. Отсюда можно было заметить зияющий между двумя скалами провал, к которому вела хорошо утоптанная песчанная тропинка. Хуан шел впереди.

Они оказались в пещере... но что это? Неужели на стене пещеры она видит следы от каких-то инструментов? И вон там, в дальнем конце пещеры выступ каменной стены образовывал своего рода полку. На полке выставлены в ряд глинянные кувшины. Хуан взял в руки один из них, и от волнения у нее перехватило дыхание, а сердце гулко застучало в груди.

Она осторожно взяла посудину у него из рук. Да, в ней было золото. Золотой песок и крошечные слитки, каждый величиной примерно с половину ногтя на мизинце.

Достав кожанный кисет, она пересыпала в него содержимое глинянного кувшина.

Когда было собрано совершенно все, до последней песчинки, Эйлин взвесила в руке доставшуюся ей находку. Фунтов пять будет? Возможно... но это меньше половины того, что ей было необходимо внести.

Она проверила все остальные посудины, поочередно заглянув в каждую из них. Еще из одной ей удалось высыпать еще около унции мелких слитков и песка. Остальные кувшины оказались пусты.

Хуан с беспокойством следил за ней.

- Этого мало?

- Это, конечно, облегчит нам жизнь, - сказала она, - но все же этого слишком мало. Но все равно большое спасибо тебе, друг, ты сделал для нас все, что мог. Спасибо тебе, спасибо!

За все эти годы, прошедшие с тех пор как она впервые приехала в Калифорнию, ей приходилось слышать множество самых невероятных историй об этом месте. И вот теперь ей было суждено самой оказаться здесь. Эйлин Малкерин обвела пещеру пристальным взглядом.

- Нам не помешало бы отдохнуть, - предложил Хуан. - Обратно отсюда путь неблизкий.

- Они нас будут ждать, - напомнила Эйлин Малкерин, - они могут попасть в беду.

- Хесус Монтеро знает, что делать, - сказал Хуан. - А нам с тобой надо отдохнуть, Сеньора. Мы должны остаться здесь и совсем немного отдохнуть.

ГЛАВА 11

В пещере было прохладно и очень тихо. Тяжело вздыхая, старик устало опустился на каменный пол у стены, и остался неподвижно сидеть, прислонившись к ней спиной, закинув голову и закрыв глаза. В очередной раз взглянув на него, Эйлин была потрясена тем, каким изможденным теперь казалось лицо старика.

Вплоть до сего момента она была настолько озадачена своими собственными проблемами и неурядицами, что на ум ей ни разу так и не пришла мысль о том, каким, должно быть, испытанием было для него это путешествие. Да, она тоже чувствовала неимоверную усталость, но все же ей и прежде, едва ли не с самого детства, приходилось изо дня в день проезжать верхом или по крайней мере проходить пешком значительные расстояния, и к тому же с тех пор, как они обосновались в Калифорнии, она изъездила верхом всю округу, побывав в самых отдаленных и труднодоступных здешних уголках, какие только можно себе представить.

- Отдыхай, Старец, - тихо сказала она. - И прости меня. Я оказалась такой легкомысленной...

- Я немного посплю, - отозвался он, - но и тебе тоже нужно отдохнуть. И... - он открыл глаза и взглянул на нее, - не уходи никуда отсюда. Здесь очень опасно... страшнее нет ничего.

Он снова запрокинул голову и устало опустил веки. Эйлин устроилась было рядом, но уснуть так и не смогла. Сон не шел.

Интересно, что он имел в виду, когда говорил о какой-то опасности? Она стояла у входа в пещеру, озираясь по сторонам.

Кое-где на каменистой земле подковообразной ложбинки между гор росли сосны, а надо всем этим со всех стороны возвышались отвесные скалы.

Тишина была зловещей. Эйлин прислушалась. Возможно именно сейчас где-то поблизости, всего в каких-нибудь нескольких милях отсюда, рискует жизнью Шон. Но он храбрый, у него проницательный ум, и к тому же он всегда умел постоять за себя. И Монтеро тоже, хотя и годы, казалось бы уже, не те. И еще эта девушка, Мариана. Она на равне со всеми переносила все тяготы долгого пути, ни разу не пожаловалась на усталость и делала все, что было в ее силах. То что это была порядочная девушка из приличной, может быть даже состоятельной семьи, было вполне очевидно: она держалась скромно, но с достоинством, и это, несомненно, было признаком хорошего воспитания.

Был ли Шон влюблен в нее? Она нисколько не удивилась бы, если бы это оказалось именно так, думала Эйлин. Мариана и в самом деле была очень хорошенькой.

Тягостное безмолвие начинало давить на нее. Интересно, почему Хуан сказал, что это опасное место? Поблизости не было заметно ничего, что, на ее взгляд, могло бы представлять собой хоть мало-мальскую опасность.

Ей показалось, что где-то высоко на склоне произошло какое-то движение. Немного подумав, она решила, что это, должно быть, просто ветер.

Теперь больше, чем в чем бы то ни было, она нуждалась во времени для раздумий. А все мысли помимо ее воли снова и снова возвращались к тому последнему, почти пустому кувшину, и думать об этом было невыносимо.

Все они были настолько уверены, что золото будет найдено, и что его окажется достаточно и никак иначе, что даже когда порой у кого-нибудь и возникали сомнения на сей счет, то каждый старался побыстрее прогнать от себя грустные мысли. И что скрывать, в душе все они надеялись на лучшее.

А теперь они разом потеряют все, лишатся земель, которые Хайме надеялся оставить в наследство своим сыновьям, всех тех угодий, что были пожалованы ему мексиканским правительством за его прежние заслуги и службу в армии. Все, что она хотела сохранить для своих детей, будет безвозвратно утрачено.

Она чувствовала себя потерянной и опустошенной. Этого не может быть, этого просто не может быть. Но правда жизни была безжалостна, неумолима.

И все же она отказывалась признать свое поражение. Должен же быть выход, хоть какой-нибудь. Она была жива, она всегда была сильной и рассудительной женщиной. Просто она слишком большие надежды связывала с этим местом и вот с этим золотом, собранным здесь кем-то многие-многие годы а может быть и столетия назад.

Хуан говорил, что его народ приходил сюда издалека. И проделанный ею путь тоже был неблизким. Но только откуда взялось здесь само это золото? Может быть в земле где-то неподалеку отсюда в свое время залегала золотая жила? Но где? Пещера с виду ничем не напоминает месторождение, а безжизненные, каменные глыбы угрюмых скал и подавно кажутся бесплодными.