- Они сначала разбились, потом загорелись.

- Кто-нибудь из полиции уже разговаривал с тобой?

- Нет.

- Каваси, я ничего не знаю о твоей стране, где бы она ни была. Я ничего не знаю о твоем народе. Я прочитал лишь то, что написал Эрик, но я должен знать, кто они такие, эти твои враги, куда они забрали Эрика и что они собираются сделать с ним. Я также должен знать, как попасть туда, где сейчас Эрик.

Внезапно Майк подумал совсем о другом.

- Ты поела? У тебя есть деньги?

- Я ничего не ела. Я отдала деньги за комнату, чтобы там спать.

Он подозвал офицантку и сделал еще один заказ. Когда женщина ушла, Каваси сказала:

- Как попасть обратно, я не знаю. Мы далеко от того места, о котором я слышала.

- А ты смогла бы найти это место, если бы я отвез тебя обратно?

- Я не знаю. Я смотрю.

Она принялась за еду. Майк ждал. Что же, черт возьми, происходит? Что за напасть такая? Разумеется, принимая во внимание записи Эрика и теперь еще сожженное кафе, было несложно догадаться, что эти люди, кем бы они ни оказались, представляли большую опасность. Они не шутили. Но кто они? Кто они такие?

- Расскажи мне, что сможешь. Я ничего не знаю об этом.

- Когда-то очень давно - Каваси сделала рукой широкий жест - мой народ жил здесь. Они рубили деревья, чтобы потом строить дома или зажечь огонь. Выращивали тыквы и кукурузу. Но дождь не приходил. Год за годом. Дождя было мало. Пришли злые люди. Они убивали наших людей, отбирали наше зерно. Скоро они поселились рядом, чтобы воровать. Нас было мало. Некоторые ушли из этих мест.

Задолго до этого мы пришли сюда из совсем другого края. Мы покинули его, спасаясь от зла. Потом некоторые захотели вернуться. Двое пошли обратно, и сказали, что там все в зелени, много воды и мало людей. И тогда мы снова вернулись туда.

Это было против старинных обычаев, но наши люди боялись голода и жестоких врагов, пришедших с севера, и поэтому некоторые вернулись обратно.

Но зло было там. Оно не пропало. Наши люди закрыли верх головы, чтобы не слышать больше Голоса.

- И где же находится то место, куда вы все возвратились? - Майк ждал, боясь услышать в ответ то, что ему было уже известно.

- С Обратной Стороны. Я не знаю, как сказать это, какими словами. Там так же как здесь, но только... только как бы по-другому.

- Вот ты сказала, что они вернулись обратно. А как это?

- Есть места, где открываются ходы - только иногда, всегда - не бывает. Сквозь них можно пройти, чтобы быть с Обратной Стороны. Старик, который научил меня вашим словам, прошел, но никогда не мог выйти обратно. Он пришел туда молодым. Сам себя он называл "ков-бой" - так? Они искали его. Они откуда-то узнали, что он на Обратной Стороне. Он очень... он далеко прячется от них. И тогда... они не нашли его. Я думаю, что он кого-то убил, но он знает, как прятаться.

- И он все еще там?

- Еще там. Некоторые из наших людей знают. Они помогают ему. Но он очень... как вы это говорите? Сильный, да? Он знает, как прятаться. Я думаю, что теперь они уже перестали искать его. Может быть. Я не знаю.

- А как его зовут?

- Он Джонни. Просто Джонни.

- Скажи, твой народ - это и есть те самые скальные жители? Те древние, кого навахо называют "анасази"?

- Да.

Майк посмотрел в окно. Там, на улице было все по-прежнему. У противоположной обочины дороги остановился грузовик; водитель вылез из кабины и направился ко входу в кафе. Его собственный джип был хорошо виден отсюда. Двое горожан разговаривали о чем-то, остановившись посреди тротуара. Все казалось самым обыденным, таким, как всегда.

Так что же делать? Если Эрика забрали обратно, где бы это "обратно" ни находилось, то, следовательно, он исчез, и может статься, что изчез навсегда.

- А что там будет с Эриком?

- Много вопросов. Когда ответов больше нет, они убивают. Они ненавидят и боятся. Они правят всем, но все равно живут в страхе. Им страшно потерять власть, им страшно, что мы - кто не согласен - получим силу от Обратной Стороны. Они боятся идей от вашей стороны. Любого, кто пройдет, они убивают.

- Так выходит, что некоторым это все же удается?

Она покачала головой.

- Не часто. На моей памяти только двое, наверное. Или может быть они не говорят нам всего. Очень давно был мальчик, юноша, который сумел пройти. Что случилось дальше, я не знаю. А очень-очень давно, еще раньше, пришли двое мужчин, которые искали золото. Их пытали, убили и оставили с Обратной Стороны.

- А что они знают о нас? О людях этой стороны?

- Много. Иногда они посылают своих людей украсть что-нибудь. Или убить. У вас есть вещи, чтобы слушать, такие вещи, чтобы можно было говорить с тем, кто далеко. Им нужно это.

А Эрик был специалистом как раз по этой части. Того, чего не знал он, не знал никто. Если им станет об этом известно, то возможно, они и не станут его убивать.

- Ну а что же кива?

- Это тайное место. В древнем предании говорится, что там есть потайной ход к Обратной Стороне. Кива это священное место, но люди зла засыпали ее. Теперь они хотят снова открыть. - Она попивала кофе маленькими глотками. - Я думаю, они теперь построят дом. Они хотят, чтобы можно было всегда проходить, все время.

Майк глядел на улицу за окном, стараясь собраться с мыслями. Что здесь творится? На самом деле? Или же просто чей-то изощренный розыгрыш? Он совершенно не разбирался в физике, но все же знал, что теоретически подобные вещи считались возможными, теория допускала существование параллельных миров. По крайней мере, кое-кто из ученых был убежден, что они существуют. А в Средней Азии и Тибете он видел... но существует ли между этим всем некая взаимосвязь? Вряд ли.

Эрик позвал его на помощь, и теперь это превыше всего. Как бы там ни было, а Эрик попал в беду, и он молил его, Майка, о помощи.

- А что потом? После того, как твой народ ушел отсюда и вернулся обратно, что было с ними дальше?

Она пожала плечами.

- Я мало знаю об этом. Какое-то время они жили, как раньше, потом стали жить по-другому. Мой предок был тем, с кого все началось.

Он был еще очень молодым, но смог сам, один, построить большую дамбу, чтобы удерживать воду. У него был хороший урожай. Он многое делал по-новому. Он придумал такие вещи - то, что вы называете машинами - чтобы они сами могли работать. Злые посчитали это колдовством и убили его.

Но они не могли убить его мысли. Скоро те, кто его убили, начали сами пользоваться его чудесами. Они строили крепкие стены, большие дома и дамбы. Потом они придумали законы, где было сказано, кто может брать воду и когда. Люди приняли их законы, потому что они были хорошими и не хотели неприятностей. Но те, кто владел водой, скоро придумали новые законы, еще хуже. Тогда некоторые из нас ушли от них и поселились в другом месте, как бывало и раньше.

Они пошли против нас, потому что мы не подчинились. Кого-то они убили, а других сделали своими рабами, но затем мы нашли то место, где работал мой предок, когда он делал вещи, и там были вещи, которые он успел сделать, и другие, только начатые. Мы использовали их, чтобы бороться, и тогда они оставили нас в покое. Джонни тоже помогал. Он сказал, что мой предок был вторым Давинчем.

- Да Винчи? Леонардо да Винчи был художником, и он изобрел много вещей.

- Наверное так.

- Вот ты сейчас здесь, на этой стороне. А раньше, ты часто приходила сюда?

- Это запрещено. Они откуда-то могут узнать об этом. Я не знаю, как, но им тут же известно. Если кто-нибудь проходит, его тут же хватают. Они не успокоятся, пока не поймают его.

- А те, которые правят? Они сами выходят сюда?

- Они говорят, что нет, но иногда ходят. Или когда-то они проходили, но затем пришла большая вода и затопила место. И очень долго они не могли. Пока Эрик не раскопал киву.

- Но ведь есть, наверное, и другие пути? Тот, кто прочертил ту линию на планах Эрика, должно быть прошел через другой ход.

- Они бывают иногда. Я не понимаю, как, но иногда вдруг открываются ходы. Я так пришла сюда.

- А ваша большая вода, это, наверное, то, что у нас называется озером Пауэлл. Мы построили дамбу, чтобы остановить воды Колорадо и затопили ими большую часть Глен-Каньона.

Они оба замолчали. Майк смотрел на улицу. А что если они придут прямо сейчас? Что он тогда будет делать?

- Я должен помочь ему, - сказал он наконец.

- Ты не можешь. Он у них.

- Куда они отвели его?

- Это нехорошее место, место страха. Это очень старое место, оно было еще до того, как мы вошли в Четвертый Мир, ваш мир. Я там не была, но тот, кто был отцом моей матери, знал это место.

Каваси в страхе посмотрела на него. Она только что поняла это.

- А теперь они придут за тобой. Они должны забрать тебя. Они не хотят, чтобы кто-нибудь знал, что их мир существует, а ты теперь знаешь.

- И ты тоже.

- Обо мне они знают, - отмахнулась она. - Меня ненавидят. Я им нужна больше всех. Я теперь глава семьи, клана. Они дожидаются меня. Ведь я происхожу от Того-Кто-Обладал-Волшебством, от того прародителя, кто сделал много новых вещей. Я должна вернуться обратно.

- Но есть же кива.

- Нет. Это их путь. Они станут следить. Они близко к ней.

- Но ведь сюда-то ты пришла!

- Мой путь ненадежный, очень опасный, но он открыт. Чаще всего открыт. Они ничего не знают о нем. Мы тоже не знаем. Знают только сакуа.

- Сакуа? Это такие волосатые?

- Ты знаешь о них? Они не люди, но они знают много того, чего не знает кроме них никто другой. Они выходят на охоту или за овцами, когда нечего есть.

- Таскают овец? У индейцев?

- Они забирают овец. Я не знаю, у кого.

Он допил кофе.

- Будет лучше, если мы уйдем отсюда и постараемся поскорее составить план.

Раглан начал было вставать из-за стола, но тут на плечо ему легла чья-то рука. Он поднял глаза.

Перед ним стоял коренастый, крепкого телосложения человек. У него был значок полицейского.

- Не возражаете? У меня имеется несколько вопросов к этой леди. И к вам тоже, если вы все равно здесь.

Обернувшись, он окликнул офицантку.

- Мари? Будь добра, еще чашку кофе.

Он перевел взгляд с Майка на Каваси.

- Я Галлафер. Итак, приступим.

8

Взглянув на Майка, он обратился к девушке.

- Как ваше имя, мэм?

- Каваси.

- Вы из этих мест?

- Я... ту-рист, - она говорила уверенно, без волнения или страха.

- Вы из индейцев?

- Когда-то очень давно мой народ жил недалеко от этих мест. Я приехала посмотреть, где это было.

Затем он обратился к Раглану.

- Как давно вы знакомы?

- Мы только что встретились. Я узнал ее по рассказам нашего общего друга - Эрика Хокарта.

- Хокарт? Это тот самый, что вроде собирается строиться где-то ниже по реке? Ученый, так кажется?

- И не только. Еще он бизнесмен, и довольно преуспевающий. Подобные два качества редко когда уживаются в одном человеке. Да, ему пришелся по душе ваш край, и он собирался выстроить здесь себе дом. Он нажил приличное состояние, занимаясь исследованиями по электронике, и поэтому может позволить себе жить там, где ему захочется.

Галлафер принял из рук офицантки чашку с кофе и отпил глоток, а затем снова переключил все свое внимание на Каваси.

- Когда начался пожар, вы были в ресторане?

- Нет, но я была там всего за минуту до этого. Я увидела тех людей и очень испугалась. Я убежала.

- Каких людей?

- Я их не знаю. Их было двое, может быть больше. Не могу точно сказать. Мистер Хокарт тоже боялся, и пошел к прилавку, чтобы ему дали ружье. Но человек за прилавком не дал ему ничего.

- И правильно сделал. А как Хокарт поступил потом?

- Я не знаю. Я убежала.

- И когда вы пошли?

- Спряталась. Потом искала комнату, чтобы спать.

Галлафер обернулся к Майку.

- Что вам известно о Хокарте? Не был ли он замешан в чем-нибудь? Может, наркотики?

- Кто угодно, но только не он. Не при его благоразумии. Ему это было ни к чему. Он был рассудительным, иногда даже слишком серьезным человеком, предпочитавшим одиночество всему остальному. Так ему лучше думалось. Чего ему не доставало в жизни, так это по-настоящему уединенного места, где поблизости не было бы телефона. Видите ли, когда человеку удается достичь чего-то в этой жизни, то люди не оставят его в покое, они вечно будут надоедать со своими прожектами и идеями, а ему не нужно было чужих идей.

Он просто хотел подыскать для себя тихое место, где можно было бы спокойно сидеть и думать. Вообще-то я лично воздержался бы от того, чтобы называть его ученым. Скорее он в какой-то мере был изобретателем, умевшим находить должное применение своим открытиям. Многие из его друзей-коллег занимались исключительно лишь одними исследованиями, а вот Эрику, в отличие от них, было дано предвидеть практическую ценность подобных вещей. Он умел обратить их работу в реальные деньги.

- А у него не было недоброжелателей? Не угрожал ли ему кто физической расправой?

- Об этом мне ничего не известно. Родственников у него не было. Наследников тоже. Так что большинство его друзей наборот были заинтересованы в том, чтобы он жил как можно дольше.

Если Галлаферу и было что-то известно, то выказывать свою осведомленность он, по всей видимости, не собирался. Судя по характеру задаваемых вопросов, он как будто бы пытался прозондировать почву, надеясь отыскать подходящее объяснение случившемуся. По крайней мере у Майка сложилось тогда именно такое впечатление.

- Мэм, вот вы сказали, что вы испугались тех людей. А почему?

- Я была в пустыне с мистером Хокартом. Он очень... очень беспокоился. Мы сели в машину, а те люди выскочили из-за камней, но мы уехали. А потом они пришли в ресторан.

- Где сейчас Хокарт?